Путь к... а к чему путь собственно говоря?

Утро в академии началось с тишины. Не обычной — утренней, сонной, когда дети только рассаживаются по местам и лениво достают учебники. А другой. Той самой тишины, которая повисает, когда в комнату входит кто-то, кого все боятся задеть словом. Саске и Дайсукэ переступили порог класса вместе. Два Учиха. Двое выживших. У одной — два томоэ в глазах, которые она теперь постоянно держала активными. Просто потому что не могла иначе. У другого — одно, медленное, но заметное. Саске шла первой — прямая, холодная, с лицом, которое не выражало ничего. Дайсукэ держался на полшага позади, но не прятался. Просто давал ей быть первой. Класс замер. Ирука, уже стоявший у доски, на секунду замер тоже. Он знал, что они придут. Его предупредили. Но одно дело — знать, и другое — видеть. — Саске, Дайсукэ, — сказал он мягко. — Рад вас видеть. Проходите, садитесь. Саске молча кивнула и направилась к своему месту у окна. Дайсукэ — к своему, рядом с Саске. Они сидели через проход от Масаёши и Наруто. Тишина затянулась. Ирука кашлянул. — Сегодня мы... — Саске-тян! — голос Ино разорвал тишину, и Яманака подалась вперёд с соседнего ряда. — Ты как? Мы все так переживали! Если что-то нужно — ты только скажи, я всегда помогу, правда-правда! Саске даже не повернулась. — Я в порядке. — Но... — Я сказала — в порядке. Холодно. Резко. Ино отшатнулась и замолчала. Класс напрягся ещё сильнее. — Саске, — тихо сказал Дайсукэ, коснувшись её рукава. Она дёрнула плечом. Но потом чуть расслабилась — самую малость, почти незаметно. Киба, до этого боровшийся с желанием что-то сказать, наконец не выдержал: — Дайсукэ! Ты как вообще? Мы с Акамару хотели подойти, но не знали, можно или... — Можно, — Дайсукэ улыбнулся — слабо, но искренне. — Спасибо, Киба. Акамару тявкнул с головы хозяина. Дайсукэ протянул руку и погладил пса по голове. Класс выдохнул. Шикамару, сидевший сзади, пробормотал: — Как же это муторно. — Что именно? — не понял Чоджи. — Вся эта... неловкость. Все хотят поддержать, но не знают как. Проще было бы, если бы никто не делал вид, что ничего не случилось. — А что случилось? — тихо спросила Хината. Повисла пауза. Все знали — что. Но никто не решался сказать это вслух. И тут встал Наруто. — Слушайте все! — заорал он на весь класс. — Саске и Дайсукэ — наши друзья! И они всё ещё здесь! И они всё ещё крутые! И не надо с ними как с больными! Понятно?! — Наруто... — начала Саске. — А ты молчи! Ты моя сестра по духу! Я тебя не брошу, даже если ты будешь холодной как ледышка! ДАТТЕБАЙО! Класс молчал. Потом Чоджи захрустел чипсами и сказал: — Я тоже не брошу. У меня чипсы есть. Будешь, Дайсукэ? — Буду, — улыбнулся Дайсукэ. — А я помогу с домашкой, — лениво добавил Шикамару. — Если надо. Но не слишком часто. Это муторно. — Я тоже, — почти шёпотом сказала Хината. — Если можно. — И я! — подхватила Ино. — И я! — Киба поднял руку, и Акамару тявкнул. Саске обвела класс взглядом. Шаринган всё ещё горел двумя томоэ, но теперь в нём мелькнуло что-то другое. Не холод. Удивление. — Вы все идиоты, — сказала она тихо. — ЗНАЮ!!! — радостно заорал Наруто. — Но... — Саске запнулась. — Спасибо. Класс расслабился. Ирука выдохнул и наконец начал урок. Масаёши поймал взгляд Дайсукэ — тот кивнул ему, мол, всё в порядке. Масаёши кивнул в ответ. Но в его голове крутились совсем другие мысли. Не об уроке. Не о классе. О разговоре, который Наруто затеял на перемене. --- Перемена. Крыльцо академии. Наруто вытащил Масаёши на улицу с таким загадочным видом, что тот сразу заподозрил неладное. — У меня для тебя секрет! — заявил Наруто, оттащив друга за угол. — Очередная шутка про числа? — НЕТ! СЕРЬЁЗНО! — Ладно. Говори. Наруто набрал в грудь воздуха и выдал: — У МЕНЯ ВНУТРИ ЖИВЁТ ДЕДЯТИХВОСТЫЙ ЛИС И ЭТО ДЕВУШКА!!! Тишина. Масаёши моргнул. — Что? — Девятихвостый лис! Ну, демон, которого запечатал папа! Я с ней поговорил! Она живёт в моём подсознании! — Стоп. — Масаёши выставил руку вперёд. — Демон-лис, которого боятся все пять великих стран. Кьюби. Разрушитель деревень. И это девушка? — Да! С розовыми волосами! И она красивая! — Ты видел её? — Да! Я специально зашёл в подсознание! Ну, ночью. И она сначала была огромная, как гора, а потом я попросил её стать поменьше, и она превратилась в девушку! С розовыми волосами! И красными глазами! И она такая... такая... — Какая? — КРУТАЯ!!! Масаёши открыл рот. Закрыл. Снова открыл. — Ты хочешь сказать, — медленно произнёс он, — что у тебя внутри живёт могущественное тысячелетнее существо, которое может разрушать города, и это девушка с розовыми волосами, которая говорит с тобой по ночам? — Да! — И она красивая? — ОЧЕНЬ!!! В голове Масаёши что-то щёлкнуло. Блять. Ну почему. Нахуй он. А НЕ ЯЯЯЯЯЯЯ!!! Он представил себя со стороны: гений, стратег, наследник уничтоженного клана, обладатель уникального додзюцу, владелец катаны, которая режет пространство, самый юный миллиардер в истории шиноби. У него есть всё. Особняк. Артефакты. Рудник. Шестьдесят миллиардов рё. А у Наруто — просто демон-лис внутри. Красивая девушка с розовыми волосами. Которая живёт в нём. И говорит с ним. По ночам. — Масаёши? — Наруто помахал рукой перед его лицом. — Ты чего замер? — Ничего, — Масаёши сжал кулак. — Просто... рад за тебя. — ТЫ ЗАВИДУЕШЬ!!! — радостно заорал Наруто. — Я не завидую. — ЗАВИДУЕШЬ!!! У ТЕБЯ ТАКОЕ ЛИЦО!!! — Я просто... анализирую. — ЧТО?! — Почему судьба распределяет ресурсы так неравномерно. — НЕ ПОНИмаЮ!!! НО ВЕСЕЛО!!! — Наруто, кажется, даже не пытался понять. Ему просто нравилось, что друг завидует. Масаёши глубоко вздохнул. Потом взял себя в руки. — Ладно. Расскажи подробнее. И Наруто рассказал. Про клетку. Про коридор. Про то, как лис смотрела на него скучающими глазами. Про превращение. Про обморок. Про чай из чакры. — Ты упал в обморок? — переспросил Масаёши. — Ну... да. — В подсознании? — ДА!!! — Наруто. — ЧТО?! — Ты упал в обморок в собственном подсознании. Там, где не работают законы физики. Где нет тела, которое может потерять сознание. Наруто задумался. Потом пожал плечами: — Ну, я такой. Масаёши потёр переносицу. Этот жест он перенял у Ируки. — Ладно. И что теперь? — Я буду приходить к ней! Часто! Чтобы она не была одна! Она там тысячу лет сидит, представляешь?! — Тысячу лет, — повторил Масаёши. — И ты первый, кто зашёл к ней просто поговорить. — Да! Масаёши помолчал. Потом сказал: — Знаешь, Наруто. Это... на самом деле круто. — ПРАВДА?! — Да. Ты не испугался. Не возненавидел. Ты просто пришёл и попросил её стать поменьше. А потом назвал красивой. — Ну, она правда красивая! — Дело не в этом. — Масаёши положил руку на плечо друга. — Ты видишь в ней не монстра. Ты видишь личность. Это то, чего никто не делал за тысячу лет. Наруто замер. Потом его лицо медленно расплылось в улыбке — не громкой, не орущей. Тёплой. — Спасибо, Масаёши. — Не за что. Но я всё ещё завидую. — ЗНАЮ!!! ХХЕХЕХЕХЕ!!! — Не напоминай. --- Месяц спустя. Окрестности Конохи. Кайто, младший брат Кушины и отец близнецов, стоял на опушке леса, уперев руки в бока. Алые волосы — фамильная черта Узумаки — трепал ветер. — Итак, мелкота! — объявил он группе из шести детей. — Сегодня у нас экскурсия. Я покажу вам природные объекты, о которых не пишут в учебниках академии. — ЭКСКУРСИЯ!!! — заорал Наруто. — Я ЛЮБЛЮ ЭКСКУРСИИ!!! — Мы знаем, Наруто, — хором сказали Такеши и Юки. Дайсукэ стоял рядом с Саске. За прошедший месяц многое изменилось. Саске больше не была ледяной глыбой — по крайней мере, с теми, кого считала своими. Она всё ещё была холодной с чужаками, но рядом с Наруто, Дайсукэ и Масаёши позволяла себе улыбаться. Изредка. Когда никто не видел. Дайсукэ вообще расцвёл. Особняк Футаго стал ему домом; Какаши — странным, но заботливым опекуном; Масаёши — почти братом. — Первый объект! — Кайто повёл группу в лес. — Вон там, видите? Огромное дерево с дуплом. Это Дерево Шёпота. Если встать у дупла и что-то сказать, эхо разнесёт твой голос на весь лес. Говорят, так раньше передавали сообщения между патрулями. — ДАЙТЕ ПОПРОБУЮ!!! — Наруто рванул к дереву, встал у дупла и заорал: — РАМЭН!!! — РАМЭН!!! РАМЭН!!! РАМЭН!!! — отозвался лес со всех сторон. — ОГО!!! ЭТО КРУТО!!! — Дай-ка я, — Саске подошла к дуплу. Помолчала. Потом тихо сказала: — Я стану сильнее. — Я стану сильнее... стану сильнее... сильнее... — разнесло эхо. Дайсукэ улыбнулся: — Моя очередь! — он встал у дупла и сказал: — Я хочу, чтобы все были счастливы! — Все были счастливы... были счастливы... счастливы... — прозвучало в ответ. Кайто одобрительно кивнул. Близнецы переглянулись и тоже шагнули к дуплу. — Мы лучшие, — сказала Юки. — И всегда будем вместе, — добавил Такеши. Лес повторил. — Следующий объект! — Кайто двинулся дальше. — Вон та поляна с камнями. Это Камни Терпения. Легенда гласит, что если просидеть на них неподвижно целый час, можно услышать голос земли. — ЦЕЛЫЙ ЧАС?! — возмутился Наруто. — Я НЕ ВЫСИЖУ!!! — Поэтому мы просто посмотрим и пойдём дальше, — успокоил Кайто. Они гуляли по лесу часа три. Кайто показывал ручей, вода в котором, по слухам, усиливала чакру на несколько минут после питья. Потом — Скалу Молний, куда когда-то ударила молния, и камень до сих пор хранил заряд, так что при касании волосы вставали дыбом. Потом — Пещеру Светлячков, где насекомые светились даже днём. Дайсукэ и Саске шли рядом. В какой-то момент их пальцы переплелись — не специально, скорее случайно, по-детски ища поддержку. Но ни один не отдёрнул руку. (Кхм-Кхм😏) Кайто заметил. Улыбнулся и ничего не сказал. — Последний объект! — объявил он, когда солнце начало клониться к закату. — Вон тот холм. Называется Холм Заката. С него открывается лучший вид на Коноху. Они поднялись. И замерли. Коноха лежала внизу как на ладони. Горы Хокаге освещались закатным солнцем. Лица Первого, Второго, Третьего и Четвёртого смотрели на деревню с каменным спокойствием. Река Накано блестела серебром. Дома жались друг к другу, как будто искали тепла. — Красиво, — тихо сказала Саске. — Очень, — согласился Дайсукэ. — Вот здесь, — Кайто сел на траву, — когда-то Хаширама Сенджу и Мадара Учиха решили основать деревню. Они стояли на этом холме и смотрели вниз, и Хаширама сказал: «Мы построим место, где дети не будут гибнуть на войне». А Мадара ответил: «Если ты сможешь — я помогу». — А что случилось потом? — спросила Юки. — Потом они разошлись. Мадара ушёл. Хаширама остался. Деревню построили. Но тот, первый раскол... он до сих пор кровоточит. Саске сжала кулаки. Дайсукэ взял её за руку. — Но, — продолжил Кайто, глядя на них, — история не заканчивается на расколе. Она продолжается. И то, какой она будет завтра, зависит не от Хаширамы или Мадары. А от вас. — От нас? — переспросил Масаёши. — Да. От тебя, наследника Футаго. От Саске и Дайсукэ, наследников Учиха. От Наруто, Менмы, Ами, моих близнецов — наследников Узумаки. От всех вас. Вы уже делаете то, что не могли сделать взрослые: дружите. Вопреки истории. Вопреки крови. Вопреки всему. На холме стало тихо. — Я не хочу войны, — сказал вдруг Дайсукэ. — Я хочу, чтобы все жили мирно. Как сейчас. — Я тоже, — тихо добавила Саске. — И Я!!! — заорал Наруто. — КОГДА Я СТАНУ ХОКАГЭ, ВСЕ БУДУТ ЖИТЬ МИРНО!!! И ЕСТЬ РАМЭН!!! Кайто рассмеялся: — Отличный план. Особенно про рамэн. Солнце село. Звёзды начали загораться над Конохой. Они спустились с холма уже в сумерках. Усталые, но счастливые. Дайсукэ и Саске всё ещё держались за руки. Наруто что-то орал про облака. Близнецы тихо переговаривались о своём. Масаёши шёл последним и смотрел на эту компанию. «Они справляются, — подумал он. — Саске больше не ледяная. Дайсукэ больше не плачет. Мы идём вперёд». — В особняк? — спросил Дайсукэ, когда они подошли к развилке. — В особняк, — кивнул Масаёши. — Какаши, наверное, уже начал волноваться. — Какаши? Волноваться? — Ну, читает книгу с чуть более напряжённым лицом, чем обычно. Дайсукэ засмеялся. Саске — удивительно — тоже хмыкнула. — До завтра, — сказала она. — До завтра. Они разошлись. Наруто побежал в резиденцию, где его ждали Кушина, Минато, Менма, Ами и теперь ещё Саске. Кайто повёл близнецов домой. А Масаёши и Дайсукэ направились к особняку Футаго. — Как думаешь, — спросил Дайсукэ по пути, — завтра будет хороший день? — Будет, — ответил Масаёши. — Мы сами его таким сделаем. --- Поздний вечер. Особняк Футаго. Какаши встретил их у порога. Закрыл книгу — это был знак, что он действительно волновался. — Вы поздно. — Ходили на экскурсию, — пояснил Масаёши. — С Кайто? — Да. Показывал лес, холмы, пещеру со светлячками. — И как? — Хорошо, — сказал Дайсукэ. — Очень хорошо. Какаши посмотрел на него. На то, как он улыбался. На то, как Масаёши стоял рядом. На то, как в особняке теперь всегда горел свет в двух комнатах, а не в одной. — Идите ужинать, — сказал он. — Данго на столе. Две порции. — Две?! — Масаёши прищурился. — Ты купил данго? Добровольно? — Я всегда покупаю данго. — Ты всегда говоришь, что это «трата бюджета». — Сегодня бюджет позволяет. Масаёши фыркнул, но спорить не стал. Они прошли на кухню. На столе действительно стояли две коробки. — Какаши-сенсей, — окликнул Дайсукэ. — М? — Спасибо. За всё. Какаши не ответил. Просто достал книгу, сел в кресло и сделал вид, что читает. Но Масаёши видел: он улыбался. ---