District 9

В Девятый Дистрикт Джисон вернулся только под вечер. Солнце уже клонилось к горизонту, разливая по обшарпанным фасадам густую оранжевую патоку, которая делала улицы похожими на декорации к апокалиптическому вестерну. Мотоцикл Феликса, казалось, тоже устал, двигатель работал с едва уловимой хрипотцой, словно просил пощады после нескольких часов бесцельного наматывания кругов по Далласу. Джисон не считал, сколько раз он объехал центр, сколько раз нырял в переулки Восьмого, сколько раз стоял на светофорах Четвёртого, глядя в одну точку. Всё потому, что этот белобрысый козёл отказался возвращаться с ним вместе. — Разъезжаемся, – сказал Минхо ещё на выезде из Третьего, когда адреналин только начал спадать, а руки всё ещё дрожали после унизительного падения в кусты. – Если нас пасли, нечего светить двумя мордами сразу. — Да кому мы нужны? – огрызнулся тогда Джисон, хотя внутри всё похолодело от одной только мысли о слежке. — Прокурору, у которого мы только что спёрли компромат на самого опасного дилера в городе, – и после этих слов Джисон этого ублюдка не видел. Ли возможно поехал домой, а возможно поехал стучать тому Лукасу о том, что они обчистели дом какого-то прокурора. И от куда Минхо его вообще знает? Хану просто оставалось попетлять несколько часов по улицам города. На всякий случай, вдруг, за ним хвост. И всё было бы хорошо, если бы под конец его мини поездки в одиночестве он не заметил чёрный внедорожник без номеров. Джисон заметил его краем глаза, когда остановился на очередном светофоре. Сначала даже не придал значения, мало ли в Далласе чёрных внедорожников? Но что-то заставило его присмотреться. Отсутствие номеров. Полная тонировка по кругу, включая лобовое стекло так, что даже силуэта водителя не разглядеть. И странное, липкое чувство дежавю, которое скрутило внутренности в тугой узел. Где он уже видел эту машину? — Сука, – ругнулся Хан и прибавил скорость, лавируя между машинами, и свернул в первый попавшийся переулок. Выждал пару секунд, развернулся и снова выехал на главную дорогу. Внедорожник исчез. Возможно уехал в потоке машин. Но он точно был. И в памяти крутились мысли по типу дежавю. Явно что-то не то. Через несколько минут Хан уже был за пределами Третьего и мчался со всей скорости в свой Дистрикт. Гараж встретил его привычным гулом и запахом машинного масла, смешанным с чем-то сладковатым, кажется, Сынмин опять жевал свои дурацкие леденцы, разнося запах на всё помещение. Джисон заглушил двигатель, стащил шлем и несколько секунд просто сидел, упираясь лбом в холодный руль. Усталость навалилась разом, свинцовой плитой легла на плечи, но внутри, под этой усталостью, саднило и зудело что-то другое. Он спрыгнул с мотоцикла и, не глядя по сторонам, направился вглубь гаража, где горел свет. Чан сидел на диване вместе с Чанбином и явно они играли во что-то. Краем глаза Хан заметил, что это был морской бой. Взрослые вроде парни, а занимаются такой ерундой. — Ты выглядишь так, будто тебя переехали, – заметил Чан Джисона, который доставал из рюкзака файл с отксереной бумагой. — Возможно, так и есть, – буркнул Хан и кинул файл на верстак рядом, – Я в комнату. — Серьёзно? Даже не расскажешь как прошло? – удивился Чанбин. — Раз я тут, то всё прошло отлично. — А Минхо? – крикнул вслед Бан. — Сбежал как только возможность появилась, – ответил шатен уже на лестнице. Дверь в общую комнату была приоткрыта и Джисон услышал голоса ещё на лестнице. Тихие, спокойные, перетекающие друг в друга, как ручей. Феликс что-то рассказывал с характерной мягкой интонацией, Чонин перебивал его смехом, а Хёнджин отвечал что-то ленивое, явно растянувшись на его кровати. Он готов поспорить на пять долларов. Джисон толкнул дверь и вошёл. — О, явился, – Хёнджин действительно лежал на кровате Хана, закинув длинные ноги на подоконник рядом. Увидев друга, он чуть приподнялся на локтях. – Мы уже думали, ты под предлогом операции сбежал к этому блондину. — Ну, знаешь, если бы я хотел сбежать к блондину, я бы выбрал того, у которого волосы настоящие, а не крашеные в раковине за три бакса, – Джисон стащил с плеч рюкзак и швырнул его в угол. – У Минхо, по-моему, даже мысли химически осветлены. Феликс, сидевший на полу с какими-то железяками, усмехнулся, не поднимая головы: — Не завидуй его блонду. — Больно надо. Джисон подошёл к своей кровати и без лишних церемоний столкнул длинные ноги Хёнджина с подоконника. — Убери свои ходули с моей территории, пока я не начал их разбирать на запчасти для мотоцикла. Лежишь тут, понимаешь, как модель на пикнике, пока я уворачиваюсь от чёрных внедорожников. Хёнджин драматично охнул, но ноги убрал. — Погоди, какой внедорожник? – Чонин отложил телефон и посмотрел на Джисона. — Кажется, мы его видели, когда вытаскивали меня из центрального участка. Он ещё весь тонированный такой и без номеров. — Может, это просто кому-то очень стыдно за свои номера, – предположил Феликс, наконец поднимая голову. – Накручиваешь себя может? После проникновения в хату человека из Третьего и не такое мерещится. — Ага, или это прокуратура прислала мне цветы и извинения за доставленные неудобства, – Джисон стащил с себя пропотевшую футболку и, скомкав, запустил ею в Феликса. Тот с ленивой грацией отбил снаряд железякой, которую держал в руках. — Давай не о печальном, – захлопал в ладоши Хван, привлекая внимание. – Тебя не было восемь часов. Будь добр, расскажи, что видел и делал. Джисон шумно выдохнул, рухнул на кровать, заставив пружины жалобно скрипнуть, и уставился на кровать сверху. — Что видел? – переспросил он, всё ещё глядя на кровать. – Я видел дом прокурора с другой стороны форточки. И знаете, что я вам скажу? Богатые тоже плачут. И ставят охранные системы, которые не обойти без акробатических этюдов. Чонин подался вперёд, предвкушая историю. Феликс отложил железяки и приготовился слушать, а Хёнджин всем телом показывал, что готов внимать приключения Джисона с блондином. — Этот блонди заставил меня лезть через форточку на втором этаже в дом и пускать его через парадный вход, – Джисон скривился и передразнил интонацию Минхо, – «Ты меньше в плечах и бёдрах». — То есть ты у нас теперь медвежатник-верхолаз? И как, успешно? — Успешней не бывает. — А вас не смутило, что он, как бы правильно сказать? Нашего Джи глазами замерял. – с умным лицом сказал Феликс. — Ну началось, – простонал Джисон, накрывая лицо подушкой. — Нет, ну слушай, у тебя бёдра зачётные. И если он разглядывал их в профессиональном смысле, то тоже ничего. Глаз алмаз получается, – оправдался Феликс. Чонин прыснул в кулак. — Я тебя сейчас этой подушкой задушу. — Возможно и не только в профессиональном смысле, – заиграл бровями младший. — Ахуели!? — А почему нет? Он вылитый альфа, ты смахиваешь рядом с ним на омегу. Вылетые альфаносцы, – добавил Феликс. — Какие, к чёрту, альфаносцы? – Джисон сел на кровати, подушка упала на пол. – Ты вообще в курсе, что у этого «вылитого альфы» вместо души дыра размером с налоговый долг Девятого Дистрикта? — Ну как какие? Он приезжает лично и напоминает тебе о вашем общем деле, – сказал Чонин и показал пальцами в воздухе сердце. — Ты реально ахуел, мелкий, – удивлялся с рыжего Хан. – Какие сердечки к чёрту? Он просто нами пользуется! Зачем мы согласились с ним работать? — Он знает больше нас? – сам себе задал вопрос Хёнджин. Все с вызывающими взглядами посмотрели на Хвана. — Что? Смотрите так буд-то я вам предложил четвернечёк, – закатил глаза Хёнджин. — Хёнджин, – осадил Феликс. — Ну сами подумайте. Парень из вселенной наркоты, всё знает, везде был. Этого хрыча он тоже знает. — Знает? – удивился Хан. — Ну да, – ответил Ян, смотря на шатена, как на дурака, – Не знал? — Его же не было, когда мы это обсуждали, – закатил глаза Ли, – Минхо кинул этого чувака из Третьего на деньги, – пояснил. — Да, – согласился Хёнджин и продолжил, – Парень бесячий, согласен, но уже дал хорошие наводки. До этого собрания осталось три недели, а у нас только... – Хван защёлкал пальцами. — Информация о поставках Брокера в Дистрикты. — Прям так, – удивился Феликс, – Где этот прокурор такую инфу накопал!? — Бабло есть, значит и информация имеется, – ответил Хёнджин, – Все богачи таким промышляют. Джисон хотел было возразить, но осёкся. В словах Хёнджина был резон, и от этого становилось только противнее. Потому что признавать правоту Хвана в отношении Минхо - всё равно что согласиться с тем, что завтрашний рассвет будет фиолетовым. — Ладно, – процедил он, поднимая подушку с пола и швыряя её обратно на кровать. – Допустим, этот блондинистый знает больше нас. Но это не значит, что мы должны ему доверять. Он киданул прокурора с потрохами, что мешает сделать такое и с нами. — Деньги, которые он у нас выклянчал. — Не понимаю до сих пор почему он так резко передумал и стал нам помогать, – озвучил мысли Чонин. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тихим скрежетом детали, которую Феликс машинально тёр тряпкой. Чонин переводил взгляд с одного старшего на другого, явно прокручивая в голове какую-то мысль. Хёнджин, пользуясь тем, что Джисон отвлёкся, снова закинул ноги на край кровати, но на этот раз на подоконник замахиваться не стал. Ограничился скромным посягательством на угол матраса. — Тайный агент? – ляпнул Феликс. — Не смеши мой мозг, – ответил Джисон. – он наркоту расскладывает, а не мир спасает. — Отвергаешь - предлагай. Давай, Джи, раз ты у нас такой умный и прозорливый. Кто он? Джисон закатил глаза, но вопрос повис в воздухе, и все трое уставились на него с одинаковым выражением любопытства. — Не знаю, – буркнул Джисон, чувствуя, как внутри закипает раздражение от собственной беспомощности. – Но он явно не просто наркодилер с внешностью модельного агента. — Ого, – присвистнул Чонин. – Ты только что признал, что он красивый? — Я признал, что у него внешность, за которую платят деньги, а не то, что он мне нравится! – рявкнул Джисон, и подушка полетела в Чонина, но тот ловко увернулся. — Детектор лжи пройден, – прокомментировал Хёнджин, – продолжай. — Он бывший прокурорский, – накинул новую идею Феликс – Я так думаю. — Странное предложение, долго жить не будет. – ответил Хван. — Тогда сам скажи своё мнение. — Шпион. — Что? – не понял Чонин. — Что? Он так с уверенностью про всё говорит, так увере, что у кого-то человека есть нужная инфа. Сто процентов из государственных. — А зачем тогда ему документы? – с прищуром сказал Хан. — В каждом деле нужны доказательства. Он дал нам информацию, чтобы мы его не бросили в нужный момент. Чтобы думали, будто он полезен. И мы поведёмся, потому что у нас выбора нет. А может вообще у него в паспорте другое имя. — Или он хочет, чтобы мы сделали грязную работу, а он придёт и сорвёт куш. – предположил Ян. — Так и будет, – заверил его Хван. — А если он нас кинет? – Феликс. — Тогда мы его найдём, – Джисон посмотрел на друга с холодной усмешкой на губах. – И у нас будет разговор по душам. Разгор прервал стук в дверь. На пороге стоял Сынмин с пачкой мармеладок в одной руке, а в другой телефон. — Танцуйте и радуйтесь. Кто-то из вас поедет с Джисоном к Югёму. — Зачем нам с ним? – не понял Чонин. — Парень на нашего Джи глаз положил, а неправдивый факт об отношениях Хвана с ним его не останавливает. Чонин прыснул, а Феликс отложил наконец свою железяку и выпрямился, явно предвкушая продолжение цирка. Джисон же выглядел так, будто ему предложили на выбор съесть живую жабу или снова лезть в форточку к прокурору. — Так я и поеду, – ответил Хёнджин. — Он в твоём присутствии ничего не скажет. — Почему это? — По лицу его было видно, что после твоих озвученных фантазий разговаривать он дальше не хотел. — А я не могу ему просто врезать? – с поднятой бровью спросил Хан. — Сделаешь после, когда он даст нам всю нужную информацию. — Сынмин, ты серьёзно? – Джисон приподнялся на кровати, опираясь на локти. – Я только что вернулся с ограбления прокурора, у меня перед глазами до сих пор весь этот экшен, а ты предлагаешь ехать к нему? — Я предлагаю тебе поехать к Югёму и сделать вид, что ты заинтересован в его информации, – поправил Сынмин, жуя мармеладку с совершенно безмятежным видом. – Если тебе легче, можешь представлять, что разговариваешь с Минхо. — Ты сейчас умрёшь, – Джисон спрыгнул с кровати, но Чонин перехватил его за локоть. — Не убивай гонца, он нам ещё нужен. — Югём сказал, что это помощь от чистого сердца. Советую пользоваться нам ею, пока можем. Феликс хмыкнул. — От чистого сердца, ага. — Ты уверен, что он не затащит тебя в подвал и не заставит выбирать между жизнью и сексом? – поинтересовался Хёнджин, глядя на Джисона с притворной серьёзностью. — Та врежу ему разок, если полезит. Тем более Феликс поедет со мной. — Я!? – Ли пискнул от неожиданности. — Ну а кто? – Джисон обвёл взглядом комнату, наслаждаясь вытянувшимся лицом Феликса. – Чонин слишком мелкий, Хван спалил свои фантазии. Остался ты. — С тебя ужин. — Та хоть поцелуй французский. В комнате повисла пауза, нарушаемая только хрустом мармеладки, которую Сынмин методично уничтожал, наблюдая за этой сценой с видом довольного кота. Феликс же смотрел на Джисона с прищуром, оценивая, насколько серьёзно тот настроен. — Французский поцелуй, значит? А ты смелый, Джи. Я думал, ты только с блондинами практикуешься в этом деле. — Ещё одно слово про блондина, и я поеду к Югёму один, а тебя оставлю здесь чистить карбюраторы до утра, – Джисон натянул через голову чистую футболку, которую ему молча кинул Хёнджин, и сунул ноги в кеды. – Собирайся, Ли. У нас встреча с влюблённым информатором через час. — А что мне надеть? – Феликс встал с пола, отряхивая джинсы от пыли. – У нас дресс-код для свиданий или как? — Что хочешь. Главное чтобы не голый. — Смотри, Джи. Если он начнёт строить тебе глазки, просто скажи, что ты уже занят. Работой. Или Минхо. Или работой с Минхо. – вслед сказал Хёнджин. — Я тебя убью, – спокойно пообещал Джисон, застёгивая куртку. – Выезжаем через пять минут. Жду внизу. Он вышел из комнаты, оставляя за собой приглушённый хохот Хёнджина и возмущённое фырканье Чонина, который снова начал возмущаться, что его не берут. Спускаясь по лестнице, Джисон услышал, как в гараже Чан и Чанбин продолжали свою партию в морской бой, перемежая её обсуждением того, какого чёрта в этом городе так сложно достать качественные запчасти для Импалы. Запах машинного масла смешивался с дешёвым кофе из старой турки, который вечно варил Чанбин, и Джисон на мгновение задержался на нижней ступеньке, вдыхая этот знакомый до боли аромат. Запах дома. Их странного, нелепого дома, в котором жили такие же странные и нелепые люди. Джисон фыркнул, толкнул дверь гаража, впуская вечерний воздух, и вышел на улицу. Солнце уже почти село, оставляя на небе полосы фиолетового и багрового, которые постепенно сливались в густую синеву. Первые фонари зажигались с лёгким треском, разгоняя сгущающиеся сумерки. Феликс вышел через пару минут, натягивая на ходу лёгкую кожаную куртку. Он выглядел совершенно невозмутимым, будто они собирались не на встречу с потенциально опасным информатором, а в кино на вечерний сеанс. — Ну что, поехали, – Ли махнул рукой в сторону мотоцикла. – Только предупреждаю: если этот Югём попытается тебя обнять, я буду снимать на видео. Это пойдёт в коллекцию лучших моментов. — У тебя нет сердца. Парни расселись по мотоциклам. Феликс сел ща своего красавца. А Джисон повзоимствовал байк у Чонина. Путь лежал в местный бар Девятого Дистрикта. Да, адрес парням Сынмин выкрикнул в последний момент. Дорога до бара заняла около двадцати минут. Феликс ехал чуть позади и правее, как они привыкли делать во время вылазок, держа дистанцию, но оставаясь в поле зрения. Джисон чувствовал его присутствие за плечом, и это было странно успокаивающе. У входа в бар стояли местные жители, которые курили и бурно обсуждали. Джисон заглушил двигатель и снял шлем, проводя рукой по взмокшим волосам. Феликс припарковался рядом, кивнул на дверь. — Ну что, идём развлекать твоего поклонника? Джисон молча пошёл ко входу. Внутри бар оказался просторнее, чем можно было предположить снаружи. Полумрак, несколько столиков, за которыми сидели редкие посетители, и длинная стойка, за которой бармен лениво протирал стаканы. Пахло пивом, дешёвым табаком и чем-то сладким, что Джисон не смог идентифицировать. Югём сидел в дальнем углу, в кабинке, отгороженной от основного зала высокими спинками. Увидев Джисона, он расплылся в улыбке, которая, по мнению Хана, была слишком довольной для человека, который просто решил поделиться информацией. — Хан! – Югём встал, протягивая руку для рукопожатия. – Рад, что ты приехал. И, – он перевёл взгляд на Феликса, который остановился чуть позади, прислонившись плечом к стене и сложив руки на груди, – привёл компанию. — Это Феликс, – коротко ответил Джисон, пожимая протянутую руку и тут же её убирая. – Давай ты просто отдашь бумаги и мы поедем. У меня сегодня не день, а пиздец. — Сразу к делу, да? – Югём усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень досады. — Ну а что тянуть? – Джисон опустился на стул, не дожидаясь приглашения и поманил за собой Феликса, который почему-то стоял поодаль. — Ты сегодня какой-то дерганый, – протянул Югём, откидываясь на спинку дивана. На столе появился тонкий конверт. Не запечатанный, без пометок. Югём положил на него ладонь, придерживая, и наклонился вперёд, понижая голос до доверительной интонации: — Надеюсь, вы знаете, что делаете. Ведь Брокер до вас доберётся, если узнает. — Не переживай. И не из такого дерьма выходили, – холодно ответил Джисон. — Ну-ну, – Югём усмехнулся, но ладонь с конверта убрал. – Я слышал, у вас в гараже теперь есть ещё один эксперт по дерьму. — Откуда знаешь? – Джисон прищурился, и пальцы сами собой сжались в кулак под столом. — Слухи по городу расходятся быстро. — Допустим. — Ты хоть знаешь с кем связался? — С нариком. Югём картинно вздохнул, словно разочарованный тем, что в него не вцепились с расспросами. Его пальцы коротко барабанили по столу, металлический звон колец о дерево резанул по нервам. Он посмотрел на Феликса, потом снова на Джисона. — Он мне ещё в прошлом году светил. Когда я работал на въезде в Третий, возле складов. Он тогда не блондином был. — А кем? Инопланетянином? – подал голос Феликс и за столом повисло молчание. – Что? Я вам не мешаю, продолжайте. — Он представился как человек Брокера. А потом что-то случилось, и он пропал. А через месяц объявился здесь. И белый, как мел. — Ты его видел? – задал вопрос Хан. — Вчера кажется видел. Когда проезжал по трассе между Седьмым и Восьмым. Парень что-то положил под фонарный столб и уехал. — Ты хочешь сказать, что он работал на Брокера? – скептически хмыкнул Феликс. — Возможно. – пауза, – Единственное, что могу сказать, это то, что он может играть в свою игру. А вы в ней пешки. Тишина повисла тяжелая, как мокрая простыня. Джисон смотрел на конверт, но видел перед глазами только тот момент на выезде из Третьего, когда Минхо вдруг передумал возвращаться вместе. Вот блин. Он может быть крысёнышем. — Спасибо за заботу, Югём, – сказал он ровно. – Но если я узнаю, что ты нас подставляешь, я приеду к тебе лично и без цветов. — Договорились, – Югём поднял руки в примирительном жесте. – Будьте осторожны. И не верьте ему на слово. Проверяйте. Феликс уже стоял у выхода, придерживая дверь, и Джисон вылетел в ночь, жадно вдыхая прохладный воздух, который обжигал горло. — Ну и поебень, – сказал Ли, когда они отошли к мотоциклам. – Ты ему веришь? — Нет, – Джисон надел шлем, застёгивая ремешок с глухим щелчком, – но он прав в одном. Надо всё проверять. И начать надо с того, что в этом конверте. — Чувак явно что-то не договаривает. — Но с другой стороны, в его рассказ хочется верить. — Потому что мы ничего не знаем о Минхо. Только из-за этого. — Погнали на ту трассу? — С ума сошёл? – удивился Феликс. – Туда час ехать, а то и больше. — Ночь большая. — И почему я не скажу тебе нет? — Потому что я должен тебе ужин. Парни выехали из Девятого Дистрикта, когда луна уже висела низко над крышами, жёлтая и круглая, как прожектор тюремной вышки. Джисон взял курс на Седьмой, стараясь держаться объездных доро. После сегодняшнего чёрного внедорожника ему не хотелось лишний раз светиться на центральных магистралях. Ночной Даллас дышал иначе. Из города словно выпускали воздух, оставляя только остов, пустые тротуары, мигающие вывески круглосуточных забегаловок, редкие автомобили, которые проносились мимо, обдавая мотоциклистов волнами нагретого за день асфальтового жара. Фонари вдоль дороги горели через один, создавая рваный ритм света и тени, от которого у Джисона начинало рябить в глазах. Феликс держался вровень, иногда вырываясь чуть вперёд, когда дорога расширялась, но неизменно возвращаясь на прежнюю позицию, справа и чуть позади. Их фары выхватывали из темноты то покосившийся дорожный знак с облупившейся краской, то скелет старого пикапа, брошенного на обочине ещё в прошлом десятилетии, то блестящие глаза какого-то ночного зверья, которое шарахалось прочь при приближении рёва двигателей. Где-то на полпути, когда Дистрикты сменились промзоной с её бесконечными складами и ржавыми контейнерами, Феликс посигналил и указал рукой на съезд к старой заправке. Джисон сбросил скорость, сворачивая следом. Заправка выглядела заброшенной, окна заколочены, ценовое табло пустое, только одинокий фонарь над бензоколонками гудел, как рой потревоженных ос. — Надо перекурить, – Феликс заглушил двигатель и стащил шлем, встряхивая влажными волосами. – И подумать. — О чём? – Джисон остался сидеть на мотоцикле, опираясь ногами о землю и глядя на тёмный провал бывшего магазинчика при заправке. — О том, что мы, два идиота, едем ночью через полгорода к какому-то фонарному столбу, потому что парень, который на тебя запал, сказал, что видел там другого парня, который всем нам врёт. — Поправка. Этот столб ещё надо найти. — Ты, блять, не уточнил какой!? Джисон только плечами пожал и наконец тоже слез с мотоцикла. Ноги затекли, спина ныла после целого дня в седле. Он стащил шлем, повесил его на руль и потянулся, хрустнув позвоночником так, что эхо разлетелось по пустой заправке. — Югём сказал – между Седьмым и Восьмым. Трасса одна, столбов там до хрена. Найдём. — Найдём, – передразнил Феликс, выуживая из кармана куртки смятую пачку сигарет. – Ты вообще слышишь себя со стороны? Мы едем искать иголку в стоге сена посреди ночи. — Иди в жопу, Ли. — Уже там, спасибо. Уютно устроился. Соседи приятные. Феликс затянулся, выпустил дым в сторону фонаря, и тот заклубился в жёлтом свете, как дешёвый спецэффект из старого ужастика. Несколько секунд они молчали. Где-то вдалеке проехала машина, звук двигателя отразился от пустых складов и затих, растворённый ночью. — Ладно, – Феликс бросил окурок на асфальт и растёр носком ботинка. – Допустим, мы найдём этот столб. Допустим, там что-то есть. Что дальше? Ты собираешься предъявить Минхо? «О, привет, мы тут ночью покатались по трассе, нашли твой тайник, ты не против, если мы спросим, какого хрена?» — Примерно так. Блондин издал приглушённый стон. — Почему мне это на голову упало а не Хёнджину. Он обычно это всё черпает. — Хватит ныть, Ликс. — Мы даже не знаем, Ли Минхо - это его настоящее имя или погоняло! Мы идём в слепую, Джи! — Вот и узнаем. Или ты хочешь дождаться, пока этот блондинистый гад приведёт Брокера и всю их весёлую компанию прямо к нашему гаражу? Феликс ничего не ответил. Он вытащил из кармана пачку леденцов, которую, видимо, стащил у Сынмина, закинул один в рот и с хрустом раскусил. Этот звук в ночной тишине прозвучал как выстрел. — Поехали. Пока я не передумал и не оставил тебя здесь одного искать свои иголки. Остаток пути до границы между Седьмым и Восьмым Дистриктами пролетел быстрее, чем ожидал Джисон. Возможно, потому что мысли всё время крутились вокруг одного и того же, перемалывая каждое слово Югёма, каждую деталь их вылазки с Минхо, каждый его жест. Этот проклятый блондин, кажется, поселился у него в голове и категорически отказывался съезжать. Трасса между Седьмым и Восьмым оказалась именно такой, какой её описывал Югём. Длинная, прямая, как стрела, дорога, по обе стороны которой тянулись пустыри и редкие остовы недостроенных или заброшенных зданий. Фонарные столбы здесь действительно стояли часто, старые, бетонные, с покосившимися плафонами, которые едва горели, создавая островки тусклого оранжевого света посреди кромешной тьмы. — И который из них наш? – спросил Феликс, когда они сбросили скорость до минимума и теперь почти плелись по обочине, вглядываясь в каждый столб. – Тут их сотни, Джи. — Югём сказал, что видел его вчера. Может, остались следы. — Следы? Серьёзно? Ты у нас теперь следопыт? Может, ещё по запаху пойдём? — Заткнись и смотри по сторонам. — Я плакать щас начну. — Поплачь. Они проехали ещё с полкилометра, когда Феликс вдруг резко затормозил и указал на один из столбов. Тот стоял чуть в стороне от дороги, метрах в десяти от обочины, рядом с покосившимся дорожным знаком, который предупреждал о чём-то нечитаемом. — Смотри, – Ли показал на землю у основания столба. – Там что-то есть. — Ну это пакет, нет? Мусор обычный. — Я сейчас тебя упеку, – с каменным лицом сказал Ли, – Не тупи. Джисон спрыгнул с мотоцикла, оставив шлем болтаться на руле, и шагнул в сторону столба. Гравий захрустел под подошвами. Феликс последовал за ним, подсвечивая дорогу фонариком телефона, который вытащил из кармана, бормоча под нос что-то про «двух идиотов в ночи» и «почему я вообще с тобой поехал». У основания столба, присыпанный сухой землёй и парой жухлых листьев, лежал свёрток. Не пакет из-под чипсов, не смятая пачка сигарет. А аккуратный прямоугольный пакет, обмотанный чёрной изолентой, присыпанный гравием так, словно его специально прятали, но в спешке не заметили, что угол торчит наружу. — Ну, – сказал Феликс, глядя на свёрток, как на гремучую змею, – и кто из нас будет это открывать? — Ты приехал за компанию, вот и компанействуй, – Джисон присел на корточки и осторожно подцепил свёрток пальцами, взвесил в руке. Не тяжёлый. Что-то мягкое внутри. — Если это наркота, я за себя не ручаюсь, – предупредил Феликс, но присел рядом, направив свет фонарика точно на находку. Джисон стянул изоленту, стараясь не шуметь, хотя вокруг не было ни души, и развернул пакет. Внутри оказался сложенный в несколько раз лист бумаги, а в нём - старая, видавшая виды зажигалка Zippo и маленький ключ на цепочке. — Ну и что это за херня? – спросил Ли, беря в руки зажигалку и щёлкая колёсиком. Огонь вспыхнул с первого раза, жёлто-голубой, ровный. – Рабочая. — Ключ, – медленно произнёс Джисон, разглядывая находку, – и не похоже, что от двери. Скорее от ячейки. Камеры хранения или чего-то такого. — И что делать будем? В банк же не поедем!? — Можно... – Хан посмотрел на Феликса и сразу осёкся, – но я думаю идея плохая. — Записка есть? – перевёл тему Ли. — Да, что-то есть тут, – Джисон развернул записку, – «Товар Джо в пятой ячейке». — Можно я первый скажу? Спасибо. Это что за хуйня!? Мы пёрлись сюда, только ради того, чтобы посмотреть на этот ключик с зажигалкой и на бумажку для какого-то Джо? И это просто ключик от ячейки с наркотой!? Ветер с пустырей принёс запах сухой полыни и нагретого за день бетона. Джисон стоял на коленях у фонарного столба, вертел в пальцах цепочку с ключом, и в голове у него медленно, как старая шестерёнка, проворачивались мысли. — А если нет? — А что? Десять станций обойди, все ключи ты собери, путь к сердечку проложи!? – не унимался блондин. – Джисон, мы просто как дураки повелись и накрутили себя! — А если нет? – повторил Джисон, не слушая Феликса. Он поднялся, отряхнул колени от пыли и гравия. В голове шумело от тихого звона тревожных колокольчиков. Югём сказал, что Минхо вчера клал что-то под этот столб. Они нашли свёрток. Значит, Югём не соврал. По крайней мере в этом. И если Минхо связан с этим свёртком, то в нём может оказаться всё что угодно. — Ты слышал, что я сказал? – Феликс встал напротив и для убедительности помахал рукой перед лицом Джисона. – Я сказал - мы нашли ключ от ячейки с наркотой. Нар ко той. — Ты смотрел «Криминальное чтиво»? – вдруг спросил Джисон. — Что? При чём здесь Тарантино? — Там был чемодан. Все за ним охотились, все хотели знать, что внутри. И когда его открывали, там что-то светилось, но зрителям так и не показали. Знаешь почему? — Потому что Квентин Тарантино гений? – предположил Феликс, начиная злиться. — Нет. Потому что не всегда важно, что внутри. Важно, кто за этим приходит. Феликс замолчал, но не надолго. — Нет, Хан. – Ли явно понял, что тот хотел, – засады не будет. Нам завтра в универ. Поехали. — Погоди, – Джисон даже не двинулся с места, продолжая вертеть ключ в пальцах. Цепочка тихо звякала в ночной тишине. – Мы припёрлись сюда через полгорода, нашли реальную закладку, а ты хочешь просто развернуться и поехать домой? — Именно этого я и хочу! – Феликс всплеснул руками, и луч фонарика заметался по столбу, выхватывая из темноты то облупившуюся краску, то криво нацарапанное кем-то «Здесь был Ричард». – Джи, включи голову. Ты предлагаешь устроить засаду на того, кто придёт за этим ключом. А если это сам Минхо? Что ты ему скажешь? «Привет, мы тут мимо проезжали, нашли твою нычку, решили подождать, не хочешь ли чаю?» — Если он работал на Брокера, если он нас ведёт как пешек, я хочу увидеть его лицо, когда он поймёт, что мы не такие уж тупые. — О да, мы супер-умные, – ядовито протянул Ли, засовывая зажигалку обратно в свёрток и заворачивая его с преувеличенной аккуратностью. – Мы нашли ключ от ячейки с непонятно чем и теперь будем сидеть в кустах до утра, как два енота-переростка. Чан нас прибьёт. — Чан нас прибьёт в любом случае, – пожал плечами Джисон. – Вопрос только в том, за что именно. За то, что мы проебались всю ночь, или за то, что мы нашли что-то реально важное. Чувствуешь разницу? Феликс замолчал. Сунул свёрток обратно в ямку у основания столба, присыпал гравием. Потом выпрямился, отряхнул ладони и уставился на Джисона долгим, изучающим взглядом. Фонарь над ними загудел громче, словно сетуя на ночных нарушителей спокойствия. — Возможно, я скажу глупость, но это реальная правда. Ты просто хочешь убедиться, что он не предатель. — Чего!? Ты чё несёшь?! — Ну раз это не так, тогда поехали! — Полтора часа, Ликс, тебе же тоже интересно сто процентов. — Даже если и так. У меня самосохранение имеется. — Ликс, проси всё что хочешь! Но давай посидим тут пару часиков! — Ну-ка подожди, – блондин закрыл рот парню и всматривался в даль. — Ты чё? – возмутился Хан. — Сука, твою налево. — Та что ты... – шатен не успел договорить. Феликс повернул его голову и тот увидел приближающийся внедорожник. – Валим? — Поздно. Подыгрывай. Джисон даже не успел спросить, что значит «подыгрывай», когда белый внедорожник остановился рядом с ними. Фары на мгновение ослепили их, выхватив из темноты две фигуры у фонарного столба, два мотоцикла, припаркованных чуть поодаль, и затравленный блеск в глазах Джисона. — Какого хрена ты делаешь? – прошипел Хан, чувствуя, как сердце ухает куда-то в пятки. — Спасаю наши задницы, – так же тихо ответил Ли и, к полному изумлению Джисона, вдруг громко, с наигранным пьяным возмущением заорал в сторону машины: – Эй! Ты чё, слепой, что ли?! Тут люди, блин, по нужде присели, а ты слепишь! Джисон замер. В голове пронеслась короткая, но очень эмоциональная мысль о том, что Феликс определённо спятил. Окончательно и бесповоротно. Дверь внедорожника открылась. Из машины вышел мужчина. Высокий, плечистый, в тёмной ветровке без опознавательных знаков, с коротким ёжиком седых волос и лицом, которое словно забыло, как улыбаться. Лет пятьдесят, может, чуть больше. — Доброй ночи, – произнёс он ровным, почти вежливым голосом, который отчего-то напугал Джисона куда больше, чем если бы водитель заорал матом. – Проблемы? — Да какие проблемы? – Феликс всплеснул руками, продолжая ломать комедию. – Проблемы - это когда бензин на нуле, а до дома ещё пилить и пилить. А у нас просто привал. Экологический, блин, туризм. Изучаем придорожную флору. — Ночью? – мужчина прищурился, и его взгляд медленно, методично ощупал обоих парней. – Интересное время для ботаники. — А мы, знаете ли, орнитологи, – вдруг выпалил Джисон, и сам удивился тому, насколько ровно прозвучал его голос. – Совиный пик активности, всё такое. Вот, записываем крики. Не слышали? – он приложил ладонь к уху и на мгновение прикрыл глаза, изображая полную сосредоточенность. Феликс, стоя за его спиной, тихо выдохнул «господи». Мужчина молчал. Его глаза скользнули по мотоциклам, по одежде парней, по фонарному столбу, у основания которого они только что прятали свёрток. У Джисона прокралась мысль, что этот мужик явно приехал за ним. — Студенты, значит? – наконец произнёс он. — Ага, – Феликс кивнул с энтузиазмом человека, которому нечего скрывать. – Биологический факультет. У нас практика полевая, ночная. — И в каком университете? — В Далласском государственном, – не моргнув глазом соврал Джисон. – Кафедра зоологии позвоночных. Может, слышали? Мужчина чуть склонил голову набок, разглядывая их с выражением, которое сложно было расшифровать. То ли он им не верил, то ли просто прикидывал, стоят ли эти двое того, чтобы тратить на них время. — У фонарного столба практика? На трассе между Дистриктами? — Ну а что делать? – Феликс развёл руками с видом человека, чья профессия полна неожиданных трудностей. – Совы, они, знаете ли, не спрашивают, где удобнее парковаться. Летят, куда летят. А мы за ними. Наука требует жертв. — Допустим, – произнёс мужчина после долгой паузы. Голос у него был глухой, как будто слова проходили через слой ваты, прежде чем вырваться наружу. У Джисона всё в узел связалось, а Феликс держался с такой лёгкостью, что позавидовать можно. То ли актёрский талант внезапно проснулся, то ли адреналин так бил в голову, что все остальные инстинкты, включая самосохранение, временно отключились. — А вы сами-то? – Феликс шагнул чуть в сторону, заслоняя собой столб, и жест этот вышел на удивление естественным, будто он просто потянулся размять затёкшие ноги. – Тоже орнитолог? Или просто любитель ночных покатушек по безлюдным трассам? Мужчина хмыкнул. Потом обвёл взглядом пустырь, мотоциклы и, видимо, приняв какое-то решение, которое не требовало дальнейшего диалога с двумя "студентами", снова посмотрел на столб. — Это вы бросили? Джисон проследил за его взглядом и почувствовал, как внутри всё обрывается. Свёрток был всё ещё частично присыпан гравием, но угол чёрной изоленты предательски поблёскивал в свете фар внедорожника. — Это? – Хан мотнул головой, стараясь говорить ровно. – Нет, это не наше. Мусор какой-то. Тут, знаете, вообще много мусора. Люди свиньи, вечно бросают что попало. Он говорил и понимал, как жалко это звучит, но делать нечего. — Мусор, – повторил он и кивнул. – Ну, тогда я его выкину. Не хорошо, если останется. — Да, да, можете выкинуть. – закивал головой Ли, как болванчик и обратился к Джисону, – Ты сфоткал ту сову? — Что? А, да, конечно. Весь материал у нас, можем ехать. Мужчина не ответил. Он просто подошёл к столбу, тяжело ступая по гравию, и одним движением подцепил свёрток носком ботинка. — Бывает же, – произнёс мужчина, засовывая свёрток в карман ветровки. – Едешь мусор выбросить, а находишь чужой. Экология - дело такое. — Вот и мы о том же, – поддакнул Феликс с энтузиазмом, который явно стоил ему всех оставшихся нервных клеток. – Каждый должен внести свой вклад. Джисон молчал. Он смотрел, как ключ, записка и зажигалка исчезают в кармане незнакомца, и чувствовал, как внутри разгорается злость пополам с отчаянием. Вот они и просрали всё, что было у них. — Ладно, студенты, – мужчина развернулся к своей машине. – Советую вам заканчивать с ночной практикой. В этих местах небезопасно. Совы совами, а контингент тут… разный. — Непременно, – отозвался Феликс, уже пятясь к мотоциклам и утягивая Джисона за рукав. – Спасибо за заботу. Хорошей ночи. Хлопнула дверь внедорожника. Двигатель взревел, фары качнулись, разворачиваясь, и машина ушла в сторону Седьмого Дистрикта так же бесшумно, как и появилась, если не считать гула мотора, который ещё несколько минут эхом отдавался в ночной тишине. Джисон стоял, глядя вслед удаляющимся габаритным огням, пока те не превратились в две красные точки на горизонте. — С тебя целый банкет. – выдохнул Ликс и направился к своему байку. – Валим, Джисон, валим. Хватит стоять, как мёртвый. — Ликс, он замешен в этом. — Я прекрасно это понимаю.