Змея, проглатившая гранат

Найн тоже несколько раз выстрелил в боевых жрецов. Впрочем, точнее было бы сказать, что боевые жрецы сами позволили ему это сделать. Несколько раз он заходил по щиколотку в воду у берега озера, обстреливал боевых жрецов из водяного пистолета и даже однажды случайно попал Иу в плечо. Немного побродив вокруг, Найн вскоре устроился в тени дерева, чтобы спокойно наблюдать за боем. Он быстро понял, что был для боевых жрецов скорее досадной помехой, чем достойным противником. Почти сразу к нему подбежали сопровождавшие его жрецы. Они расстелили на земле циновку из осоки и принялись бережно обмахивать Найна веерами, высушивая его слегка намокшие волосы и одежду. Это была, пожалуй, самая мирная и приятная картина сражения, которую он когда-либо видел. В уголках его глаз, на губах и в расслабленных плечах проступило мягкое удовлетворение. Сопровождающие жрецы, опасавшиеся, что в царившей суматохе кто-нибудь ненароком проявит неуважение к Ша, с глубоким облегчением вздохнули, увидев, что Найн спокойно отдыхает. Даже Реша, стоявший всего на ступень ниже Ша, доставлял боевым жрецам не меньше хлопот. Гвен, который, как и Найн, почти не промок, подошёл с мягкой улыбкой и опустился на колени. — Простите, Ша. Это, должно быть, не очень интересно, да? — Наблюдать за этим тоже интересно. Он говорил совершенно серьёзно. Не видеть рабов, отчаянно сражающихся за свою жизнь, и молодых воинов, готовых поставить всё на кон ради возрождения угасающего рода, скрестивших мечи в смертельной схватке, — разве можно желать чего-то лучшего? Куда приятнее было наблюдать, как вместо крови в воздух взлетают разноцветные брызги воды. И зрелище это оказалось на удивление увлекательным. Будь это обычные люди, просто играющие с водяными пистолетами, смотреть было бы не так интересно. Но здесь сражались боевые жрецы — воины, способные одним ударом сразить гигантского монстра. Один из боевых жрецов увернулся от струи воды, описавшей в воздухе длинную дугу, и взмыл вверх с лёгкостью, словно высокая пальма, раскачиваемая ветром. В полёте он дважды перевернулся, набирая скорость, а затем приземлился и ещё долго скользил по мокрой траве. Несмотря на это, он успел сделать точный выстрел и намочить подолы одежд сразу четырёх противников, оказавшихся поблизости, после чего мгновенно нырнул в укрытие. Другой жрец грациозно отклонился назад, одновременно быстро вращаясь и поражая врагов одного за другим. Хотя он намеренно не целился в запястья и лодыжки, его меткость и скорострельность были поистине выдающимися. Ещё один жрец удивительно долго оставался под водой, а затем лишь на миг показал голову над поверхностью, чтобы неожиданным выстрелом поразить ничего не подозревавшего противника. Пока Гвен с улыбкой наблюдал за этим необычным сражением на водяных пистолетах, он осторожно пригладил пальцами растрёпанные волосы Найна. — Видя, как они все веселятся, я чувствую, что оно того стоит, Ша. — Хм... Найн неопределённо хмыкнул, то ли соглашаясь, то ли выражая сомнение. На его взгляд, происходящее было совсем не похоже на игру. Скорее это напоминало отчаянную борьбу, в которой никто не хотел выставить себя некомпетентным и опозориться перед Ша. Иначе почему у них так вздулись жилы на шее от крепко стиснутых зубов? По крайней мере, никто не был ранен и не погиб — уже одно это можно было считать удачей. Тем временем водная битва становилась всё ожесточённее. В ход уже пошли не только водяные пистолеты, но и кулаки с пинками. Удивительно, что ни у кого до сих пор не пошла носом кровь. Найн тихо цокнул языком. Как ни посмотри, происходящее было очень далеко от обычной игры. — Скажи им, чтобы немедленно прекратили. — Да, Ша. Сопровождавший Найна жрец почтительно поклонился и поспешил к берегу озера. Услышав его громкий приказ прекратить бой, боевые жрецы один за другим вернулись обратно, промокшие с головы до ног. При виде этих обычно суровых и невозмутимых людей, чьи одежды теперь были покрыты розовыми и голубыми пятнами, Найн не смог сдержать лёгкого смешка. — Ша, синяя команда победила. Пока Найн размышлял, как вообще определить, кто пострадал больше, а кто меньше, Сейнка Хоан объявил результаты. Капитан королевской гвардии бросил неодобрительный взгляд на подчинённых, которым досталось сильнее остальных. От одного этого взгляда становилось не по себе — казалось, позже их непременно ждёт особенно суровая тренировка. Но на самом деле победила красная команда. Поскольку Найн и Гвен не участвовали, синей стороне не хватало двух человек. Впрочем, Найн заметил, как несколько боевых жрецов нарочно измазали себя краской, чтобы помочь победить синей команде, которую он возглавлял. С улыбкой он произнёс: — Раз всем было весело, какая разница, кто победил? Но раз краска испортила вашу одежду, я выделю каждому из вас достаточно ткани и серебра, чтобы вы могли сшить по два новых наряда. Неожиданная награда заставила боевых жрецов удивлённо замереть, а затем они поспешно отвесили благодарные поклоны. Иу, который, похоже, получил от этой забавы больше всех удовольствия, просиял, словно солнце. Поблагодарив Ша за щедрую награду, Сейнка Хоан почтительно попросил: — Ша, если вы позволите, мы хотели бы очиститься. Найн одобрительно кивнул. В конце концов, ходить по дворцу в таком виде было бы не слишком приятно. Половина охранников принялась расчищать площадку, убирая оставшиеся препятствия, а остальные вошли в озеро, чтобы с помощью водных растений оттереть со своей кожи следы краски. Внезапно Найн заметил, что всё это время Гвен лениво перебирал его волосы. Он с таким вниманием рассматривал каждую прядь, что становилось неловко. Найн тут же сказал ему: — Немедленно прекратите трогать мои волосы. — Прошу прощения, Ша. Гвен смущённо улыбнулся, убирая руку, но сделал это с явной неохотой. Неожиданно для самого себя Найн почувствовал необычайную лёгкость и желание подразнить его. Слегка наклонившись, он тихо прошептал: — Почему? Тебе так хочется прикасаться ко мне? — А?.. Это... э-э... Гвен, которого редко можно было увидеть растерянным, неожиданно запнулся. На его лице проступило смущение. Вблизи, его радужки казались сотканными из множества тончайших лепестков. — Гвен. Гвен, не моргая, смотрел на него. В его глазах, где обычно таился мягкий намёк на улыбку, промелькнуло нечто, похожее на только что распустившийся цветок. — Я... Гвен медленно сглотнул. Его взгляд скользнул от золотистых глаз Найна к раскрасневшимся щекам, затем к высокой переносице и наконец остановился на его алых губах... В следующее мгновение холодная струя воды ударила его в правую щёку. Гвен ошеломлённо моргнул. Выстрел из водяного пистолета Найна окрасил его щёку ярко-синим. Из-за того, что они стояли совсем близко друг к другу, несколько капель попали и самому Найну — на нос и подбородок. Найн прикусил губу, пытаясь сохранить невозмутимый вид, но уже через мгновение не выдержал и рассмеялся. Его звонкий, искренний смех удивительно гармонировал с молодой и красивой внешностью. Жрецы, никогда прежде не слышавшие, чтобы Ша смеялся так открыто, изумлённо уставились на него. — Прости меня, но мне всё же нужно было попасть в тебя хотя бы один раз. Даже для самого Найна его голос звучал чересчур мягко. Поскольку Гвен по-прежнему не мог вымолвить ни слова, Найн протянул ему свой водяной пистолет. Затем, прижав насадку к своей груди, он улыбнулся и сказал: — Если это нечестно, ты тоже можешь выстрелить в меня. Гвен ошеломлённо уставился на водяной пистолет в руках Найна, затем медленно опустил взгляд. Направив дуло вниз, он тихо пробормотал: — Ша... Это прозвучало как реплика из фильма. — Фильм? Ты, как всегда, употребляешь какие-то странные слова. Не пора ли тебе перестать перенимать необычные привычки с далёких континентов? Хотя эта мысль его позабавила, вскоре Найн обеспокоился: вдруг синяя краска оставит несмываемое пятно на светлом, безупречном лице Гвен? Он уже собирался обернуться и приказать Попо принести влажную ткань, но улыбка на его лице медленно застыла. В какой-то момент Амон появился у входа в храм у озера и молча наблюдал за происходящим. Это была их первая встреча лицом к лицу после той мучительной ночи на Охотничьем фестивале. Когда Найн заметил его присутствие, Амон неспешно направился к нему. Тепло, ещё мгновение назад согревавшее грудь Найна, словно солнечный свет, в одночасье сменилось леденящим холодом. Найн медленно поднялся на ноги. Жрецы, узнав Амона, тотчас один за другим пали ниц. Те, кто в этот момент омывался в озере, поспешно погрузили головы в воду в знак почтения. Даже лица боевых жрецов, всё ещё покрытые цветными пятнами, заметно побледнели. — Мы приветствуем Ша Амона. После того как Найн спокойно поприветствовал Амона и выпрямился, он заметил, как взгляд бога медленно скользнул по сторонам. Амон окинул глазами боевых жрецов, перепачканных голубой и розовой краской, затем — бамбуковые водяные пистолеты, покачивавшиеся на поверхности озера. Несмотря на то что всё это было ему в новинку, в его золотых глазах не промелькнуло даже тени любопытства. Казалось, его интересовал лишь один человек — Найн. — Что показалось тебе таким забавным? Не понимая, упрекает ли его Амон, Найн на мгновение замялся. Однако лицо Амона выражало лишь искреннее любопытство. — …Я слышал, как ты смеялся. Найн не нашёлся с ответом. Он не знал, как долго Амон наблюдал за происходящим. То, что его так увлекла беззаботная водная битва боевых жрецов, казалось ему почти ребячеством. А ведь всего несколько минут назад он смеялся над тем, что ещё недавно счёл бы совершенно немыслимым зрелищем для Великого Храма. — Похоже, тебе это действительно понравилось. Пока Найн молчал, взгляд Амона медленно переместился на Гвен, который всё ещё почтительно стоял, склонив голову. В отличие от того, как Амон смотрел на остальных Реша, на Гвен его взгляд задержался непривычно долго. У Найна невольно всплыло воспоминание о том банкете, где он впервые встретил Гвен. Именно тогда Амон впервые проявил интерес к кому-то, кроме него... Сам того не осознавая, Найн сделал шаг вперёд.