Слишком аппетитная | Good enough to eat.

ГЛАВА 14 Робин дождалась, пока все остальные покинут зал собраний в подвале церкви. Она была рада, что Алана, похоже, тоже не спешила уходить. За эту неделю они перебросились парой СМС и один раз поговорили по телефону, но не виделись с того самого дня, когда узнали правду друг о друге. Теперь, оказавшись с Аланой лицом к лицу наедине, Робин не знала, с чего начать. «Да брось. Ты уже спала с ней, а теперь даже слова вымолвить не можешь? А ну, шевели задом!» Переминаясь с ноги на ногу, она подошла ближе. — Привет. — Привет. — Алана засунула руки в карманы джинсов, словно не знала, куда их пристроить. «Приятно знать, что не я одна в таком ступоре». — Хочешь по бургеру с картошкой? — спросила Робин. Последние несколько недель они заходили в закусочную после каждого собрания. Это стало ритуалом, само собой разумеющимся делом. Но теперь всё изменилось. — Конечно, — ответила Алана, и Робин с облегчением отметила, что та ни секунды не колебалась. — Но, э-э... тебе вообще нужно есть? Ну, кроме... — Она огляделась и прошептала: — Крови. Робин улыбнулась. По крайней мере, Алану это не коробило. — Не обязательно, но я могу. — Хорошо, тогда идем. Плечом к плечу они пересекли парковку. Робин косилась вниз, гадая, уместно ли будет взять Алану за руку. Прежде чем она успела решиться, Алана сама переплела их пальцы. Легкие разряды энергии запульсировали в ладони Робин, побежали вверх по руке, пока не согрели грудь изнутри. Сияя от счастья, она последовала за Аланой к машине. Они оставили «Приус» Робин на церковной парковке и поехали в закусочную вместе. Привычная рутина казалась чудесной — она давала надежду, что между ними изменилось не всё. К тому времени как Алана доела последнюю картофелину, а Робин допила молочный коктейль, всё почти вернулось в норму. Почти. К тому, чтобы так открыто обсуждать свою жизнь, семью и потребность в крови, еще предстояло привыкнуть. — И ты, правда, единственный гирах, кто так думает? — спросила Алана. — Наверняка есть и другие, но я никого не знаю лично. — Робин старалась не зацикливаться на этом раньше, но сейчас остро почувствовала, как же она одинока. Она принялась выводить соломинкой узоры на дне пустого стакана. Алана протянула руку через стол и сжала её ладонь, снова вызвав знакомое покалывание. — Я с самого начала чувствовала, что ты особенная. — Она усмехнулась. — Просто не знала, насколько. Робин рассмеялась. — Что ж, похоже, не я одна тут «особенная». — За ужином она с замиранием сердца слушала рассказы Аланы об эфирном плане и сообществе джиннов, которое та называла Великим Потоком. Это звучало как прекрасное место, где никто и никогда не бывает одинок. — Должно быть, ты любила её безумно, раз отказалась от всего этого ради неё. — Укол ревности кольнул сердце, но Робин постаралась его не выдать. — Тогда я так и думала. Но оказалось, что я понятия не имела, что такое любовь на самом деле. Робин подняла взгляд от молочной пены на дне стакана. — А сейчас? — Она мысленно выругалась сразу же, как сорвался вопрос. «Слишком рано, идиотка». Алана облизала пальцы от соли и масла, не спеша с ответом. Сердце Робин забилось чаще — и от этого дразнящего жеста, и от страха услышать ответ. — А сейчас, — Алана подняла глаза, — я надеюсь, что у меня будет достаточно времени, чтобы это выяснить. Вздох облегчения вырвался у Робин. С таким ответом она могла жить. — Ну, мы, гирах, довольно долгоживущий вид. — Мы, бывшие-джинны-ставшие-людьми, тоже, — сказала Алана. — По крайней мере, Великий Поток так считает. Они улыбнулись друг другу. Внезапно на стол упала тень. — У меня какое-то странное чувство дежавю, — произнес кто-то рядом. Робин подняла голову. Перед ними стояла Меган, в упор глядя на их переплетенные руки. — А я думала, она просто твой редактор. Так вот как ты издаешь свои книжонки? Спишь с персоналом издательства? Тарелки звякнули — Алана вскочила из-за стола. Она подошла к Меган так близко, что их носы почти соприкоснулись. — Как ты смеешь! Ты хоть одну её книгу удосужилась прочитать? Хотя забудь. Ты, небось, и читать-то не умеешь. Шея Меган залилась нездоровым багровым цветом. Казалось, она сейчас взорвется. Робин выскочила из-за столика и вклинилась между ними, закрывая Алану собой. — Ах ты, мелкая... — Меган кинулась вперед, пытаясь дотянуться до Аланы в обход Робин. — Нет! — Робин оттолкнула её. Клыки выдвинулись мгновенно, она была готова к бою. Когда посетители начали оглядываться, Меган обвела их тяжелым взглядом, явно вводя в транс, чтобы те снова уткнулись в свои тарелки. Алана положила руку на бедро Робин. — Не волнуйся. Она не может мне навредить. Облегчение разлилось по жилам Робин: она вспомнила об энергии, окружавшей Алану, как защитный щит. Тот мог не уберечь от случайного пореза ножом, но как-то реагировал на любого, кто прикасался к Алане с угрозой. И всё же она не позволит Меган пугать её. — Думаю, тебе пора уходить, Меган. — Уходить? Я голодна, а это закусочная, так что... — Меган окинула взглядом сидящих вокруг людей и демонстративно облизала губы. Робин больше всего на свете хотелось вышвырнуть её вон и помешать охоте, но она понимала, что это бесполезно. Она не могла заставить весь свой вид перестать пить человеческую кровь. — Тогда уйдем мы. — Не глядя, она нащупала за спиной свободную руку Аланы. — С меня хватит общения с тобой. Расплатившись за ужин, они вышли из заведения рука об руку. — Почему у тебя такие друзья? — спросила Алана, когда они дошли до машины. — Она мне не друг, — ответила Робин. — Не совсем. Просто она была единственной из клана моего возраста, кто вообще хотел иметь со мной дело. Алана взяла руку Робин в свои и притянула её ближе. — Боже, должно быть, ты была так одинока. Робин пожала плечами: — Немного. Признаюсь, мне было приятно, что ты только что за меня заступилась. Алана нежно коснулась её щеки. — Каждой из нас нужно, чтобы кто-то её защищал время от времени. Даже той, у кого большие клыки. Улыбка прогнала воспоминания об одиночестве. — Ну, они не такие уж и большие, — промурлыкала она. — Да неужели? Дай-ка посмотреть. — Алана притянула её к себе, приподнялась на цыпочки и поцеловала. Ощущение покалывания пронзило каждую клетку тела Робин, ей показалось, что она сейчас растает на месте. Губы Аланы двигались медленно, лаская, исследуя, восстанавливая связь. Через некоторое время Алана дразняще коснулась кончиком языка уголка рта Робин. Обе простонали, когда Робин приоткрыла рот и их языки встретились. Робин отпустила руки Аланы, обхватила её за бедра и прижала к себе. Алана провела языком по зубам Робин. Тяжело дыша, Робин отстранилась. — Что ты делаешь? — Ищу твои клыки, — с озорной улыбкой ответила Алана. Робин закатила глаза. — Уезжаем отсюда. Алане не нужно было повторять дважды — она тут же открыла машину. Когда у Робин зазвонил телефон, она простонала прямо в губы Алане, но не прервала поцелуй. Запустив пальцы в волосы Робин, Алана перебралась по дивану ближе, почти усевшись ей на колени. Трель прекратилась, но через секунду возобновилась. Алана оторвалась от её губ. — Кто-то очень настойчиво хочет с тобой поговорить, — выдохнула она. — А я очень не хочу с ними разговаривать, кто бы это ни был. — Робин прикусила нижнюю губу Аланы. — Наверное, опять родители. Звонят без конца, пытаются наставить на путь истинный. — Хм, а мне нравится твой путь. — Алана промычала это в поцелуй, но всё же отстранилась. — Скажи им, что перезвонишь позже. — Она отодвинулась, чтобы Робин могла дотянуться до телефона на журнальном столике. Ворча, Робин схватила трубку и глянула на экран. Это были не мать и не отец. Высветилось имя её редактора. Она быстро приняла вызов. — Привет, Николь. Ты получила мою рукопись? — Только что закончила читать. Робин нащупала руку Аланы, чувствуя, как нарастает напряжение. Ожидание вердикта редактора всегда было испытанием для нервов. — Ну и как тебе? — Написано хорошо, как обычно, — ответила Николь. «Ой-ой». Робин уже достаточно хорошо знала своего редактора, чтобы читать между строк. — Но? Николь вздохнула. — Тебе придется многое переделать, особенно во второй половине. Часть романтической линии и характер главной героини не подойдут для нашей целевой аудитории. Робин нахмурилась: — В каком смысле? — Мы уже говорили об этом, Робин. У людей, которые покупают книги о вампирах, есть определенные ожидания. Они хотят читать либо что-то пугающее, либо что-то сексуальное. То, что твоя героиня не очень хороша в постели — это забавно, но не сексуально. Это не будет продаваться. — Откуда ты знаешь, если мы не попробуем? Может, читатели как раз заждались чего-то новенького. — Посмотри мои комментарии в документе, — сказала Николь. — Там я расписала всё подробнее. Робин не хотела смотреть комментарии. Ей хотелось наорать на редактора и зашвырнуть телефон в другой конец комнаты. Но она была профессионалом, поэтому, стиснув зубы и обуздав гнев, она выдавила: — Я посмотрю. — Вот и славно. Не торопись, хорошо? Буркнув что-то в ответ, Робин попрощалась и повесила трубку. Она взяла ноутбук, открыла почту и скачала файл. — Мой редактор прислала правки. Говорит, работы непочатый край. — Можно? — Алана кивнула на экран. Робин приобняла её за плечи. — Конечно. Вместе они смотрели, как открывается документ. — Шестьсот комментариев?! — простонала Робин. — Да она издевается! — Она прочитала несколько правок. — Почему она считает, что если ты пьешь кровь, то автоматически становишься богом секса? Алана наклонилась и нежно поцеловала Робин в щеку. — Может, потому что некоторые ими и являются? — прошептала она, обжигая ухо Робин горячим дыханием. Робин вздрогнула, на миг забыв о критике Николь. Затем заставила себя сосредоточиться на ноутбуке. Она понимала логику Николь, но была согласна далеко не со всем. — Что ты об этом думаешь? Алана пожала плечами. — Думаю, вы с редактором никогда не сойдетесь во взглядах на то, какими должны быть вампиры. Она человек, и у неё есть определенные ожидания. — И какие же? — Людям в вампирах нравится эта «опасная грань», — сказала Алана. — Опасная грань... — повторила Робин и вопросительно посмотрела на Алану. — Это то, что тебе во мне нравится? — Нет. Поверь, мне хватило приключений за последние несколько веков. Робин с любопытством оглядела её. Ей до сих пор было трудно осознать, что это прекрасное лицо принадлежит существу, родившемуся столетия назад... если джинны вообще рождаются обычным путем. — А сколько тебе лет, кстати? Алана игриво щелкнула её по носу. — Разве мама не учила тебя, что у дамы не спрашивают о возрасте? Робин усмехнулась: — Нет. Она только говорила не спрашивать у дамы группу крови при первом знакомстве, а про возраст ничего не было. — Мы не ведем счет времени так, как вы, но, думаю, мне около четырехсот пятидесяти лет. Робин бессильно откинулась на диван. Даже её вампирский мозг не мог переварить такую долгую жизнь — или отказ от неё ради того, чтобы стать человеком. — Вау. — Ага. Так что я тут вроде как «граблю колыбель», встречаясь с тобой. — Алана хитро улыбнулась. Робин снова перевела взгляд на документ. — И что скажет твой богатый жизненный опыт? Николь права? — Возможно. Вампиру, который не пьет кровь напрямую из людей, не хватает той самой опасности. Это просто не сексуально. — О, правда? — в голосе Робин послышалось мурлыканье. — Для твоих читателей, — поспешно добавила Алана. — Может, твоя следующая книга должна быть о чем-то другом? — Хм, ну, если я завяжу с вампирами, о каком еще чертовски сексуальном сверхъестественном существе мне написать? — Робин потерла подбородок, делая вид, что усиленно думает. — Уверена, ты что-нибудь придумаешь. Возможно, стоит провести исследование. — Исследование? — Да. Глубокое практическое исследование. — Алана плавно закрыла ноутбук, отставила его на столик и потянула Робин за собой. Робин улыбнулась и последовала за ней в спальню. — Иногда я просто обожаю свою работу. Алана нетерпеливо прижалась бедрами к Робин, подталкивая её к кровати. Покалывание электричества между ними разжигало желание. Её губы жадно впились в губы Робин, а руки блуждали по её сильной спине. Робин резко остановилась, когда её колени коснулись края постели. Она прервала поцелуй. В полумраке спальни её голубые глаза лихорадочно блестели. Прерывисто дыша, она выдохнула: — А если я не сдержусь и снова тебя укушу? Прошло несколько секунд, прежде чем затуманенный страстью мозг Аланы обработал слова. Она заглянула Робин в глаза и нежно погладила её по щеке, словно стирая страх. — Мои остатки таки защитят меня. Как и в прошлый раз, когда ты, ну... сорвалась. — Алана прикусила манящую нижнюю губу Робин и добавила: — Но только не смей кусаться раньше, чем я кончу. — Слушаюсь, мэм. То есть — ни в коем случае, мэм. Алана чуть отстранилась. — Хватит разговоров. Робин вскинула бровь с дерзкой ухмылкой. — Считаешь? «Как можно выглядеть одновременно такой самоуверенной и такой сексуальной?» Алана облизнула губы. Вместо ответа она схватила Робин за воротник и притянула к себе для страстного поцелуя. Робин простонала ей в губы. Алана отпустила воротник и принялась расстегивать пуговицы на блузке Робин. Казалось, прошла вечность, прежде чем одежда упала на пол. Когда Алана на миг отстранилась, она увидела черный шелковый бюстгальтер. Во рту у неё пересохло, и она прижалась губами к груди Робин. — Подожди! Алана тут же отпрянула. — Что такое? Робин завела руки за спину, расстегнула лифчик и позволила лямкам соскользнуть с плеч. Её сияющая улыбка нашла отражение в глазах Аланы. Без колебаний та поймала губами сосок и начала сосать. — Ах! — Робин обхватила голову Аланы, направляя её. — Ты сводишь меня с ума. Ответом ей был танец языка на затвердевшем соске. Алана никак не могла насытиться её дурманящим вкусом и запахом. Ноги Робин подкосились, и она повалилась на кровать, увлекая Алану за собой. Когда Алана хотела переключиться на вторую грудь, Робин перехватила её за плечи и одним быстрым движением перевернула, оказавшись сверху. — Эй, — вяло запротестовала Алана. Запыхавшаяся Робин покачала головой: — Теперь моя очередь. Не успела Алана опомниться, как Робин избавила её от свитера и лифчика и принялась ласкать её грудь. Алана подалась навстречу, не в силах сдержать стон. Ей хотелось большего. — Давай снимем всё остальное. — О да. — Робин отстранилась и рванула застежку брюк. Через секунду она стояла перед кроватью в великолепной наготе. Алану захлестнуло нетерпение, она приподняла бедра, сбрасывая остатки одежды. — Иди сюда, — хрипло позвала она. Робин не заставила себя просить дважды — она накрыла тело Аланы своим в мгновение ока. Обе простонали от этого сладостного контакта. Алана раздвинула ноги и вздрогнула от мощной вспышки энергии там, где низ живота Робин прижался к её лону. Секунду спустя Робин прошлась языком по шее Аланы и осторожно прикусила кожу за ухом. Алана закрыла глаза, водя руками по позвоночнику Робин. Горячее дыхание обжигало кожу, когда Робин переместилась от шеи к ключицам, а затем снова к ждущей груди. Но, не задерживаясь там надолго, она снова поднялась выше. Алана приоткрыла глаза. Взгляд Робин был так полон нежности, что у Аланы перехватило дыхание сильнее, чем от поцелуев. Робин медленно провела тыльной стороной ладони по щеке Аланы. Она коротко, почти робко поцеловала её и прошептала: — Я люблю тебя. Слезы брызнули из глаз Аланы. Выражение лица Робин и её слова не оставляли сомнений в искренности. Она обхватила лицо Робин ладонями и ответила нежным поцелуем. Её язык сплетался с языком Робин без прежней лихорадочной спешки. Это была не просто страсть и похоть — это была любовь. Возможно, впервые за все столетия своего существования Алана поняла истинный смысл выражения «заниматься любовью». Робин, казалось, чувствовала то же самое — она не спешила, лаская и целуя каждый сантиметр её тела. Когда губы Робин стали опускаться всё ниже и ниже, Алана судорожно глотала воздух. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, выпрыгнет из груди. Она нетерпеливо раздвинула ноги еще шире. Но Робин по-прежнему не торопилась. Она провела ладонью по внутренней стороне бедер, сводя Алану с ума окончательно. — Робин, пожалуйста... — А? — Робин подняла голову с таким видом, будто только что очнулась от гипноза. — О, прости. Ты просто такая... — Какая? Глаза Робин сияли благоговением. — Ты невероятно красивая. Ты идеальная. Келли говорила то же самое, и Алана не была уверена, что когда-нибудь сможет снова поверить этим словам. Но восхищение в глазах Робин не оставляло места для сомнений. Внезапная резь в глазах заставила Алану отвернуться. Заставив себя снова встретиться с ней взглядом, она прохрипела: — И ты тоже. Правда. На несколько мгновений они потерялись в глазах друг друга, а затем Робин снова скользнула взглядом вниз по телу Аланы. Она коснулась языком нежных складок. — М-м-м... Стон Робин провибрировал внутри Аланы, отозвавшись покалыванием до кончиков пальцев. Алана откинула голову, вцепившись в плечи Робин. Снова и снова язык Робин ласкал её, словно она пыталась собрать каждую каплю влаги с лона Аланы, ни разу не коснувшись клитора. Алана извивалась под этими ласками, чувствуя, что готова кончить и без прямой стимуляции, если Робин продолжит в том же духе. Стоило огромных усилий сдерживать рваное дыхание и не стонать слишком громко. Наконец губы Робин накрыли клитор и начали осторожно сосать. Её язык ритмично порхал по чувствительному бугорку. — Да, да, именно так... — Алана сжимала плечи Робин так сильно, что наверняка оставила следы, но не могла ничего с собой поделать. Её тело было в огне. Прикосновения Робин высекали искры, которые превращались в настоящий взрыв внизу живота. Перед закрытыми глазами поплыли звезды, мир закружился. — О, Робин! Робин замедлила движения, затем остановилась и принялась нежно ласкать бедра и бедра Аланы. После последнего поцелуя в сверхчувствительный клитор, она поднялась выше. Их губы встретились — на этот раз в поцелуе, полном и страсти, и нежности. Алана чувствовала на губах вкус самой себя и стонала в рот Робин. Когда поцелуй закончился, она увидела перед собой раскрасневшееся лицо Робин. Такое прекрасное. Алана никогда никому не говорила, что любит, даже Келли, хотя и думала так. Но прямо сейчас последние сомнения в её чувствах к Робин исчезли, как исполненное желание. Словно Робин была самым ценным сокровищем в мире, Алана коснулась её губ кончиками пальцев. Когда их взгляды встретились, возникло чувство, будто они — одно целое, будто Робин читает её мысли. Робин улыбнулась. — Я люблю тебя всем сердцем, — прошептала Алана. Улыбка Робин стала еще шире, и она крепко обняла её. — Я тоже тебя люблю. Алана закрыла глаза. Она всегда считала, что Великий Поток — самое умиротворенное место во Вселенной, но в объятиях Робин она обрела покой, о котором и не мечтала. «Я дома».