Часть 3
3 мая 2026 г., 14:43
Бассейн.
Она не плавала в этом бассейне ни разу. Даже когда была замужем.
А сейчас стоит на бортике. Воды нет — слили на зиму. Где-то на дне — прошлогодние листья и одна туфля (её, чёрная лодочка, потерялась в ту ночь, когда они ссорились, и она кинула в него этой туфлей).
Лиза спускается по лесенке. Идёт по дну. Туфля хлюпает под ногой — мокрая до сих пор, хотя дождей не было неделю.
Здесь он хотел научить её плавать.
— Я утону — сказала она тогда, смеясь.
— Я не дам — ответил он. И добавил тише, себе под нос: — Никогда.
Она не утонула. Они развелись.
Лиза поднимает туфлю. Кладёт в сумку — зачем, сама не знает. Потом садится на край пустой чаши.
Вспоминает, как однажды ночью они сидели здесь же, болтая ногами в воде. Майкл включил подсветку — бассейн, засветился синим, как океан в кино.
— Представь, что мы на необитаемом острове, — сказал он.
— Ты бы меня съел, — ответила она.
— Я бы скорее умер с голоду.
И поцеловал её. Медленно. Так, будто у них впереди вечность.
Теперь вечность кончилась. Он кончился. А бассейн стоит пустой.
Лиза достаёт телефон. Набирает его номер — тот, старый, отключённый год назад.
«Я стою в нашем бассейне. Ты обещал, что не дашь мне утонуть. Солгал.»
Не отправляет. Конечно. Просто смотрит на текст. Потом стирает.
Из Грейсленда её ждёт машина. В гараже — коробка из-под обуви. В коробке — его перчатка с одной стразинкой, которая всё ещё блестит. И салфетка:
«Я безумно тебя люблю. Козявка»
Она написала это на салфетке в ресторане, когда никто не видел. Спрятала в карман его пиджака. Глупо, по-детски — словно им снова по семнадцать, а не за тридцать с двумя разводами на двоих.
Им следовало бы поговорить. По-настоящему. Но Джексоны не разговаривают, а Пресли пьют молча. Они встретятся ещё через две недели. В комнате, пахнущей лаком для волос и страхом.
