Всё на своих местах

             После разговора с Татьяной прошла неделя. Всю эту неделю Аня была настолько занята, что не успевала вообще ничего, даже нормально спать. Несколько интервью, мастер-классы, тренировки, в которые она добавила больше интенсивности, и, наконец, небольшая подготовка к финалу Российского Гран-При, на котором ей предстояло работать в качестве комментатора. В общем, неделя выдалась сложной, но она не жаловалась, так как её радовало, что почти некогда было думать о предстоящем «Stars on Ice».       Спустя пару дней после общения с Татьяной, она ответила на официальное приглашение, направив своё согласие на участие. Как только решение было получено американской стороной, ей в ответ пришло письмо о том, что проект контракта вышлют в конце месяца, который нужно подписать простой ЭЦП и также отправить обратно. Все детали будут прописаны, а, если возникнут какие-то вопросы, то их можно будет уточнить напрямую у организатора и генерального спонсора шоу. Всё выглядело довольно просто, но Ане не хотелось бы дополнительно с кем-то разговаривать, она надеялась, что все интересующие её моменты будет содержать в себе контракт.       Однако всё же больше девушку волновал тот факт, что она до сих пор не рассказала про это шоу ни семье, ни менеджеру, ни Федерации — в курсе была по-прежнему только Саша. К слову, Игнатовой она сообщила о том, что приняла приглашение, наткнувшись в ответ на крепкие объятия подруги и поздравления. Аня понимала, что затягивать особого смысла не было – в любом случае решение уже принято и менять она его совсем не собиралась, но почему-то собраться с мыслями и рассказать тоже не получалось. Однако Щербакова успокаивала себя тем, что за эту неделю ей совсем некогда было просто увидеться с родными, не говоря уже о каком-то важном разговоре, ведь очевидно, что такую новость «где-то между делом» не озвучишь, поэтому она просто ждала того самого подходящего момента, тем более пока время позволяло.       Всю эту неделю Анна почти не думала о шоу, но сейчас, находясь в самолёте до Челябинска, и смотря на удаляющиеся огни аэропорта Внуково, она снова утопала в пучине мыслей, теперь уже размышляя как рассказать о нём не родителям, нет, и даже не Юле, а Федерации. И вроде она всё прекрасно понимала – юридических проблем быть не должно, но в Федерации сидели довольно умные и ушлые люди, умеющие и без буквы закона создать далеко не выгодные условия для этой поездки, если посчитают, что это хоть как-то может навредить репутации всей сборной. Возможное давление и манипуляции не были чем-то новым для верхушки этого мира. И Аня знала это лучше всех.       Щербакова прикрыла глаза, пытаясь не накручивать себя негативными мыслями, а лучше немного поспать. Лететь предстояло чуть больше двух часов и, конечно, полноценного сна не выйдет, ну и какой полноценный сон в самолёте, пусть и в бизнес-классе, но хотя бы вздремнуть было более чем реально. Летела она одна, так как вся делегация уже несколько дней находилась в Челябинске, начиная с соревнований юниоров, поэтому ей никто не мешал. Аня достала из кармана наушники и негромко включила какую-то спокойную музыку, стараясь расслабиться. И, на удивление, у неё получилось – буквально через десять минут она провалилась в сон.

☆☆☆

      Утренний Челябинск встретил Аню снегопадом и ледяным ветром. Несмотря на всего лишь двухчасовой сон в самолёте Щербакова чувствовала себя вполне сносно, хотя телефон показывал всего 10:37 утра, а в Москве и вовсе было на два часа меньше. Стоя у выхода из аэропорта, она слегка поёжилась, вжимая голову в плечи и сильнее закуталась в тёплый шарф, параллельно высматривая нужную машину на парковке. Как только девушка заприметила чёрный минивэн, то почти бегом направилась в его сторону, убирая телефон в карман. Она прилетела всего на три дня, поэтому вещей было взято по минимуму и все они отлично уместились в её объёмный спортивный рюкзак, который Аня всегда брала в небольшие поездки, дабы не таскаться с чемоданом и избежать потенциальных проблем с багажом. Тем временем, машина остановилась на парковке, аккурат около того места, куда она подошла, и буквально сразу же из неё вышел водитель.       – Доброе утро, Анна, прошу, - он открыл ей дверь машины, и Аня быстро запрыгнула вовнутрь, чувствуя, что уже начала замерзать. – Меня зовут Роман, и я буду вас сопровождать эти три дня. – Он слегка улыбнулся и кивнул ей.       – Доброе утро, Роман, спасибо, – ответила она, глядя на водителя из машины.       Закрыв дверь Роман вернулся на водительское сидение, и машина плавно отъехала от аэропорта. Удобно уместившись, Щербакова смотрела в окно, за которым, учитывая раннее утро выходного дня, было ожидаемо пусто. Ехать до отеля было недолго, каких-то пятнадцать минут, а по пустым улицам и того меньше. Быстро достав из кармана телефон, девушка написала в семейный чат о том, что приземлилась и уже на пути в отель. Далее, она открыла расписание, которое выслали организаторы и поняла, что вполне успевает не только принять душ и поесть, что, несомненно, радовало, так как работа в прямом эфире отнимала у Ани сил побольше самого тяжёлого проката произвольной и оставаться голодной было нельзя, но и отдохнуть после перелёта. На официальную тренировку участников её в этот день не ждали – утренняя была назначена на десять – поэтому и прилетела она специально чуть позже, планируя появиться на арене ближе к самим соревнованиям, начало которых было запланировано на 15:00, но работать она начинала с 17:00 на короткой программе женской части турнира.       В этот момент минивэн остановился на парковке отеля, в который поселили всех, кто работает на финале. Роман вышел и, оббежав машину, открыл заднюю дверь, выпуская Аню. Как только девушка ступила на землю, её обдало холодным уральским ветром, от которого в миг пробрало до костей. «Да уж, ну и холодина, а вроде весна уже».       – Анна, здесь написан мой номер телефона, – сказал он, протягивая Ане небольшой листок, сложенный вдвое, – На случай экстренной ситуации. – Она лишь кивнула, забирая листок из его рук. – Ваш у меня есть, расписание я знаю, но если что, то я на связи. Сегодня буду ровно в 16:00 ждать вас здесь, арена недалеко, доберёмся быстро. – Роман говорил уверенно, смотря прямиком на Анну. – Тогда до встречи, там вас уже ждут, – он махнул рукой в сторону главного входа в отель.       – Хорошо, я поняла, – почти на автомате проговорила Щербакова. – До встречи, – она заставила себя улыбнуться, хотя уже почти стучала зубами от холода. Несколько промахнулась она с выбором одежды для суровой уральской весны.       Аня буквально рванула ко входу в отель, чуть не поскользнувшись по пути. Зайдя внутрь, она шумно выдохнула, всё ещё ощущая покалывание в пальцах. Несильно встряхнув головой, Анна направилась к администратору за стойкой. Подойдя на ресепшн, она не успела и рта раскрыть, как девушка с длинными белокурыми волосами, стоящая за стойкой, начала тараторить:       – Доброе утро, Анна Станиславовна! Мы очень рады вашему приезду в наш отель. Ваш номер уже полностью готов, мне нужен только ваш паспорт для регистрации. – Карина, как было написано на её бейдже, улыбалась белоснежной улыбкой во все тридцать два зуба, смотря на Аню не то с интересом, не то с восхищением.       Щербакова в ответ лишь немного улыбнулась, доставая из сумки паспорт и протягивая его администратору. Та, в свою очередь, открыла документ и начала вбивать данные в компьютер. Спустя пару минут Карина вернула ей паспорт, одновременно вручая ключ-карту от номера и какой-то листок.       – Готово, ваш номер 207, это второй этаж, также возьмите на всякий случай – здесь указаны все важные номера телефонов, если что-то пойдёт не так, – девушка снова ослепительно улыбнулась, – Хорошо вам провести время в нашем отеле. – Аня не успела ничего сказать в ответ, как Карина в два шага оказалась около неё. – Пройдёмте, я вас провожу в номер. – Щербакова кивнула, прошептав «спасибо», забирая паспорт, карту от номера и листок, а потом двинулась вслед за администратором.       Пройдя немного вперёд от стойки ресепшн, они завернули за угол, попадая прямиком к лестнице. Спокойно поднявшись на второй этаж, они сразу вышли в длинный коридор. Карина уверенно шла, явно направляясь в самый его конец, Аня же молча следовала за ней. Дойдя до предпоследней двери на этаже с золотыми цифрами «207» на двери, администратор развернулась к Ане.       – Мы на месте, ваш номер, – блондинка открыла дверь своим ключом, пропуская Аню вперёд. – Я вас оставлю, отдыхайте. Если что-то понадобится, то телефон на тумбочке, номера я вам дала. – И, не дожидаясь ответа от Щербаковой, Карина последний раз улыбнулась и вышла из номера, аккуратно закрывая за собой дверь.       Оказавшись одна, Щербакова вдохнула полной грудью, чувствуя, что всё же небольшая усталость накрывает её. Аня быстро скинула рюкзак на комод, сняла ботинки, разделась, убирая одежду и обувь в шкаф, и мельком окинула взглядом номер: просторная комната с кухонной зоной со столом и чайными принадлежностями, шкаф-купе на входе с дверью-зеркалом, там же и дверь в ванную комнату, большая кровать и пару небольших тумбочек по обе стороны от неё, напротив кровати, на стене, висел гигантский плазменный телевизор. Во всём номере преобладали два оттенка – тёмно-коричневый и бежевый, что создавало идеальный переход. Аня не была избалованной, требуя роскошные номера люкс – ей вполне хватало классических номеров в большинстве отелей и этот номер не был исключением. Ей было здесь комфортно, а это самое главное.       Решив больше не терять время, девушка схватила телефон, глядя на время, а заодно и проверяя уведомления. Экран ярко показывал 11:33 – времени было ещё предостаточно, поэтому она открыла семейный чат и, быстро щёлкнув себя в зеркале, отправила фото с подписью «Заселилась, немного посплю и выезжаю на арену». Дождавшись, когда кто-то из домашних ответит, а это оказалась старшая сестра Инна, она тут же бросила телефон на кровать, на ходу снимая с себя всю одежду – не терпелось оказаться в душе. Включив свет в ванной, она зашла внутрь, понимая, что и это пространство не обошлось без цветовой гаммы всего номера. Легко усмехнувшись, Аня увидела, что на крючке висят пару халатов, один из которых сейчас был ей очень кстати. Переступив через порог душевой кабины, девушка включила тёплую воду и закрыла глаза, отдаваясь этому процессу.       Когда Аня вышла из душа, буквально утопая в огромном махровом халате, на часах уже было 12:13 – больше получаса она стояла под струями тёплой воды и просто дышала – размеренно и полной грудью – наслаждаясь уединением. Щербакова подошла к кровати и рухнула на неё, развалившись в позе звезды и глядя в потолок. Нащупав левой рукой телефон, она быстро проверила все социальные сети, особо не вникая в большинство сообщений, убедилась, что ничего важного не приходило и снова отбросила его куда-то в покрывало. Она могла бы лежать так целую вечность, если бы не её желудок, который слишком громко требовал еды. И только в этот момент Аня поняла, что действительно очень голодна. А потому, соскочив с кровати, она принялась приводить себя в порядок, а точнее свои волосы, которые спадали тяжёлыми мокрыми прядями прямо на халат, оставляя влажные следы на нём. Просушив волосы, Щербакова достала из рюкзака лёгкий костюм с кедами и, ловко переодевшись, почти выбежала из номера, прихватив карту и телефон. Спустившись на первый этаж, она заприметила блондинистую голову и пошла прямо к ней.       – Карина, а вы мне не подскажите, где здесь ресторан? – Поравнявшись с ней спросила Аня.       – Конечно подскажу, – Карина снова улыбалась. – И даже провожу, идёмте, – она сделала шаг в сторону, но Аня её остановила.       – Не стоит, правда, я сама, вы мне только скажите, куда идти, – Аня легко улыбнулась, смотря на неё.       – Хорошо, как скажите, смотрите, – блондинка немного повернула голову в противоположную сторону от лестницы, – Сейчас по коридору прямо, до поворота, потом поворот направо и ещё немного прямо – вы поймёте по вывеске и входу. – Карина замолчала и посмотрела на Аню.       – Благодарю, я вас поняла. Хорошего дня вам, – и с этими словами Щербакова пошла по указанному пути, думая только о том, как же хочется есть.       Ресторан девушка нашла быстро, сразу же понимая, что обед совсем недавно начался. Зайдя внутрь, Аня взглядом нашла немного отдалённый от всех свободный стол, подошла к нему, оставляя телефон и ключ, и тут же развернулась за едой. Щербакова взяла поднос и методично накладывала на него что-то похожее на обычный для себя обед – немного пасты с креветками и соусом, лёгкий салат с курицей, запечёнными овощами и кускусом и чашку американо. Сев за стол с полным подносом еды, она начала потихоньку есть, рассматривая пространство ресторана – цветовая гамма была всё той же, соблюдая минимализм. Места было довольно много, и сейчас больше половины столов были свободны – кто-то уже ушёл, а кто-то ещё не приходил.       Закончив с едой, Аня отнесла грязную посуду в специальную зону и пошла обратно в свой номер. На часах было почти 13 часов, и до выхода на арену у неё было еще полно времени. Вернувшись в номер, Аня сразу переоделась и решила, что ещё немного сна ей точно не навредит. Прикинув, что спокойно поспать она может часа два, а потому, девушка поставила будильник и плюхнулась лицом в подушку.

☆☆☆

      Несмотря на то, что на часах был уже день, теплее на улице не стало. Аня, уже полностью готовая, только вышла из отеля, замечая нужную машину и стоящего около неё Романа. Он, увидев её, открыл двери, и девушка юркнула на сидение. Ехали они в тишине и Щербакова впервые задумалась о сегодняшних соревнованиях. Ей предстояло работать на короткой и произвольной программах девушек мужчин.       За российскими соревнованиями Щербакова следила с большим интересом, особенно за мужскими – ей нравилось находить в программах парней какие-то фишки, которые были органично вписаны в общую картину всей программы. Однако сейчас ей предстояло комментировать короткую девушек и она, к своему стыду, не помнила почти ни одной женской программы сезона, за исключением Аделии, которая не принимала участия в этом турнире. Девушка успокаивала себя тем, что после просмотра каждой, у неё наверняка будут какие-то мысли, которые и можно будет озвучить в прямом эфире, по крайней мере, технические моменты точно.       Подъехав к арене и выйдя из машины, Аня вошла внутрь через отдельный вход для участников и официальных представителей прессы, показала охране на входе аккредитацию и благополучно направилась на лёд. Короткая программа пар ещё не закончилась, поэтому она стояла на входе в ожидании. Когда последняя пара услышала свои оценки, девушка аккуратно пошла вдоль борта к комментаторской позиции, где уже были Василий Соловьёв и Михаил Коляда.       Аня, наконец, дошла до стола и села на своё место, параллельно здороваясь.       – Привет, ну как тут атмосфера? – Щербакова широко улыбалась, смотря на то, как машина заливает лёд для следующей разминки.       – О, Анют, привет, ты как раз вовремя, – ответил Михаил, Василий же учтиво кивнул с лёгкой улыбкой. – Атмосфера огонь, битва не на жизнь, а на смерть, финал же всё-таки. – Парень смотрел на неё с прищуром.       – Огонь, говоришь, – Аня усмехнулась, доставая из сумки телефон, – Тогда это надо запечатлеть, давай пару кружков запишем для фанатов? – Сказала она, выжидающе смотря на Мишу.       – Конечно, без проблем, – он поддержал её и снял наушники с шеи, кладя их на стол.       Они записали несколько коротких видео сначала на телефон Ани, а потом и на телефон Миши, сразу выкладывая их в сеть на радость фанатам.

☆☆☆

      Первый день Финала прошёл для Ани в каком-то тумане или даже вакууме – она смотрела программы девчонок и парней, внимательно следя за их движениями, и к концу дня голова просто разрывалась от всего – от недосыпа, от усталости, от гула арены, от громкой музыки, которая долбила по ушам, от бесчисленных разговоров и в эфире, и за его пределами. После окончания соревнований, Щербакова выдохнула так, как будто сама выступала здесь, и её безумно радовал тот факт, что в эти дни интервью у участников предстояло брать не ей.       Но кого она не могла упустить, так это Гуменника. Ей не довелось увидеться с ним после Олимпиады, а поздравить с таким крутым выступлением в сложнейших условиях, очень хотелось. Именно поэтому, как только эфир завершился, она соскочила со своего места, на ходу прощаясь с Мишей и Василием, и поспешила в сторону раздевалок, надеясь перехватить Петра сразу после интервью в микст-зоне. И её надежды были оправданы, так как Щербакова практически нос к носу, а точнее нос к груди, столкнулась с ним где-то между мужской раздевалкой и выходом на арену.       – Аня? – Петя заговорил первым, – Вот это неожиданно, привет. – Он смотрел сверху вниз на неё и улыбался.       – Привет, – она улыбнулась в ответ, – Я как раз тебя искала. Мы не виделись после Олимпиады, но мне надо это сказать, – Аня набрала побольше воздуха в лёгкие и продолжила. – Это было чертовски круто, Петь! Я почти не дышала на твоих прокатах, и чуть не кричала, когда ты всё сделал. Ты такой крутой! – Ане казалось, что она звучит как безумная фанатка, но это сейчас её мало заботило. Она специально не стала ничего говорить про оценки и запрет на использование музыки – зачем про негатив думать?       – Спасибо большое, – Петя был смущён такими словами Олимпийской чемпионки, – Мне очень приятно слышать от тебя это, правда. А сегодня как? Тоже круто или не совсем? – Он посмотрел на неё со смешинками в глазах.       – А то! Это было что-то! «Парфюмер» мне не чужой, ты ведь знаешь, – Аня усмехнулась, отвечая таким же хитрым взглядом.       – Знаю, знаю, помню твою короткую, – он кивнул, проведя рукой по уже растрепавшейся прическе. – А послезавтра будешь смотреть? – Петя вопросительно приподнял брови.       – Конечно, ты ещё спрашиваешь! – Ответила она, – Послезавтра ровно в 15:00 я на месте. – Аня посмотрела на него с усмешкой.       – Тогда ещё точно увидимся, – его кто-то окликнул, и на секунду парень отвернулся от девушки в сторону голоса – Иду. – Пётр повернулся обратно к Ане. – Прости, мне уже пора. Спасибо, что пришла, - Гуменник склонился и слегка приобнял Аню.       – Конечно, иди, чемпионы нынче нарасхват, – она также обняла его в ответ.       После того, как Аня осталась одна, она чувствовала себя немного лучше – голова всё ещё нещадно гудела, но она была собой довольна – поздравить Гуменника ей удалось. И с этими мыслями Анна пошла на выход. Выйдя на улицу, Щербакова сразу наткнулась на Романа, который ждал её около входа.       – Я уже начал переживать, что вас так долго нет, – начал он, смотря на Аню.       – Прошу прощения, так получилось, – Аня неловко улыбнулась. – Было важное дело после окончания соревнований, сейчас можем ехать. – Она хотела поскорее оказаться в тёплой кровати.       Водитель лишь кивнул, и они направились к парковке. По дороге в отель Аня вспомнила, что завтра не только праздник – 8 марта – но ещё и выходной. Она могла поехать на арену как зритель, просто посмотреть соревнования в парах и танцах, но не была уверена в том, что поедет туда. Сейчас девушка была выжатой этим днём, да и в целом последней неделей, и выпавший выходной казался ей роскошью в этом колесе нескончаемых дел и планов.       Доехали они без каких-либо проблем. Аня молча вышла из машины, просто кивнув на прощание водителю, и пошла к себе в номер. Быстро раздевшись, она сразу направилась в душ – ей необходимо было смыть с себя всю тяжесть этого дня. Выйдя из душа, она даже не удосужилась проверить телефон, который просто поставила на зарядку и положила на тумбочку. Анна в прямом смысле валилась с ног от бесконечного движения за последнее время и единственное, что она видела перед собой – это огромную кровать, на которую залезла не раздумывая, тут же кутаясь в одеяло и моментально засыпая.

☆☆☆

      Из такого необходимого и крепкого сна, девушку вывела громкая трель её телефона. Щербакова только сильнее уткнулась в подушку, не желая даже поворачиваться на этот звук. Телефон замолчал, а потом снова нарушил тишину комнаты. И так несколько раз. Не выдержав очередного звонка, Аня хрипло простонала, всё ещё ощущая в голове шум, но заставила себя перекатиться на другую сторону кровати, где на тумбочке по-прежнему лежал её телефон. Девушка даже не открыла глаза, пытаясь нащупать этот источник звука и, спустя несколько секунд, взяла телефон в руки, отсоединяя его от провода зарядки, кутаясь в одеяло, и ответила на звонок, так и не открыв глаза и, соответственно, не видя, кто является нарушителем её спокойствия.       – Господи, ну наконец-то! – Из трубки раздался слишком громкий голос менеджера, – Щербакова, чёрт бы тебя побрал, какого ты игнорируешь мои звонки, когда такое происходит!? – Аня толком не разобрала слов Юли, так как сразу отодвинула телефон от уха, услышав крик оттуда.       – Блин, Юль, чего тебе надо в такую рань? У меня выходной вообще-то, и я сплю, чего и тебе советую. – Сонный голос Щербаковой, казалось, ещё сильнее вывел из себя девушку на том конце телефона.       – Чего мне надо, блять, серьёзно? Слушай, Щербакова, ты вообще уже совсем, да? Скажи мне, я твой менеджер или грязь под забором, а? – Юля редко материлась, и Аня начала потихоньку просыпаться, понимая, что случилось что-то серьёзное и, судя по голосу Юли, очень плохое. – Ответь мне, чёрт возьми, какого хуя я узнаю про твоё американское шоу из жёлтой прессы, а не от тебя лично? – На этих словах менеджера девушка окончательно проснулась, распахивая карие глаза.       – Что ты сказала? – Щербакова почти пискнула, резко садясь на кровати.       – Ты сейчас издеваешься надо мной, да? – Юля спустила нервный смешок с губ и продолжила, – Я сказала, что весь интернет гудит новостью о том, что Анна Щербакова уезжает из России на два месяца выступать в шоу по всей Северной Америке. Так понятнее? Мне уже весь телефон оборвали, прося прокомментировать это, а я сама ни в зуб ногой! – Юля всё ещё говорила напряжённо, но уже чуть спокойнее. – Ань, ты почему мне ничего не сказала? Это же не просто очередное мероприятие, это мировое шоу, а узнаю я об этом из интернета. – Последние слова девушка проговорила слишком устало, и Аня поняла, что менеджеру уже досталось в этой ситуации.       – Юль, подожди, – начала тихо девушка, нервно проведя свободной рукой по волосам, – Я хотела, правда хотела, но последняя неделя была просто сумасшедшей, я тупо не успела. Об этом вообще никто не знал, даже родители, только я. – Аня шумно выдохнула, смотря в одну точку перед собой, решив не говорить менеджеру о том, что рассказала Саше про шоу. – Откуда, блять, эта информация в новостях. Откуда?.. – В её голосе слышалось неприкрытое отчаяние, так как никто не знал, что сейчас может начаться.       – Не успела она, как же, – Юля глухо хмыкнула, и её вдруг осенило. – Погоди ка, та фотосессия, ты была сама не своя и сказала, что сначала хочешь разобраться… Это ведь было оно, да? – Менеджер хоть и задала вопрос, но прекрасно понимала, что он был риторический, так как сейчас всё стало понятно. – Ну конечно оно… Ну ты даёшь, Щербакова. Ты ведь понимаешь, что если бы я знала, то мы были бы готовы к тому, что это вылезет и ответили бы сразу, минимизируя риски, а теперь…, – девушка чуть выдохнула от напряжения, – Теперь непонятно. Тем более, что это не просто слухи, это официальная информация по участникам от организаторов, генерального спонсора и Федерации фигурного катания США, так что всем понятно, что точнее подтверждения быть не может. – Аня закрыла глаза, тяжело осознавая, что совсем не уточнила этот момент, что сама виновата во всей сложившейся ситуации, откладывая разговор, просто не думая, что анонсы участников появятся так рано.       – Юль, прости, я вообще не подумала об этом, – Аня собралась с мыслями и начала с самого начала. – Да, приглашение прислали мне лично на почту 28 февраля. Я сама в шоке была, не понимала, почему меня выбрали. И на той фотосессии постоянно думала об этом. Я сначала хотела отказаться, правда, – Юля всё слушала, не перебивая. – Но потом мне написала Татьяна Малинина и предложила видеозвонок. Я тогда тоже хотела с кем-то поговорить, но не знала, как это осуществить, а тут такой шанс, ну я и согласилась. Мы поговорили, она мне ответила на вопросы и…, – Щербакова громко сглотнула, прежде чем сказать следующие слова, – Юль я так захотела быть там, стать частью супер масштабного шоу, чтобы выступать на такую аудиторию, но видимо не стоило соглашаться…, – в её голосе уже слышалась дрожь, так как Аня понимала, что натворила, и что уже ничего не изменить.       – Так, – голос менеджера внезапно стал твёрдым. – Ты там реветь удумала что ли? Ну ка перестань, живо. Мой громкий спич был исключительно о том, что надо было мне сказать, а не о том, что не надо было соглашаться. Наоборот, я очень рада, но поругать тебя надо было, чтоб мозги на место встали, и ты больше даже на секунду не задумывалась о том, чтобы скрывать настолько важные события от своего менеджера. – Юле было немного обидно, что подруга не рассказала ей о таком, но, с другой стороны, она могла понять и её мотивы.       – Спасибо тебе, – Аня громко шмыгнула носом, – Я так рада, что ты у меня есть. Я дам комментарий и напишу ответ, может успокоятся, когда объясню всё. – Щербаковой очень хотелось в это верить.       – Нет, пока не надо, – злость и обида отступили, и в голове у менеджера начал возникать чёткий план действий. – Ты мне сейчас скинешь всю информацию по шоу, все условия твоего участия, в двух словах расскажешь о чём ты говорила с Малининой и через пару часов я дам официальный комментарий для прессы и болельщиков касаемо твоего участия, а вот уже после этого ты можешь и у себя в социалках как-то отразить. Тут пока не сложно, поговорят и утихнут, а вот с Федерацией будет чуть сложнее, я думаю. Их не устроят мои комментарии, им нужно будет услышать всё от тебя, но это уже как вернёшься, пока сильно не думай о них, я попробую узнать про их реакцию по своим каналам, и вот тогда уже от этого будем «плясать». Только прошу тебя, будь на связи. – Аня в очередной раз вспомнила, почему уже так долго работает именно с Юлей – как бы та не злилась, она всегда за неё и решает все вопросы с холодным расчётом и невероятным упорством. – А, да, с праздником тебя дорогая, с нашим днём. Помни, что мы самые крутые и это не изменится, – Щербакова не видела её лица, но отчётливо могла представить его – с дерзкой ухмылкой и чёртиками в зелёных глазах.       – И тебя с нашим днём, Юляша, я тебя просто обожаю, – девушка говорила искренне и совсем не лукавила. – Я тебя поняла, пока молчу и жду сигнала. Телефон из рук вообще не выпущу, обещаю. – Девушка часто закивала, будто подтверждая свои слова, хотя менеджер, очевидно, этого не могла видеть.       – У тебя выходной сегодня, поэтому отдыхай и набирайся сил, они тебе понадобятся. Завтра день отработаешь и обратно в Москву, а там будет видно, но сильно не накручивай себя. Всё разрулим. И да, прости, что так наехала сразу, просто нервишки сдали от этого всего. – Юля тихонько рассмеялась в трубку, кажется, совсем отпуская всё напряжение этого разговора.       – Тебе не за что извинятся, Юль, я накосячила, и ты всё правильно сделала, – в голосе девушки не было ничего, кроме благодарности менеджеру.       – Я рада, что ты меня понимаешь, правда. Тогда давай, до связи, жду от тебя информацию по шоу и голосовое по разговору. – И, не дожидаясь ответа от Ани, она сбросила вызов, оставляя ту наедине с тишиной номера и гулко бьющимся сердцем.       Медлить было нельзя – Щербакова быстро отправила три письма – с официальным приглашением, её ответом на него и последнее, то, где было написано про контракт в конце месяца. Далее, она зашла в диалог с Юлей и наговорила той голосовое сообщение на пару минут о разговоре с тренером. Как только с этим было покончено, Аня наконец обратила свой взгляд на время – почти десять утра, а в Москве и восьми нет, значит, Юле даже поспать нормально не дали.       Только сейчас девушка поняла, что телефон буквально разрывался от уведомлений, вибрируя каждые несколько секунд. Она даже не смотрела на них, просто чувствовала, что ничего хорошего там нет. Тем не менее, Анна должна была хотя бы в семейный чат написать, чтобы немного успокоить домашних и объяснить им всю ситуацию. С тяжестью в душе открыв его, Щербакова даже удивилась слегка – новых сообщений не было со вчерашнего вечера. Или они ещё не вдели новостей, или терпеливо ждали от неё весточки. Чуть подумав, она включила камеру, записывая кружок:

      «Мам, пап, девчонки, привет всем. Вы, наверное, уже видели новости, а если нет, то скоро увидите. Простите меня пожалуйста, что не сказала вам об этом, я виновата, знаю. Хотела после финала, приехать и лично с вами поговорить, сказать, что меня пригласили в «Stars on Ice», что я согласилась, но поучилось то, что получилось. Конечно, вы злитесь, и я всё понимаю, но я вас очень люблю и совсем не хотела, чтобы вы узнали об этом так».

      Девушка записывала это видео, едва сдерживая слёзы, понимая, что семья была для неё самой главной опорой и которую она невольно надломила своим молчанием. Аня нажала на кнопку «Отправить» и видео тут же улетело в чат. Щербакова одновременно ждала и не ждала реакции на него. Её потряхивало, а голова была забита мыслями, которые она не могла собрать хотя бы в одно связное предложение. Откинув телефон на кровать, Анна устало упала на спину, прикрывая глаза и не могла отделаться от ощущения собственного провала. Почему, ну почему они опубликовали список участников так рано? Даже чемпионат мира еще не начался, а до первого шоу было и вовсе почти полтора месяца.       – Вот же чёрт, – в пустоту номера прошептала Аня.       Девушка больше не могла лежать и думать, ей нужно было приходить в себя, потому что впереди было слишком много проблем, и взваливать их только на Юлю она категорически не хотела. Именно поэтому, Аня поднялась с кровати и решительно направилась в ванную – сначала надо хотя бы умыться и заказать завтрак в номер, спускаться в ресторан она не планировала.       После ванной она позвонила в ресторан и, получив в ответ информацию о том, что еду доставят в номер через полчаса, Аня сидела и буравила взглядом телефон, посылая мысли в космос, умоляя замолчать его хоть на минуту. Но космос её не слышал или просто сегодня не принимал – тёмный прямоугольник продолжал жить своей жизнью, посылая всё новые и новые уведомления.       Скрепя сердце, девушка протянула руку и взяла телефон и оно тут же пропустило удар – семейный чат горел входящим уведомлением. Она чуть помедлила, собираясь с мыслями, а потом быстро открыла его, отрезая себе возможность тянуть ещё дальше. На экране загрузился кружок, на котором вся семья была в сборе, а на лице каждого играла лёгкая улыбка, чуть отпуская напряжение в теле самой Анны. Первой заговорила мама.

      «Анечка, привет, дорогая! Конечно, новости мы увидели, но даже не думали злиться на тебя или обижаться. Ты взрослая девочка и сама принимаешь решения в своей жизни. И если ты нам не сказала о чём-то, то это не значит, что мы станем думать о тебе плохо».

      Далее продолжил уже папа, смотря в камеру, но Ане казалось, что его взгляд направлен прямо ей в душу.

      «Дочь, мама абсолютно права – мы знаем тебя и знаем, что ты намеренно ничего не стала бы скрывать от нас, тем более настолько важное, все мы прекрасно понимаем, как работает система и верим, что ты не хотела, чтобы такая новость раскрылась так внезапно и так рано. Поздравляем тебя и очень гордимся, что ты в числе участников. Любим тебя безмерно, и ждём твоего приезда. Надо же как-то отпраздновать такое событие».

      И видео закончилось криками сестёр, чтобы она сейчас же бросала все свои дела и мчалась к ним. Аня расслаблено засмеялась, чувствуя, что сбросила с себя такой груз вины, который не давал ей покоя. Они поняли. Они не злились. Они знали, что она бы не скрыла такое от семьи. И в этот момент, отчаяние и страх потихоньку отступали, уступая место лёгкому волнению и даже спокойствию.       Но спокойствие длилось недолго. Держа телефон в руках, она открыла новости в сети, и тут же попала на главную, мгновенно оказавшись в водовороте всех непрекращающихся комментариев под ней.

«Российская фигуристка, Олимпийская чемпионка 2022 года в одиночном катании, Анна Щербакова, едет покорять Северную Америку в двухмесячном туре с ледовым шоу «Stars on Ice» и полным составом олимпийской команды США 2026. Что это – предательство или шанс?»

      Аня стиснула зубы и крепче сжала телефон – это всего лишь первая новость, которую она увидела, а сколько их будет дальше? СМИ никогда не подбирали выражения, стараясь одним только звенящим заголовком создать бомбу, и там было совсем неважно, что половина из этого заголовка могла быть придумана ими самими. Нехотя, она открыла комментарии, и сначала даже не поверила своим глазам, а потому перечитала некоторые по два раза, пролистывая к более ранним. Замешательство, удивление и неверие – все эти эмоции в раз отразились на бледном лице уставшей девушки. Практически все комментарии были положительные, болельщики были рады за неё и писали, что это отличная возможность в очередной раз доказать всем, что без российских фигуристов мировое сообщество фигурного катания теряет слишком много и что Аня докажет это не просто в шоу, а в мировом и масштабном шоу, которое соединит в себе чемпионов разных стран и периодов, в том числе и её, вообще-то, Олимпийскую Чемпионку.       У Щербаковой на глазах снова выступили слёзы, но уже не от страха перед неизведанным, а от облегчения. Да, впереди предстояла непростая встреча с представителями Федерации, но сейчас она чувствовала какой-то необъяснимый прилив сил от болельщиков, от тех, кто встал на её защиту перед журналистами, и эта поддержка отозвалась в её сердце искренней и глубокой благодарностью. Безусловно, не все комментарии были сплошь положительными, как говорится, в каждой бочке мёда есть ложка дёгтя, но их было в разы меньше, а потому девушка их почти не замечала – на один негативный комментарий в ответ шли сразу пять позитивных.       И в эту самую минуту, сидя в Челябинске, в номере отеля, Анна Щербакова чувствовала, что может свернуть горы с невероятной армией за спиной, состоящей из семьи, менеджера, а также всех болельщиков, которые, вопреки заголовкам статей, были с ней заодно.       Она обязательно справится.