Hunter

Находясь на закрытой территории, парень скрывается от альва всеми возможными способами. Иллуги настолько сильно запутался, что решил не попадаться на глаза Флинсу, посылая его на различные задания через других командиров или же вовсе засиживаясь за бумагами до самого утра, чтобы минимизировать риск встречи, поскольку утром новобранцев отправляли на практику по обычной охоте, пропускать которую они не имели право. Последний разговор по сей день вызывал сумбур, путая всё больше. С одной стороны, Иллуги нигде не соврал, он действительно ставил товарищей и людей выше всего живого. Однако… Кириллу удалось открыть глаза на такой же мир, только под другим углом. Противоречия били по голове, разрывая на кусочки прежние крепкие убеждения. Хотелось сбежать от резких перемен, оставить всё на своих местах, потому что новые принципы подразумевают совершенно новую жизнь, которая вряд ли будет принята окружением. Поэтому оставалось только молча прятаться, в надежде, что всё разрешится само. Голова разболелась от нескончаемого потока мыслей, а закрытые веки вырисовывали фрагменты документаций. И ровно в этот момент в макушку ударил теплый воздух. Парень рефлекторно поднял голову и замер. — Доброй ночи, — ответ почти сорвался с губ, но Флинс прервал, — Должно быть, утомились? Да так, что двери решили не запирать. В вашем духе. — Чего тебе нужно? Я сейчас никуда не пойду, — он оборачивается через плечо, всё ещё с задёрнутой головой. На удивление, от испуга, сон, как рукой сняло. — Конечно, вы вот-вот вырубитесь, а это ведь ещё не все отчеты, так? — Ты зачем пришёл? — вопрос был риторический, но Иллуги почему-то все равно ждал объяснений. — Командир, это несмешно. Мы условились на помощи и прекращении сотрудничества в кратчайшие сроки. Что же происходит теперь? Вы прячетесь почти неделю и ровно столько же наши дела стоят на месте. Не порядок, — его ладони, в противовес тяжелым словам, ложатся на плечи мягко. Иллуги хотел встать или даже встрепенуться, чтобы прервать физический контакт, но руки вдруг стали удерживать, не давая пошевелиться, — И как после таких выходок тебя не принуждать к работе? Какие же, вы, люди, сложные существа… — Подожди с обвинениями, — Иллуги всё же поднимается со стула и становится напротив, — Попробуй понять меня тоже, ладно? Я вижу, что ты хороший чело… альв и что нет никаких причин сомневаться в твоей честности, — его тон довольно спокоен. Слова звучат больше как извинения, нежели оправдания, отчего Флинс стопорится, — Я даже готов помогать на добровольной основе, мне ни капли не жалко своего времени. Прошлая наша вылазка… — опускает голову, сглатывая, — Что-то изменила. Но жалость и желание помочь слабым никак не перекрывает того, что я нахожусь между двух огней и мне… Тя-же-ло, — Иллуги снова смотрит в жёлтые глаза, которые сверлят спокойным ожиданием. Признаться честно, сейчас это не раздражает, — Я не хотел тебя избегать и я не хотел бы портить наши отношения, как бы сильно ты меня не бесил. Просто… — прикрывает лицо ладонью, — Даже командиры иногда не могут справиться со своими эмоциями. — Вот оно что, — задумчивый полушёпот на какое-то время дарит секунды тишины. Иллуги убирает руку с лица, но глаза на Флинса поднимает только, когда слышит долгожданный ответ на свой огненный монолог, — Откровенно говоря, я догадывался о вашем непростом состоянии и том, что за ним стоит. И если бы вы сказали все напрямую, а не прятались по углам, возможно, я злился бы чуть меньше, но… Ладно, ничего, — смиренно выдыхает, — Сядем? — Иллуги несколько проморгался, а затем кивнул. Флинс садится на небольшой диванчик у стены, а командир приземляется на свой стул, пододвинув его чуть ближе к напарнику. Откинувшись на спинку дивана, закидывает ногу на ногу, — Раз уж на то пошло, давайте не будем воспринимать наши отношения, как «официально-деловые», чтобы позже не было подобных ситуаций. Я хоть и могу догадаться, что твориться в вашей голове, но что дадут мои догадки? — Ничего, — смиренно выдохнул. — Вы в праве делиться тем, что вас беспокоит, чтобы не накапливать лишний негатив и не придумывать новые причины для ссор. Поверьте, я знаю, всё сказанное вами у пещеры — это вовсе не злоба, а что-то более запутанное и непонятное. Возможно, вы бы искреннее хотели избежать дня встречи со мной, дабы не забивать голову, но, что вышло, то вышло. Если не брать в расчёт избегание, вы меня абсолютно устраиваете и искать другого помощника я бы не хотел. — Что тебя устраивает? То, что я беспрекословно выполнил только одну просьбу? — Может быть, мы просто начали не с того и рискуем закончить не тем. Вы согласны? — Иллуги кивнул, смотря куда-то в пол, — А скажите, вы видите во мне врага? — В тебе? — он тут же поднял голову. Брови заметно дернулись, — Нет. Я просто не понимаю, как к тебе относиться. Головой, я все еще не могу доверять до конца, потому что, ну… Очевидно, что я для тебя просто вспомогательный элемент на пути к цели. Как только я стану тебе не выгоден, естественно, моя жизнь не будет ничего стоит. Хотя судя по тому, что ты даже готов обсуждать такие мелочи, наверное, не такой уж ты и жестокий, — Флинс тихо посмеялся на комментарий, на что Иллуги хмыкнул и быстро добавил, — Я уже сказал, что не считаю тебя плохим чело… Неважно. Я прекрасно понимаю, что преувеличил проблему в своей голове и злился не очень обоснованно. Вот так. — Командир, можете не оправдываться, я с первого раза всё понял, — впервые Иллуги замечает не ехидную, а вполне легкую полуулыбку, — Мне очень приятно слышать от вас любезности. И раз уж, вы сказали мне достаточно трогательные слова, я всё-таки тоже хотел бы поделиться своими мыслями, хотя бы частью из них. Вы вовсе не обязаны как-то изменять свои нормы морали, пока помогаете мне, но меня крайне удивляет ваша доброта. Готовность помочь своему врагу — морально непросто, а порой и невыполнимо, — речь звучит неторопливо и неброско, но сердце подтапивалось от её глубины. Конечно же, Иллуги знал о своей доброте, иногда переходящей все границы, но… Почему-то слова Флинса по-особенному отозвались внутри. — Мы можем пойти на вылазку прямо сейчас, — быстро сменяет тему, не желания никак отвечать на то, что сказал Кирилл. — А вы не уснёте? — Нет. Я давно никуда не выбирался. На сегодня никаких разведок не назначали, поэтому лес в нашем распоряжении. — Само собой, я согласен. — Тогда подожди, — парень находит на столе карту и сразу ж разворачивается, — Недавно наши командиры наткнулись на альва, но поймать не смогли. Это произошло… — долго разыскивает пальцем нужным маршрут, — Вот здесь, — спрашивающе озирается на Флинса, — Ты не подойдёшь посмотреть? — Я всё равно ничего не понимаю в картах. Это, пожалуй, единственная вещь в человеческом мире, пользоваться которой я не научился. — Точно, — произносит на выдохе. Отпустив край бумаги, позволяет свернутся снова. Командир подходит к вешалке у шкафа, снимая с неё коричневую накидку, — Пойдешь со мной, я знаю эту дорогу, мы там не единожды ловили тварей, — небольшая пауза, — Извини. — Бывает. Иллуги быстро зашторил окно и двинулся к двери, у которой уже ждал Флинс. — Ты хорошо видишь в темноте, так ведь? Выведи нас из базы как в прошлый раз. — Свечу тушить не будете? — Пускай думают, что я работаю.

***

Огонь в руках Флинса завораживает глубоким синим. Теперь Иллуги смотрит на пламя иначе, доверяя чуть больше. На этот раз, Кирилл подстраивается под чужой шаг, поддаваясь спешке. Иллуги ориентируется, то по компасу, то по памяти, но местность вокруг не подаёт никаких знакомых сигналов. — Перо, — внимательность альва к деталям до ужаса удивляла. Командир становится за его плечом, — Как давно здесь охотились ваши? — Отчитывались вчера утром. — Поблизости пещер нет? — Ни одной, — перышко крутиться в тонких пальцах. — Я не чувствую чужого присутствия поблизости. А склонов рядом никаких нет? — Нет, — почему-то именно сейчас в груди что-то ёкнуло. Иллуги захотелось вернуться на базу, поскольку лес подозрительно затих. — Всё в порядке? — Да. Можем осмотреться в округе. — Можем, но… — он задумчиво хмыкает, роняя перо, — Я почти уверен, что альвов здесь нет. — Твое «почти» еще не гарантия чего-либо. — Вы выглядите напряжённо, командир. Хотелось возразить и промолчать, но вспомнив их договорённость, Иллуги ненадолго задумался. — У меня странное предчувствие. Как будто что-то должно произойти, — он старается избежать неудобных слов, но Флинс, видимо, решил перебрать их самостоятельно. — Вам страшно? — Нет. — А если я пойму ваш страх? — Прекрати, — он бы мог дальше отнекиваться, но не хотелось выслушивать какие еще правдивые ответы озвучит напарник. И будь беспокойство действительно обоснованным, Иллуги смог бы признаться через простой кивок, но то, что происходит сейчас, он не в состоянии объяснить. — Давайте просто держаться рядом, хорошо? — Я не боюсь. — Я уже понял, просто не уходите далеко, — это звучит не как издевка, а как желание поддержать, пусть даже неумело и сухо. Он не разделяет чувства человека, однако старается всеми силами ему помочь хоть чем-то. Было ощущение, что они ходили кругами: местность никак не изменялась, а ноги уставали все больше и больше. Иллуги терпеть не мог бумажную работу, потому что к вечеру поясница ныла и побаливала, как и, наверное, сейчас. Внимание переключалось, то на бессознательный страх, то на неприятные спазмы. Хотелось вернуться и просто передохнуть. С чего вдруг Иллуги решил ставить собственное состояние ниже, чем цели малознакомого ему существа (тем более, не человека)? — Я был прав, здесь всё-таки никого нет, — вердикт альва не успокоил. — Вернёмся? — Да. Флинс тушит пламя в руке, замечая приближающийся рассвет. — Командир, я спрошу еще раз, всё в порядке? — Что же это такое… — устало бормочет он и чеканит довольно уверенно, — Да, в порядке. — У вас с собой серёжка? — С собой. — Мы связаны через неё. И всё то время, что мы ходили, я не мог понять: беспокоюсь я или вы. — Это я. Ты доволен? — Не совсем. Есть ли причина у ваших тревог? — Ты меня правда достал, — рука обводит дерево, как бы случайно вырывая кусок коры, — Нет причины, просто очень плохое предчувствие. Я всё это время хотел вернуться в лагерь, возможно, потому что устал. — Не исключено. Он просто соглашается и даже не думает извиняться? Хотя бы за то, что заставляет переступать через себя и рассказывать то, о чем говорить вовсе не хочется? Откуда же столько наглости… — Вам стоило сказать раньше. Не просто так в нас сидит чутьё. Порой, оно играет с нашим воображением и заставляет поверить в несуществующие вещи. И всё же, как говорят у вас, у людей, раз в год и палка стреляет. — Если чутьё ничем не подкреплено, я не вижу смысла рассуждать насколько же оно правдиво. — Здесь поспорить сложно, но нельзя знать заранее о чём тебя хочет предупредить организм: личное ли это беспокойство или какой-то знак? — Не нагнетай с этими знаками. — Я чувствую, что вам становится легче. — Я держу эту серёжку только из-за желаний. Если бы ты сказал, что внутри нее какой-то детектор, я бы оставлял ее на базе. — На вашем месте, я бы выкинул её сразу, как узнал, что она бьётся током. — Кстати, об этом, — Иллуги пихает его под локоть, чуть задрав голову, — Это что еще за функция такая? Почему про три желания ты сказал, а про электрошокер нет? — А вы бы стали уплетать мёд с ложкой дёгтя, заранее не зная, что она там есть? — он опускает глаза на командира. Непонятные тени мешают разглядеть эмоции Флинса, но казалось, что он слабо ухмылялся. — То есть, ты ждал, когда я дочерпаю до дёгтя? — Не ждал, но знал, что когда-нибудь капелька дёгтя мне пригодится. — Истратить бы эти три желания и отвязаться от тебя поскорее. — Вы преданней, чем говорите. Никуда вы не отвяжитесь. — Ты хочешь проверить? — Если вы истратите все желания прямо сейчас, я накину еще тысячу, — довольно хмыкает, чем лишний раз заставляет хмуриться, — Но вы же не истратите. — Я же только решил, что ты нормальный… Иллуги ловит себя на том, что больше не тревожиться. Флинс перенаправляет мысли в другое русло. Теперь даже злиться на него не хочется. — Командир, — это звучит быстрым полушёпотом, после чего парня тут же волокут за собой в кусты, не давая сказать и слова. Иллуги сразу понял, что нужно молчать, потому что в опасной близости послышались шаги, переходящие на бег: он узнал двух своих охотников из лагеря, которые обеспокоенно неслись прочь. Хотелось выйти из укрытия и спросить в чем же проблема, и альв, предвидя чужие мысли, крепко держал. Не сразу удалось почувствовать невыносимый запах гари, словно где-то рядом костёр потерял контроль. Как только получилось высвободиться, Иллуги тут же подорвался. Видя волнение напарника, Кирилл догоняет, стараясь держать в поле зрения человека. Эта погоня казалась вечной. Фигура Иллуги замирает перед металлическими воротами, с которых облупливалась часть краски. Силуэт парниши был настолько неподвижен, что хотелось его потрясти, дабы привести в чувства. Над воротам клубнями выходил черным дым. — Если пожар достанет до деревьев, мы погибнем, — Флинс крепко впивается в чужую ладонь и тянет за собой обратно в лес. На удивление, Иллуги не оказывает никакого сопротивления, поддаваясь, но всё ещё оглядывается на горящий лагерь. Кто-нибудь еще смог спастись? — В какой стороне город? — они переходят на шаг. База уже потерялась за деревьями, а неприятная гарь больше не щипала нос. Иллуги оглянулся по сторонам. — Не помню. — Ничего, разберёмся, — они переходят на шаг. Небо посветлело, сменив темно-синий на сиреневатый. Светает. Звёзды больше не мелькали, видно было только одну, самую яркую, — Командир, это полярная звезда? — А? — задернув голову, глазами разыскивает яркое свечение, — Да. Город на северо-западе, но до него очень далеко идти, — мозг всеми силами старается рассуждать трезво, но язык всё равно тормозит, выдерживая долгую паузу, — Нам выделят компенсацию за случившийся пожар, этих денег хватит, чтобы переночевать в гостинице. Потом можем перейти в другой охотничий лагерь… — Разберёмся. Сейчас будем думать о насущных проблемах, до города сколько добираться? — Если без перерыва идти, то, должно быть, к вечеру придем. Голова странным образом очистилась. Сказывался шок от происходящего, с которым спелась усталость. В груди не унималась надежда, что если сейчас Иллуги уснёт, то самим собой всё восстановится. — Носом клюете, командир. Отдохнуть не хотите? — Нет, идем дальше. — Упадёте ведь, — Флинс потянул на себя, чтобы не дать человеку врезаться в дерево, — Выйдем к поляне и вы поспите. — Не выйдем, здесь сплошной лес. — Правда? — Иллуги не сразу понял почему Кирилл остановился. А потом вдруг дошло, что они уже стоят на небольшой опушке. — Уверен, что стоит? — Если вы сомневаетесь, то, конечно, — отпустив руку командира, снова отдает приказ, — Сядь сюда, — и парень садится на какую-то корягу, ощущая собственную тяжесть. Равновесие было удержать довольно сложно, поэтому Иллуги предпочел спуститься на землю, спиной уперевшись о лежащий, местами сломанный столб. Ветерок вдруг стал прохладней, от чего по коже прошёлся табун мурашек, — Вы дрожите, — после этих слов воздух чудом стал прогреваться. Парень приоткрыл глаза, заметив перед собой небольшой костер с синем планеменем. — А если звери нападут? — Откуда столько сил на беспокойство? Командир, вы совершенно не умеете распределять собственную энергию в правильном направлении, — Флинс садится рядом на грязную землю, — Я покараулю. — Для чего? — выходи само собой. Он даже не ждал ответ и быстро закрыл глаза, погружаясь в сон. Голова невольно приземлилась на чужое плечо. Кирилл смотрит на костёр, стараясь не шевелиться, чтобы лишним движением не разбудить человека. Он всецело понимал Иллуги: странно сострадать тому, кого раньше ненавидел всей душой. И уловив эту самую похожесть во взглядах ещё с первой встречи, в голове что-то щёлкнуло. Взгляд альва падает куда-то вниз, на макушку командира. Осторожно двинув рукой, поднимает локоть на корягу, а голова Иллуги аккуратно ложится на грудь. Благо, он не проснулся. Пальцы едва касались волос, но сдержаться от нескольких коротких поглаживаний он не смог.