Часть 18
4 мая 2026 г., 05:07
— Ты что, плохому у меня научился? — Шань Юй повернул голову, глядя на него.
— С кем поведёшься, от того и наберёшься, — парировал Чэнь Цзянь.
— А это точно так работает?
— ...Не знаю, — честно признался Чэнь Цзянь. — Вроде должно быть так, но когда ты спрашиваешь, я уже ни в чём не уверен. Жду, когда ты снова меня подколешь.
— Будь увереннее, — подбодрил Шань Юй. — У нас же с тобой образование одинаковое.
Чэнь Цзянь замер на секунду, а потом невольно улыбнулся.
— Сначала задам вопрос, который не требует «обмена», — Шань Юй остановился и присел на кучу кирпичей у дороги, глядя на реку.
— Давай. — Чэнь Цзянь притормозил, упёрся ногой в землю и, поняв, что босс решил здесь задержаться, заглушил мотор и слез с байка.
— В нормальных обстоятельствах, кто мы друг другу? — спросил Шань Юй.
Чэнь Цзянь опешил. Кто?
«Хозяин и слуга, наверное».
Он его кормит, возит, по врачам сопровождает.
А, «в нормальных обстоятельствах».
— Начальник и подчинённый. Ты — босс, я — работник, — ответил он.
— Угу, — кивнул Шань Юй. — Тогда ты понимаешь, что сейчас переходишь границы?
Чэнь Цзянь застыл за его спиной. В прошлый раз Шань Юй говорил таким тоном, когда отчитывал его за историю с матрасом Саньбиня.
Но сейчас, как казалось Чэнь Цзяню, ситуация была совсем иной.
Он почувствовал растерянность, а следом — глухое раздражение.
— А когда ты выспрашиваешь про мою жизнь, ты границы не переходишь? — спросил он.
— Босс должен знать подноготную сотрудников для эффективного управления. Это в рамках полномочий, — отрезал Шань Юй.
— Ну ты даёшь... — Чэнь Цзянь даже не нашёлся, что возразить. — Уж больно ты деспотичный босс.
— На то я и босс, чтобы быть деспотичным, — отозвался Шань Юй. — К тому же, если во всём не разобраться, можно однажды очнуться в камере и даже не понять, кто и как тебя туда подставил.
Чэнь Цзянь ещё переваривал первую часть фразы, но вторая заставила его окончательно замолкнуть.
Шань Юй слегка повернул голову:
— Ты ведь именно об этом хотел спросить?
Именно об этом.
Но переход к теме получился слишком резким.
— Угу, — неловко подтвердил Чэнь Цзянь. «Сам же про границы говорил, босс!»
— Помимо отношений начальника и подчинённого, — заговорил Шань Юй, — я считаю тебя другом.
Чэнь Цзянь стоял сзади и не видел его лица. Он не мог понять, всерьёз это было сказано или с обычной долей иронии.
— Просто пара слов между друзьями, — добавил Шань Юй.
Чэнь Цзянь сделал шаг вперёд и встал рядом.
Шань Юй подтолкнул к нему кирпич:
— Садись.
— ...Я лучше на кортах, — парень присел на корточки.
— Сиди-сиди, надо же обе здоровые ноги в деле использовать, — подколол Шань Юй.
Чэнь Цзянь усмехнулся. Неловкость всё ещё висела в воздухе, поэтому он машинально выковырял из грязи камешек и швырнул его в воду.
— Моя прошлая компания... Мы открыли её с другом, — Шань Юй протянул руку.
Чэнь Цзянь не сразу понял жест, поколебался и вложил в его ладонь второй выкопанный камешек.
Шань Юй подкинул его на ладони и тоже бросил в реку. Камень с сухим звонким стуком ударился о другой булыжник — звук разнёсся далеко над водой.
— Видал, как могу? — спросил он.
— Что именно? То, что ты делами не занимался? — Чэнь Цзянь не совсем поспевал за его ходом мыслей.
— То, что я попал в твой камень, — пояснил Шань Юй.
— Да быть не может, — Чэнь Цзянь швырнул следующий. — В этой груде камней хрен чего увидишь, там всё стучит.
Его снаряд приземлился с глухим «плюх» в грязь. Тишина.
Шань Юй бросил свой — и снова звонкий удар.
Вряд ли босс и правда попадал в цель, но вокруг было столько обломков, что Чэнь Цзянь сам удивлялся, как ему удаётся каждый раз попадать в мягкую жижу. Разговор о прошлом странным образом превратился в соревнование по метанию камней.
— И что твой партнёр натворил? — Чэнь Цзянь стёр грязь с пальцев, пытаясь вернуть беседу в нужное русло.
— Организовал финансовую пирамиду от имени фирмы. Кто-то донёс, — просто ответил Шань Юй.
Чэнь Цзянь замер и мельком взглянул на него.
— Что смотришь? Думал, я за пьяную драку присел? — Шань Юй поймал его взгляд.
«Вообще-то, босс, такая версия казалась куда правдоподобнее мошенничества».
— Сколько дали? — спросил Чэнь Цзянь.
— Три года, — ответил Шань Юй.
— Я думал, травма ноги как-то с этим связана, — заметил парень.
— А кто сказал, что не связана? — Шань Юй усмехнулся. — Меня выцепили через три месяца после освобождения. Если это не связано с тем делом, то я просто сказочный неудачник.
— Но за что? — Чэнь Цзянь нахмурился. — Если это месть, то за что? Ты ведь тоже отсидел, вы в расчёте...
Шань Юй молча улыбался.
— ...Это ты его сдал? — догадался Чэнь Цзянь.
— Сколько у тебя там ещё долгов? — Шань Юй проигнорировал вопрос. — Такое чувство, что у тебя в голове одни цифры и знаки валют.
— Сто шестьдесят семь тысяч триста, — выдал Чэнь Цзянь.
Шань Юй повернул голову и долго смотрел на него.
— Какая точность.
— Мне это даже во сне снится, — признался Чэнь Цзянь. — До единого юаня.
Шань Юй тихо вздохнул.
Сам Чэнь Цзянь уже давно не испытывал эмоций по поводу долга — слишком много времени прошло, слишком ко многому он привык. Но история Шань Юя его зацепила.
— Если честно, твой партнёр... — начал Чэнь Цзянь. — Как ты вообще додумался с таким типом дело иметь?
— Каким ты меня видишь? — спросил Шань Юй, не давая времени на ответ. — Разве вокруг такого, как я, могут виться приличные люди?
«Ты умный. Сообразительный. Ядовитый на язык, а это тоже признак ума. И драться умеешь...» — подумал Чэнь Цзянь, но вслух не сказал. Он видел нынешнего Шань Юя. Каким тот был три года назад, он не знал — может, таким, что даже Даху при встрече расшибал лоб в поклоне.
Тюрьма всё-таки сильно меняет людей.
— Поехали. — Шань Юй поднялся и отряхнул брюки от кирпичной крошки.
— Босс Шань, — Чэнь Цзянь тоже встал. — То, что ты сказал... про друзей...
— Что? — отозвался тот.
— Ты это чтобы мне неловко не было? — спросил парень.
— Тебя так легко смутить? — хмыкнул Шань Юй.
Чэнь Цзянь промолчал.
— Нет, я серьёзно, — добавил Шань Юй, подходя к мотоциклу. — Можешь больше не держать мою ногу. Голова почти прошла.
— Значит, Костоправ знает своё дело. Не зря бабушка Сяо Доу к нему бегает, — Чэнь Цзянь оседлал байк. Шань Юй был человеком порывистым, и парень едва успевал за его сменой настроений. — Может, всё-таки попьёшь те травы? Вдруг помогут.
— Горько, — отрезал Шань Юй, усаживаясь сзади.
— Зажми нос и выпей залпом, — посоветовал Чэнь Цзянь. — А если голова опять разболится?
— Снова к нему съездим, — беспечно ответил Шань Юй.
Чэнь Цзянь обернулся к нему:
— Ты хоть помнишь, как орал там? У меня рука до сих пор ноет, так ты в неё вцепился.
— Дай гляну. — Шань Юй усмехнулся.
Чэнь Цзянь поднял левую руку. На тыльной стороне ладони чётко проступали три багровых следа от пальцев. Он и сам удивился.
— Твою мать, откуда это? — он потёр руку. Думал, просто покраснело немного.
— У нашего управляющего такая нежная кожа? — подколол Шань Юй.
— Я... — Чэнь Цзянь набрал воздуха, но промолчал. Завёл мотор. Лучше не продолжать этот разговор.
К его удивлению, Шань Юй не поехал сразу в отель. Он заставил завернуть на местный базарчик и купил там глиняный горшочек для заваривания трав.
— Ты же сказал — горько, — напомнил Чэнь Цзянь.
— Попробую. Если снова прижмёт, боюсь, я тебе в следующий раз руку просто сломаю, — пояснил Шань Юй.
— В следующий раз возьмёшь с собой Саньбиня, — буркнул парень.
— Не пойдёт. Саньбинь не получал от меня четырнадцать тысяч, — резонно заметил Шань Юй.
Всё-таки он умел чётко разделять обязанности.
Раньше, когда Чэнь Цзянь работал простым клерком, он обожал поручения «в поле» — сбегать куда-то, привезти что-то. Это дарило обманчивое чувство свободы, будто ты прогуливаешь работу.
Но сейчас, даже с таким боссом, как Шань Юй, возвращение в отель вызывало тревогу.
— Нашему управляющему слово, — стоило им заехать во двор, как Саньбинь указал на Чэнь Цзяня и крикнул: — Управляющий! Там рабочие по фасаду и забору пришли.
— Понял, — отозвался Чэнь Цзянь. Дождавшись, пока Шань Юй слезет, он припарковал байк у стены.
Саньбинь всё-таки молодец, Шань Юй в нём не ошибся: сообразил называть его «управляющим», а не по имени.
— Я внутрь, — бросил босс. Схватив пакет с травами и горшок, он бодро, почти не опираясь на костыль, запрыгал в дом.
— С остальным разберёмся, — Чэнь Цзянь вывел рабочих за ворота. Забор состоял из каменных секций, чередующихся с деревянными решётками. — Все деревянные части под замену. Я вашему начальнику об этом говорил.
— Да, дерево мы привезли, — подтвердил рабочий. — Стены красим в тот же цвет, верно?
— Только проследите, чтобы тон в тон, — предупредил Чэнь Цзянь. — Там не чисто белый.
— Знаем, прошлый раз мастер Пэн сам колер мешал, — ответил мужик. — Завтра он приедет и всё настроит.
— Ладно, — кивнул Чэнь Цзянь. — Начинайте. Если что — звоните.
Зайдя в дом, Чэнь Цзянь не обнаружил Шань Юя внизу. Он подошёл к лифту, собираясь подняться и спросить, каким шрифтом и стилем делать новую вывеску «Да Инь»...
— Управляющий. — Из-за стойки его окликнула Ху Пань.
— М? — он обернулся.
— Насчёт кофейни, — она оперлась локтями о столешницу. — Мне с тобой обсуждать?
— Проведи ревизию всего, что там осталось. Что работает, что нет, — распорядился Чэнь Цзянь. — Составь список: машина, зерно, инвентарь. Чего не хватает — пиши, я всё закуплю.
— Окей. — Ху Пань просияла.
— Послушай, Пань-Пань, — Чэнь Цзянь огляделся — рядом никого не было. — Если тебе нужно, ты можешь взять аванс в счёт зарплаты за испытательный срок.
— ...Правда? — она уставилась на него.
— Угу, — кивнул он.
— А босс не будет против? — уточнила девушка.
— Это была его идея, — ответил Чэнь Цзянь.
Ху Пань замолчала. Она смотрела на него пару секунд, и вдруг её глаза наполнились слезами.
— Эй? — Чэнь Цзянь перепугался. Он трижды проверил все карманы, пока не вспомнил, что салфетки лежат на стойке. Быстро вытянул несколько штук и протянул ей: — Ты чего?
— Спасибо, — она прижала салфетки к глазам. — Спасибо огромное.
— Да брось ты, не плачь, — Чэнь Цзянь засуетился, не зная, куда деть руки. — Если есть трудности — мы поможем. К тому же ты эти деньги заработала.
— Угу. — Ху Пань часто закивала.
Чэнь Цзянь только успел облегчённо выдохнуть, как она убрала салфетки, задрала голову и разразилась громким, отчаянным рыданием.
— Да что случилось-то?! — он чуть ли не рукой ей рот закрыть попытался.
— Я впервые... встретила... нормального начальника! А-а-а! — Ху Пань рыдала взахлёб, выплёскивая всё накопленное.
— Слушай... ты это... — Чэнь Цзянь в растерянности смотрел на неё. — Глаза...
— Макияж потёк? — спросила она сквозь рыдания.
— Ага. Всё лицо в чёрных разводах.
— А-а-а... — Ху Пань, продолжая всхлипывать и размазывать слёзы, побрела в сторону туалета. — Я сейчас... умоюсь... а-а-а...
Чэнь Цзянь поднялся в кабинет к Шань Юю, всё ещё находясь под впечатлением от этой сцены.
— Что такое? — спросил босс.
— Рассказал Ху Пань про аванс, — Чэнь Цзянь сел в кресло. — Она разрыдалась. На весь холл.
— Видать, совсем ей туго пришлось в последнее время, — Шань Юй сел за стол. — Пусть поплачет, легче станет.
— Угу, — буркнул парень.
В словах Шань Юя он почувствовал глубокое понимание ситуации — той самой точки кипения, когда одно доброе слово прорывает плотину. Он и сам это знал, хоть и не плакал.
Его поразило, насколько тонко этот язвительный человек чувствует чужую боль.
— Есть дело? — Шань Юй взглянул на него. — Ты ел?
— ...Сестра Чжао ещё с рынка не вернулась, — ответил Чэнь Цзянь. — Я пока тебе травы заварю.
— Ты решил меня лечебным отваром вместо обеда накормить? — хмыкнул Шань Юй.
— Одно другому не мешает, — вздохнул парень. — Внизу есть бесплатные булочки для гостей. Если невтерпёж — принесу парочку.
— Не настолько я голоден. Так зачем пришёл?
— Рабочие сейчас снимут старую вывеску, — сказал Чэнь Цзянь. — Я нашёл контору, которая сделает «Да Инь», но им нужен эскиз. Шрифт, дизайн, всё такое.
— Я уже подготовил, — ответил Шань Юй.
— Нам не нужны просто буквы на бумаге. Нужно понимать стиль — может, как-то деформировать их или спецэффекты добавить? — пояснил Чэнь Цзянь. — Хочешь, я попрошу их набросать варианты, а ты выберешь?
— У Цянь Юя так и было? — спросил босс.
— Вряд ли. У него был профессиональный дизайнер, — ответил парень. — Но у нас мало времени, да и...
— Денег нет, — закончил за него Шань Юй.
«Не я это сказал», — подумал Чэнь Цзянь.
— Я сам написал, — повторил Шань Юй и ушёл во внутреннюю комнату. — Местный пафос Цянь Юя подсказал мне одну идею.
Через минуту он вынес рулон рисовой бумаги.
— Ого, — выдохнул Чэнь Цзянь.
— Скажи им — пусть делают в точности как здесь. Никаких украшательств и дизайна. Просто эти два иероглифа. Размер как у старой вывески, цвет — чёрный. — Шань Юй развернул бумагу на столе.
Чэнь Цзянь заворожённо смотрел на крупные, уверенные иероглифы «Да Инь».
— Это ты написал? — наконец спросил он.
— Угу, — кивнул Шань Юй.
— Сам? Прямо вот взял кисть в руку и...
— Ну нет, — перебил его Шань Юй. — Вообще-то я кисть в зубах держал.
— ...Как же красиво, — выдохнул Чэнь Цзянь. — Ты учился каллиграфии?
— Пару дней баловался. Это так себе работа, на самом деле, — скромно заметил Шань Юй. — Но чтобы перед тобой пофорсить — сойдёт.
— Отвезу эскиз в город сегодня же. — Чэнь Цзянь бережно свернул бумагу.
— Хорошо. — Шань Юй сел в кресло. — Перекинь мне то видео со стены. Пусть будет как улика.
— Ладно. — Чэнь Цзянь достал телефон, разблокировал его, но замялся: — А как скинуть?
— На почту отправь.
Чэнь Цзянь хотел было спросить про мессенджеры, но прикусил язык. Личные границы Шань Юя были штукой зыбкой, и лезть туда после их разговора у реки не хотелось.
Пока он вбивал адрес, который диктовал босс, его осенило:
— Послушай... А зачем ты заставил меня переснимать всё без звука?
— На случай, если видео придётся предъявлять официально, — Шань Юй быстро набирал текст на своём смартфоне. — Нельзя, чтобы на записи наши парни орали про месть. Это же прямое признание в том, что будет дальше.
— А... — Чэнь Цзянь замер. О таком он даже не подумал.
— К тому же в тот момент, — Шань Юй вернул ему телефон, — приказ замолчать помог Эрху хоть немного прийти в себя.
Чэнь Цзянь вздохнул:
— Он всё равно был вне себя от ярости.
— Главное — попытаться, — Шань Юй закинул ногу на край стола. — Как сказал наш Управляющий: «Надо давать людям шанс».
