Я не хотела

‎Пройдя через множество ловушек, по пути убивая призраков в Данстарском убежище, Кира наконец добралась до своей цели – до Цицерона. ‎Она подошла к мужчине, лежащему на каменном полу. Он корчился от боли (Арнбьорн задел кинжалом бок шута). Сейчас рыжеволосый выглядел весьма жалко. ‎ ‎Каким бы безумным ни казался Цицерон, как бы сильно его ни переносили члены Темного Братства, он был единственный, кто на самом деле был по-настоящему предан Матери Ночи и Ситису. Никто не соблюдал догматы, все выполняли контракты, как хотели, а Цицерон хотел всего навсего вернуть порядок в Темное Братство, он просто хотел как лучше... Он не был предателем. ‎Убить шута было бы слишком несправедливым поступком. ‎Но даже если бы он и правда был виноват, Кира бы все равно не смогла его убить, ведь она уже привязалась к нему. Такая влюбчивая. ‎ ‎– Есть единственное лекарство от твоего безумия, Цицерон, и это я. ‎ почти шепотом сказала девушка, опустившись на колени рядом с раненым мужчиной. ‎ ‎– Ты.. ты ведь не убьёшь меня? О, Слышащая.. оставь глупого Цицерона... ‎ ‎– Я не собираюсь тебя убивать. ‎ ответила бретонка, слабо улыбнувшись. ‎ – это было бы глупо с моей стороны. ‎ ‎На ладони девушки появилось светло-оранжевое свечение. Своей рукой она коснулась раны на боку Цицерона, которая через пару мгновений затянулась и почти бесследно исчезла, оставив за собой лишь небольшой шрам. ‎ ‎– Слышащая владеет магией восстановления? Цицерон не знал... ‎ несколько удивлённо протянул мужчина. ‎ – Разве глупый шут этого заслужил? Разве я тебе не противен? ‎ ‎Ответа Киры не последовало. Она поднялась с колен и сказала, прежде чем уйти: ‎ ‎– Я буду ждать тебя. Возвращайся. ‎ ‎Бретонка уже собиралась уходить. Она уже остановилась у дверного проема, но вдруг застыла. Ее словно что-то не пускало, какое-то странное чувство, которое она ещё не до конца не понимала. Девушка развернулась, словно ей что-то двигало, и подошла обратно к Цицерону. Она села на колени рядом с ним, заглянула в его карие глаза. Бретонка провела рукой по его рыжим, растрепанным волосам, а в следующий момент наклонилась и поцеловала его. Прикосновение ее губ было мягким, ненавязчивым. Она почувствовала вкус крови на его губах, а ещё она почувствовала, как шут, хоть и слабо, но отвечает на поцелуй. ‎ ‎Но настал момент, когда всё-таки ей пришлось отстраниться от него и покинуть заброшенное убежище. Однако с этого момента она понимала, что после всего этого ее отношения с Цицероном окончательно изменились, только ещё непонятно, в какую сторону. ‎ ‎*** ‎ ‎Кто бы мог подумать, что, оказывается, Астрид предала Киру, подставила, хотела смерти слышащей... ‎Но сейчас было поздно о чем-либо думать, поздно что-то решать. Всё и так было уже решено. ‎Кира стала главой Темного Братства в Скайриме (из грязи в князи). Убежище они перенесли в Данстар. ‎В семье наемных убийц стали появляться новобранцы. Вот наконец всё начало налаживаться. ‎ ‎Спустя некоторое время, бретонка даже как-то потеряла интерес к убийствам. Ранее интересовавшая ее бурная жизнь наёмного убийцы сейчас отошла на второй план. Кира просто слушала Мать Ночи, поручая контракты новичкам. ‎ ‎Прошла уже где-то боль месяца с тех пор, как Кира в последний раз видела Цицерона. Вообще она не хотела думать о нем, но, в последнее время, мысли о рыжеволосом мужчине сами посещали ее. Что-то было в этом полубезумном имперце, что цепляло молодую девушку. ‎Она не могла отрицать, что скучала по его шуткам, по его дурацким выходкам, по его задорному смеху, по нему вообще... ‎Девушка вспомнила, как поцеловала его, и на душе у нее стало теплее. ‎ ‎Как же бретонка удивилась, когда одним вечером, когда она вышла из убежища, чтобы подышать свежим воздухом, девушка вдруг увидела знакомую фигуру. Это был Цицерон. ‎Сначала, находясь в ночной темноте, Кира подумала, что ей показалось, но мужчина вдруг сделал кое-что неожиданное и даже пугающее. Цицерон подбежал к ней и повалил на спину. Усевшись на ней сверху, шут схватил своими руками Киру за шею, его выражение лица стало суровым, он начал говорить тихим голосом, прерываясь на смешки: ‎ ‎– Цицерон вернулся! Ты не ждала меня, а? Это я должен был стать слышащим, не ты! Цицерон этого заслужил... А ты.. должна умереть... ‎ ‎Кира вдруг почувствовала, что ей тяжело дышать. Она издала тихий всхлип. Ей казалось, что ещё чуть-чуть – и она заплачет. ‎Лицо Цицерона резко переменилось из сурового на более мягкое и немного весёлое. Он разжал руки на шее девушки и положил их на её плечи. ‎ ‎– Видела бы ты своё лицо, хахаха ‎ он засмеялся. ‎ ‎– Это всего лишь шутка! Цицерон бы никогда не причинил вреда слышащей. ‎ ‎На душе Киры полегчало после его слов. Шутка.. Хах, смешно... ‎Бретонка попыталась вновь нормализовать сбившееся дыхание. ‎ ‎– Ты сильно испугалась?.. ‎ Спросил Цицерон уже не весело, а даже как-то виновато. ‎ ‎Шатенка лишь кивнула. ‎ ‎– Ну.. раз ты пошутил, может уже слезешь с меня? ‎ После недолгого молчания заговорила девушка, явно ощущая тяжесть его тела на своём. ‎ ‎Шут тут же незамедлительно слез с Киры, ничего не сказав (даже удивительно, что он промолчал). Цицерон протянул девушке руку, чтобы помочь подняться. Кира, не задумываясь, обхватила его крепкую ладонь своей небольшой мягкой ладошкой и легко встала на ноги. Сейчас она не сдержала улыбки. ‎ ‎– Какой же ты, всё-таки, придурок. ‎ сказала Кира так, чтобы мужчина ее не услыщал, когда они уже заходили в убежище. ‎ ‎Он услышал, но ничего не сказал. Лишь улыбнулся, пока она не видела. ‎ ‎ ‎*** ‎ ‎Семья Темного Братства удивилась, увидев живого Цицерона. Они никак не были рады и отнеслись к возвращению шута с некоторым недоверием. Назир даже хотел возразить что-то, но одного сурового взгляда Киры хватило, чтобы он задумался, стоит ли ему вообще что-то говорить. Пришлось просто смириться с тем, что есть, и заткнуться. Все до сих пор недолюбливали Цицерона, но также все уважали слышащую, поэтому никто спорить не стал. ‎ ‎Когда бретонка и рыжеволосый шут остались наедине, Кира приняла решение. Она не знала, как отнесётся к этому Цицерон, но думала, что так будет даже неплохо. ‎ ‎– Цицерон... Я.. (приказываю тебе? Нет..)  я прошу тебя сопровождать меня на протяжении моих приключений... Я всё-таки сберегла тебе жизнь и считаю, что за тобой есть должок. Будешь помогать мне. ‎ Она говорила немного неуверенно и ее голос слегка дрожал, по непонятной причине. Кира говорила это то смотря Цицерону в глаза, то отводя взгляд, то смотря себе под ноги. Она почувствовала, как краснеет, хотя ей это абсолютно не свойственно. Куда же сейчас делась ее уверенность, когда она так нужна? ‎ ‎– Цицерон только рад служить тебе, Слышащая. ‎ ‎С улыбкой ответил мужчина. ‎ ‎Сказать, что Кира была рада его ответу – это не сказать ничего. ‎Она заметила, что ей почему-то хочется проводить больше времени проводить с Цицероном. Ей всегда было так скучно и одиноко, а он как раз подходящая компания. С ним точно не соскучишься. Его странный юмор, его улыбка и смех, бред, который он несёт – это все так освежающе, так... мило. ‎Ей кстати уже неловко из-за того поцелуя. Она надеется, что шут уже забыл о нем. ‎ ‎Попрощавшись с Цицероном, шатенка пошла в свою комнату, она очень хотела спать, силы были на исходе. ‎Уже когда Кира почти уснула, она подумала: ‎ ‎Я влюбляюсь? Ну нет. Почему он... ‎ ‎Как же быстро она открывает есу свое сердце.