Where the Falling Light Finds Us

Глава 16. Одна фамилия на двоих «Бывают клятвы, которые произносят под прицелом. А бывают — под солнцем, в кругу друзей, с пирогом и шампанским. И те, и другие связывают навечно. Но вторые пахнут не порохом, а счастьем. И это — лучший запах в мире.» --- Свадебный пирог, испечённый Мартой Грейвс, оказался шедевром. Три яруса, покрытые кремом цвета слоновой кости, с фигурками жениха и невесты наверху — крольчихи в белом платье и лиса в чёрном смокинге. Джуди смотрела на них и не могла поверить, что это не игрушки, а они сами. — Ты смотрела, как я резал пирог? — спросил Ник, подходя сзади и обнимая её за талию. — Это же к несчастью. — Наше счастье уже ничего не испортит, — ответила Джуди, отрезая кусочек для него. — Ешь. Марта старалась. Ник откусил, зажмурился от удовольствия. — Чёрт, это вкусно. Может, ей стоит открыть кондитерскую? — Может, ей стоит отдохнуть, — сказала Джуди, глядя на старую лису, которая сидела в окружении гостей и улыбалась — впервые за долгое время. — Она заслужила покой. Свадьба была скромной — только самые близкие. Бого в парадной форме, Пятачков с бабочкой (которая постоянно сползала набок), Уолтон, Вайолет, несколько коллег из участка, которые не побоялись прийти. И Марта — единственная, кто представлял семью. — Речь! — крикнул Пятачков, поднимая бокал. — Я хочу сказать речь! — Только коротко, — попросил Ник. — Мы хотим успеть на поезд. — Какой поезд? — удивилась Джуди. — Сюрприз, — Ник подмигнул. Пятачков встал, откашлялся. — Я знаю этих двоих… — он запнулся, подбирая слова. — Я знаю их с того дня, как они стали напарниками. И должен сказать: я не верил, что у них что-то получится. Крольчиха и лис? Слишком разные. Слишком упрямые. Слишком… похожие в своей дурости. — Он усмехнулся. — Но они доказали, что я был неправ. Они доказали, что любовь не смотрит на размер, на цвет шерсти, на прошлое. Она просто… есть. И я рад, что был рядом, когда они это поняли. — За молодожёнов! — крикнул Уолтон. Все подняли бокалы. Джуди выпила шампанского — маленький глоток, потому что голова и так кружилась от счастья. — А теперь — подарки, — сказала Вайолет, протягивая коробку. Джуди открыла её. Внутри лежал старый полицейский значок — выцветший, потёртый, с едва различимым номером. — Это значок моего отца, — тихо сказала Вайолет. — Он погиб при исполнении двадцать лет назад. Я храню его как память. Но сегодня я хочу, чтобы он хранил вас. Как символ того, что полицейская семья — это навсегда. Джуди почувковала, как слёзы подступают к горлу. — Вайолет, я не могу… — Можешь, — волчица кивнула. — Ты заслужила. Следующим был Пятачков. Он вручил им конверт. — Там билеты в круиз, — сказал он, отводя глаза. — На две недели. Всё оплачено. Вы должны отдохнуть. — Пятачков, это же дорого… — начал Ник. — Мои сбережения, — отрезал свин. — Лучшее применение, чем пылиться в банке. Не спорьте. Бого встал, подошёл к ним. — Мой подарок — не материальный, — сказал он. — Я перевожу вас в отдел особо важных дел. Вы будете работать вместе, но с большей свободой. И с большей зарплатой. — Он усмехнулся. — Чтобы было на что растить детей. Джуди покраснела. Ник кашлянул. — Капитан, мы ещё не… — Я знаю, — Бого поднял лапу. — Но время придёт. Я в вас верю. Марта подошла последней. В её лапах была маленькая коробочка, перевязанная ленточкой. — Это от Сэмюэля, — сказала она. — Он купил это много лет назад, для нашей дочери. Но дочь не дожила. А теперь я хочу, чтобы это было у вас. Джуди открыла коробку. Внутри лежали два серебряных кольца — простых, изящных, с гравировкой: «Lux in tenebris» — «Свет во тьме». — Это был девиз Ордена, — прошептала Джуди. — Но теперь он будет вашим, — сказала Марта. — Вы принесли свет в самую тёмную тьму. Вы заслужили. Ник надел кольцо на лапу Джуди — сначала на правую, потом передумал и надел на левую, где ему и положено быть. — Теперь мы не просто напарники, — сказал он. — Мы — семья. — Семья, — повторила Джуди, чувствуя, как кольцо приятно холодит шерсть. --- Поезд, о котором говорил Ник, оказался старым пассажирским составом, идущим в горы. Джуди не спрашивала, куда именно — ей было всё равно. Главное, что они ехали вдвоём. — Откуда у тебя билеты? — спросила она, когда поезд тронулся, и город за окном начал медленно таять в сумерках. — Пятачков помог, — признался Ник. — Он знал, что я хочу сделать тебе сюрприз. — И куда мы едем? — В маленький отель на озере. Без телефонов, без интернета. Только мы и природа. — Звучит как рай, — Джуди прижалась к нему плечом. — Таким он и будет, — пообещал Ник. В купе было тесно — два дивана, столик, окно. Но им хватало места. Джуди смотрела на проплывающие мимо поля и леса и думала о том, как быстро изменилась её жизнь. Ещё месяц назад она была полицейским, который гнался за убийцей. А теперь — жена, сидящая в поезде с мужем, и будущее кажется бесконечным и светлым. — О чём думаешь? — спросил Ник. — О том, что я счастлива, — ответила Джуди. — Впервые в жизни — без оговорок. — Я тоже, — Ник взял её за лапу. — Знаешь, я боялся, что после всего… мы не сможем быть просто счастливыми. Что привычка к опасности не даст нам покоя. — И что теперь? — Теперь я понимаю, что счастье — это не отсутствие опасности. Это присутствие тебя. Джуди улыбнулась и поцеловала его. Поезд шёл всю ночь. Они почти не спали — говорили, смеялись, строили планы. О том, как обставят новую квартиру (Ник настоял на кресле-качалке, Джуди — на большом диване). О том, заведут ли они кота (нет, у Джуди аллергия) или собаку (Ник боялся больших собак с детства). О том, куда поедут в следующем отпуске. — В Банниборо, — сказала Джуди. — Я хочу, чтобы ты познакомился с моей семьёй. — Со всеми двумястами семью? — С родителями и несколькими братьями, — засмеялась она. — Остальные разбежались по всему миру. — Они примут меня? — спросил Ник, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность. — Они примут любого, кого я выберу, — твёрдо ответила Джуди. — А я выбрала тебя. --- Отель на озере оказался маленьким деревянным домиком, стоящим на отшибе, в окружении сосен. Внутри — камин, большая кровать, окно во всю стену с видом на водную гладь. — Это наш, — сказал Ник, открывая дверь. — На две недели. — Ты не представляешь, как я мечтала о тишине, — Джуди скинула обувь и прошла босиком по деревянному полу. — Ещё как представляю, — Ник занёс их единственную сумку. — Я каждую ночь в больнице мечтал о тишине. И о тебе. Он подошёл к камину, начал разжигать огонь. — Умеешь? — спросила Джуди. — Лисы — мастера по части огня, — усмехнулся Ник. — Шучу. Это опасно. Но я научен. Через минуту пламя весело заплясало в очаге, отбрасывая тени на стены. — Иди сюда, — Ник протянул лапу. Джуди подошла, и они сели на ковёр перед камином. Снаружи уже стемнело, только луна отражалась в озере, разбиваясь на тысячи серебряных осколков. — Это наш первый вечер как муж и жена, — сказал Ник. — Официально — да, — кивнула Джуди. — Но чувствую я себя так уже давно. — С того дня, когда ты впервые назвала меня напарником? — спросил Ник. — С того дня, когда ты впервые назвал меня Картошкой, — ответила Джуди. Ник рассмеялся. — А ты обиделась тогда. — Я не обиделась. Я просто… не поняла. — А теперь понимаешь? — Теперь — да. — Джуди повернулась к нему. — Ты называл меня Картошкой, потому что я маленькая, круглая и меня легко потерять в толпе? — Нет, — Ник покачал головой. — Я называл тебя Картошкой, потому что ты — самое простое и самое нужное в моей жизни. Как картошка. Без неё не сваришь суп. — Романтик, — фыркнула Джуди. — Я лис, — пожал плечами Ник. — Мы выражаем любовь через еду. Он обнял её, притянул ближе. — Джуди, — сказал он. — Ммм? — Я хочу, чтобы этот вечер никогда не заканчивался. — Он не закончится, — ответила она. — Он перейдёт в утро. А утро — в день. А день — в новую жизнь. — Слишком правильно для меня, — усмехнулся Ник. — Привыкай, — Джуди поцеловала его. — Теперь ты — семейный лис. — Звучит как приговор, — сказал Ник, но в его глазах плясали искорки счастья. Они сидели у камина, пока огонь не превратился в угли. Потом Джуди взяла его за лапу и повела в спальню. — Ник, — сказала она, остановившись у кровати. — Да? — Я хочу, чтобы ты знал. Никто никогда не был у меня… до тебя. Я ждала. Ник посмотрел на неё долгим взглядом. — Я тоже, — тихо сказал он. — Ждал. Не знал кого. Но ждал. — И дождался. — И дождался. Они легли рядом, и Джуди почувствовала, как его лапы обнимают её, тёплые, уверенные. И в этом объятии было всё: прошлое, настоящее и будущее. — Я люблю тебя, — прошептала она. — Я люблю тебя, — ответил он. --- Утро в отеле на озере было тихим и светлым. Джуди проснулась от того, что солнечные лучи щекотали ей нос. Ник лежал рядом, ещё спал, и его уши слегка подрагивали — наверное, снилось что-то хорошее. Она смотрела на него и не могла наглядеться. Рыжая шерсть, длинные ресницы, кончик хвоста, который высовывался из-под одеяла — всё это было её. По закону. По сердцу. — Доброе утро, миссис Уайлд, — сказал Ник, не открывая глаз. — Ты не спал? — Спал. Но проснулся от того, что ты на меня смотришь. Я это чувствую. — И что ты чувствуешь? — Счастье, — ответил он, открывая глаза. — Чистое, как эта вода в озере. — Ты стал поэтом после свадьбы, — усмехнулась Джуди. — Я всегда был поэтом, — возразил Ник. — Просто прятал это за маской циника. — А теперь не прячешь? — Теперь — не зачем. Ты видишь меня насквозь. Он повернулся к ней, провёл лапой по щеке. — Джуди, — сказал он. — Ммм? — Спасибо, что выбрала меня. — Не за что, — ответила она. — Ты единственный, кто видел во мне не только крольчиху-полицейского, а просто… меня. — Ты — просто «ты», — Ник улыбнулся. — И это лучшее «ты», которое я знаю. Они встали, оделись — Джуди в лёгкое платье, которое взяла с собой, Ник в джинсы и свитер — и вышли на крыльцо. Озеро было гладким, как зеркало. Сосны отражались в нём, и небо отражалось, и облака. Джуди сделала глубокий вдох. — Пахнет свободой, — сказала она. — Пахнет тобой, — поправил Ник. Они спустились к причалу, где стояла старая лодка. Ник отвязал её, помог Джуди сесть, и они отплыли на середину озера. — Ты умеешь грести? — спросила Джуди. — Лисы не плавают, — усмехнулся Ник. — Но грести умею. Он работал вёслами, и лодка мягко скользила по воде. Джуди опустила лапу за борт — вода была холодной, но приятной. — Мы могли бы остаться здесь навсегда, — сказала она. — Не можем, — ответил Ник. — У нас работа. И семья, которую нужно навестить. И квартира, которую нужно обставить. — Ты прав, — вздохнула Джуди. — Но хотя бы на две недели — мы никуда не спешим. — Никуда, — согласился Ник. Он перестал грести, и лодка замерла посреди озера. Тишина была такой плотной, что Джуди слышала, как бьётся её сердце. — Ник, — сказала она. — Да? — Я хочу, чтобы у нас были дети. Ник посмотрел на неё. В его глазах отражалась вода и солнце. — Я тоже, — сказал он. — Но давай не будем торопиться. Сначала — две недели рая. Потом — работа. Потом — семья. — Договорились, — кивнула Джуди. Она придвинулась к нему, и он обнял её. Лодка качнулась, но не перевернулась — не сегодня. Сегодня был день, когда даже стихия была на их стороне. --- Две недели в отеле пролетели как один день. Они гуляли по лесу, собирали грибы (которые потом пришлось выбросить, потому что Ник набрал поганок), купались в озере (ледяная вода, но Джуди упрямо лезла, а Ник трусливо стоял на берегу), сидели у камина и говорили. Говорили обо всём. О детстве, о страхах, о мечтах. О том, какими они были до встречи и какими стали после. — Я боялся, что ты уйдёшь, — признался Ник однажды ночью. — Не из-за дела. Из-за меня. Потому что я — лис. А ты — крольчиха. И мир не любит таких пар. — Мир изменился, — ответила Джуди. — Мы его изменили. Немножко. — Немножко, — согласился Ник. — Этого достаточно. — Всегда достаточно, — сказала Джуди. — Если есть ради кого меняться. В последний вечер они сидели на крыльце, смотрели на звёзды и слушали, как сверчки поют свою бесконечную песню. — Завтра мы вернёмся в город, — сказал Ник. — И начнётся новая жизнь, — добавила Джуди. — Ты боишься? — Немного, — призналась она. — А ты? — Тоже, — ответил Ник. — Но мы справимся. Мы всегда справлялись. Она положила голову ему на плечо. — Одна фамилия на двоих, — прошептала она. — Одна фамилия, — эхом отозвался Ник. — Одна жизнь. Одна любовь. — И никаких «но». — И никаких «но», — повторил он. Они просидели так до полуночи, а потом ушли в дом — спать. Потому что завтра был новый день. И новая жизнь. --- Поезд обратно в Зверополис был таким же старым, как и тот, что привёз их сюда. Но теперь Джуди смотрела в окно не с грустью, а с предвкушением. — Что будем делать первым делом? — спросил Ник. — Поедим нормальной еды, — ответила Джуди. — Я соскучилась по пицце. — Договорились, — усмехнулся Ник. — А потом — заедем в новую квартиру. Посмотрим, что нам нужно купить. — Мебель, — кивнул Ник. — И холодильник. В моей старой квартире холодильник был сломан. — В твоей старой квартире всё было сломано, — парировала Джуди. — Зато теперь у нас есть новая, — Ник взял её за лапу. — Наша. — Наша, — повторила Джуди, чувствуя, как от этого слова становится тепло. Они приехали в город в сумерках. На вокзале их встречал Пятачков — с цветами и довольной улыбкой. — Как отдохнули? — спросил он. — Лучше, чем за всю жизнь, — ответила Джуди. — Бого уже всех собрал, — сказал Пятачков. — Завтра выходите на работу. Новый отдел. Новые дела. — Мы готовы, — кивнул Ник. Пятачков отвёз их в новую квартиру — ту самую, которую Ник купил год назад. Внутри было пусто — только стены и пол. Но Джуди уже видела, как здесь будет уютно. — Начнём с кровати, — сказала она. — С кровати? — Ник приподнял бровь. — Сначала купим кровать, потом всё остальное, — поправила Джуди, покраснев. — Ах, это, — усмехнулся Ник. — Договорились. Они вышли на балкон — маленький, но с видом на город. Огни Зверополиса мерцали внизу, как россыпь драгоценностей. — Красиво, — сказала Джуди. — Очень, — ответил Ник, но смотрел он не на город, а на неё. — Перестань, — сказала она. — Что? — Смотреть на меня так. — А как? — Как на чудо. — Но ты и есть чудо, — Ник обнял её. — Моё личное. И я никому не отдам. — Никому и не надо, — Джуди прижалась к нему. — Я уже твоя. — И я твой, — ответил Ник. Они стояли на балконе, обнявшись, и смотрели на город, который они спасли. Не одни — с помощью других. Но именно они были в центре этой бури и вышли из неё живыми. — Ник, — сказала Джуди. — Ммм? — Я хочу, чтобы ты знал. Если бы я могла вернуться в прошлое и выбрать снова — я выбрала бы тебя. Каждый раз. Без раздумий. Ник поцеловал её в макушку. — Я тоже, — сказал он. — Каждый раз. --- Новая квартира постепенно наполнялась мебелью. Кровать — большая, с мягким изголовьем. Диван — угловой, чтобы поместились оба. Стол — круглый, для семейных ужинов. Кресло-качалка — Ник настоял, и Джуди уступила. — Теперь похоже на дом, — сказала Джуди, оглядывая гостиную. — Похоже, — кивнул Ник. — Не хватает только фотографий на стенах. — У нас есть время, — ответила Джуди. — Вся жизнь. Она повесила на стену их свадебное фото — то, где они целуются на крыше участка. Ник прикрепил рядом старый полицейский значок, подаренный Вайолет. — Чтобы помнить, — сказал он. — Чтобы помнить, — согласилась Джуди. В первый вечер в новой квартире они заказали пиццу, открыли бутылку вина и сидели на полу, потому что стулья ещё не привезли. — За нас, — сказал Ник, поднимая бокал. — За нас, — эхом отозвалась Джуди. Они чокнулись и выпили. Вино было сладким, как их будущее. — Джуди, — сказал Ник, ставя бокал. — Да? — Ты счастлива? — Бесконечно, — ответила она. — А ты? — Я никогда не был счастливее, — сказал Ник. — Даже когда мы раскрыли дело. Даже когда нас хвалили. Даже когда я смотрел на тебя в свадебном платье. Ничто не сравнится с этим моментом. Сейчас. Здесь. С тобой. — Тогда давай запомним его, — Джуди взяла его за лапу. — Запомним навсегда. — Навсегда, — повторил Ник. Они сидели на полу в пустой квартире, и вокруг них был весь мир. Им не нужно было ничего, кроме друг друга. Но впереди было ещё много всего. Работа, друзья, семья. И маленькие лапки, которые когда-нибудь будут топать по этому полу. Конец шестнадцатой главы.💌