Грань дозволенного

Три дня после гонки Джейк ходил сам не свой. Он почти не выходил из комнаты, пропускал завтраки, а на вопросы матери отвечал односложно. Внутри горело странное чувство — не гордость, не страх, а тягучая, липкая тревога. Потому что он узнал свой стиль. Каждый поворот, каждая смена передачи, даже то, как серая «Ауди» входила в шиканой — с лёгким заносом задней оси перед выравниванием — было точной копией того, чему его учили много лет назад. Тому, кто выигрывал юниорскую лигу три года подряд. Тому, кто исчез, когда Шим Джихан — отец Джейка — якобы погиб в автокатастрофе. Якобы. Джейк никогда не видел тело. Ему сказали: авария на трассе, машина сгорела, останки неопознаваемы. Мать рыдала две недели, а потом собрала вещи, продала дом и увезла Джейка в другой конец страны. Гонкам пришёл конец. Вместе с детством. — Ты чего такой бледный? — Рики ввалился в комнату без стука, как всегда, но на этот раз в его руках не было энергетика. Вместо этого — ноутбук, исписанный стикерами, и бумажная папка толщиной в два пальца. — И почему не отвечаешь на сообщения? Я тебе двадцать три написал. — Не до того было, — отмахнулся Джейк, но взгляд его уже зацепился за папку. — Это что? — Ты просил копать, — Рики опустился на край кровати, и его лицо — обычно весёлое, слегка нахальное — стало серьёзным. Настолько, что Джейк впервые за три дня по-настоящему сфокусировался на друге. — Я копал. Глубже, чем планировал. Нашёл кое-что, Джейк. И ты должен это увидеть, прежде чем я скажу что-то вслух. — Рики, ты меня пугаешь, — Джейк приподнялся на локтях. — Хорошо. Значит, работаю правильно, — блондин развернул ноутбук экраном к другу. На мониторе был сайт подпольных ставок на гонки — тёмный фон, зелёные цифры, анонимные профили. Рики ткнул пальцем в одну из записей. — Смотри. Статистика гонщика «Фантом»: тридцать два заезда, тридцать одна победа. Единственное поражение — три дня назад, когда ты сидел рядом с Хисыном в чёрной тачке. До этого — ноль ошибок. Идеальная траектория. Идеальный расчёт. Почти нечеловеческий. — Многие профессионалы так могут, — возразил Джейк, хотя внутри уже завязался холодный узел. — Многие — нет, — Рики переключил вкладку. Теперь на экране было сканированное фото старой газетной вырезки. «Чемпион юниорской лиги: Шим Джихан воспитывает будущего короля трассы». На фото — мужчина с волевым лицом, тёмными волосами и мальчик лет десяти, который смотрит в камеру серьёзными глазами. Джейк узнал себя. Узнал отца. — Твой папа, верно? — Откуда у тебя это? — голос Джейка сел. — История браузера, — Рики усмехнулся, но усмешка вышла грустной. — Я наткнулся на форум старых гонщиков. Там кто-то обмолвился, что стиль Фантома невероятно напоминает стиль Шима Джихана. Я сначала не поверил. А потом начал сравнивать записи гонок. Покадрово. На экране появились два видео, синхронизированные по времени. Слева — старая запись с местного трека, где отец Джейка выходил из финального поворота. Справа — запись гонки серой «Ауди» недельной давности. Рики запустил воспроизведение. Джейк смотрел, как два силуэта — один размытый старой плёнкой, другой — чёткий, в HD — совершают абсолютно одинаковые движения рук. Одна и та же точка входа в поворот. Один и тот же угол заноса. Та же пауза перед перегазовкой. — Это может быть совпадением, — прошептал Джейк, хотя сам себе уже не верил. — Совпадением? — Рики открыл следующую вкладку. — А это? На экране была выписка со счёта. Банк на Каймановых островах. Движение средств: регулярные переводы на имя «Шин Инха» — анонимный аккаунт, зарегистрированный через подставную фирму. Суммы: от пятидесяти до двухсот тысяч долларов. Каждый месяц. Начиная с даты, которая заставила сердце Джейка остановиться на три удара. — Это дата предполагаемой смерти твоего отца, — тихо сказал Рики. — Через три дня после «аварии» счёт был открыт. И он активен до сих пор. Последний перевод — три дня назад, сразу после гонки, где вы победили. Сто тысяч. На тот же счёт. Тишина в комнате стала вакуумной. Джейк не мог дышать. В голове стучало, пульсировало, складывалось в одну страшную фразу, которую он боялся произнести. — Ты хочешь сказать… — начал он, запинаясь. — Я хочу сказать, что твой отец, скорее всего, жив, — Рики взял его за руку, сжал пальцы. — Он инсценировал смерть. Ушёл в тень. И теперь участвует в подпольных гонках под именем, которое ты сам себе придумал в детстве. Фантом. Он украл твой псевдоним, Джейк. Или… не украл. Использовал. Как наследие. Джейк выдернул руку. Встал. Подошёл к окну, упёрся лбом в холодное стекло. За окном садилось солнце, и розовый свет падал на идеальную лужайку особняка Ли. Всё такое же фальшивое, как и новости о смерти отца. — Зачем? — выдавил он наконец. Голос треснул, как сухой лёд. — Зачем ему это? У него были мы. Мать. Я. Он меня учил. Он… он меня любил. Я же чувствовал. — Люди, которые одержимы скоростью, иногда любят не так, как мы хотим, — мягко сказал Рики, подходя ближе. — Может быть, он любил гонки больше. Может быть, задолжал кому-то. Может быть, его хотели убить по-настоящему. Я не знаю. Но я знаю одно: Фантом, которого боится Хисын — это твой отец. И теперь ты знаешь правду. Что будешь делать? Джейк молчал долго. Секунду. Минуту. Пять. Когда он обернулся, в его глазах горело что-то новое — не боль, не ярость. Решимость. — Ты сможешь узнать, где будет его следующая гонка? — спросил он. — Уже знаю, — Рики вытащил из папки листок с адресом. — Заброшенный аэродром к югу от города. Через два дня. Ставка — пятьдесят тысяч. Хисын уже заявился. И ещё кое-кто. — Фантом? — уточнил Джейк. — Фантом, — кивнул Рики. — Но теперь ты знаешь, кто это. И главное — ты знаешь его слабые места. Ты. Потому что ты единственный, кто учился у него и помнит всё. Джейк взял листок. Бумага была тёплой от пальцев Рики, но на ощупь казалась ледяной. — Не говори никому, — попросил он. — Особенно Хисыну. — Думаешь, он не поймёт? — Рики прищурился. — Поймёт. Поэтому и не говори, — Джейк сунул листок в карман джинсов. — Я должен поговорить с ним сам. На треке. Лицом к лицу. Без свидетелей. — Это опасно, — тихо сказал Рики. — Я знаю, — Джейк посмотрел на своё отражение в зеркале. Мальчик, которого учил отец, стал мужчиной, который должен встретиться с призраком прошлого. — Но если не я, то кто? Фантом — это моя тень. И пора перестать от неё бежать.

***

В ту же ночь Джейк не спал. Сидел на подоконнике, сжимая в руке старую фотографию — единственную, что осталась от отца. На обороте было написано детским почерком: «Папе от Джейка. Ты лучший гонщик в мире». — Ты обманул меня, — прошептал он в темноту. — Ты обманул маму. Ты притворился мёртвым и продолжил гоняться, будто нас никогда не существовало. Зачем? Ответа не было. Только ветер шумел за окном. А в соседней комнате Хисын тоже не спал, глядя в потолок и думая о тёмных глазах парня, который вёл его машину так, будто родился за рулём. И о тех словах: «Меня называли Фантом». — Кто же ты на самом деле, Шим Джейк? — прошептал Хисын, не зная, что правда окажется страшнее всего, что он мог себе представить. А в другом конце города, на заброшенном складе, мужчина в тёмной куртке выключил запись гонки, где чёрная машина обошла серую «Ауди». Он сидел в полумраке, скрывая лицо. Но губы его шевелились, беззвучно повторяя одно и то же имя: — Джейк... мой Джейк... зачем ты вернулся? Зачем разрушил мою легенду? Он взял телефон и набрал номер. — Скажи организаторам, что на следующей гонке Фантом будет. И пусть готовят двойную ставку. У меня появился личный интерес. В трубке что-то ответили. Мужчина усмехнулся — сухо, безрадостно. — Нет, я не боюсь. Я просто хочу посмотреть на него вблизи. На своего сына, который думает, что я мёртв. И решить... убить ли легенду во второй раз. Он нажал отбой. Склад погрузился в тишину.