CHARMING

            — Доброе утро, лисенок, — доносится знакомый вампирский голос, как гром среди ясного неба. Джисон сжимается в стенку. Взгляд ещё пока размылен и Хан не может разглядеть силуэт впереди, но он знакомый, с такой же пугающей аурой. Кицунэ тяжело вдохнуть капельку воздуха, потому что помещение влажное и холодное, будто после ливня. Над головой красноглазого маленькая, почти сгоревшая лампочка, которая отдает противным жёлтым светом. Джисон фокусирует взгляд на рыжеволосом. Он стоит у стола и держит непонятную вещь в руках. У Хана хаос мыслей и одновременно громкий звон в ушах. Лис пропустил момент, когда вампир подошёл к нему впритык и сидел на корточках прямо у него перед лицом, вертя лисью маску у себя в руках, играясь, будто с детской игрушкой. — И как вы только носите такие уродливые маски? — хмыкает парень. Джисон считает этот вопрос настолько грубым, что ногой пинает в живот вампиру, заставляя того немного пошатнуться и упасть, уронив маску на грязный пол. — Да как тебя мир носит, — раздраженным тоном сказал лис. — Скажи свое имя, чтобы как только я выбрался, моя семья убила тебя. Джисон осознает, что сам копает себе глубокую яму, и что вампиры не церемонясь, похоронят его заживо, но лишний раз и так жалкую честь вампиров хочется затронуть. Но резко чувствует холодные пальцы на своей шее. Кицунэ снова чувствует головную боль, которую ощущал ещё в том проклятом лесу, ограниченный доступ к воздуху лишь усугубляет ситуацию. Но чужие губы приближаются к уху и, обжигая своим контрастным в отличии от рук дыханием, вампир прошептал. — Меня зовут Ли Минхо. И я буду очень рад если познакомлюсь с твоими родителями, Джисон. Боюсь только, я познакомлюсь с их надгробиями, — руки Минхо начинают потихоньку отпускать чужую шею, и он впивается клыками в шею, заставляя Джисона громко закричать скорее из-за резкости укуса, а не из-за боли. Как только Минхо отлип от лисьей шеи, он встал и отошёл обратно к столу, специально наступая и разбивая маску, заставив Хана проклинать его. — В общем у меня есть некоторые вопросы моих личных целей и целей моего царства. Джисон лишь криво улыбается и отворачивает голову от вампира, намекая на то, что он ничего не расскажет этим невоспитанным кровососам. — Ты на мне оставил свою противную метку, связал меня, а я тут должен тебе ещё что-то рассказывать? Иди траву потрогай, Ли Минхо, — фыркает Хан, и рыжеволосый снова подходит, но уже тянет за локоть Джисона, заставляя встать. Руки резко оказываются свободными, и Джисон моментально отдергивает их к себе, попутно разминая. — А метка твоя все равно осталась. — Не наглей, лисёнок, а отвечай на мои вопросы, — Минхо обходит Хана и встаёт перед ним, а дверь наружу находится всего в паре шагов за вампиром. — Ты не сбежишь так быстро. Начну сразу - Царство вампиров находится под угрозой вымирания из-за недостатка еды. Так как ты из клана Хан, ты должен знать почему наш запрос на помощь был проигнорирован. Джисон знал, что был запрос со стороны вампиров, знал, что они что-то просили, но не знал, что они голодают и могут вымереть. Такая новость потрясла Хана. Его родители разговаривали ещё месяц назад об этом на завтраке, но кицунэ не слушал их разговор, ему никогда не нравились разговоры, касающиеся вампиров. Минхо напротив лишь хмыкает, понимая, что наследник влиятельного клана об этом ничего не знает. Джисон вздыхает, взглянув в лицо вампира, и высокомерно протягивает: — Вы, вампиры, и заслуживаете только умереть. Умереть с голоду только и заслуживаете, — говорит Джисон и отворачивается. Только он совсем не ожидает грубую хватку на своих волосах. Хан вскрикивает, а Минхо резко толкает его со всей силой в стенку. Джисон влетел в бетонную стену и не успел сообразить, что произошло, как его разворачивают и бьют по животу. Изо рта хлынула кровь. Удар был настолько сильным, что лис просто грохнулся на пол. Ли лишь опустился на колени, притянул за шею и снова в нее вцепился, как озверевший, и по факту, голодный зверь. На этот раз он взял намного больше крови, настолько больше, что Хан начал умолять его остановиться. Только тогда Минхо его отпустил, поднялся и уходя, развернув голову, холодно бросил: — Давай тогда ты поголодаешь с нами. Думаю ты заслуживаешь такой же смерти, Хан. Обязательно приползи на коленях и умоляй нам дать тебе капельку еды, может тогда мы дадим тебе крошку пищи. Доброй ночи, — сверкнув алыми глазами, сказал рыжеволосый и скрылся за железной дверью. Оставив Джисона в комнате с противным жёлтым светом и запахом крови. Хана настолько измотали, что он лишь, оперевшись спиной о стену, склонил голову к коленям и уснул. Даже не подумал о друзьях, семье и о родном доме. Единственное, что ему надо – это восстановить свое тело и силы, тогда он обязательно придумает, что делать и как выбираться.

***

            Таким образом проходят три дня. Для Хана они были очень тяжёлыми. Минхо не обманул и кицунэ действительно не давали поесть. Но даже это было не самым мучительным. К Джисону никто не ходил, он потерял счёт времени и ему казалось, что прошел месяц. Лис избивал кулаком стену, что чуть не сломал руку, все костяшки были в мясо. От яркого и ухоженного Хан Джисона остались лишь слова, его темные волосы были в пыли и запутаны. Кимоно было в каплях крови, в некоторых местах порвано. Вид у Хана был слишком жалкий, он думал, что умрёт в полной тишине, что не сможет увидеться с друзьями. В мыслях снова и снова проскакивают диалоги с каждым: с Рин, которая постоянно говорила Джисону, что тот не подходит на пост главы клана и что она на эту роль подходит больше. С Сынмином и Чонином, которые хотели уехать из столицы в тихий городок, чтоб жить там вместе и видеться с ребятами на праздниках. С Богёмом, который обещал Джисону, что будет выигрывать майские соревнования, а Хан будет ставить ставки на него. В памяти всплывало столько воспоминаний. Из глаз покатились слёзы, лис не хотел умирать настолько ужасно, не попрощавшись ни с кем. Но его внутреннюю истерику прерывает скрип двери. Кицунэ поднимает голову и видит Минхо. Тот был в хорошем расположением духа. В руках он держал небольшую миску. Джисон уже раскрыл рот, но его тут же перебили. — Добрый вечер, лисёнок. Просидел три дня даже не заикнувшись, мы уже думали, что ты помер, но твои бои со стенкой давали нам знак. Держи, — Ли протягивает ему в руки глубокую тарелку. Внутри какая-то похлёбка. Обычный овощной суп из моркови, лука, который Джисон терпеть не может, картофель и капуста. Это выглядело невкусно и очень бедно, но Хану было без разницы. Он взял ложку и начал потихоньку набирать в рот еды. Джисон слышал о том, что если долго голодать, а потом наесться то можно умереть, поэтому он пытался неспеша набивать себе рот и разжёвывать. Даже не смотрел на Минхо. А вампир тем временем внимательно наблюдал, как ест Хан и вполне понимал его аппетит. Но он пришел не за тем, чтобы просто накормить лиса, красноглазый пришел для своих целей — Джисон, ты ведь коренной кицунэ? — спрашивает Ли, а лис поднимает голову и кивает, глупый конечно вопрос, но спросить стоит. — Не знаю как ты отреагируешь, но я не совсем вампир. Моя бабушка по папиной линии была светлым кицунэ и сошлась с вампиром. Сейчас моя мать вампир скрывается на границе, а отца убили когда узнали о такой тесной связи с вами. Моя мать скрыла всю правду и отправила меня служить королю, они не подозревают, что во мне есть кровь кицунэ. Но я бы очень хотел узнать достались ли мне ваши способности. Минхо говорил это на одном дыхании, будто всю ночь разучивал эту речь. А Джисон сидел с раскрытым ртом, откуда выглядывал кусочек картофеля. Лису рассказывали сказки о том, что полукровки самые слабые существа, особенно слияние вампира и кицунэ считается большим табу, но такое существует. Младенцы обычно живут полгода, а дальше умирают, но перед ним здоровый и сильный Минхо. Который контролирует вампирскую силу и может даже подчинять лиса, в нем нет дефектов. Хан даже думал, что он сильнее обычных вампиров, но тут все совсем по другому. Ли впервые кому-то рассказал о своей особенности, что он среди вампиров, как белая ворона, просто это никто не чувствует. Узнай его сослуживцы и друзья о том, что он полукровка его бы на месте сгрызли, поэтому рассказать об этом кому-то другому ощущается, как камень с плеч. Мать ему говорила, что эту информацию можно говорить только самим кицунэ и то только, которым доверяешь. И вампир нашел лишь одного лиса. В комнате стало слишком тихо, даже слышался громкий удар грома, совсем кстати, ведь эта информация пришла к Джисону так же неожиданно. Он начал вглядываться в Минхо, но его красные глаза, ярко-рыжие волосы, аристократичный белый цвет кожи не давали ни капельки признака кицунэ. В лице этого вампира все же находились лисьи черты как острые скулы и необычные кошачьи глаза, которые для лисов является одним из стандартов красоты. Хан опустил ложку в миску и дожевав, сказал: — И что ты от меня хочешь? Чтоб я рассказал другим о твоей особенности? — вопросительно подняв брови, спросил Джисон. Алый цвет в чужих глазах, будто на секунду угас. — Мне просто интересно, что я умею. Все полукровки и года прожить не могут, а я смог. Джисон, помоги мне, а я взамен сделаю что-нибудь для тебя. — Ну и что же мне нужно от вампира? У меня все есть, — фыркает Хан и отворачивается. — Значит ты собираешься просто сидеть тут? Я без проблем мог бы вывести тебя отсюда и ты бы со слезами на глазах, побежал бы жаловаться своей мамочке и папочке, но видно тебе тут прижилось, — хмыкнув, бросает Ли и разворачивается, чтоб уйти и запереть младшего здесь. Вампир почувствовал хватку на своем плече и повернул голову. Джисон выглядел напряжённым, ему явно не нравилось голодать в темной комнате, где в углу плесень или даже начинается новая жизнь каких-то паразитов, с мигающей лампочкой, которая отдаёт противный жёлтый свет. Как наследник крупного клана Хан, кицунэ не мог вытерпеть таких условий для жизни. Все же кое-чего ему не хватает – это уверенность в сохранении своей жизни. Лис тяжело вздохнул, сжал пальцы на чужом плече и шёпотом, будто признает поражение, говорит: — Если я помогу тебе, ты сможешь увести меня из этого ужасного места? — Минхо лишь улыбнулся и взяв чужую ладонь в руку, аккуратно убирая со своего плеча. — Смогу, верить или нет - должен решать ты сам. А Хан и так уже все принял. Если он откажется, то все равно останется в непонятном месте доживать свои дни. А так он развеется и проведет время с этим странным парнем, тем более тот полукровка, Джисон таких никогда не видел и было до ужаса любопытно посмотреть. — Я готов, только выведи меня из этого места, — сказал Хан. Минхо в свою очередь даже не удивился. Он прекрасно знал, что лис уже не вывезет сидеть в темнице вампиров. Вампир лишь развернулся и направился вместе с лисом к двери. Дверь отпирается и Хан жмурит глаза, будто он вампир на солнце. На удивление у вампиров достаточно светло за дверью. По бокам стояло два стражника, половину лица которых скрывали черные платки. Они никак не отреагировали, что Ли вывел кицунэ. Глаза вампиров намного сильнее отличались от Ли Минхо. Это первое, что подметил себе Джисон. Он сначала и вправду думал, что тот врёт для своих личных целей, но он правда отличался от остальных, что приносило капельку успокоения. Лишь спустя 10 минут Джисон понял, что он находится во дворце. Выглядел он и вправду как обычный дом, просто больших размеров. На каждом шагу не встречаются драгоценные камни, хотя территория вампиров славится полезными ископаемыми. Дворец конечно сделан из хорошего мрамора, который сияет от чистоты, но все равно для Хан Джисона не хватало той привычной аристократичности, которая встречалась в царстве Эрагосу. Раз дворец такой, то лис боится представить как выглядят обычные дома в Цуан Цзэ. Как только они добрались до неизвестной комнаты, Джисон наконец спросил. — Где мы? А ещё, сколько я уже здесь? — Джисон очень надеется, что он пробыл мало времени в той темнице. Минхо не отвечает, а лишь запирает дверь на замок, проворачивая ключ на два замка. Он выглядел задумчивым, возможно и вправду не услышал. — Эй, Ли Минхо, я с кем разговариваю? — Просто не хочу тебя огорчать. 1 мая закончилось полчаса назад, — хмыкнув, даже не повернувшись, говорит Минхо. А Джисон опускает голову. Он расстроен, что не побывал на соревнованиях, что не увидел своего друга. Не узнал результаты, а лишь мучался в какой-то темнице без еды. — А меня хотя бы ищут? — с надеждой спрашивает Джисон, а вампир впервые на него обернулся за все это время. Лицо было безразличное, не угадать эмоции рыжеволосого. — Кицунэ замечали на границе, но лишь два дня назад. Границу они не переходили, а просто осматривали. Большего я не знаю, — немного помолчав, Минхо добавил, — сходи искупайся и иди спать. Завтра посмотрим, что будет. А я схожу по кое-каким делам. Не шуми тут, лисенок. Джисон закатывает глаза от такого противного прозвища. Даже кицунэ друг друга так не называли, а тут вампир, ну, не совсем вампир. Минхо открывает дверь где находится купальня, показывает где все находится, даёт одежду и уходит. Хан остаётся один, наедине со своими мыслями. Он пытается переварить всю информацию за последние полчаса, но выходит плохо, что под конец, когда Джисон идёт в кровать, он уже ни о чем не думает. Утром он точно расспросит, что все же в конце концов происходит. Глаза медленно закрываются и Джисон проваливается в сон, совсем не чувствуя пристального взгляда на себе.