Там, где гаснет свет

***

      Сознание возвращалось медленно, с болью. Первое, что почувствовала Гермиона, — холод. Ледяной, пронизывающий, который забирался под мантию, под кожу, под кости, заставляя зубы стучать мелкой дрожью. Второе — запах. Сырость, плесень, железо и тот самый сладковатый озон, который преследовал её с первой ловушки в Хогсмиде. Третье — тишина. Давящая, неестественная, без единого звука, даже без мышиного писка.       Она открыла глаза.       Надо ней был каменный потолок — серый, грубо отёсанный, с тёмными разводами сырости. Свет исходил от факелов, укреплённых на стенах в железных кольцах — тусклое, маслянистое пламя, которое почти не давало тепла. Комната была похожа на темницу: стены из крупного камня, пол из неровных плит, железная дверь с засовом снаружи. В углу — деревянный стол, заваленный какими-то бумагами и ампулами. У дальней стены — алтарь. Настоящий алтарь из чёрного камня, с вырезанными на нём рунами — теми самыми, что она видела на порталах. Руны были выложены чем-то, что поблёскивало в свете факелов. Кровью? Или чем-то похожим.       Гермиона попыталась пошевелиться и услышала звон металла.       Кандалы. Тяжёлые, холодные кандалы охватывали её запястья и лодыжки, приковывая к стене. Цепи были достаточно длинными, чтобы она могла сесть или лечь на каменном полу, но не встать в полный рост. Её палочки не было — она чувствовала это по пустоте в кармане мантии. И кулона. Подарок Драко — оберег, который должен был защитить её от тёмной магии, — исчез. Она провела рукой по шее — цепочки не было.       Сердце ухнуло в пятки. — Он забрал его, - раздался голос из темноты за дверью, - Не ищи.       Дверь со скрипом отворилась. На пороге стоял Эрни Макмиллан — всё такой же светловолосый, улыбчивый, но улыбка теперь была не доброй, а хищной. За ним, во тьме коридора, угадывалась ещё одна фигура — высокая, в чёрном плаще с капюшоном. — Ты, - прошептала Гермиона, глядя на Эрни, - Ты предал нас. — Я работал на него, - поправил Эрни, входя в камеру, - Всегда работал. С той самой минуты, как он предложил мне то, о чём я мечтал всю жизнь, - он подошёл ближе, остановился в шаге от неё, склонил голову набок, - Власть, Грейнджер. Настоящая власть. Не та, что даёт министерская печатка. А та, что делает людей богами. — Ты псих, - выплюнула она. — Возможно, - Эрни усмехнулся, - Но я псих, который контролирует твою жизнь. И смерть, если понадобится.       Он отошёл в сторону, пропуская вперёд вторую фигуру. Человек в плаще шагнул в свет факелов, и Гермиона увидела его лицо.       И похолодела. — Ты, - повторила она, но теперь в голосе не было злости — только ужас, - Не может быть. Ты мёртв. Я видела твоё тело. — Ты видела то, что я хотел, чтобы ты видела, - тихо сказал Корвин Шеклтон, - Старый торговец артефактами, который якобы сдал Грейвза. Тот самый, которого Драко отпустил, потому что он дал показания, - он скинул капюшон, и Гермиона увидела его лицо — не старика с мутными глазами, а молодого, хищного, с острыми скулами и пронзительным взглядом. Обличье, которое он носил в лавке, было маскировкой. Под ней скрывался тот, кого она знала много лет. — Я не знаю тебя, - сказала она, пытаясь вспомнить. — А я тебя — отлично, - ответил Шеклтон, подходя к ней вплотную. Он был высоким — выше Драко, — с длинными пальцами музыканта, унизанными серебряными кольцами. Его палочка из чёрного дерева торчала из-за пояса, и на конце её поблёскивал тёмный камень, - Я следил за тобой двадцать лет, Грейнджер. С тех пор, как ты поступила в Хогвартс. С тех пор, как тебя назвали самой яркой ведьмой своего поколения. Я знаю твои привычки, твои страхи, твои слабости. Я знаю, как ты дышишь, когда спишь. Я знаю, что ты видишь во снах. — Откуда? - прошептала она. — У меня были годы. И были магические артефакты, которые позволяли видеть то, что скрыто. Твои письма к Рону — я перехватывал их ещё до того, как он их получал. Твои разговоры с Поттером — я подслушивал. Твои слёзы над мёртвой кошкой — я смотрел на них из кустов, как и обещал, - он улыбнулся — холодной, жестокой улыбкой, которая не касалась глаз, - Ты всегда была моей, Грейнджер. Ты просто не знала. — Ты псих, - повторила она, но голос дрожал. — Может быть, - он повернулся к Эрни, - Помоги ей сесть. Неудобно говорить, когда она висит как мешок.       Эрни подошёл, отщёлкнул верхние кандалы, позволив Гермионе опуститься на пол. Но ноги остались прикованными — она могла сидеть, опираясь спиной на стену, но не встать. — Зачем я здесь? - спросила Гермиона, глядя на Шеклтона, - Что тебе нужно? — Твоя магия, - ответил он, присаживаясь на корточки напротив неё, - Уникальная. Чистая. Сильная. Она нужна мне, чтобы завершить портал. Тот самый, который откроет проход между мирами. Не маленький, на одного человека, а огромный, на армию, - он понизил голос до шёпота, - Мир магов и мир магглов снова соединятся. Но теперь под моим контролем. — Ты сумасшедший, - выдохнула она, - Волдеморт пытался — у него не вышло. — Волдеморт был дилетантом. Он полагался на крестражи и террор. А я полагаюсь на магию земли, на энергию детей и на тебя, - он коснулся её щеки, и она отшатнулась, ударившись головой о стену, - Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Если ты будешь сотрудничать. — А если нет?       Шеклтон вздохнул, как учитель, которому надоел непонятливый ученик. — Эрни, - позвал он, вставая, - Покажи ей, что значит «нет».       Эрни подошёл к ней с палочкой наготове. — Прости, Грейнджер, - сказал он почти ласково, - Мне правда жаль. Ты была хорошим другом. — Ты был хорошим актёром, - ответила она, глядя ему в глаза с ненавистью, - Лучшим, чем я думала. — Быстро учишься, - он поднял палочку, - Круцио.       Боль была такой, что мир исчез.       Не стало ни стен, ни пола, ни света факелов — только бесконечное, всепроникающее пламя, которое жгло каждую клетку тела, каждое нервное окончание, каждый вздох. Гермиона закричала — не от страха, не от отчаяния, а от чистой, животной боли, которая не оставляла места ни для мыслей, ни для чувств. Она извивалась на каменном полу, царапая ногтями плиты, сжимаясь в комок, но боль не уходила — она нарастала, пульсировала, разрывала изнутри. — Хватит, - сказал Шеклтон, и Эрни опустил палочку.       Гермиона лежала на боку, тяжело дыша, чувствуя, как дрожат руки и ноги. Из носа потекла тёплая струйка крови — она стёрла её тыльной стороной ладони, оставив на лице красный след. — Будешь сотрудничать? - спросил Шеклтон, снова присаживаясь рядом. — Пошёл ты, - прохрипела она. — Эрни.       Ещё одно Круцио. Более долгое. Более сильное. Гермиона почувствовала, как её собственная палочка — та, что лежала на столе Шеклтона, — зазвенела в ответ на её боль, как будто хотела прийти на помощь. Но кандалы держали крепко. — Остановитесь, - выдохнула она, когда пытка кончилась, - Пожалуйста… — Сотрудничай, - мягко сказал Шеклтон, - И боль прекратится. — Что я должна делать? — Передать мне свою магию. Добровольно. Я не могу забрать её силой — она сопротивляется. Но если ты сама откроешься, портал впитает твою силу как родную. — Ты убьёшь меня? — Нет, - он покачал головой, - Обесточу. Ты станешь обычным человеком. Никакой магии. Никакой искры. Будешь жить долго и счастливо с Малфоем и детьми. Мне не нужна твоя смерть, Грейнджер. Мне нужна твоя сила. — А если я откажусь? — Тогда Эрни будет пытать тебя каждый день, пока ты не согласишься. Или пока не сойдёшь с ума, - он посмотрел на неё с почти сочувствием, - Выбор за тобой. — Я подумаю, - сказала она, отворачиваясь к стене. — Думай, - Шеклтон встал, - Время у тебя есть. До завтрашнего утра. Потом портал начнёт закрываться, и мне понадобится твоя сила. Если ты не отдашь её добровольно — я возьму принудительно. Но тогда ты, скорее всего, умрёшь. И не только ты.       Он вышел. Эрни последовал за ним, но на пороге обернулся. — Ты сильная, Грейнджер, - сказал он, - Но он сильнее. Сдайся. Ради детей.       Дверь закрылась. Засов лязгнул. Гермиона осталась одна в полутьме, прикованная к стене, с текущей из носа кровью и пульсирующей болью во всём теле.       Драко, — подумала она. — Где ты? Чувствуешь ли ты, что мне больно?       Но ответа не было. Только каменные стены, железные кандалы и холод, который пробирал до костей.

***

      В Малфой-мэноре Драко действовал быстро и жёстко. Он поднялся в детскую, проверил, что Роза и Хьюго спокойны — девочка рисовала, мальчик возился с драконом. Опустился на корточки рядом с ними, взял их за руки. — Слушайте меня внимательно, - сказал он, глядя в глаза Розе — старшей, более понятливой, - Мама уехала по делам, но скоро вернётся. А я сейчас уйду ненадолго, в Министерство. Миппи останется с вами. Вы будете сидеть в этой комнате, никуда не выходить и никому не открывать, кроме меня и мамы. Поняли? — А Рон? — спросила Роза, - Рон придёт? — Нет, - Драко сжал её ладошки, - Он не придёт. Никто не придёт. Только Миппи. Обещай мне, что будешь слушаться домовика. — Обещаю, - серьёзно сказала Роза. — И ты, Хьюго, - он повернулся к мальчику, который смотрел на него настороженно, - Ты будешь слушаться? — Буду, - прошептал Хьюго — настолько тихо, что Драко едва расслышал. — Хорошо, - он встал, подошёл к двери, достал палочку, - Колопортус максимус.       Дверь запечаталась намертво. Даже заклинание взлома не смогло бы открыть её без специального ключа, который он оставил только у себя. — Миппи! - позвал он.       Домовик появился из воздуха. — Хозяин? — Ты будешь сидеть у этой двери, пока я не вернусь. Никого не впускать. Никого, слышишь? Даже если это буду я, но без пароля — не впускать. Пароль — «Феникс». Запомнил? — Миппи запомнил, хозяин. Миппи будет охранять маленьких мисс и мистера ценой своей жизни. — Ценой жизни не надо, - сказал Драко, положив руку на голову домовика, - Просто будь внимателен.       Он спустился вниз, накинул мантию, взял со стола палочку — свою, боярышниковую, с которой прошёл войну. Посмотрел в зеркало в прихожей. Его лицо было бледным, глаза — горящими.       Гермиона, я найду тебя, - пообещал он мысленно, - Даже если придётся перевернуть весь мир.

***

      Министерство магии встретило его привычной суетой.       Атриум был полон волшебников, спешащих по своим делам — никто не обращал внимания на бледного молодого человека в тёмной мантии, который прошёл к лифту, нажал кнопку седьмого этажа и сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.       Отдел авроров находился в конце длинного коридора. Драко вошёл без стука, игнорируя протесты секретарши. — Где Робардс? - спросил он у первого попавшегося аврора. — У себя. Но он занят, вам нужно записаться… — Мне нужно, чтобы он выслушал меня, - Драко прошёл мимо, толкнул дверь кабинета главы аврората.       Гарри Робардс — крепкий мужчина с сединой в волосах и умными глазами — поднял голову от бумаг. — Малфой? Я не ждал… — Гермиону Грейнджер похитили, - перебил Драко, - Сегодня днём. Эрни Макмиллан выманил её из дома под ложным предлогом, и они не вернулись.       Робардс отложил перо. — Вы уверены? — Я проверил. Её патронус не отвечает. Каминная связь заблокирована. Она не брала с собой вещей. И Эрни… - Драко запнулся, - Эрни связан с организатором похищений. Это он подставлял Гермиону, он следил за нами, он знал всё. — У вас есть доказательства? — Нет. Но я знаю, что не ошибаюсь.       Робардс вздохнул, встал, прошёлся по кабинету. — Дело о похищениях закрыто, Малфой. Министр лично подписал приказ. Если я открою его снова без веских улик, меня уволят. — Плевать мне на вашу карьеру! - Драко повысил голос, - Там женщина, у которой двое детей! Их мать! Её пытают прямо сейчас, возможно! И вы сидите и рассуждаете об уликах? — Я не могу… — Тогда дайте мне группу добровольцев. Тех, кто мне верит. Я сам буду отвечать за последствия.       Робардс смотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. Потом кивнул. — Двое. Не больше. И если вы не найдёте её за сутки — я буду вынужден доложить министру. — Спасибо, - Драко развернулся и вышел, не прощаясь.       В коридоре его ждал сюрприз. — Малфой? - Гарри Поттер шёл навстречу, в аврорской мантии, с неизменным шрамом на лбу, - Я слышал крики. Что случилось? — Гермиону похитили, - сказал Драко, глядя ему в глаза, - Эрни Макмиллан. Он работает на организатора.       Гарри побледнел. — Ты уверен? — Настолько, насколько возможно без трупа. — Я с тобой, - Гарри сжал палочку, - Куда идти? — Робардс дал мне двоих. Ты — первый. Нужен второй. Кто-то, кто не побежит докладывать министру. — Рон, - сказал Гарри. — Рон — под контролем организатора. Его использовали, чтобы выведать информацию у детей. — Тогда Невилл. Он в отставке, но если попросить… — Проси, - сказал Драко, - Встречаемся через час в «Дырявом котле». Принеси всё, что знаешь о заброшенных зданиях в радиусе сотни миль от Лондона. Она где-то там.       Они разошлись. Драко вышел из Министерства в холодный февральский вечер, вдохнул морозный воздух и заставил себя успокоиться.       Гермиона, — подумал он, глядя на тусклые звёзды, пробивающиеся сквозь облака. — Я найду тебя. Клянусь.       Он не знал, что в этот момент она лежала на холодном каменном полу в подземелье, прикованная к стене, с засохшей кровью на лице и пульсирующей болью во всём теле. Не знал, что она шептала его имя в темноту, надеясь, что он услышит.       Он не слышал. Но чувствовал — сердцем, которое разрывалось на части от предчувствия беды.