Ты этого стоишь

Бильбо развернул помятый листок с набросками, где крохотными рисунками были обозначены будущие посадки. — Так, вот эти, Торин, лиловые колокольчики, пойдут вдоль парапета, чтобы их было видно издалека. А вот эти, с крупными листьями, тут, у камня, для тени. А вот здесь... — хоббит указал на чуть более притененный участок. — Я хочу попробовать высадить несколько черенков карликовых фруктовых деревьев. Яблоки, груши... представь, как будет здорово собирать их прямо здесь, в Горе! И, конечно, где-то здесь, — он хитро подмигнул, — должен быть уголок для хорошего табачного листа. Для меня, но думаю, что остальные тоже оценят. — А вот тут, — добавил Бильбо, указывая на солнечный, защищенный уголок у самой стены, — будет клубника. Для тебя, Торин. Старые гномы-садоводы, приглашенные Бильбо для консультаций, с уважением наблюдали за уже проделанной работой, изреддка давая мудрые советы, где можно что-то исправить. Некоторые из них одобрительно кивали, услышав про табак, фруктовые деревья и клубнику, понимая практическую выгоду. А Оин, с неизменной лупой на глазу, заинтересованно разглядывал пакетики с семенами целебных трав. — А что это у тебя, Мастер Бэггинс? — прокряхтел он. — Этот листок... похож на Ацелас. — Именно он! — радостно подтвердил Бильбо. — Надеюсь, удастся вырастить. Его запас точно не будет лишним. Осмотрев все запасы грядок гномы постепенно покидали террасу, оставляя хоббита с королем наедине - основной момент высадки растений оставался личным для Торина и Бильбо. — Я не хочу смущать своих подданных видом короля, испачканного землей, — проговорил Торин, смущенно глядя на свои запачканные ладони. — Этот момент только для нас. — И это правильно, мой король, — мягко ответил Бильбо, улыбаясь. — Некоторые вещи должны оставаться личными. Тем более, что мы уже достаточно шокируем их. Он неуклюже, но старательно помогал Бильбо выкапывать небольшие лунки, слушая рассказы хоббита о каждом из будущих цветов, деревьев, трав и ягод. Бильбо говорил о том, как зацветет лаванда, наполняя воздух сладким ароматом, как яркие маки будут раскачиваться на ветру, и как скромные ромашки укроют землю мягким ковром. Он объяснял, как ухаживать за молодыми яблоньками и грушами, чтобы те давали плоды, с какой стороны лучше посадить табак, чтобы он получил достаточно солнца, и как важно уберечь нежную клубнику от вредителей. Каждый высаженный росток казался маленьким обещанием. Обещанием лета, цветения, изобилия, и чего-то еще, гораздо более личного и важного, что расцветало в сердце Торина вместе с этими первыми всходами. Он смотрел, как Бильбо бережно поправляет землю вокруг крошечного стебелька, и понимал, что этот сад, эта новая весна — это не просто украшение Эребора. Это было начало их общей жизни, их общего дома, построенного не из камня и золота, а из нежности и терпения, из мечты о плодоносящих деревьях и целебных травах, об ароматных ягодах для короля, и, конечно, из одного маленького уголка для хоббитской трубки.