Точка невозврата

Малфой-младший покинул Министерство магии около девяти часов вечера, проведя в кабинетах, коридорах и залах больше шести часов. Ещё шести часов своей жизни, безвозвратно убитых в стенах этого проклятого рассадника бюрократии. Но, несмотря на усталость, отвратительное настроение и съёжившийся в голодном спазме желудок, Драко чувствовал облегчение. Каким чудом Поттер смог убедить отдел правопорядка и лично министра в необходимости вернуть семье Малфой палочки, для Драко осталось загадкой. Он совершенно не понимал, с какой стати герою так беспокоиться о ком-то, кто был по другую сторону фронта всё это время. Что, впрочем, никак не мешало испытывать к Поттеру благодарность — простую, человеческую и искреннюю. Размышляя о ней и о мотивах героического-уже-не-мальчика, Малфой повыше поддёрнул воротник мантии и, крепко сжимая в кармане свою и родительские палочки, шёл по Косой аллее в сторону Аптеки Маллиграбс: ему нужно было пополнить запасы трав для отцовских лекарств. Начинался дождь, и праздных прохожих с каждой минутой становилось всё меньше и меньше. Кто-то аппарировал, кто-то сворачивал в кафе или магазин — никто не хотел мёрзнуть под подлым октябрьским дождём и стылым ветром. Драко казалось, что никто не хочет находиться с ним на одной улице. Малфой зарылся носом в шарф и прибавил шагу, надеясь поскорее закончить с делами и оказаться дома, в тепле и сухости. Под защитой родных стен и в относительной безопасности. Но судьба, очевидно, распорядилась иначе. Едва Драко обогнул по широкой дуге проход в Ночную аллею, стараясь даже не вглядываться в темноту, собравшуюся под аркой, как кольца на левой руке буквально вспыхнули болью, а в спину ударило волной воздуха от лопнувшего щита. Артефакты прикрыли от подлого удара — от более серьёзного могли уже не спасти. Драко развернулся на каблуках и сместился ближе к стене — и как раз вовремя. Мимо него пролетела красная вспышка, ударилась в кирпичную кладку выше плеча и рассыпалась шипящими искрами. Со стороны переулка, появилось трое, кажется, человек, будто сотканных из густой осенней темноты. Малфой был почему-то уверен: это не все. Он выхватил палочку почти сразу, одними губами выдыхая: «Протего», и готовясь отразить новый удар или уйти от него. Попытался аппарировать, но не смог. Секундная пауза взорвалась тремя вспышками — две разбились о защиту Малфоя, а от последней он едва успел увернуться, атакуя в ответ. Кольца жгло, щиты взрывались фонтаном искр, отражая отнюдь не безобидные заклинания. Нападавшие не нуждались в деньгах или амулетах Малфоя, они хотели его смерти и не стеснялись в средствах. Драко отступал, метался по резко опустевшей улице как загнанный зверь, едва успевая прикрываться щитами и огрызаться в ответ редкими выпадами, отчётливо понимая: ему конец. Если доблестные авроры или хоть кто-нибудь не вмешается, его просто задавят числом. Или банально поймают на клинок, подловив со спины. Горло саднило от заклинаний. Нужна была передышка, хоть на секунду. Драко метнулся в сторону, пытаясь укрыться у «Котлов Потажа». Внутрь не пустили бы охранные чары, но дверной проём оказался достаточно глубоким, чтобы какое-то время держать оборону. Малфой сам себя загнал в ловушку, но что-то подсказывало: дальше отступать к Ночной аллее, куда вели его преследователи, не стоило. — Я на твоей стороне. Не убей меня ненароком. — Раздалось у плеча, как только Драко забаррикадировался непроницаемо-серым щитом: сильнейшим из известных ему. Малфой вздрогнул, вжался спиной в мокрый камень стены и только тогда увидел, как из пустоты появляется Поттер. Он хмурым взглядом прошёлся по Драко, оценивая его состояние и торопливо спрятал хорошую, явно дорогую мантию-невидимку в карман. Щит то и дело вздрагивал от заклятий, но, обрамлённый охранными чарами магазина, пока держался. — Это всё, что Министерство соизволило выделить? Один аврор с синдромом героя? — Драко пытался выглядеть гордо, но в голосе прорезался страх, смешанный с облегчением. Интересно, каковы шансы, что Пожиратели просто испугаются Поттера? — Скажи спасибо, что я ещё помню значение слова «герой». Иначе сражался бы один. — Определённо, с Золотым мальчиком что-то случилось: он не продолжал перебранку, а просто мрачно констатировал факт. — Я насчитал троих, ещё двое ждут на Ночной аллее. Скорее всего, аппарируют, когда поймут, что наделали достаточно шума. Сколько ещё сможешь держаться? Драко коснулся лица рукой в чёрной перчатке: стёр тонкую струйку крови под носом и упрямо поджал губы. — Минут пять. — Столько не нужно. Как только снимешь, прикрой нас «Протего» и держись сзади. По моей команде. — Поттер прислушивался к чему-то снаружи, и Малфой только сейчас заметил, что щит перестал трястись от заклятий. — Что ты... — Земля под ногами поползла, поглощая булыжники мостовой у крыльца. — Снимай! — Поттер тоже это заметил, и его палочка взметнулась в воздух. Малфой машинально послушался. — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! Гарри взревел так, что у Драко на мгновение зазвенело в ушах, а преследователи наверняка услышали. Серебряный олень вспыхнул прямо в воздухе над стремительно растущим провалом, горделиво вскинул голову и унёсся мимо нападающих куда-то по улице под удивлённые возгласы. «Поттер!», «Здесь Поттер!», «Он связался с Министерством!», — атака захлебнулась, Малфой невольно улыбнулся. Идиоты, купиться на такую... Мимо пролетела красная вспышка, потом ещё одна. Гарри не тратил времени на раздумья: он атаковал, нисколько не заботясь защите. Драко до боли сжал пальцы, прикрывая «героя». Вместе они шагнули в сторону от переставшего разрастаться провала. Настал черёд фигурам в масках Пожирателей отступать, огрызаясь редкими заклинаниями. «У нас мало времени!» — Меняемся, — хрипло выдохнул Поттер и раскрыл щит. — Врежь им чем-нибудь злым. Драко кинул в нападающих скорняжное проклятие и собирался добавить к нему взрывающие чары, как впереди что-то и без него взорвалось. Обоих волшебников откинуло назад и протащило по мостовой. Поттер каким-то чудом удержал щит, принимая на него бóльшую часть последовавшего за ними чёрного облака, но несколько тёмных струек всё равно захлестнули лодыжки. «Морсмордре!» «Уходим!» Нападающие аппарировали один за другим. — Фините инкантатем. — Холодея от ужаса, Драко направил палочку сначала на себя, потом на Поттера, развеивая тёмные чары. И только потом посмотрел на развернувшийся над Косой аллеей череп и встал. «Смерть для предателей», — зелёный туман вытекал из глазниц и складывался в плохо читаемую надпись. Малфой сплюнул густую кровавую слюну и закашлялся: его всё же несколько раз ощутимо приложило о брусчатку. И, кажется, задело каким-то проклятьем. Но умереть на месте он не пытался и решил, что с этим разберётся потом. Сейчас были дела поважнее. — Спасибо, Поттер. Если бы не ты, одним Пожирателем Смерти стало бы меньше. — Голос Драко дрожал от усталости, и яда в нём было не больше, чем в осином жале. — Я снова должен тебе за свою жизнь. Скоро сможешь брать проценты. — Считай, что я тоже возвращаю долг жизни. — Поттер задрал голову и хмуро глядел на Тёмную метку. — Не трогай её. Пусть посмотрят на дело рук настоящих Пожирателей. — Очень мило с твоей стороны. Я тронут и почти готов прослезиться, но прошу, давай отложим примирительный ужин и братание на другой раз. Мне нужно спешить. — Ты же не собрался геройствовать там один? — он не спрашивал: в охрипшем голосе героя отчётливо звучали стальные отголоски приказа. Малфой лишь пожал плечами и протянул ему руку. Едва пальцы Поттера сомкнулись вокруг его запястья, Драко перенёсся в холл Малфой-мэнора, не защищённый больше артефактами и аппарационным барьером.