Путь к... а к чему путь собственно говоря?

Отряд Конохи шёл всю ночь. Луна висела над лесом, заливая тропу серебряным светом. Какаши вёл передовую группу, Гай замыкал строй. Хиаши Хьюга время от времени активировал бьякуган, чтобы сканировать окружение на предмет засад. Масаёши шёл рядом с Какаши. Ёру-но-Цуки за спиной тихо вибрировала — катана чувствовала приближение опасности. Дайсукэ двигался чуть позади, его шаринган слабо светился в темноте. Наруто... — А где Наруто? — вдруг спросил Дайсукэ, обернувшись. Масаёши оглянулся. Узумаки не было. — Он отходил, — сказал кто-то из джонинов. — Сказал, что догонит. — Отходил? Куда? — нахмурился Какаши. — К реке, кажется. Какаши вздохнул: — Ладно. Он джинчурики, найдёт нас по чакре. Идём дальше, но если через час не появится — возвращаемся. Они двинулись дальше. Масаёши поймал себя на мысли, что Наруто в последнее время часто исчезал. Тихо. Незаметно. Будто учился у Кайто. Чему ты учишься, Наруто? И у кого? --- Тем временем. Ручей. Наруто стоял на коленях у воды и смотрел на своё отражение. Красные отблески в глазах мерцали в лунном свете. — Курама-тян, — прошептал он. «Что?» — отозвалась она в его голове. — Ты чувствуешь это? «Да. Очень странная чакра. Не Кири, не Кумо, не Ива. Что-то другое. Очень... древнее». — Мне тоже показалось. — Наруто встал. — Когда мы дойдём до Кири, я хочу осмотреться. Один. «Это опасно». — Знаю. Но у меня есть план. «Какой?» — Я одолжу у Масаёши плащ. Курама помолчала. Потом усмехнулась: «Ты становишься хитрее, джинчурики. Мне это нравится». — Я учусь у лучших! — Наруто ухмыльнулся и побежал догонять отряд. К тому времени, как он вернулся, никто не заметил, что в его кармане прибавилось что-то ещё. --- Рассвет встретил отряд Конохи дымом. Они вышли на холм над бухтой Киригакуре — и замерли. Внизу кипел бой. Корабли Кумо высаживали десант прямо на причалы. Воины Водопада пробивались через южные ворота. Шиноби Ивы атаковали с севера. И среди всего этого хаоса — чёрные фигуры. Их было около дюжины. Все в одинаковой чёрной одежде, без опознавательных знаков, с масками, закрывающими лица. Ни протекторов, ни эмблем. Они двигались синхронно, как единый организм, и били по всем сторонам одновременно: по Кири, по Кумо, по Водопаду. — Кто это? — прошептал Дайсукэ. — Не наши, — ответил Какаши. — И не Стражи, — добавил Масаёши, вглядываясь вдаль. Его голубой глаз активировался автоматически. — У Стражей маски с символами. У этих — пустые. — Бьякуган! — Хиаши активировал додзюцу и всмотрелся. — Чакра странная. Как будто... её нет. Совсем. Они не отображаются в инфракрасном спектре. — Невидимки? — нахмурился Гай. — Хуже. — Какаши прищурился. — Смотрите. В тот же миг чёрные фигуры остановились. Все разом. Как по команде. И исчезли — просто растворились в воздухе, будто их никогда не было. Бой продолжался ещё несколько минут, но таинственные бойцы покинули поле так же внезапно, как и появились. — Они ушли, — констатировал Шикаку, до этого молча наблюдавший. — Но почему? — Потому что мы пришли, — тихо сказал Масаёши. — Они заметили нас. И не захотели, чтобы мы их видели. Они здесь не для битвы. Они здесь для чего-то другого. — Для чего? — спросил Дайсукэ. Масаёши не ответил. Он смотрел на то место, где только что стояли чёрные фигуры, и думал об «Элои». О Возвращении. О том, что Дед Узумаки говорил про древние силы. Может быть, это они и есть? --- Отряд Конохи вошёл в Киригакуре через полчаса. Мей Теруми встретила их лично — уставшая, но не сломленная. Её волосы, обычно уложенные в замысловатую причёску, растрепались, а на щеке краснела свежая царапина. — Вы вовремя, — сказала она. — У нас проблемы. — Мы видели, — ответил Какаши. Бой временно затих. Армия Кумо отошла перегруппироваться после удара неизвестных, шиноби Кири зализывали раны. Прямо сейчас шло только одно сражение: на южных скалах, где Итачи и Шисуи вдвоём сдерживали отряд Водопада. — Я отправлю к ним подкрепление, — сказала Мей. — Но сначала — вода. И еда. Отряд Конохи разместили в портовом складе, который стал временным штабом. Какаши развернул карту. Гай проверял снаряжение. Хиаши сканировал периметр бьякуганом. Дайсукэ сидел на ящике и затачивал кунаи. И только Масаёши заметил. — Где Наруто? — спросил он. Все обернулись. Наруто не было. — Он был здесь минуту назад, — сказал Дайсукэ. — Я не видел, чтобы он выходил, — нахмурился Хиаши. Какаши закрыл глаза. Вздохнул. — Узумаки. Вечно. — Он что, опять куда-то ушёл? — спросил Гай. — Не просто ушёл, — Масаёши вдруг полез в свою сумку и замер. — Плащ. Теневой Плащ Чёрного Убийцы. Его нет. Какаши посмотрел на Масаёши. Потом на пустое место, где только что стоял Наруто. Потом снова на Масаёши. — Он взял твой плащ. — Да. — И ушёл в одиночку. — Да. — В разгар войны. — Да. Какаши потёр переносицу: — Иногда я думаю, что Минато-сама слишком хорошо его воспитал. — Это и моя вина, — признался Масаёши. — Я научил его стратегии. Проблема в том, что он использует её по-своему. --- В двух километрах от порта. Скалы. Наруто, закутанный в Теневой Плащ, двигался вдоль берега. Плащ скрывал его чакру, делал невидимым для сенсоров. Рябь при движении была слабой, но в сумерках и тумане Кири её никто не замечал. — Курама-тян, — прошептал он мысленно, — ты всё ещё чувствуешь ту чакру? От чёрных фигур? «Да. Слабая, но есть. Они ушли недалеко. Пещера за водопадом. Там их убежище». — Тогда идём туда. «Наруто. Это может быть ловушка». — Знаю. Но мы должны узнать, кто они. Если они опасны — я вернусь и расскажу. Если нет — попробую поговорить. «Ты слишком доверчив». — Я не доверчив. Я — любопытный. И у меня есть ты. Курама замолчала. Потом тихо рассмеялась — низким, рокочущим смехом, который Наруто чувствовал где-то в груди: «Ты невозможен. Но именно за это я тебя и...» — И? «Ничего. Иди уже». Наруто ухмыльнулся и двинулся дальше. Впереди темнел вход в пещеру, скрытый завесой водопада. Оттуда тянуло холодом и странной, древней чакрой, которую Курама опознала с трудом. Что-то ждало его внутри. Что-то, что пришло не с Кумо, не с Ивой, не с Водопадом. Что-то, что было старше войны. Старше деревень. Старше, возможно, самой чакры.