Змея, проглатившая гранат

Когда Найн принял предложение Ру, Реша остались невозмутимыми. Но теперь, услышав этот приказ, они удивленно расширили глаза. Хотя они быстро опустили взгляды, их глаза были полны сомнения и зависти. Ру тоже внезапно снова помрачнел, как будто его прежнего светлого выражения лица никогда и не было — но Найн притворился невежественным и отвел взгляд. Последовал за ним, Гвен спросил тихим голосом: — Если вы позволите, могу я предложить вам чаю, Ша? Найн не собирался заходить в покои Гвен - он только хотел поговорить с ним. Таинственные достопримечательности, которые Гвен показала ему, были вещами, о которых нелегко было узнать. Но если Гвен уверенно предложила чай, он, должно быть, уже позаботился об этом. Найн кивнул в знак согласия. «Ну… он маг.» Апартаменты Гвена располагались на самой окраине Зала Лотоса, и чтобы добраться до них, требовалось пройти довольно большое расстояние. К этому времени Гвен уже мог бы занять гораздо более заметное положение среди Реша. И все же он по-прежнему настаивал на удаленной комнате вдали от остальных. На то наверняка была причина. Возможно, в месте, где было меньше людей, ему было проще скрывать свою истинную личность мага. Найн вспомнил то волшебное зрелище, которое видел прошлой ночью. Но при дневном свете жилище Гвен выглядело куда более обычным. Без маленьких фонариков, свисающих с деревьев подобно звездам, без таинственного сияния и причудливой атмосферы — все, что осталось, был скромный, аккуратный сад, ничем не отличающийся от множества других. Найн почувствовал легкое разочарование, но все же вошел внутрь. Его взгляд почти сразу остановился на двери в конце коридора. Гвен заметил это и мягко улыбнулся. — Ша, если вы позволите, могу я преподнести вам свою дань уважения? — …Дань уважения? Хорошо. Покажите мне. Найн без колебаний дал свое разрешение. К удивлению Найна, Гвен направился прямо к двери в конце коридора. «Он собирается показать мне это место… здесь, где повсюду священники?» Сохраняя спокойное выражение лица, Найн все же не мог скрыть внутреннего удивления. Однако, когда Гвен открыл дверь, за ней оказалась всего лишь обычная спальня в трастасийском стиле. Ни огромного пространства, ни бескрайнего звездного неба, которое он видел прежде. Ничего необычного. Пока Найн внимательно осматривал комнату, Гвен вернулся, держа в руках нечто, аккуратно завернутое в ткань. — Приношу свои извинения. Этот сад и комната, должно быть, не производят впечатления на ваши благородные глаза. Пожалуйста, простите меня, Ша. Услышав это не совсем извинение, Найн понял, что Гвен намеренно открыл дверь перед остальными, чтобы успокоить его. Спокойная и уверенная улыбка на лице Гвен ясно говорила — «Мое личное пространство не будет обнаружено каким-то случайным посетителем.» — Я приму твои извинения… Попо. По кивку Найна Попо осторожно приняла подношение от Гвен и развернула ткань. Внутри находилась статуя Найна. Маленькая фигурка Ша гордо возвышалась на круглом основании, напоминавшем зеленую поляну. В руках он держал лук, натянутый в сторону невидимой цели, словно готовясь выпустить стрелу. Это была удивительно точная копия Найна в наряде, который он носил в первый день Охотничьего фестиваля. Каждая деталь — от одежды до выражения позы — была передана настолько тщательно, что казалось, будто перед ним застыла уменьшенная версия самого Ша. — У тебя довольно умелые руки. Найн невольно залюбовался ею, но на его губах появилась легкая, горькая улыбка. Несмотря на свою неприязнь к Гвен, Ру всегда искренне дорожил предыдущей статуей, которую тот преподнес в качестве дани уважения. Каждый день он тщательно вытирал с нее пыль, осторожно расчесывал волосы и поправлял складки ниспадающей одежды, стараясь сохранить ее в идеальном состоянии. Но теперь… Теперь Ру больше не сможет этого делать. Когда Найн вернул статуэтку, Попо снова аккуратно завернула ее в ткань, тщательно проверяя, чтобы она была надежно защищена. В Трастасе было бы трудно найти работу такой тонкости и мастерства. Учитывая сложность прически и одежды, она больше походила на куклу, чем на статуэтку. Именно в этот момент снаружи послышались торопливые шаги. Кто-то приближался так поспешно, что едва не спотыкался от спешки. — Верный слуга приветствует Ша Найна. Священница, которую Найн смутно узнал, опустилась на колени и почтительно приветствовала его. Найн кивнул в знак согласия, и священница осторожно поднялась и поставила чай на стол. Пока присутствующие священники осматривали чай, Найн пристально вглядывался в лицо священницы, пока, наконец, не вспомнил имя. — Вы священница Пайра Серо, не так ли? Священница, пальцы которой слегка дрожали от нервов, изумленно расширила глаза. В прошлый раз на ней было только простое ожерелье из лазурита, но, возможно, из-за того, что ее определили в покои Гвен, теперь она носила дополнительные украшение. — То, что вы помните имя этой слуги… Для меня большая честь, Ша. Я буду лелеять этот момент всю оставшуюся жизнь. Незнакомое семейное имя наводило на мысль, что священница не принадлежала к могущественному дому. Найн отпил холодного чая — терпкая сладость граната освежила его язык. Он надеялся на какао, поэтому был немного разочарован, но чай все равно оказался довольно приятным. Сделав несколько глотков, он поставил чашку и сказал: — Уходите все, кроме Иу. — Да, Ша. Услышав эту команду, Иу на мгновение вздрогнул от удивления. Но это длилось лишь мгновение — вскоре он спокойно остался на месте, положив одну руку на меч. Кроме Ру и Попо, прошло много времени с тех пор, как Найн кому-то доверял и открывал свое сердце. Большая часть его прошлого была размыта, но некоторые давние чувства отложились осадком в его сердце. Он смутно помнил, что уже пережил бесчисленные потери. Чем к большему количеству людей он привязывался, тем больше это причиняло Найну боль. Тем не менее — только в этот раз, он сделает исключение для Иу и Гвен. Оба были слишком опытны, чтобы умереть легко. Слегка наклонившись вперед, Найн тихим голосом спросил: — Ты уверен... что для тебя безопасно находиться здесь? — Конечно, Ша. Для вашего слуги честь находиться здесь. Глаза Гвен ярко сияли, казалось, неподдельным счастьем. Его глаза и губы изогнулись плавными, изящными дугами. Но вместо того, чтобы улыбнуться в ответ, Найн вздохнул и снова спросил: — Я имею в виду — ты действительно уверен, что не умрешь, по приказу повелителя Амона? Затем, прежде чем Гвен успел ответить, Найн покачал головой. Он вспомнил таинственные двери, которые пересекали пространство, и магию, которую показал ему Гвен. Этого было достаточно, чтобы сбежать из Трастасы в любой момент — но недостаточно. — Если твоя жизнь в опасности... беги. И... никогда не возвращайся. — Ша Найн… Но... Лорд Найн, — не дожидаясь разрешения, Гвен мягко обратился к нему по имени, понимая, что каким бы ни был его ответ, он все равно не сможет дать Найну полной уверенности. И всё же Найн не почувствовал раздражения. Наоборот. Он обнаружил, что рядом с Гвен ему даже легче дышать, чем с Ру или Попо, которые были рядом с ним гораздо дольше. Ночь их первой встречи, когда Найн был насторожен и напряжен рядом с этим чужеземцем, теперь казалась почти далеким воспоминанием. — Хотели бы вы услышать историю с другого континента? «Историю? Сейчас?» Найн нахмурился, но промолчал и приготовился слушать. — Давным-давно жил злой дракон. Он не знал ни сострадания, ни милосердия. Однажды этот жадный, эгоистичный дракон влюбился с первого взгляда в прекрасного принца — и похитил его. — Принц? Что? Найн нахмурился, услышав незнакомое слово, и Гвен любезно объяснил: — Принц - это сын короля. — Сын короля… Король другого континента, ха... Найн знал слово «король», хотя слово «принц» ему было незнакомо. Согласно древней легенде, когда-то среди богов существовал один истинный король. В Священных Писаниях говорилось, что нынешние боги были перерождениями плоти этого погибшего божества. Именно этот бог однажды даровал невежественным людям первые знания и положил начало их цивилизации. С тех пор его почитали и уважали превыше всего. Поэтому в этом мире никто не осмеливался называть себя королем. Тот, кто присвоил бы себе такой титул, навлек бы на себя божественное наказание. — Тот, о ком я говорю, король людей. В мирах, отличных от континента, который я посетил… боги не обитают на земле. Это место, где правят человеческие короли и их дети. — Король-человек… какое богохульство. Найн ответил рефлекторно, Священные Писания укоренились в нем. И все же часть его задавалась вопросом — возможно, мир без богов, которые требовали человеческих жертвоприношений, был лучшим местом для жизни. Хотя бы на несколько дней он хотел поехать туда и пожить в мире. — Продолжай рассказ. — Когда принца похитили, храбрый воин услышал этот слух и отправился в приключение. Он пересек извилистые реки и зазубренные горы, чтобы добраться до владений дракона. Потом он победил злого дракона и с тех пор жил долго и счастливо с принцем. Услышав эту чересчур простую и краткую историю, Найн не смогла удержаться от недоверчивого возгласа. — Как простой человек мог победить дракона? — Ты... знаешь, что такое дракон на самом деле? Гвен ответила вопросом на вопрос, и его взгляд заострился. Найн не смог ответить сразу. Он помедлил, роясь в памяти. «Дракон… Где я слышал это слово раньше?»