A change in time

Когда следующим утром Гермиона спустилась к завтраку, её встретил уютный запах блинчиков, смешивающийся с насыщенным ароматом свежесваренного кофе. Она потёрла глаза, сходя с последней ступеньки, и потянулась, входя на кухню. Там её ждало зрелище Гарри и Рона, стоящих у плиты и спорящих из-за бекона. — По-моему, он уже вполне готов, — заметила Гермиона, наблюдая, как оба виновато повернулись в её сторону. Гарри торжествующе ухмыльнулся. — Вот! Я же говорил! Если бы всё зависело от тебя, на завтрак у нас был бы только сгоревший уголь. Рон изобразил ужас, вскинув руки в притворном поражении. — Ладно, Поттер. Полагаю, ты прав, — поддразнил он. — Значит, теперь мы можем всё это съесть? Гермиона тихо рассмеялась, чувствуя, как настроение понемногу улучшается. Взмахом палочки она накрыла на стол: тарелки, чашки и приборы аккуратно появились перед ними. Когда все уселись, Гарри посмотрел на неё уже серьёзнее, нахмурившись от беспокойства. — Как ты, Гермиона? — мягко спросил он. — Я утром поговорил с Драко, и он рассказал мне обо всём. Прости, что нас не было рядом. Нас вызвали на работу. Это уже второе стихийное бедствие за месяц. Нас попросили помочь определить источник магии — на случай, если итальянскому Министерству понадобится поддержка. — Я в порядке, — с лёгкой улыбкой ответила она, стараясь звучать убедительнее, чем чувствовала себя на самом деле. — Просто немного потрясена всем этим. Но, эй… что за свидание без пары торнадо? — А как насчёт Оливера? — осторожно спросил Рон, кладя ей на тарелку несколько полосок бекона. — Мы и про него слышали. Улыбка Гермионы дрогнула, когда воспоминания о вчерашнем вечере вновь нахлынули на неё. Тогда ей казалось, что всё в порядке — она была полна решимости двигаться дальше. Но ночью, лёжа без сна, она снова и снова прокручивала произошедшее, разбирая каждую деталь. — Даже не знаю, что сказать, — призналась она, и голос прозвучал слабее, чем ей хотелось. — Наверное, с одной стороны, я рада, что узнала сейчас, какой он на самом деле. Представляете, что было бы, если бы он узнал о Скорпиусе? Он бы наверняка бросил меня сразу же только из-за того, кто его отец. Но в то же время… не понимаю, как я не заметила этого раньше. Такие мужчины, как он, ненавидят, когда женщины стремятся вперёд. Когда мы в чём-то лучше них, они чувствуют угрозу. Ему не нравилось, что я хотела помочь людям в том городе, потому что он решил, будто я просто ищу внимания. Её голос дрогнул, и она сделала глубокий вдох. — Больше всего меня задевает то, что до этого свидания он казался настоящим джентльменом. Ему будто бы было всё равно на мои достижения, карьеру… Я правда думала, что у нас есть шанс. Правда. Лицо Гарри смягчилось, и он обнял её за плечи. — Он идиот, — твёрдо сказал Гарри. — И если бы Джинни узнала, что он так с тобой обращался… ну, какой бы пугающей она ни была, мне нравится, как она борется за то, что считает правильным. Она вспыльчивая, умеет постоять за себя. И я ни за что не хотел бы это изменить. Рон согласно кивнул. — Я всегда уважал тебя, Гермиона. Не только как бывшую девушку, но и как лучшего друга. Забудь всё, что сказал этот придурок. Ты заслуживаешь куда большего. Ком подступил к её горлу. Их слова были такими добрыми, так много для неё значили… но всё же не могли до конца заглушить ту тревожную неуверенность, что поселилась внутри. — А что, если я этого так и не найду? — тихо прошептала она, прежде чем успела остановить себя. — Вы оба так счастливы в своих отношениях. А вдруг я просто не создана для любви? Есть столько замечательных людей, которые остались одни. Взять хотя бы МакГонагалл. Она такая сильная… но была одна. Голос Гарри стал мягче. — МакГонагалл любила, Гермиона. Дважды. Она любила маггла, но не смогла отказаться ради него от своей жизни. А потом полюбила волшебника — того, за кого вышла замуж. То, что человек не нашёл любовь так, как ожидал, не значит, что он её не заслуживал. Запомни это. Может быть, ты уже встретила мужчину, за которого выйдешь замуж. А может, встретишь его совсем скоро. Но что бы ни случилось, мы с Роном всегда будем рядом. И если кто-то не способен увидеть, какой ты потрясающий человек — это их потеря. На губах Гермионы появилась маленькая благодарная улыбка, хотя тревога внутри всё ещё не исчезла окончательно. — Я знаю, — тихо сказала она, сглотнув. — Но иногда мне кажется, что это просто не для меня. Любовь, я имею в виду. Будто эта карта мне не выпала. — Ты ошибаешься, — твёрдо сказал Рон. — И если тебе станет хоть немного легче, я с удовольствием потрачу всю свою энергию на то, чтобы ты никогда не чувствовала себя одинокой. Тебе от нас не избавиться, хочешь ты того или нет. Гермиона тихо рассмеялась, чувствуя, как тяжесть на груди немного ослабевает. — Что ж, это как раз то, против чего я ничего не имею, — поддразнила она. — Вы двое, наверное, единственные, кто способен заставить меня смеяться посреди всего этого кошмара. Над столом повисла пауза. Каждый из них погрузился в собственные мысли. Спустя несколько мгновений тишину нарушила Гермиона. — А где дети? — спросила она, заметив непривычную тишину в доме с самого пробуждения. — Играют с Драко во что-то на заднем дворе, — ответил Гарри, качая головой с улыбкой. — Честно, волшебные игры, которые они придумывают, просто невероятны. Понятия не имею, как им это удаётся. Гермиона невольно ощутила лёгкий укол зависти. Она выросла на маггловских играх, и хотя они были весёлыми, им было далеко до той магической фантазии, которой обладали дети волшебников. Создавать целые миры лишь силой воображения и палочки — такого у неё никогда не было. — Хотела бы я иметь такие игры в детстве, — тихо пробормотала она, глянув в окно на играющих детей. — Это странно. Мне нравится, что у них есть всё это… но иногда хочется, чтобы у меня тоже были такие воспоминания. Лицо Рона смягчилось — он понимал её чувства. — Понимаю. Правда. Но посмотри на них сейчас. Им повезло иметь оба мира — маггловский и магический. Гермиона молча кивнула, возвращаясь мыслями к более важному. — Я знаю, что официально вы вроде как не должны меня расспрашивать о торнадо, но, думаю, будет полезно, если я всё проговорю вслух. Возможно, это поможет нам лучше понять, что произошло… и как не допустить этого снова. Гарри призвал перо и пергамент, готовясь делать заметки. — Ты видела, откуда оно появилось? — спросил он. Она покачала головой, нахмурившись от сосредоточенности. — Оно двигалось с юга, но я не видела момента появления. Я заметила его только после того, как Оливер указал на него. К тому времени оно уже разрушало город и шло прямо на нас. Голос Рона был мягким, но настойчивым. — Ты чувствовала что-нибудь необычное? Какой-нибудь магический резонанс? Гермиона замолчала, мысленно возвращаясь к тому моменту, когда появился торнадо. — Да, — наконец произнесла она, и голос её стал твёрже. — Это не было природным явлением. У него был магический отпечаток. Нечто… совершенно не похожее ни на что, что я ощущала раньше. Оно словно было живым. Это был не просто погодный феномен. Им… управляли. Гарри быстро записал её слова. — Думаешь, кто-то действительно контролировал его? — Не знаю, — призналась Гермиона, глубоко нахмурившись. — Но тот, кто это сделал, использовал источник силы, намного превосходящий то, чем должен обладать один человек. Магия была чем-то усилена. Словно проходила через что-то… или через кого-то. Рон и Гарри переглянулись, и понимание одновременно мелькнуло у обоих. Первым заговорил Гарри — тихо, но напряжённо: — Ограбление Гринготтса. Это связано. Гермиона мрачно кивнула. — Должно быть связано. Мы знаем из воспоминаний, что таких атак было несколько. Если мы выясним, какие предметы способны настолько усиливать магию, у нас появится шанс понять, как остановить это, прежде чем всё распространится ещё дальше. И нам нужно выяснить, кто за этим стоит. Рон подался вперёд, решительно сжав челюсть. — Я помогу. Мы с Гарри сегодня отправимся в исследовательский отдел аврората. Посмотрим, что удастся найти. Если обнаружим что-нибудь важное — сразу сообщим тебе. Гермиона улыбнулась, и в её голосе вновь мелькнуло привычное чувство юмора. — Только посмотрите на вас — добровольно вызвались читать! Вот уж действительно неожиданный поворот по сравнению с тем, какими вы были в двенадцать. Рон ухмыльнулся в ответ. — Только сама не перечитай слишком много книг, пока нас не будет. У тебя есть дурная привычка делать именно это. Гарри закатил глаза, но в них светилась тёплая привязанность. — Доедай завтрак, Грейнджер, — поддразнил он. — А то в следующий раз мы, может быть, и не захотим тебе помогать. Гермиона легко толкнула его плечом, широко улыбаясь, и снова посмотрела в тарелку. Несмотря на всё, что давило на неё, одно она знала точно — в этой борьбе она не одна. И это, по крайней мере, стоило того, чтобы держаться за него всеми силами.

***

Гермиона устало обмякла в кресле, потирая виски, пока тупая головная боль пульсировала где-то за глазами. Она провела на работе уже несколько часов; утро незаметно перетекло в день, и, несмотря на то что до конца смены оставалось ещё немало времени, ей отчаянно хотелось просто отключиться от всего происходящего. Ей нужен был перерыв — настоящий перерыв, — но всё, что оставалось, это заставлять себя двигаться дальше. Сейчас не было времени на слабость. Не тогда, когда вокруг творилось такое. Рассеянно она потянулась к газете, которую утром оставили на её столе. Заголовок сразу привлёк внимание, и Гермиона откинулась на спинку кресла, пробегая глазами по строчкам, пока разум постепенно осознавал смысл написанного. Англия больше не единственная жертва неестественной атаки Джейн Эпсон Несколько недель назад Англию потрясло землетрясение, однако теперь становится очевидно, что мы были лишь первыми в череде подобных катастроф. По сообщениям источников, прошлой ночью во Флоренции, Италия, произошёл торнадо. И хотя за последнее десятилетие в стране фиксировались подобные явления, ни одно из них не достигало масштабов случившегося вчера. Согласно сообщениям, на месте происшествия также находились Гермиона Грейнджер и Оливер Вуд, которые вместе с итальянскими аврорами приняли участие в уничтожении торнадо. Хотя мисс Грейнджер уже давно известна своими героическими поступками, кажется крайне подозрительным совпадением, что смерч возник именно там, где в тот момент находилась она. Так неужели кто-то охотится за героиней войны? Или же она знает куда больше о том, кто на самом деле стоит за этими хаотичными происшествиями, чем готова признать? Итальянские власти, как и наше собственное правительство, пытаются держать произошедшее в строжайшем секрете, стремясь успокоить общественность. Однако этот репортёр задаётся вопросом: как нам сохранять спокойствие, если это лишь первое из целой серии событий? Если перед нами новая угроза, разве мы не заслуживаем знать, с чем столкнулись? Во время бесед с несколькими сотрудниками Министерства в попытке получить больше ответов мне стало ясно: все они чрезвычайно дипломатичны в своих высказываниях и стараются подавить стремление общества узнать правду о происходящем. «Да, сейчас непростые времена, но мы должны помнить, что Министерство стремится лишь защитить население», — заявил Перси Уизли, помощник министра. — «Мы пережили две войны и стали только сильнее. Мы должны верить в себя и друг в друга. Если мы перестанем видеть добро и свет в окружающих, то рискуем привести мир к несчастью и разрушению. Сейчас как никогда важно показать, что общество способно преодолеть трудности и снова выйти победителем». Если это не политический ответ, то я не знаю, что тогда им является. Остальные источники утверждают примерно то же самое. И после вчерашней атаки стоит признать: мы по-прежнему не приблизились к истине о происходящем. Если мы не можем доверять собственному правительству, то кому тогда вообще можно доверять? Когда я вновь обращусь к вам, дорогие читатели, я надеюсь, что у нас будет больше ответов — прежде чем мир окончательно погрузится в недоверие и бедствия. Гермиона закрыла глаза. Она понимала, почему люди злятся. Правда понимала. Но если рассказать миру правду, это лишь вызовет ещё большую панику, чем та, что уже охватила общество. К тому же правительства всегда скрывали что-то от своих граждан. Шпионаж во время мировых войн, машина Тьюринга… и кто знает, что ещё. Конечно, неправильно, когда небольшая группа людей решает, что именно знать остальным, но правда могла подвергнуть опасности её семью — а на такой риск она не была готова пойти. Не только ради Скорпиуса, но и ради Хьюго с Джеймсом. И она знала, что остальные чувствуют то же самое. Но было и кое-что другое, тревожащее её сильнее. Газета намекала, что её присутствие могло стать причиной нападения. Гермиона нахмурилась, внезапно осознав, что в этой теории может быть крупица правды. И именно это пугало её больше всего. Если это действительно так… значит, она отчасти виновата в случившемся. Раньше они даже не рассматривали такую возможность, потому что у неё не было ни единой зацепки, связывающей их с другой стороной происходящего. Но теперь связь всё же существовала — из-за детей, вернувшихся из будущего. И если тот, кто стоял за атаками, хотя бы подозревал, что она как-то причастна ко всему этому, то именно поэтому прошлой ночью и был вызван торнадо. Но тогда возникал вопрос: почему ждать, пока она окажется в другой стране? Чтобы лишить её быстрой помощи? Или чтобы посеять страх ещё и в другом государстве, расширяя своё влияние и демонстрируя силу? А может… всё это всё-таки было лишь чудовищным совпадением, как они думали сначала? Её брови сошлись на переносице, пока мысли в голове крутились всё быстрее в попытке сложить происходящее в единую картину. — Если будешь думать ещё усерднее, Грейнджер, у тебя голова взорвётся, — произнёс незнакомый голос. Гермиона вздрогнула, выныривая из мыслей, и удивлённо подняла глаза, чтобы увидеть нарушителя своего редкого одиночества. В дверном проёме, прислонившись плечом к косяку и ухмыляясь, стоял Забини. Она жестом пригласила его войти. Он закрыл за собой дверь и устроился напротив неё, лениво откинувшись на спинку стула и закинув ноги на её стол. Одного раздражённого взгляда Гермионы хватило, чтобы он тут же убрал их. — Что ты здесь делаешь? — спросила она довольно прямо. — Хотел узнать, как ты, — ответил он, скрестив руки на груди. — И заодно повидаться с моей любимой гриффиндоркой. — Мы буквально познакомились только вчера, — заметила Гермиона. И это было правдой. Несмотря на семь лет, проведённых в одной школе, у них никогда не было причин общаться. Вчерашний день стал их первым настоящим разговором. Он ухмыльнулся. — Знаю. Но в тебе есть что-то, что мне нравится, Грейнджер. Искра. Характер. Темперамент. Теперь я прекрасно понимаю, почему Драко так тобой увлечён. Она чуть не поперхнулась воздухом. — Что значит «увлечён»? Мы едва ли друзья, не говоря уже о чём-то большем. Ты совершенно неправильно всё понял, Забини. Он посмотрел на неё так, будто ни капли не поверил, но тему развивать не стал. — Так ты пришёл сюда только ради того, чтобы увидеть меня? — спросила она, прекрасно понимая, что это маловероятно. Он покачал головой. — У меня ужин с девушкой, но она освободится только через десять минут. Вот я и решил заглянуть к тебе, чтобы как-то убить время. Гермиона улыбнулась. — Я и не знала, что ты с кем-то встречаешься! Кто она? — Дафна Гринграсс. Она работает медиведьмой на третьем этаже, — при упоминании её имени на лице Забини появилась мягкая улыбка. — Мы вместе уже почти три года. — Это замечательно! — искренне обрадовалась Гермиона. — И что вы собираетесь делать сегодня вечером, если не секрет? — Я приготовил для неё ужин, — загадочно ответил он. — Но она ничего не знает. Думает, что мы идём в «Дырявый котёл» — место, которое она терпеть не может, но всё равно соглашается, потому что там быстро обслуживают. Я скажу, что нам нужно заехать ко мне кое-что забрать… а потом устрою сюрприз. — Смотри-ка, какой скрытый романтик, — поддразнила она, неожиданно легко чувствуя себя рядом с другом отца своего сына. — Она счастливая женщина. — Спасибо, — мягко ответил он. — Я подумываю скоро сделать ей предложение. Но мы так и не обсудили по-настоящему, хотим ли мы семью, понимаешь? Она кивнула. — Понимаю. Думаю, вам стоит поговорить об этом. Чтобы убедиться, что вы оба хотите одного и того же от отношений. — Очень мудрый совет, Грейнджер. Хотя не знаю, почему я вообще удивлён, — усмехнулся он. — Но перед тем как уйти к своей девушке, я всё же скажу тебе одну вещь. Несмотря на те странные убеждения, которые вы с Драко себе внушили насчёт вашего будущего, не позволяйте им определять, чего вы хотите от жизни. Вы уже однажды влюбились друг в друга. И, возможно, это произошло не просто так. Дай ему шанс — и вы можете оказаться куда более совместимыми, чем думаете. Гермиона лишь недоверчиво покачала головой, прощаясь со своим новым знакомым, пока его слова эхом звучали у неё в голове. Несмотря на всё, о чём они с Драко договорились раньше, казалось, все вокруг были уверены, что они совершают ошибку. Посмотрев на часы и поняв, что её перерыв закончился, Гермиона поднялась, решительно отталкивая все эти мысли прочь. Сейчас её внимание должно было принадлежать только работе, семье… и тому, что, чёрт возьми, пыталось разрушить этот мир.