Танец теней

Покер Субботний вечер на базе DSO был на удивление тихим. Никаких срочных вызовов, никаких прорывов биоугрозы, никаких сигналов тревоги. Крис Редфилд, оказавшийся в Вашингтоне проездом после совместной операции с BSAA, предложил скоротать время за игрой в покер. Леон согласился. Лиса, которая изначально сидела в углу с книгой, была призвана в качестве «независимого арбитра», но через двадцать минут наблюдения за игрой мужчин не выдержала и села за стол. Теперь, час спустя, ситуация была следующей: перед Лисой высилась внушительная горка фишек, Крис лишился половины своего стека, а Леон сидел с таким лицом, будто его только что обыграл ребёнок. — Ещё одна партия, — Крис постучал пальцами по столу. — Я требую реванша. — Это будет четвёртый реванш, Редфилд, — заметила Лиса, тасуя карты с ловкостью профессионального крупье. Её пальцы порхали над колодой, выполняя сложные трюки, которым она научилась неизвестно где и неизвестно зачем. — Ты уверен, что твоя мужская гордость это переживёт? — Моя мужская гордость переживала и не такое. — Действительно, — Леон откинулся на спинку стула, потягивая пиво. — Помнишь тот раз в Антарктиде, когда ты... — Мы не говорим о том разе в Антарктиде, — перебил Крис. — О, теперь мне интересно, — Лиса подняла бровь. — Ничего особенного. Просто небольшой инцидент с гигантским червём и парой ботинок Криса, которые остались в его желудке. — Это был НЕ червь. Это был мутировавший организм класса «Гадость». И ботинки были казённые. Лиса хмыкнула и начала раздавать карты. В комнате отдыха было полутемно — горела только лампа над столом, создавая островок света в центре. За окном сгущались сумерки. Где-то в коридоре гудела система вентиляции. — Кстати, о ботинках, — Крис взял свои карты и посмотрел на них с непроницаемым лицом. — Леон, ты заметил, что в последнее время твоя обувь стоит не у твоей двери? Леон, подносивший бутылку ко рту, замер. — Что? — Ну, у тебя же есть привычка оставлять ботинки в коридоре. Ты всегда так делал. А теперь они стоят у соседней двери. Дверь Лисы. Пауза. Лиса невозмутимо смотрела в свои карты. Её лицо было идеально спокойным — ни один мускул не дрогнул. Но Леон заметил, как чуть побелели костяшки пальцев, державших веер карт. — Может, тебе показалось, — сказал Леон нейтрально. — Мне не показалось. Я проверял. Три раза. В разное время суток, — Крис наконец оторвал взгляд от карт и посмотрел на Леона, потом на Лису. — Хотите, угадаю, в чём дело? — Валяй, — Лиса подняла на него свои серо-голубые глаза. Ледяной взгляд, который когда-то заставлял Леона ёжиться. Крис был не из тех, кого можно заморозить. — Вы спите вместе, — заявил он прямо. — Я прав? Тишина. Леон открыл рот, чтобы что-то сказать, но Лиса опередила его: — Вообще-то, Крис, это называется «состоим в романтических отношениях». Но если тебе удобнее формулировать это как «спите вместе», я не против. Крис крякнул. Он явно ожидал смущения, оправданий или, на худой конец, отрицания. Но не этого. — Так вы... официально? — Мы заполнили форму 34-В, — сообщила Лиса с каменным лицом. — Ханниган одобрила. Это достаточно официально? — Форму 34-В? — Крис расхохотался. — Вы заполнили бюрократическую форму о ваших отношениях? — Это была её идея, — быстро сказал Леон. — Моя? — Лиса повернулась к нему. — Ты сказал, что это стандартная процедура! — Это стандартная процедура! Просто обычно никто её не заполняет! — Так, стоп, — Крис поднял руку, всё ещё смеясь. — Давайте по порядку. Вы серьёзно? Вы двое? — Ты имеешь что-то против? — голос Лисы стал на градус холоднее. — Нет-нет, я ничего не имею против! Просто... — он посмотрел на Леона. — Помнишь, что ты сказал мне три года назад? Когда я спросил, почему ты всё ещё один? — Не помню, — быстро ответил Леон, хотя прекрасно помнил. — А я помню. Ты сказал: «Крис, в моей жизни нет места для отношений. Моя работа — это всё, что у меня есть. Я не могу позволить себе привязанности». — Я был молод и глуп. — Это было три года назад. Ты был молод и глуп в тридцать шесть? — Я был... менее зрел и глуп, — Леон сделал глоток пива, надеясь, что это скроет его смущение. — Люди меняются. — Да, я вижу, — Крис перевёл взгляд на Лису. — Значит, это ты его изменила. — Я ничего не делала, — ответила она. — Он сам. Я просто... оказалась рядом. — Оказалась рядом? — фыркнул Крис. — Лиса, я читал твоё досье. Ты не «оказываешься рядом». Ты возникаешь из ниоткуда, стреляешь из пушки, которая весит как половина моего арсенала, и исчезаешь. Ты — ходячая легенда среди оперативников. — Пушка называется «Реквием», — поправила она. — И она весит два и два десятых килограмма. Не половину твоего арсенала. — Два и два? — Крис присвистнул. — Я видел, как ты стреляешь из неё одной рукой. На записи с камер наблюдения. Это было... впечатляюще. — Ты смотрел записи с камер наблюдения за моей напарницей? — встрял Леон. — Бывшей напарницей. Теперь она твоя... кто? Девушка? Партнёрша? — Мы ещё не определились с терминологией, — ответила Лиса. — Но ботинки у её двери стоят, — добавил Крис с усмешкой. — Значит, что-то уже определилось. — Ты собирался играть в покер или допрашивать нас? — Леон поставил бутылку на стол с чуть большей силой, чем требовалось. — И то, и другое. Повышаю, — Крис подвинул фишки в центр стола. Лиса посмотрела на него, потом на свои карты, потом снова на него. — Блефуешь. — С чего ты взяла? — Твоя левая бровь дёрнулась. И ты начал постукивать пальцем по столу — три раза, потом пауза, потом ещё два. Ты делаешь это каждый раз, когда блефуешь. Крис замер. — Ты ведёшь подсчёт моим тикам? — Я хореограф. Я читаю язык тела, — она подвинула свои фишки в центр. — Уравниваю. И повышаю. — Чёрт, — Крис бросил карты на стол. — Ты невозможна. — Я знаю. Леон говорит мне это каждый день. — О, правда? — Крис оживился, переводя взгляд на друга. — Леон, что ещё ты ей говоришь каждый день? — Не твоё дело, Редфилд. — Нет, мне интересно. Ты говоришь ей, что она красивая? Что у неё глаза как... как что? — Как у айсберга, в который врезался «Титаник», — пробормотал Леон. — Потому что тонут все. Лиса бросила на него взгляд, в котором смешались возмущение и что-то, подозрительно похожее на удовольствие. — Ты никогда не говорил мне этого. — Это метафора. Я думал, ты любишь метафоры. Ты же читаешь Набокова. — О, вы уже на стадии чтения книг друг другу? — Крис откровенно наслаждался ситуацией. — Это серьёзно. — Мы не читаем друг другу книги, — сказала Лиса. — Она читает, я слушаю, — одновременно с ней сказал Леон. Они переглянулись. Крис заржал. — Вы скоординированы даже в отрицании. Это прекрасно. Просто прекрасно. — Сдавай карты, — потребовала Лиса ледяным тоном. — Сию минуту. Но сначала, — Крис взял свою бутылку и поднял её в жесте тоста. — Я хочу сказать тост. — Крис, не надо, — начал Леон. — Надо. Я хочу выпить за вас двоих, — он посмотрел на Лису. — За женщину, которая смогла сделать то, что не удавалось никому: заставить Леона Кеннеди перестать быть одиноким идиотом. И за тебя, Леон, — он перевёл взгляд на друга. — За то, что ты наконец нашёл кого-то, кто стреляет лучше тебя, двигается лучше тебя и обыгрывает нас обоих в покер. — Вообще-то я стреляю не лучше, — заметила Лиса. — Просто по-другому. — Скромность? От тебя? — изумился Крис. — Честность. У нас с Леоном разные специализации. — Разные специализации, — повторил Крис, покачивая головой. — Ханниган, наверное, была в восторге, когда заполняла вашу форму. — Она сказала, что никогда не видела Леона счастливым. И что нам не стоит это портить. — Ханниган сказала это? — Крис выглядел искренне удивлённым. — Наша Ханниган? Которая считает, что эмоции — это «неэффективное использование когнитивных ресурсов»? — Та самая, — кивнул Леон. — Тогда это действительно серьёзно, — Крис сделал глоток. — Если Ханниган благословила ваш союз, считайте, что у вас есть разрешение от высшего командования. — Мы не спрашивали разрешения, — отрезала Лиса. — И это то, что мне в тебе нравится, — Крис улыбнулся. — Ты ему подходишь. — Ты закончил? — спросил Леон, чьи уши уже приобрели отчётливо пунцовый оттенок. — Почти, — Крис разлил остатки пива по стаканам. — Ещё одно. Лиса, если он когда-нибудь сделает глупость — вроде той, что он сделал в Испании с тем лазерным залом... — Ты обещал не говорить об этом! — ...ты имеешь полное право использовать свой «Реквием» в воспитательных целях. Я разрешаю. — Заметано, — Лиса чуть улыбнулась. — Но я предпочитаю другие методы воспитания. — Какие? — спросил Крис с интересом. — Заставляю его читать Набокова вслух. Крис посмотрел на Леона с выражением глубочайшего сочувствия. — Друг мой, ты пропал. — Я знаю, — ответил Леон, глядя на Лису. И в этом взгляде было всё: нежность, восхищение, лёгкая обречённость и полное, абсолютное счастье. — Я знаю. — Ладно, — Крис хлопнул ладонью по столу. — Давайте играть. И на этот раз, Лиса, я тебя обыграю. — Не обыграешь. — Почему? — Потому что ты снова постукиваешь пальцем. Крис посмотрел на свою руку, замершую над столом, и выругался. Леон засмеялся. Лиса сгребла фишки в центр. Вечер продолжался. А где-то в другом крыле базы Ханниган, просматривая камеры наблюдения, сделала пометку в файле: «Межведомственное взаимодействие между DSO и BSAA проходит в неформальной обстановке. Рекомендовано: увеличить бюджет на покерные фишки». И, кажется, улыбнулась — но камеры этого не зафиксировали.