Реставрация души.

Леон стоял посреди мастерской, глядя в пустоту, когда его телефон завибрировал во внутреннем кармане куртки. Этот звук — резкий, требовательный — мгновенно выдернул его из оцепенения. Он достал аппарат, взглянул на экран, и его лицо тут же изменилось. Взгляд стал собранным, а челюсти плотно сжались. На дисплее светилось имя: Шерри. Он нажал на кнопку принятия вызова, поднося телефон к уху. — Да, Шерри, — коротко бросил он, отходя к окну. Изабелла, которая уже собиралась выйти из комнаты, замерла в дверном проеме. Она видела, как Леон слушает, как меняется его поза, становясь жесткой и официальной. Шерри была для него не просто связной, она была частью той другой жизни, где за каждым словом стояла смерть или государственная тайна. — Понял. Буду на месте через двадцать минут, — Леон сбросил вызов и убрал телефон. Он посмотрел на Беллу. В его глазах больше не было того растерянного мужчины, который только что просил прощения. Перед ней снова стоял агент Кеннеди — человек, который принадлежит системе, а не женщине. — Мне пора, — его голос прозвучал бесцветно. Он не стал подходить к ней для поцелуя или долгих прощаний. Леон подхватил свою куртку, перекинул её через плечо и быстрым, размашистым шагом направился к выходу. — Леон. — окликнула она его, но он уже был в дверях. Его шаги гулко разнеслись по коридору, а затем хлопнула входная дверь. Белла осталась стоять в тишине мастерской, чувствуя, как холод этого внезапного ухода заполняет комнату. Леон и Шерри сидели в небольшом, неприметном кафе в правительственном квартале. Леон сидел спиной к стене, привычно сканируя входную дверь, в то время как Шерри, повзрослевшая, серьезная и в строгом деловом костюме, сосредоточенно помешивала свой кофе. Контраст между ними был разительным. Леон, всё ещё пахнущий мастерской Евы и дорожной пылью, выглядел как человек, только что сошедший с передовой. Шерри же воплощала собой новую эру — более чистую, официальную, но не менее опасную. — Ты выглядишь паршиво, Леон, — негромко сказала она, откладывая ложечку. Леон перекатил жвачку во рту и посмотрел на неё тяжелым, усталым взглядом. — Я в порядке, Шерри. Просто не выспался. Что у тебя? Ты не вызываешь меня в кафе, чтобы обсудить мой внешний вид. Шерри вздохнула и пододвинула к нему по столу зашифрованный планшет. — Есть движение по «семье». Кто-то сливает данные о реставрационных мастерских и частных коллекциях в Вашингтоне. Мы думали, это обычные кражи, но почерк... — она сделала паузу. — Это те же люди, которых вы искали в джунглях. Они ищут что-то специфическое. Леон замер. В голове мгновенно всплыли слова Беллы о кураторе из Нью-Йорка, о её встрече через два часа. Холодный липкий пот выступил у него на затылке. Мир, от которого он пытался её защитить, только что нацелился прямо на её мастерскую. — Список объектов, — коротко бросил он, притягивая планшет к себе. Шерри внимательно наблюдала за тем, как его пальцы быстро бегают по экрану. Она видела, как побелели его костяшки, когда он дошел до адреса в её квартале. — Леон? Что случилось? — Шерри нахмурилась, чувствуя, как атмосфера за столом накалилась до предела.