Часть 66
4 мая 2026 г., 05:07
Этот вопрос поставил Шань Юя в тупик.
Дело было не в отсутствии ответа — просто сам этот ответ в глазах посторонних... Нет, Чэнь Цзяня нельзя считать посторонним. Не посторонний он, совсем не посторонний.
Зная, как щепетильно Чэнь Цзянь относится к личным границам, Шань Юй даже в мыслях старался быть аккуратным: «Чэнь Цзянь — свой человек, здесь нет никакого вторжения».
Поймав себя на этих рассуждениях, Шань Юй почувствовал себя форменным идиотом и невольно усмехнулся.
— М-м? — Чэнь Цзянь вопросительно на него посмотрел.
— Ничего, — Шань Юй покачал головой.
Просто многим этот ответ показался бы непонятным. Люди решили бы, что всё не так уж серьезно, что он преувеличивает.
Подумаешь — стыдно показаться на глаза родителям.
Но ему было стыдно уже много лет, и дело тут далеко не в тюремном сроке.
До того как сесть, он тоже вел жизнь далеко не праведную: болтался без дела, прожигал дни, был той самой «безнадежной грязью», из которой ничего не слепишь. Его шрамы и взгляды старых знакомых были живыми свидетельствами тех беспросветных лет.
Возможно, родители действительно больше ничего от него не ждали. Возможно, за их всепрощением скрывалось чувство вины за то, что когда-то они уделяли ему мало времени. А может, они просто испробовали все средства и, видя, во что он превратился, решили проявить бесконечное милосердие — ведь они оба были людьми сильными и волевыми.
И чем мягче они были к нему, тем страшнее ему было возвращаться.
«Но родители же любят тебя! Им неважно, что было, они просто хотят тебя видеть и будут счастливы».
Неужели?
Годы разочарований и тревог нельзя стереть так просто. За их радостью будет стоять лишь очередное снисхождение к человеку, на котором давно поставили крест.
— Не знаю, как объяснить, — Шань Юй посмотрел на залитое солнцем окно и зажмурился, впитывая кожей это золотистое сияние. — Я просто не могу предстать перед людьми, которые разочаровались во мне настолько, что больше ничего не ждут. Я не видел их два года до того, как загремел в тюрьму, а теперь и подавно...
— Чем дольше тянешь, тем сложнее будет вернуться, — негромко произнес Чэнь Цзянь. — Если тебе и правда плевать — это одно. Но если нет, это так и останется занозой в сердце на всю жизнь.
Шань Юй открыл глаза и повернул голову к парню.
Впервые кто-то не пытался убедить его фразами вроде «им просто нужно, чтобы ты вернулся».
— Мне всегда казалось, что хоть ты и ведешь себя как "номинальный" босс, на тебя можно положиться, — продолжал Чэнь Цзянь, глядя ему в глаза. — Потому что ты никогда не пасуешь перед трудностями. Какая бы беда ни случилась, пока ты рядом — всё можно решить.
— Это совсем не те "трудности", с которыми мы сталкиваемся в отеле, — возразил Шань Юй.
— Но чем дальше, тем страшнее, — отрезал Чэнь Цзянь. — А когда они умрут, у тебя просто не останется шанса.
Шань Юй вскинул брови, лишившись дара речи.
— Я не это имел в виду! — спохватился Чэнь Цзянь, занервничав. — Прости, я не хотел так говорить...
— Я понял, — мягко прервал его Шань Юй.
— Я... я просто сказал первое, что пришло в голову. Но суть ведь не в смерти, ты же понимаешь?
— Понимаю, — улыбнулся босс. — Всё хорошо.
— Вышло немного дерзко, — Чэнь Цзянь смутился.
— Мне нравится твоя дерзость, — ответил Шань Юй.
Чэнь Цзянь промолчал. Шань Юй привлек его к себе и обнял. Парень помедлил пару секунд и обхватил его за талию, легонько поглаживая по спине.
Из конференц-зала вышла Ху Пань, на ходу вытирая лицо. Заметив их, она на мгновение замерла. Шань Юю показалось, что её и без того пышная прическа стала еще объемнее от удивления. Он не стал отпускать Чэнь Цзяня — лишь приложил указательный палец к губам, призывая к молчанию.
Ху Пань оглянулась: за ней из зала уже выходили Эрху и остальные.
Шань Юй нехотя разжал объятия. Девушка стремительно ускользнула в холл.
Когда Чэнь Цзянь обернулся, он увидел только мелькнувшую в конце коридора спину Саньбиня, который увлеченно что-то втолковывал Эрху.
— Твою мать, — выдохнул парень, испуганно округлив глаза. — Чуть не попались.
— Угу, — усмехнулся Шань Юй.
— Тот прием на схеме... — Чэнь Цзянь замялся. — Куда там бить нужно? Вдруг когда-нибудь пригодится.
Шань Юй потянулся было к шее парня, но передумал и прижал пальцы к своей сонной артерии:
— Вот сюда.
— Твоя татуировка... — взгляд Чэнь Цзяня невольно задержался на тонких черных линиях. — В ней есть какой-то особый смысл?
— Понты, — честно ответил Шань Юй.
— ...А, ну да. — Этот ответ вполне вписывался в его образ.
— Но почему бантик? Не паук какой-нибудь или что-то устрашающее? Обычно же бьют что-то грозное.
— А мне разве нужно кого-то пугать татуировками? — Шань Юй иронично приподнял бровь.
— И то верно, — согласился Чэнь Цзянь.
— К тому же, бантики — это мило.
Чэнь Цзянь рассмеялся.
— Иди работай, — Шань Юй потянулся и направился к лестнице. — Пойду «отключусь» ненадолго, отдохну. Вечером Юэ Лан наверняка затащит меня на этот фестиваль.
— Ты говорил насчет Нового года... — Чэнь Цзянь пошел следом, понизив голос. — Отель правда может не работать?
— А что такое? — Шань Юй обернулся.
— В праздники туристов будет уйма...
— Неужели ты думаешь, что если эти двое останутся здесь, мы закроемся? — усмехнулся босс.
Чэнь Цзянь замер:
— Ох.
— Будем мы работать или нет, я всё равно скажу им что-нибудь приятное, — пояснил Шань Юй. — Мы, капиталисты, умеем играть на публику.
— А если они и вправду решат отдыхать?
— Значит, будем отдыхать все вместе, — Шань Юй мельком глянул на него. — До праздников и так неплохо заработаем.
— Ты уже окупил вложения?
— Пока нет, — ответил босс. — Да не парься. Если прогорим — пойдем все вместе на большую дорогу людей грабить.
— Не стоит, — серьезно заметил Чэнь Цзянь. — Это противозаконно.
Шань Юй прыснул со смеху:
— И что тогда предлагаешь?
— Лучше пойдем милостыню просить. Всем скопом.
— Да вы издеваетесь?! — раздался голос Ху Пань от стойки ресепшена. Она явно слышала последние фразы. — Тоже мне, босс и управляющий... И вообще, если идти побираться, зачем нам босс? Чтобы долю ему отдавать?
— Босс необходим, — вставил Саньбинь. — Профессиональное нищенство требует силовой поддержки. Там же дележка территории, все дела...
— Что за чушь вы несете! — прикрикнула на них Ху Пань. — И вас еще с собой брать?!
— Нам бы потренироваться не помешало... — Лао У задумчиво покосился на Саньбиня.
— Чего ты на меня смотришь? Сам-то не лучше, — огрызнулся тот.
— О боги, замолчите все, — Ху Пань устало махнула рукой.
Возможно, из-за того, что ей удалось спровадить непутевых родителей, а может, из-за осознания, что «Да Инь» теперь — её единственный дом, сегодня Ху Пань трудилась с утроенной силой. Дел и правда было невпроворот: такого наплыва туристов отель не видел даже в прошлые длинные праздники. К обеду Чэнь Цзяню казалось, что люди заполнили каждый свободный метр пространства.
В кофейне тоже было не протолкнуться. Ху Пань со своими латте и американо едва справлялась с заказами. Сунь Нана, нацепив фартук, поспешила ей на подмогу.
— Она умеет? — удивился Чэнь Цзянь.
— В её арсенале на один капучино больше, чем у меня, — шепнула Ху Пань. — Но главное — она умеет «заговаривать зубы».
— В смысле? — Чэнь Цзянь посмотрел в сторону стойки.
— Слушай: «Ах, а какие зерна вы предпочитаете?» — Ху Пань принялась мастерски пародировать Нану. — Потом дает человеку понюхать кофе. И неважно, что выберут, она выдает: «О, мой любимый сорт! Он идеально подходит для капучино. Хотите попробовать?» С утра все только его и пьют, если она за стойкой.
Чэнь Цзянь рассмеялся:
— Но ведь латте готовить проще? Даже пену взбивать не так тщательно нужно.
— Не знаю. По-моему, ей просто нравится сам процесс. Приготовить кофе изящно — для этого нужно что-то посложнее простого латте.
Чэнь Цзянь посмотрел на Ху Пань и лишь улыбнулся.
— Мне нравится Нана, — добавила девушка. — Надеюсь, она у нас задержится.
— Угу. — Чэнь Цзянь еще раз глянул на новую сотрудницу.
После полудня людей в отеле поубавилось — все начали подтягиваться к площадке для барбекю. Хотя до официального начала было еще далеко, многие решили там же и поужинать, совмещая еду с ожиданием праздника.
Чэнь Цзянь постучал в дверь офиса. Откликнулся Юэ Лан:
— Управляющий? Заходи.
— Братец Лан, вы уже вернулись? — Чэнь Цзянь вошел в кабинет.
— С ног валюсь, — Юэ Лан изможденно растянулся на диване.
— А сестрёнка И?
— Наводит марафет, — ответил тот. — Это минимум на час, так что я успею вздремнуть.
— Я сейчас пойду на площадку, — Чэнь Цзянь прислонился к рабочему столу. — Проверю, как там дела. Вечером будут фейерверки, надо еще раз всё по пожарной части осмотреть.
— Разве Эрху еще не там? — спросил Шань Юй, полулежа в своем кресле.
Чэнь Цзянь невольно покосился на спинку его сиденья, гадая, как боссу удается держать её в вертикальном положении. Оказалось, он просто привалил её к шкафу сзади. Шань Юй перехватил его взгляд, и уголок его губ дрогнул в улыбке.
Чэнь Цзянь тоже едва сдержал смешок.
— Эрху-то там, но... в общем, я лучше сам всё проконтролирую.
— Хорошо, — кивнул Шань Юй. — Мы с Юэ Ланом подтянемся чуть позже.
На площадке для барбекю жизнь била ключом. Сюда стянулись многие торговцы из поселка: кто-то расставлял лотки с безделушками, кто-то жарил уличную еду. Всё шло по плану, каждый занимал отведенное ему место.
Чэнь Цзянь обошел территорию — подготовка была на высоте, но одна деталь его зацепила.
Когда он встретился с Эрху и Саньбинем у одной из лавок, те тоже были вне себя от ярости. Если бы не Саньбинь, Эрху уже полез бы разбираться с Да Ли.
— Так дела не делаются! — возмущался Эрху, размахивая маленьким веером. — Стоит кому-то сделать фото — и это попадет в кадр. Получается, мы им бесплатную рекламу делаем?!
Это были обычные рекламные веера: на одном логотип «Ляно», на другом — «Гуаньшань». Видимо, старые запасы со складов конкурентов. Решили, что нельзя отдавать всю славу «Да Инь», и под шумок начали раздавать свой мерч.
Зимой раздавать веера — идея странная, но туристам было всё равно: дармовой сувенир с фестиваля, многие с ними и разгуливали.
— Что делать будем? — спросил Саньбинь. — У нас есть что-то такое?
— Нет, — ответил Чэнь Цзянь. — У нас только старые запасы «Чжэньси», а названию «Да Инь» всего несколько дней.
— Пойти и отобрать! — Эрху с размаху ударил кулаком по стене.
— Братец Эрху, полегче, — поспешно вмешался Саньбинь. — Мы теперь сотрудники приличного отеля, ты вообще — начальник пожарной безопасности. Нельзя нам так.
«Начальник безопасности? Откуда он этот титул взял?» — подумал Чэнь Цзянь и похлопал Эрху по плечу:
— Спокойно, это не смертельно.
— Всё равно обидно, — проворчал тот. — Вечно они какими-то мелкими пакостями занимаются. Даже мы в бытность хулиганами до такого не опускались.
«Ну, вы вообще-то не совсем хулиганы были...»
— Проблема решаема, — раздался в трубке спокойный голос Шань Юя. — Просто обменяйте их веера на что-то другое. Вряд ли люди будут до конца вечера носиться с этим пластиком.
Чэнь Цзянь мгновенно сообразил:
— А если менять веер на бутылку колы? В стекле, она недорогая. Не все хотят алкоголь, на газировку многие согласятся.
— Купите ящик и оставьте в лавках, пусть владельцы сами предлагают обмен, — распорядился Шань Юй. — Деньги есть?
— Там немного выйдет, — ответил Чэнь Цзянь. — Я пока своими перекрою.
— Чек не забудь. Без чека бухгалтерия не пропустит, — напомнил босс.
Чэнь Цзянь с улыбкой сбросил вызов.
Проблема решилась на удивление быстро. Хозяева лавок сегодня зарабатывали сверх ожидания, так что им было не трудно предлагать гостям обмен. К тому моменту, когда на площадку пришли Шань Юй и Юэ Лан, вееров в руках туристов почти не осталось.
— В принципе, можно было и не дергаться, — заметил Чэнь Цзянь, сидя с Шань Юем в палатке Лао Люя. Они смотрели, как в центре площадки разгорается огромный костер. — Не такая уж это была и угроза.
— Нужно было, — отрезал Шань Юй.
— Почему?
— Вот ради этого. — Шань Юй едва заметно кивнул в сторону.
Обернувшись, Чэнь Цзянь увидел Хэ Ляна, за которым следовали владельцы двух других отелей.
— Босс Шань! — Хэ Лян с широкой улыбкой зашел в палатку. — Мы вас обыскались. Что же вы не сказали, что уже здесь?
— Взаимно, — парировал Шань Юй.
«Разве это слово здесь уместно, босс?» — подумал Чэнь Цзянь, глянув на него. Впрочем, Хэ Лян даже не смутился — видимо, уже привык к манерам Шань Юя.
— Я пойду, посмотрю, как там дела, — тихо сказал Чэнь Цзянь.
Ему очень хотелось остаться и послушать, но противников было трое, и все — владельцы. Пришли они явно мириться, так что лучше было не мешать и соблюсти субординацию. Шань Юй лишь кивнул.
— Господа, я вас оставлю, — Чэнь Цзянь поднялся. — Пойду проверю, нет ли где накладок.
— Золотой сотрудник, — заметил Хэ Лян. — Будь у меня такой управляющий, я бы горя не знал.
От этих слов Чэнь Цзяню стало даже жаль Да Ли.
— Ну так уволь Да Ли, — предложил Шань Юй. — А Чэнь Цзянь будет у тебя подрабатывать по совместительству.
Хэ Ляну снова пришлось выдавить из себя неловкую улыбку.
Чэнь Цзянь бродил среди толпы. Пришло много деревенских, мелькали лица сотрудников администрации поселка — парень то и дело с кем-то здоровался.
— Чего это ты бросил босса на растерзание? — услышал он голос Юэ Лана.
— С ним там коллеги беседуют, — обернулся парень. — Я решил не мешать.
Юэ Лан на ходу жевал шашлык, а Яо И рядом увлеченно ловила кадры в объектив.
— Пойду поищу ракурс поинтереснее, — бросила она и скрылась в толпе.
— Угу, — кивнул Юэ Лан.
— Лан-гэ, вы завтра уже уезжаете? — спросил Чэнь Цзянь, когда они остались вдвоем на краю площадки.
— Да, — кивнул тот. — На этот раз отдохнули на славу. Главное — с Шань Юем повидались, теперь он нас точно выставит, если задержимся.
— Вы ведь… тоже давно не виделись?
— С тех пор, как он сел, — ответил Юэ Лан. — Теперь бог знает когда встретимся. Наверное, снова мне придется к нему тащиться.
— А он на Новый год домой не собирается? — осторожно спросил Чэнь Цзянь.
Юэ Лан усмехнулся:
— Тебе ли не знать — поедет он или нет?
Чэнь Цзянь промолчал.
— Он шесть или семь лет дома не был, — продолжал Юэ Лан. — До тюрьмы не хотел возвращаться, а теперь, с клеймом бывшего зэка, и подавно не решится.
Чэнь Цзянь тяжело вздохнул:
— Думаю, он не то чтобы совсем не хочет...
— Да, — Юэ Лан мельком глянул на него. — Если ты его попросишь, может, и выгорит.
Чэнь Цзянь промолчал. Честно говоря, уверенности в этом у него не было.
— Для него ты… особенный. Не такой, как все. Ведь раньше... — Юэ Лан запнулся и посмотрел в сторону Шань Юя.
— М-м? — Чэнь Цзянь ждал продолжения.
— Мы все знаем его... ситуацию. Но, честно говоря, я никогда не видел, чтобы он кем-то по-настоящему интересовался, — сказал Юэ Лан. — Раньше он завел ящерицу-эублефара, так я порой думал: скажи он, что влюбился в эту рептилию — я бы и то поверил.
Чэнь Цзянь не удержался и рассмеялся.
— Ты попытайся, — добавил Юэ Лан. — Перед отъездом я виделся с его матерью. Ему не сказал — побоялся. Она очень сдала. Ей всего за пятьдесят, раньше всегда выглядела как девчонка, а сейчас... ну, лет на сорок восемь точно выглядит.
Чэнь Цзянь понимал, что шутить тут не к месту, но невольно улыбнулся. А потом на душе стало тяжело. Нахлынула какая-то странная, далекая и необъяснимая грусть.
