Добрый рыцарь/A Good Knight

Монахи испытывали тревожную нехватку заключенных. Они вытаскивали из заточения одного деревенского жителя за другим, чтобы затем сбрасывать трупы тех на растущую кучу. Теперь все камеры были пусты. Кроме той, в которой находился Луис. Последней их жертвой, или, по крайней мере, так думал Луис, была прикована цепями, его дикие глаза отчаянно искали возможность побега. К сожалению, испанец не мог ему ничем помочь. К еще большему сожалению, мужчина быстро истекал кровью. Луису предстояло выжить раньше, чем он надеялся. Его рука скользнула в карман куртки, нащупав небольшой кусочек металла. Время для выполнения своей задачи истекало. Луис размял плечи, суставы хрустели от многочасового сидения на бетонном полу. Сделав несколько глубоких вдохов, испанец похрустел шеей и начал расхаживать взад-вперед по короткой камере. Он перепрыгивал с ноги на ногу, сжимая кулаки. Прикованный цепями пленник закричал, отвлекая внимание Луиса от его раздумий. Кожа мужчины была бледной и блестящей от пота. Ему оставалось недолго. А значит, Луис следующий. Если это конец, Серра не позволит этому случиться без борьбы. Если ему суждено умереть, то только на своих условиях. Руки Луиса поднялись над головой плавным, отработанным движением. Ноги ритмично топали в такт музыке, которую слышал только он. На несколько мгновений прерывистые крики мужчины заглушила неслышимая музыка. Луис бросил взгляд на монахов, один из них, обернувшись, поднял большой клинок. Он вонзился в живот их закованного в цепи пленника, положив конец его страданиям, и посмотрел в сторону Луиса. Отбросив еще одно тело в сторону, монахи теперь обратились к келье Серры. Их было всего двое, в сопровождении одной из женщин, закутанной в белую простыню. Легко. Когда они приблизились, Луис снова повернулся, кланяясь трупу, с которым делил камеру. — Parece que me toca bailar, hermano, — пробормотал он, взмахнув рукой. Луис выпрямился, когда дверь отперлась. Мужчина сжал кулаки и челюсть, его взгляд метался между целями, предвкушая атаку. Краузер мог бы им гордиться. Когда они вошли в келью, женщина, завернутая в простыню, замахнулась фонарем, который держала в руках. Не на Луиса, а на коллегу справа от нее, который моментально рухнул без движения. Луис в удивлении отшатнулся, подняв руки. Женщина пнула другого монаха, отчего тот рухнул на пол с глухим звуком. Он был прав когда думал, что ей не всё равно. — Так нельзя заканчивать танец, — Ада сняла с головы повязку и отбросила её в сторону. Она развевалась и упала на покойного соседа Луиса по комнате. Серра улыбнулся, ловким движением закружился в танце. Через несколько секунд приобнял Аду за талию, сделав эффектную паузу. Ада поднесла сигарету к губам Луиса, он с благодарностью принял её. — Полагаю, твои любимые? — Вовремя, Ада. Ты же знаешь, как я отношусь к тому, когда меня связывают, — ответил Луис, отпуская женщину и кружа её, пока она бросала на его странные взгляды. — И да. Большое спасибо. Видишь ли, эти надоедливые монахи отняли у меня всё. Ада выпрямилась. — Включая Янтарь? — ее голос стал холоднее. Она ненормально жаждала заполучить этот Янтарь. — О-хо-хо, нет. Спрятал, прямо перед тем, как меня схватили. — Луис улыбнулся, заметив, как его слова разрядили напряжение Ады. — Что ж, тогда веди. — Ледяная нотка в её голосе исчезла. Луис протянул руки, указывая на дверь камеры. — С удовольствием, — С Адой найти Янтарь будет проще. — Идём. Луис повёл Аду через камеру, повторяя путь, пройденный с Мендесом. — Это близко? — Ада перешла сразу к делу. — Не совсем, — Луис мысленно проложил маршрут. Им предстояло пройти немалую часть замка, а затем вдоль стены почти полтора километра. — Но зато безопасно. Испанец наделся, это успокоит её опасения. — Нет, дружок, так не получится. Ты же знаешь условия. — Женщина всё ещё сомневалась в нём. Ему придётся доказать ей обратное. — Так я тебе все ещё нужен или? — Ещё одно испытание терпения Ады. — Я пока не знаю… — ответила Вонг с удивительной честностью. Луис избегал смотреть на многочисленные орудия пыток и изувеченные трупы, разбросанные по их пути. Постоянный звон цепей и так успел свести его с ума. Трещина в стене, которую Луис раньше не замечал, сократила время их пути. Когда они проскользнули сквозь неё, замерцали факелы, а монахи бросились в их сторону. Было наивно полагать что его побег останется незамеченным. — К нам идут гости, — тихо сказала Ада, поворачиваясь к Луису. — Но мы поступим благородно, верно? — Верно, — ответил Луис, ничего не понимая. Но у Ады кажется был план. Сейчас было не время спорить. Ада заняла позицию впереди, ведя Луиса к веревке, свисающей посреди комнаты. Она поспешно обмотала ее вокруг талии мужчины, закрепив карабином. — Вставай, Луис, — сказала она ровным тоном, и ее взгляд проследил за веревкой до отверстия в потолке. Луис проверил веревку небольшим рывком. — ¡Арриба и листо! Дверь наверху небольшой лестницы в дальнем конце комнаты со скрипом открылась. Вперед вышла фигура в капюшоне, совершенно непохожая на монахов. Она имела насекомоподобный вид, когтистые руки были переплетены, глаза светились красным, а из-под ткани едва виднелись челюсти. Поистине отвратительное зрелище. Ада приблизилась к Луису. — Принеси Янтарь. Встретимся позже, — сказала она, сосредоточив взгляд на мутировавшем уроде. — Нет! — быстро вмешался Луис, когда Ада побежала к существу. Наверняка она собиралась сражаться. И уж точно в одиночку. — Извини, что за мужчина бросает женщину… — он вскрикнул, когда веревка натянулась, резко потянув его в отверстие наверху, и он не очень-то грациозно приземлился на крышу. Быстро отстегнув страховочный пояс, Мужчина осторожно наклонился над отверстием. — Тогда встретимся в церкви, — взволнованно сказал Серра. — Давай не будем устраивать похороны, ладно? Луис отступил от дыры, укрепившись на крыше. Он огляделся, ища какие-либо припасы, которые могла оставить Ада. Ничего не было, никакого оружия, с которым Луис мог бы прийти на помощь женщине. Безоружный он скорее был бы помехой недели союзником. Достать янтарь и идти в церковь. Выстрелы эхом разнеслись по просторной комнате прямо под ногами Луиса. Вскоре за этим последовал жуткий визг того существа. Луис кивнул себе, найдя стену с наиболее удобной опорой для ног. Ада может за себя постоять. Луис спустился на мягкую землю после нескольких минут напряженного спуска. Он застонал про себя, вытирая руки о штаны. К счастью, Янтарь хранился на уровне земли. Больше не нужно было карабкаться. Он вытащил рюкзак из кармана, затем, снова застонав, похлопал себя по груди. По-видимому, сегодня у его удачи был предел. Луис посмотрел в сторону леса, мысленно возвращаясь по своим следам и прокладывая путь к своему укрытию. И, возможно, к потерянной зажигалке, если удача все-таки соизволит ему улыбнуться. Рюкзак был помещен на место, и Луис, настороженно осматривая опушку леса, принялся за бег. Вероятнее всего, в этом районе роились ганадосы, разыскивающие украденные Луисом вещи. Луису оставалось лишь избегать их. Или сражаться с ними. И победить. Если получится. Его шаг замедлился, когда мужчина обдумал эту возможность, и он взглянул в сторону деревни. Ему нечем было защититься. Без ножа, без пистолета Луис сам признал, что у него мало шансов против даже слабого противника. Ладно, ладно. Новый маршрут: Оружие, янтарь, церковь. Сначала оружие. Возвращаться на остров было исключено. Замок Салазара был слишком рискованным путем. Тогда в деревню на берегу озера. У его деда был пистолет, архаично выглядящий, но, хотелось надеяться, все еще в рабочем состоянии.В любом случае, домик был по пути в церковь. Повернувшись спиной к стенам замка, Луис начал свой путь в деревню – в свой дом детства. Это было его первое возвращение домой за много лет, с необычным поводом. Тихий гул привлек внимание Луиса к толпе зараженных на грунтовой дороге. Присев между деревьями, он затаил дыхание, когда они проходили мимо. Их сопровождал кто-то, кто вел их в сторону полуразрушенной церкви. Орда защитно обходила свою добычу, скрывая их от посторонних глаз. Церковь вскоре станет еще опаснее, если эта группа планирует там обосноваться. Приоритет испанца оставался прежним – найти оружие. Луис подождал, пока зараженные не скроются из виду и не окажутся в пределах слышимости, после чего осторожно зашагал сквозь лес. В небе ещё оставалось немного дневного света, и перед ним извивались узкие переулки деревни. Ему нужно было поторопиться, с наступлением сумерек на этих тропинках станет гораздо оживленнее. Луис замер на пороге того, что когда-то было его домом. Обугленной древесине было почти двадцать лет, но мужчина готов был поклясться, что чувствует запах гари. Она была на удивление нетронутой, словно реликвия, выставленная на всеобщее обозрение в течении долгих лет. Пистолет хранился в ящике, у кровати деда. Луис смотрел прямо перед собой, избегая воспоминаний. Сейчас было не время предаваться ностальгии. Не раньше, когда он исправит свои ошибки. Луис открыл ящик и с облегчением вздохнул, услышав, как пистолет лязгает о болтающиеся в деревянном контейнере пули. Испанец взял его, рассматривая с разных сторон. На удивление, тот был в хорошем состоянии. Была надежда что он работает. После того, как Луис потратил немало времени, разбираясь, как зарядить это устройство, он засунул его за пояс. Мужчина собирался проверить оружие в лесу, подальше от слышимости жителей деревни. Теперь Янтарь. На прикроватной тумбочке стояла фотография в рамке, которая привлекла его внимание, когда Луис встал, чтобы уйти. Он вспомнил, когда она была сделана, той самой камерой, которая... Тяжелые шаги раздались у входа в дом. Серра снова присел на корточки, стараясь успокоить учащенное дыхание. Прислушиваясь, он нащупал рукоятку пистолета, немигая, уставившись на дверь спальни. У заражённых короткая концентрация внимания. Скоро они сдадутся и уйдут. Но когда ступеньки осторожно пробирались через столовую, Луис понял, что они могут принадлежать только одному конкретному человеку. Это был Мендес. Луис приставил пистолет к груди, хватка внезапно стала скользкой в его вспотевшей руке. Дыхание участилось, он медленно двинулся к двери, все еще пригнувшись к полу, каждый шаг проверяя, не скрипит ли дерево. Если Мендес найдет его – Луис покойник. Хотя, он должен был уже давно быть мертв, с его то неумением затыкать вовремя рот. Ступеньки прокладывали себе путь сквозь разрушенный дом. Комнат было немного. Обыск у старосты будет быстрым. В спальне, где Луис сидел на корточках, была всего одна дверь. Он окажется в ловушке, если Мендес войдет через нее. Луис держал одну руку над дверной ручкой, а другой все еще сжимал пистолет. Он ждал. Методичный звук шагов Мендеса в дальнем коридоре, том самом, который вел к люку, был для него сигналом, означающим, что шеф спускается в подвал, создавая крошечную возможность для Луиса незаметно сбежать. Луис осторожно толкнул дверь, резко вдохнув, когда заскрипели петли. Шаги остановились. Испанец остановился одновременно с ними, его ледяная кровь приковала тело к месту. Его взгляд метался между входной дверью, путем к спасению, и дверью, ведущей в подвал. Мендес досадно замолчал. Луис мог бы попытаться пробраться к двери, пригнувшись, но половицы были расшатаны, и повсюду были следы пожара. Вряд ли получится это сделать тихо. Он мог бы побежать, мчаться к двери, затем прятаться в деревне. Но... насколько быстр Мендес? Рассчитывая на то, что ответ будет не в его пользу, Луис рванул с места. Стук его ног по дереву тут же сменился оглушительным хлопком бега самого Мендеса. Притворившись, что не слышит этого громилу, Луис сосредоточил взгляд на входной двери. Он успеет дойти. Еще несколько шагов, и... Мендес ворвался в подвал, встав между Луисом и его попыткой скрыться. Начальник не сбавил обороты и бросился прямо на испанца. Недолго думая, Луис поднял пистолет и выпустил три выстрела в грудь Мендеса. Пули попали в мужчину, небольшие брызги крови свидетельствовали об их попадании, но Мендес не остановился и продолжал надвигаться как ни в чем не бывало. По крайней мере, пистолет оказывается работает. — Шеф... — начал Луис, но Мендес, выдавив из себя весь воздух, толкнул того плечом к стене. Неловко Луис рухнул, хромая вдоль стены и держась за грудь. Каким-то чудом он удержал в руке пистолет. Мендес двинулся дальше к Луису, но теперь предпочел идти пешком, следуя за мужчиной, который с трудом держался на ногах, опираясь свободной рукой о стену. Луис снова вытащил пистолет, как можно быстрее, и успел дважды нажать на курок: одна пуля задела руку громилы, другая застряла в потолке. Правое запястье Луиса схватила одна из огромных рук Мендеса, после чего пистолет с силой ударился о стену. Оружие с грохотом упало на пол, и ударная волна от попадания прокатилась по руке Луиса. Хватка не ослабевала. Мендес продолжал держать Луиса за руку, используя это как рычаг, чтобы не дать ему убежать. Хотя Серра понимал, что это бесполезно, все равно другой рукой отчаянно пытался вырваться из железной хватки. — Начальник, — снова попытался Луис. Мендес был заражен крайне неразвитой плазой, лишившей его большей части интеллекта и всей автономии. И снова это не остановило Луиса, который обратился к разуму того. — Я все еще могу быть полезен, — Не стоило обращаться к мужчине, нужно обратиться к плазе внутри него. — У меня есть дополнительные исследования Янтаря. Я могу сделать для вас гораздо больше. Мендес перестал тянуть Луиса за руку, но продолжал держать ее. Его разноцветные глаза смотрели на Луиса с нечитаемым выражением. На мгновение испанец увидел уважаемого лидера своего родного города, промелькнула знакомая картина. — Шеф Мендес? — Луис снова вгляделся в его лицо. Ничего не изменилось, но хватка ослабла, и Луис инстинктивно вывернул руку. Быстро увернувшись, он едва избежал удара кулаком о дерево. Любые проблески воспоминаний в глазах старосты погасли от неповиновения ученого. Луис, спотыкаясь, отошел от Мендеса, опрокидывая стулья по мере продвижения по столовой и создавая препятствия. Пистолет лежал под ногами начальника, вне досягаемости. Серра осмотрел комнату в поисках другого оружия или чего-нибудь, что можно было бы использовать в обороне. У его ног лежала доска, наполовину обгоревшая и расколотая, но он все равно поднял ее, готовясь замахнуться на Мендеса. Стулья ничуть не мешали этому гиганту, который легко перешагивал через них, быстро сокращая расстояние между собой и Луисом. В походке гиганта не было никакой спешки, лишь один размеренный шаг за другим. Опасаясь, что его быстро прижмут к стене, Луис замахнулся на Мендеса самодельной дубинкой. Удар пришелся тому в лицо, отбросив голову в сторону и сбив шляпу к ногам. Если Мендесу и было больно, он этого не показал, продолжая неуклонно продвигаться вперед. Обойдя комнату, Луис побежал к брошенному пистолету. Ему нужно было оружие, которое можно было бы использовать на расстоянии. В ближнем бою он не мог сравниться с Мендесом. Обхватив левой рукой правую, чтобы успокоить дрожь, Серра прицелился. Ствол был опущен и направлен на колени врага, после чего испанец выстрелил. Один выстрел. Брызги крови из бедра Мендеса. Затем мужчина бросился в атаку, схватив Луиса за шею. Он был поразительно быстр для своих размеров. В панике Луис вслепую выстрелил в Мендеса, надеясь, что это наконец-то возымеет эффект. Его левая рука была на руке старосты, в попытке отцепить пальцы от шеи. — Брось, — заговорил Мендес, заставив Луиса испуганно посмотреть на него. Рука, сжимавшая его горло, напряглась, когда Гигант родолжил идти вперед, снова прижав Луиса спиной к стене. Луис все равно бы умер. Зато он сопротивлялся. Раз, два, три раза – каждый выстрел издавал тот влажный, хлюпающий звук, когда пули впивались в плоть. Только когда пистолет бесполезно щёлкнул, вежливо сообщив Луису, что патроны отпущены, Мендес отреагировал. Его свободная рука обхватила ствол пистолета и повернулась. Луис вскрикнул, когда его палец застрял в спусковой скобе, и ему пришлось отпустить оружие, в риске сломать конечность. Оставалось только ждать. Его жизнь была в руках Мендеса, Луис окинул взглядом знакомую комнату. Как символично. Умереть дома. Убитым Мендесом. Он уже слышал это раньше. Единственная надежда заключалась в том, что смерть Луиса наступит быстрее, чем смерть его деда. Сгореть заживо было болезненным способом умереть. Давление должно было увеличиться. Учитывая силу и размеры Мендеса, даже малейшего усилия было бы достаточно, чтобы перекрыть кровоток к мозгу испанца, а возможно, даже сломать позвоночник и обезглавить его изнутри. Необъяснимо, но рука отпустила его прежде, чем Серра успел развернуться, прижавшись грудью к дереву. — Что… — слова, полные недоумения, прервались, когда руки Луиса резко завели за спину, и грубая веревка туго обмотала их. — Почему ты… Мендес, схватив Луиса за запястья и оттащив от стены, бросил его на пол, словно мешок. Не сумев удержаться, Луис ударился плечом о жесткую деревянную стену. Отсрочка казни. Его жизнь, видимо, чего-то да стоила. Луис не жаловался. Его запястья натирали веревку, когда мужчина пытался подняться в сидячее положение. Ну, одна жалоба. — Я рад, что остался жив. Но я не могу не задаваться вопросом, почему это произошло. — Луис отчаянно дернулся ногами, пытаясь отползти от Мендеса, который, видимо, переводил дух, смотря на связанного мужчину сверху вниз. Пауза была недолгой: Мендес нагнулся над Луисом, сильно ударив его коленом в бедро и еще больше обездвижив. Воспользовавшись сгорбящим мужчиной, Мендес обмотал его лодыжки еще одной веревкой. — Вижу, вы не рискуете. — Луис попытался тихонько рассмеяться, напрягая руки, проверяя прочность пут. Неудивительно, что они не поддались. — Предполагаю, лорду Саддлеру от меня что-то нужно? Луиса подняли на ноги, удержав за воротник куртки. Другая рука Мендеса шарила по карманам куртки. Ладонь гиганта двигалась целенаправленно, словно он точно знал, что искать. Она достала небольшой металлический предмет и поднесла его к Луису, который с трудом сдержал недовольный стон. Этот кусочек серебра, спасительная нить Луиса, был раздавлен массивным ботинком и отброшен ногой, присоединившись к многолетней пыли, скопившейся под кухонными шкафами. Когда он скрылся из виду, сердце Луиса, казалось, так же отчаянно пыталось вырваться из груди, как и веревки. Это было не к добру. — Понял... никаких жучков, — Луис кивнул, поморщившись от того, как его руки сами собой начали дергать за ушибленные запястья. Он сжал челюсти, а в голове промелькнули яркие образы того, чего именно Мендес собирался с ним сделать. Староста открыл один из шкафов и вытащил огромный мешок из стопки таких же, который в прошлой жизни использовался для перевозки урожая с местной фермы. Держа ткань на расстоянии вытянутой руки, Мендес переводил взгляд с Луиса на мешок, и этот намек заставил испанца затаить дыхание. — Шеф, — Медленно покачав головой, Луис недоверчиво уставился на сумку. — Я прекрасно могу ходить. Обещаю...обещаю, я не побегу. А если и сбегу, мы оба понимаем, что ты даже не вспотеешь. Поймать меня для тебя не проблема. — Он изо всех сил старался не запнуться на собственных словах, испытывая непривычное и неприятное чувство. Не обращая внимания на мольбы, Мендес порылся в карманах и обнаружил рулон скотча. Пока его пальцы в перчатках пытались найти край, Луис подтянул связанные ноги к своей груди. — В этом нет необходимости, — Серра попытался сделать глубокий вдох, но дыхание было прерывистым и неровным. Мендес стоял над Луисом, по одну ногу с каждой стороны связанного мужчины. — Скажи мне, где он. Угроза была очевидна, но она также раскрыла карты Мендеса. Луис был прав. Он был им нужен. Или, по крайней мере, его знания были необходимы. Испанец намеревался сохранить это положение вещей. — Извини, старый друг. — его голос дрожал, несмотря на все его усилия. — Где что? Я тебя не понимаю. — Тогда побереги свои слова, — Мендес размотал ленту, его взгляд был прикован к Луису. — Они понадобится тебе, чтобы выполнить просьбу лорда Саддлера. Желая раствориться в половицах, Луис оттолкнулся от земли, игнорируя давящую тяжесть своего тела на руки. Слово «просьба» так невинно описывало то, что, несомненно, задумал для него Саддлер. — Как бы мне ни хотелось еще раз поговорить с нашим Господином, у меня назначена встреча. Челюсть Луиса внезапно с силой схватили с, причинив боль. Скотч приложился к его рту с гораздо большим усилием, чем нужно. Когда кусок оторвали от рулона, Мендес ударил Луиса по щеке, отчего перед глазами у того потемнело. — Ты слишком много говоришь, — Последовала пауза, что было не понятным, так как в ухе Луиса звенело. — Ты всегда слишком много болтаешь. Луис широко раскрыл глаза, глядя на Мендеса. К его досаде, вопросы, которые вот-вот должны были слететь с языка, были заглушены скотчем. Этот момент узнавания в глазах шефа был настоящим. Осталось ли внутри него что-то прежнее, человеческое? Экзистенциальные вопросы могут подождать. Мужчина тащил мешок к Луису, возобновляя тщетные попытки испанца отстраниться. Тяжелый ботинок ударил его в грудь, прижав к полу. Луис закашлялся сквозь кляп, легкие были сдавлены Мендесом. Ноги испанца оказались засунуты в горловину мешка. Мендес держал запыхавшегося Луиса за затылок, дергая за край мешка и продвигая его вверх по его телу, обволакивая тканью, словно змея, пожирающая свою добычу. Внутри мешка оказалось не так темно, как ожидал Луис: сквозь крошечные отверстия просвечивали маленькие искорки света. Это не способствовало нарастающей панике, когда Мендес завязал узел, заперев Луиса внутри. Кровь прилила к ушам. Дышать было трудно из-за плотной ткани мешка, почти прижатого к лицу, и скотча, заклеивающего рот. Понимая, что его усилия тщетны, Луис все ещё продолжал бороться, его тело непроизвольно дергалось, пытаясь вырваться из пут. В спине возникла резкая боль от удара, вероятно, от ноги Мендеса. Луис замер, прислушиваясь, пытаясь расслышать что-нибудь сквозь собственное прерывистое дыхание. С резким рывком его подняли с пола. Напряженные мышцы заныли, Луис мысленно прослеживал их движения по знакомому дому. Его тащили в подвал. Он застонал, пытаясь вырваться сквозь кляп. Лестницы в подвал не было, только люк и… Мир перевернулся, когда он рухнул вперед в неизвестность. Луис, словно делая сальто, услышал хруст рёбер, падая гораздо дальше, чем ему казалось, что была лестница. Он приземлился на бок, его связанная рука сильно впилась в бок. Практически не имея времени на восстановление, мешок продолжил своё движение, затягивая Луиса в, как ему казалось, самый дальний угол подвала. Когда Мендес перестал двигаться, Луис ждал, предвкушая еще больше боли, наказания, чего-то еще. Вместо этого, эти ужасающе громкие шаги удалялись, скрипя, поднимаясь по изношенной лестнице. Луис остался один, но это не принесло облегчения. Сдерживая стоны после своего не слишком грациозного падения, Луис снова сосредоточился на освобождении. Методично, его ноги по очереди вытягивались, постепенно ощущая плоды своих усилий по мере ослабления веревки. Хотя это ему ничем не помогало. Мужчина все ещё не мог освободить руки. Запястья были крепко связаны, и испанец попытался применить ту же тактику к рукам, ослабляя веревки повторными движениями. Его усилия были недолгими, волокна быстро натерли кожу до крови. Заставив свое тело бороться с болью, он еще несколько раз вывернул ладони, прежде чем остановиться, острая боль была слишком сильной. Ещё одним незаметным последствием его заточения стала жара. Воздух внутри сумки был горячим и насыщенным влагой, из-за чего каждое движение давалось с большим трудом. Несмотря на вспотевшую кожу, пластырь упорно держался на месте. Затем его накрыла волна тошноты. Луис не мог дышать. Он не мог двигаться. Он ничего не видел. Мешок прилип к его влажной коже, сужая и без того тесное пространство. Крепко зажмурив глаза, Луис медленно и размеренно вдохнул, пытаясь таким образом унять панику. Он должен был сосредоточиться чтобы что-то придумать. Над ним раздавался ритмичный стук. Хотя его источник был неизвестен, звук был на удивление успокаивающим. Сосредоточившись на этом глухом ударе, он смог игнорировать собственные панические попытки вдохнуть воздух. Поэтому тем более тревожным стало внезапное прекращение звука, а его завершение было подчеркнуто звуком обрушения чего-то большого. Затем, еще более тревожным – раздался скрип открывающегося люка. Кто-то приближался. Это был кто-то значительно меньше Мендеса, его тихие шаги медленно постукивали, предоставляя Луису возможность, которую он не мог упустить. Серра вскрикнул, прижавшись к ленте, и забился в конвульсиях, надеясь, что это Ада снова пришла ему на помощь. Мешок развязали, освободив голову Луиса от оков, и прохладный воздух мгновенно принес облегчение. Это не Ада. И не кто-то из местных жителей. Неизвестный мужчина опустился на колени перед Луисом, его зоркий взгляд оценивал ситуацию. Луис наклонился вперед, опираясь на стену позади себя. Незнакомец дернул за скотч, вырвав его изо рта испанца, резко повернув его голову в сторону. — Больно вообще-то, — Луис проигнорировал тревожное чувство в животе. Без разрешения его руки сами собой снова начали двигаться в наручниках. Как ни странно, мужчина, склонившийся над ним, ухмыльнулся. — Похоже, ты кому-то здорово насолил. Американец. Интригующе. — Какой наблюдательный, сеньор. А теперь скажите… — Возможно, тот работал с Адой. Это могло бы помочь решить немало проблем. — Есть закурить? — Знаешь, это вообще то убивает. Так он не работает с Адой... это еще более интригующе. — Ну что ж, — Луис указал на свое всё ещё связанное тело. — Может, просто тогда развяжешь меня? — Напрягая верёвку, обвивавшую его руки, Луис пошевелился, его взгляд метнулся мимо спасителя. Радость от скорого освобождения сменилась ужасом. Мендес. — Черт! Только не он. Незнакомец быстро поднялся, ловким движением вытащив пистолет и фонарик, и осветил здоровенного вождя. — Кто вы? Мендес, как и ожидалось, не ответил, продолжив приближение. — Стой! — Было ясно, что до этого незнакомцу не доводилось встречаться с деревенским главарем. Пистолет вылетел у него из руки, словно игрушка, и с грохотом упал на пол. Железной хваткой Мендес схватил мужчину за горло, поднял его и без труда швырнул сквозь груду гниющей мебели. От удара американец обмяк и безвольно упал среди обломков. Мендес не остановился, вытащил из пальто шприц и навис над потерявшим сознание мужчиной. Нет, нет, нет . Луис отвернулся, когда очередной невинный стал жертвой паразита: игла вонзилась в шею незнакомца, вирус заполонил его. Луис должен был избавиться от своего творения, а теперь заразился ещё один человек. Из-за Луиса. Это была его вина. Но может быть… может быть, на этот раз он сможет всё исправить. Мендес склонился над бессознательным телом незнакомца, словно восхищаясь собственной работой. На мгновение Луис задумался, осмелился надеяться, что о нем забыли. Серре уже давно следовало понять, что сегодня ему не везёт. Староста деревни резко повернул голову. Огромная рука вцепилась в плечо Луиса и резко подняла его, оставив мешок пустым. Веревка, которая когда-то связывала ноги испанцу, скопилась на полу, когда его наконец поставили на ноги. — Gracias, jefe. — Свобода была неожиданной, но долгожданным облегчением. По крайней мере, так было до тех-пор, пока Мендес не толкнул Луиса к стене грудью вперед. Веревка заскребла по его запястьям, когда наручники отстегнулись, еще одно неожиданное проявление милосердия. Это было странно: Мендес не сильно славился своей снисходительностью. Пара кандалов, прикрепленных к длинной цепи, была брошена к ногам Луиса, пока он потирал свои окровавленные запястья. Мужчина недоверчиво взглянул на Мендеса, но начальник отвлекся, взваливая американца себе на плечо. — Застегни, — приказал Мендес, не оглядываясь на Луиса, видимо, понимая его колебание. Однако приказ не подтолкнул того к действию, и он уставился в коридор. С Мендесом, несущим свою награду, испанец будет двигаться медленнее. Возможно, настолько медленно, что Луис сможет проскользнуть мимо. Мендес, прочитав мысли Луиса, снова схватил безвольного пленника за горло и прижал его к стене. — Застегни, — повторил он свой приказ, его кулаки побелели, когда он сжал шею американца. — Хорошо, хорошо. — Луис поднял кандалы, и огромная рука слегка расслабилась. Это было досадно, ведь Луис решил, что сейчас самое время начать защищать незнакомцев. Холодный металл, обхвативший его разъяренные запястья, почти приятно обволакивал их, словно примораживая. — Не нужно причинять вред нашему новому другу. Начальник, довольный послушанием Луиса, перекинул американца через плечо. — Пойдем, — Мендес поправил хватку на незнакомце, направляясь к лестнице. Цепь, прикрепленная к кандалам, натянулась, увлекая Луиса за собой. Другой конец цепи был прикреплен к Мендесу, фактически связывая их двоих вместе. Стыд от того, что его тянули за поводок, затмил укус металла, впивающегося в кожу. Луис схватил часть цепи руками, немного ослабив напряжение на запястьях, и по коже потекли тонкие струйки крови. Мендес медленно поднимался по лестнице, поддерживая американца на плече одной рукой. Луису пришлось столкнуться с некоторыми трудностями, поднимаясь по лестнице со связанными руками, особенно когда начальник нетерпеливо дергал за цепь. Зацепив локтем край люка, Луис снова потянули за наручники, с трудом вытащив его на твердую землю. — Спасибо. Очень помог, — процедил Луис сквозь стиснутые зубы, снова хватаясь за цепь. — Не разговаривать, — отдал следующий приказ Мендес, выводя пленников из дома к озеру. — Точно, ты же здесь главный. — Луис приготовился к очередному рывку за цепь, но этого не произошло, принял к сведению. Прибыв к причалу, американца сбросили на дно лодки. Мендес устроился возле двигателя, потянув за поводок Луиса. Испанец сел рядом со своим сокамерником, бросая на него взгляды, чтобы убедиться, что тот еще дышит. Путешествие по воде было быстрым, и вскоре лодка причалила недалеко от долины. Неужели здесь теперь содержали заключенных? Или это были особые случаи? А может первый? Потерявший сознание мужчина был отброшен обратно на плечо Мендеса, а Луис, спотыкаясь, вернулся на сушу. Мендес не хотел ждать, пока учёный встанет на ноги, и уже шел по пирсу. — На этот раз у вас есть планы, да? — поддразнил Луис, пытаясь вызвать реакцию. Возможно, этот американец что-то значил для Саддлера или для Лос-Илюминадос. — Это вас не касается, доктор, — неожиданно ответил Мендес, подтягивая Луиса к себе и укорачивая поводок. Отсутствие ответа тоже было ответом. — Ах, ты всегда плохо умел хранить секреты. — Луис с трудом удержал равновесие. — Майор, — испанец улыбнулся про себя, гордясь своим открытием. — Он над чем-то работает. Над чем-то… Цепь резко дернули, прервав бормотание Луиса. Краузер явно что-то замышлял, судя по угрожающему взгляду, который Мендес бросил на Луиса. Их путь продолжался в молчании по мере приближения к старой фабрике. Она была полуразрушена, заброшена на протяжении нескольких десятилетий. И, по всей видимости, теперь используется как импровизированная тюрьма. Когда они добрались до второго этажа одного из зданий, потерявшего сознание мужчину сбросили. Наклонившись над ним, Мендес снял с него куртку, после чего собрал его довольно внушительный арсенал. Растущая куча оружия, ножей и боеприпасов была свалена на куртку и сдвинута к двери. Мендес засунул руку в свой плащ, потянул за другой конец цепи Луиса и освободил ее от своего пояса. Еще одна пара кандалов. Удобно. Шляпа почти касалась потолка, и Мендесу даже не пришлось поднимать голову, чтобы пропустить кандалы через шкив, закрепив цепь над ними. Луис отчаянно хватался за цепь, когда его руки резко дернули к потолку, а Мендес, склонившись над американцем, закрепил другой конец цепи, зафиксировав запястья того. Оба заключенных были надежно связаны, и Мендес отступил обратно к дверному проему, наклонившись, чтобы забрать вещи незнакомца. Когда Луис потянул за цепь, руки американца слегка приподнялись, и его сторона цепи укоротилась. — Как насчёт немного помочь, босс? — Луис повернулся к Мендесу, который бросил на него последний гневный взгляд, прежде чем молча уйти. — Похоже, это «нет». Ещё один рывок поднял ладони незнакомца, Луис поморщился от боли, когда его огрубевшая кожа запротестовала. Руки болели. Запястья горели. Ребра пульсировали. — Прости, друг, — пробормотал Серра, схватившись за цепь и резко потянув. Безвольное тело американца неловко заерзало, он потащился за руки к Луису. Тот наверняка почувствует это, когда проснется. После некоторых неуклюжих маневров Луису удалось найти относительно удобное положение спиной к спине со своим сокамерником, прислонившись к нему всем своим весом. Луис осторожно прижал руки к своему телу, цепь зазвенела, когда ладонь незнакомца потянули к потолку. Немного поколебавшись, Луис прислушался к медленному дыханию сокамерника. Он был еще жив. Луис резко повернулся, чтобы посмотреть на мужчину, и зашипел, когда у того зашевелились ребра. Дрожащей рукой испанец приподнял куртку и рубашку, вытянув шею, чтобы осмотреть его торс. На правом боку у него образовался большой синяк. Он надавил рукой на посиневшую кожу, снова повернувшись к американцу и сжав челюсти. Американец явно был подготовлен. Военный, возможно, полицейский. В любом случае, он знал, на что идет. Опасный. Полезный. Если он хоть немного так же способен, как Ада, они могли бы сбежать из этой деревни в мгновение ока. Но сначала им нужно было выбраться из этой комнаты. Луис окинул взглядом другого мужчину, оценивая повреждения. Явных ран не было. Кроме, конечно, смертного приговора, который обычно сопутствует при взаимодействии с этими паразитам. Луис мог это исправить. Луис должен был вылечить всех, кого сможет. — Плага… — пробормотал Серра себе под нос. — У нас есть несколько часов без выраженных симптомов. Если ты скоро проснёшься, то вытащишь нас отсюда, да? — Луис позволил себе улыбнуться. — Тогда настанет моя очередь быть героем. Щелкнув языком и оглядев комнату, Луис прижался спиной к американцу, найдя более удобное положение. Цепь лежала у него на коленях. Подняв руки, он потянул того вниз, освободив ему больше места, и руки мужчины легли ему на ноги. Повернувшись спиной к американцу, Луис на мгновение замер, прислушиваясь. Слышалось тихое дыхание, новый ритмичный звук, который странным образом успокаивал Луиса. Пока его сокамерник был жив, у него оставались шансы на побег. — Я даже не знаю твоего имени, — подумал Луис вслух, слова едва слышны. Странно, как это вдруг показалось важным. Прикованный цепями в комнате, во власти секты, но ничто из этого не было так важно, так интригующе, как незнакомец, прикованный к нему.