Слишком аппетитная | Good enough to eat.

ГЛАВА 13 — Кто ты... что ты такое? — спросила Робин. Алана уж точно не была человеком. Слишком красива для пещерных нокно и слишком добра для демонических алши. Будь она оборотнем, укус Робин перевел бы её в режим «бей или беги», заставив сменить обличье. — Полагаю, мне не нужно спрашивать, кто ты. — Алана потерла шею. Когда она отвела руку, кожа была чистой: на ней не осталось даже следа от двух проколов. Робин уставилась на её шею. Неужели та странная энергия, что ударила её, еще и не дала клыкам войти в плоть? Алана подтянула колени к груди, словно защищаясь. — Ты — гирах. У Робин отвисла челюсть. Алана сказала «гирах», а не «вампир». Это значило... — Ты... ты знаешь? О нас, я имею в виду? — Я знаю, что гирах существуют, но понятия не имела, что ты одна из них. — Алана дотянулась до своих брюк и начала одеваться. — Зачем весь этот маскарад? Внедрение в АА, притворство, будто ты алкоголичка, дружба... любовь со мной... И всё это ради капли крови? — Нет! — Робин вскочила и последовала за ней в коридор, где Алана подхватила свитер и натянула его через голову. — Пожалуйста, Алана, не думай так. Я не могла сказать правду, но я никогда тебе не лгала. У меня есть зависимость, просто не от алкоголя. Я пришла в АА, потому что хочу перестать кусать людей ради крови. — А это тогда что было? — Алана указала на свою шею. Щеки Робин вспыхнули. — Я не сдержалась. Ты слишком... вкусная. Но я никогда не хотела причинить тебе боль. Я правда лю... ты мне очень дорога. Уже одетая, но всё еще босая, Алана переводила взгляд с Робин на входную дверь и кусала губу. — Терпеть не могу, когда мне лжет тот, кому я доверяю, — прошептала она. Вспомнив бывшую пассию Аланы, которая ей изменяла, Робин понурила голову. — Я знаю. Но и ты не была со мной до конца честной. Ты позволила мне верить, что ты человек. — Я и есть человек, — отрезала Алана. Робин хмыкнула: — В тебе столько же человеческого, сколько во мне. Ты отлично притворяешься, но эти искры энергии... Мне следовало догадаться, что это не просто статика от свитера, но, видимо, я соображала не очень «прямо» — во всех смыслах. Когда я тебя укусила, меня будто молнией ударило. — Она покачала головой. — Ты не человек. — Человек, — повторила Алана. — По крайней мере, сейчас. Робин нахмурилась: — И что это должно значить? — Это долгая история. — Тогда давай сядем и поговорим. Я хочу знать, что происходит. — Робин порывалась взять Алану за руку, чтобы удержать и отвести к дивану, но после того, как её так сильно тряхнуло током, она не осмелилась. Алана посмотрела на неё с опаской. — Только если пообещаешь, что с укусами покончено. Робин потерла пылающие щеки. — Я не хотела этого делать. Инстинкт. Просто когда я кончила... видимо, челюсти сами сомкнулись. Теперь настала очередь Аланы краснеть. — Хорошо. Поговорим. — Она пригрозила Робин указательным пальцем. — Но никаких штучек с этими клыками. Пока Алана ждала в гостиной, Робин торопливо оделась и присоединилась к ней на диване. Они сидели, не касаясь друг друга. Робин ненавидела эту внезапную дистанцию. Даже зная, что Алана не та, кем кажется, она всё равно чувствовала к ней непреодолимое притяжение. — Ну? — Помнишь, что я рассказывала группе в день твоего первого собрания? — спросила Алана. Робин кивнула. Она помнила каждое мгновение, проведенное с Аланой, во всех деталях. — Когда я говорила, что бросила всё ради Келли, это не было преувеличением. Я отказалась от прежней сути, от всех своих способностей и стала человеком, просто чтобы быть с ней. — От способностей? — В голове Робин промелькнули «способности», которые Алана демонстрировала в спальне, но она отогнала эти мысли. — О чем ты? — Искра, которую ты чувствовала при каждом прикосновении — это остатки жизненной силы, которой я когда-то обладала. Мы — существа, состоящие целиком из энергии и света. Мы можем преодолевать огромные расстояния в мгновение ока, принимать любую форму и материализовать любой предмет. — Алана серьезно посмотрела ей в глаза. — Я — джинн. Из всего, что Робин ожидала услышать, это было последним в списке. — Джинн? В смысле... как в сказке? Из лампы? Алана нахмурилась. — Нам не нравится это слово. Робин могла её понять. Ей тоже не нравилось, когда её называли вампиром. Джинн... Она не знала, что сказать, всегда полагая, что эти могущественные существа, исполняющие желания, живут лишь в воображении людей. — Ты совсем не похожа на Барбару Иден или танцовщицу живота. — Хотя Алана наверняка смотрелась бы сногсшибательно в расшитом лифе и прозрачной шифоновой юбке. — А ты совсем не похожа на графа Дракулу, — парировала Алана с тенью улыбки. — Туше. — Внезапная догадка осенила Робин. — О боги на велосипеде! Та синяя бутылка, которую я разбила... это была...? Алана вздохнула. — Она была моей. Мы используем подобные предметы как резервуар для концентрации нашей энергии. — Прости. Если бы я знала... — Робин потянулась, чтобы сжать руку Аланы, но в последний момент отдернула пальцы. — Я, правда, думала, что у тебя проблемы с алкоголем и случился срыв. — У меня и есть проблемы с алкоголем. Полагаю, мы, джинны, слишком любим бутылки, это у нас профессиональное, — сказала Алана с самоиронией, прежде чем её лицо снова стало серьезным. — По крайней мере, я — точно. Робин откинулась на спинку дивана и уставилась в стену. Голова всё еще шла кругом, и дело было не в интенсивном оргазме и не в ударе об изголовье. — Вау. Джинн. — Кое-что пришло ей в голову. — Джинн, который не мог надышаться на джин. — И гирах, которая хочет завязать с человеческой кровью, — пробормотала Алана, выглядя не менее ошеломленной. Они встретились взглядами. Посмотрели друг на друга, и через мгновение обе улыбнулись, прежде чем снова стать серьезными. — И что нам теперь делать? — спросила Робин. — Не знаю, — ответила Алана. — Могу представить, какой это был шок для тебя. — Она поморщилась. — И в прямом смысле тоже. Робин тихо рассмеялась: — Тряхнуло знатно. Всё это время я была уверена, что ты человек. — Прости. Я не могла сказать — наверное, по тем же причинам, что и ты. Робин кивнула и на какое-то время задумалась. — Вообще-то, это не самый плохой сюрприз. — Да? — в голосе Аланы послышалась надежда. — Нет. Я боролась со своим влечением к тебе, потому что не понимала — это просто жажда крови или нечто большее. Первая отрицательная для меня то же самое, что джин для тебя. Алана нахмурилась: — Откуда ты знаешь мою группу крови? Робин просто указала на свой нос. — И теперь оказывается, что у тебя есть встроенная защита от укусов. — Полагаю, это плюс? — О, еще какой. Ты мне очень дорога, Алана, и дело тут вовсе не в группе крови. Они смотрели друг на друга. От нахлынувших эмоций воздух между ними буквально потрескивал. Алана протянула руку через диванную подушку и переплела свои пальцы с пальцами Робин. Робин замерла, подспудно ожидая удара током, но почувствовала лишь приятное покалывание, разлившееся по всему телу. Они сидели так несколько минут, пока Робин не откашлялась. — Хочешь...? — Её былая смелость испарилась, она кивнула в сторону спальни. — Я не хотела оставлять тебя... неудовлетворенной. — Уж поверь, удовлетворения мне хватило, — пробормотала Алана. А громче добавила: — Думаю, на сегодня хватит. Нам обеим нужно многое обдумать. Робин кивнула, понимая, что Алана права. И всё же она не могла скрыть разочарования и легкого чувства покинутости, когда Алана встала. У двери Алана обернулась и коснулась кончиками пальцев подбородка Робин, заставляя ту посмотреть ей в глаза. — Мне просто нужно немного времени. И тебе тоже. — Хорошо. Прежде чем Робин успела сказать что-то еще, дверь за Аланой закрылась, оставив после себя покалывание на подбородке и вихрь мыслей в голове. *** Со стоном Алана плюхнулась на свой диван. — Ну и катастрофа, — пробормотала она, закрыв лицо руками. Знакомый высокий звук возвестил о прибытии Дахир. — Надеюсь, это ты не обо мне. Алана была не в настроении слушать шуточки подруги. — Прекрати, ладно? — Ого, кто-то тут страдает от сексуальной неудовлетворенности, и это не я. — Да уж, у джиннов нет секса и либидо, пока они не примут человеческий облик, — проворчала Алана. Иногда она не знала, завидовать им или сочувствовать. Дахир опустилась на диван рядом с ней. — В последний раз, когда я за вами подглядывала, вы с Робин очень спешили оказаться под одеялом и... — Ты шпионила за мной? Дахир выпрямилась: — И не думала. После всех тех странностей с ней и её семейкой я решила присмотреть за тобой. — Она смахнула воображаемую пылинку с рукава. — Когда я поняла, к чему всё идет, я, разумеется, ретировалась в свой смартфон. Как ни злилась Алана на слежку, она знала, что Дахир просто хотела её защитить. Она коснулась её руки. — Спасибо. Это было мило с твоей стороны. — И добавила: — Когда ты уже выберешь себе более классическое жилье? Дахир пренебрежительно махнула рукой: — Бутылки и лампы — это не классика, это скука смертная. Но вернемся к делу. Ваше рандеву было недолгим, а? Хоть понравилось? Алана подтянула колено и опустила на него подбородок. Даже спустя почти час её тело всё еще гудело и требовало разрядки. Она вздохнула. — Было фантастически, но... слишком много «зубастых» моментов для моего вкуса. — А? Это что значит? — Она меня укусила. Дахир присвистнула. — Это что, у людей теперь так принято, когда становится жарко? — Робин не человек, — сказала Алана. — Она гирах. У Дахир отвисла челюсть. — Ты шутишь! Она сама тебе сказала? Алана покачала головой. — Не совсем. Когда она кончила, она попыталась меня укусить. — В смысле «кончила» — это когда...? — Да, во время оргазма. — Оу. — Вот именно — оу. Дахир помолчала, а потом спросила: — Ты сказала «попыталась»... Значит, она тебя не ранила? — Похоже, остатки моей таки защитили меня. Её отшвырнуло к изголовью в мгновение ока. — Вот это я понимаю — кульминация. — Дахир, пожалуйста. Это не смешно. Став серьезнее, Дахир кивнула. — Прости. Должно быть, это было жестокое пробуждение. — И не говори. — Слезы подступили к глазам, но Алана не дала им упасть. — Она мне очень нравится. Думаю, я даже... — Голос сорвался. Могла ли она любить и доверять той, кто лгал ей с первой секунды? «Чья бы корова мычала. Ты тоже не сказала ей, кто ты... и кем была». — Ты даже «что»? Только не говори, что влюбилась. — Не знаю, — прошептала Алана. — Я уже ничего не знаю. Дахир подняла указательный палец: — Теперь понятно, почему я чувствовала эту странную энергию от семейки Робин. И, думаю, та женщина, которую мы сочли накачанной наркотиками, была просто в трансе. Это заставило Алану встрепенуться. — В чем? — В трансе. Слышала, гирах могут подчинять разум людей. Ну, людей, если быть точной. — Да, я тоже слышала, но думала, это просто слухи. — Не думаю. — Взгляд Дахир впился в Алану, словно желая просветить её насквозь. — Погоди. Если Робин — гирах, как ты можешь быть уверена, что она не ввела тебя в транс, чтобы... ну, затащить в постель? Глаза Аланы расширились, но потом она покачала головой. Нет, этого не могло быть. — Робин бы так не поступила. — Может, она просто хочет, чтобы ты так думала. — Нет. Я хотела этого так же сильно, как и она. Поверь, мне не нужен был транс, чтобы переспать с ней. — Внезапная мысль кольнула её. Она вспомнила, как растерянно выглядела Робин, когда пыталась прогнать Алану, а та отказалась уходить. Использовала ли Робин свои способности тогда? Алана подавила вздох. Неважно. Это было месяцы назад, когда они едва знали друг друга. Ей хотелось верить, что сейчас Робин так не поступит. — К тому же, если бы она контролировала мой разум, почему она не заставила меня забыть о попытке укуса? — М-да, тут ты права. Но может она... — Нет, я просто знаю, что мои чувства настоящие. — Она посмотрела Дахир в глаза. — С ней я чувствую себя более живой, чем когда-либо, даже в Великом Потоке. Я, правда, думаю, что люблю её. Дахир вскинула бровь: — Джинн и гирах? Ну, бывали вещи и постраннее, полагаю. — Я больше не джинн. — Но ты могла бы им стать. Я всё еще жду ответа, ты же знаешь. Почему всё навалилось разом? Это было слишком. Алана потерла колено. — А как же Робин? — Ну, парой в традиционном смысле вы быть не сможете, но если ты будешь время от времени принимать человеческий облик, небольшие шуры-муры всё еще возможны. — Нет! — Слово сорвалось с губ быстрее, чем оформилось в мыслях. — У нас было не самое лучшее начало, но она мне дорога, и если это взаимно, я хочу большего, чем просто «шуры-муры». Я хочу, чтобы мы были парой. Дахир раздраженно застонала. — О нет. Опять двадцать пять. Тебя жизнь с Келли ничему не научила? — В том-то и дело. Келли была человеком, Робин — нет. Я клялась держаться подальше от людей, и я сдержу слово. — Она не знала, все ли гирах такие, но во время близости Робин была полностью сосредоточена на ней, словно других женщин для неё не существовало и никогда не будет существовать. — У нас с Робин может быть одинаковая продолжительность жизни, мы могли бы состариться вместе. — Или ты могла бы вернуться в Великий Поток и никогда не стареть. Алана медленно покачала головой. — Не скажу, что это не заманчиво. Но если мне придется выбирать между жизнью с Робин и вечностью без неё, вечность проигрывает. — Если она уже так чувствует спустя всего пару месяцев, она надеялась, что никогда не пожалеет о своем решении. Дахир взяла Алану за руки и заглянула ей в глаза. — Ты уверена, что это именно то, чего ты хочешь? Алана судорожно выдохнула. — Да, уверена. Потребуется время, чтобы мы с Робин во всем разобрались и смогли снова полностью доверять друг другу. Ей нужно рассказать мне всё — абсолютно всё о своей семье, своей жизни и своем... — Кровавом прошлом? — подсказала Дахир. — Да. — Что ж, я всегда буду твоим другом. И если она — то, что делает тебя счастливой, наслаждайся своей подружкой-вампиршей. — Дахир крепко обняла её и прошептала на ухо: — Ходят слухи, гирах — фантастические любовницы, но, полагаю, ты это и так уже знаешь. Пульсация между ног Аланы вернулась с новой силой, заставив её отпрянуть от Дахир. — Я бы не сказала, — пробормотала Алана и встала. — Но спасибо за информацию. — В смысле? Я думала, вы двое... Эй, ты куда? — А ты как думаешь? После того, как ты так любезно просветила меня о том, что я упустила, я пойду в душ. В холодный. — Она направилась к двери, но остановилась и обернулась. — Спасибо, Дахир. — За что? — За то, что ты мой друг, несмотря ни на что. Дахир подмигнула: — Всегда. А теперь прошу меня извинить. Меня зовет госпожа из Саудовской Аравии, у которой осталось последнее желание. Приятного душа. И она исчезла так же стремительно, как и появилась.