Проклятый город

Первая ночь в Городе И прошла в пугающей, почти абсолютной тишине. Линь Цюши, привыкший к тому, что его чуткий слух всегда улавливает, как в мире за дверью что-то скребется или дышит под порогом, даже несколько раз просыпался от этой противоестественной пустоты звука. Но туман за окном стоял неподвижно, и ни один шорох не нарушил их покоя. Не было слышно даже вчерашних тварей, словно туман поглотила и их. Утро встретило их тусклым, ровным светом. Сплошная белая стена, осаждавшая таверну накануне, немного отступила. Теперь сквозь мутное стекло и щели в досках можно было разглядеть очертания соседних домов: темные покосившиеся крыши и заколоченные глазницы окон, выглядывающие из дымки. Солнца не было, небо было затянуто ровным низким слоем облаков, но видимость стала определенно лучше. Линь Цюши потянулся, чувствуя, как затекли мышцы. Жуань Наньчжу уже стоял у окна, заложив руки за спину. В сером свете утра его профиль казался высеченным из холодного нефрита. - Как спалось, Линьлинь-эр? - Жуань Наньчжу обернулся, и на его губах заиграла та самая едва уловимая улыбка, которая предназначалась только для одного человека. Цюши встал с кровати, поправляя одежду. - Тут слишком тихо. Мне это не нравится. В таких местах тишина - это просто затянувшаяся пауза перед нападением твари. И перестань меня разглядывать, у меня наверняка сейчас помятый вид. - Помятый, но крайне симпатичный, - Жуань Наньчжу подошел ближе и, прежде чем Цюши успел отстраниться, по-хозяйски поправил ему прядь волос, выбившуюся из прически. - В этом городе всё выглядит мертвым. Глазу нужно за что-то цепляться, чтобы не сойти с ума. Я выбираю тебя. Его пальцы на мгновение задержались у виска Цюши, и это мимолетное касание вызвало у того привычный жар где-то в груди. - Хватит, - пробормотал Линь Цюши, хотя сердце предательски ускорило ритм. - Пойдем вниз, перекусим и начнём искать подказки. - Идем, - Жуань Наньчжу легко отстранился, мгновенно принимая свой привычный облик чуть растерянного, но собранного игрока. - Посмотрим, что приготовил нам это утро. Они вышли из комнаты и начали спускаться по скрипучей лестнице. Внизу уже слышались голоса, в них уже не было вчерашней паники, её сменила настороженность. За общим столом сидели почти все. Да Бао о чем-то негромко говорил с Ван Тао, поедая завтрак, а Ли Цзянь изучал улицу за окном, словно пытался отсюда найти там выход. На кухне ещё не завтракавшие игроки теснились у стоящих на огне двух котлов. Запах из первого был невыносимо едким, настолько, что глаза начинали слезиться. Чжан Фэн, один из новичков, уже вовсю возмущался: - Это издевательство! Она же красная от перца! У меня хронический гастрит, я не собираюсь этим питаться! Он сердито зачерпнул половником из соседнего котла, где рис был белым и абсолютно пресным, и начал накладывать себе в миску. По очереди игроки подходили и накладывались себе завтрак. Практически все предпочли пресный вариант каши, лишь пара игроков с довольным видом выбрала острый состав. Линь Цюши и Жуань Наньчжу, переглянувшись, взяли себе немного острой каши. Кто знает, может это именно тот самый "обжигающей жар" из подсказки. Позавтракав, они отправились в город. Туман действительно немного рассеялся, открывая панораму Города И. Теперь перед ними лежала длинная, идеально прямая улица, вымощенная серым камнем. Дома, стоящие по обе стороны, казались вырезанными из одной глыбы темного дерева - мрачные, двухэтажные, с наглухо закрытыми ставнями. - Смотри, - тихо сказал Линь Цюши, указывая на дом напротив. В окне второго этажа на мгновение колыхнулась занавеска. Возможно, это был лишь случайный сквозняк, но была вероятность и того, что кто-то был за заколоченными досками и внимательно наблюдал за тем, как группа игроков начинает свой путь по мертвому городу. Они прошли ещё пару небольших улочек, когда наткнулась на вчерашнего мужчину, Сюэ Яна. Он удобно устроился на перилах старого мостика и выглядел неестественно бодрым для этого места. - Доброе утро, гэ-гэ! - Сюэ Ян спрыгнул на землю и в два прыжка оказался рядом с ними. Его взгляд остановился на Цюши. - Плохо спалось? Бледно выглядишь. Жуань Наньчжу, стоящий рядом, мгновенно напрягся. Его взгляд прожег в Сюэ Яне дыру, но тот лишь шире ухмыльнулся. - У меня кое-что есть, - Сюэ Ян полез в рукав и выудил маленькую, яркую конфету. Она блеснула на свету, как драгоценный камень. - Настоящее сокровище в этом захолустье. Держи, Линьлинь-гэ, это придаст тебе сил. Линь Цюши, чей желудок отреагировал на упоминание еды жалобным урчанием, на секунду замешкался. Сюэ Ян выглядел почти дружелюбно, а конфета казалась такой безобидной на фоне общего ужаса. Он уже начал поднимать руку, когда почувствовал, как чьи-то пальцы стальным обручем сомкнулись на его запястье. Жуань Наньчжу выступил вперед, отгораживая его от Сюэ Яна. - Не стоит, - голос Жуань Наньчжу был ровным, но в нем прозвучала сталь. Цюши моргнул, наваждение спало. Сюэ Ян приподнял бровь, не убирая руку. Конфета на его ладони выглядела идеально: ни одной складки на фантике, ни одной пылинки, несмотря на окружающую разруху, но уже не манила столь сильно, как минуту назад. - Тебе жалко, что ли? - Сюэ Ян забавно надул губы, но в глубине его глаз мелькнуло что-то острое, как лезвие меча, - Гэ-гэ ведь просто хочет угоститься. - Линьлинь не любит сладкое, - отрезал Жуань Наньчжу. Затем плавно, но настойчиво потянул Линь Цюши в сторону, заставляя его сделать шаг прочь. Сюэ Ян проводил их долгим взглядом. Когда они отошли на достаточное расстояние, он подбросил конфету в воздух и ловко поймал её, снова спрятав в кулаке. *** Пройдя несколько кварталов, герои окончательно убедились: город застыл в мертвой петле. Каждая улица была зеркальным отражением предыдущей, окна и двери были заколочены, а на стук никто не отвечал. Изнутри не было слышно даже шороша. - Похоже, вежливостью мы здесь ничего не добьемся, - Жуань Наньчжу остановился у очередного дома. Он бросил быстрый взгляд по сторонам. Остальные игроки во главе с Да Бао ушли в другом направлении, так что свидетелей не было. Жуань Наньчжу привычным жестом извлек из кармана отмычку. Несколько секунд манипуляций, едва слышный щелчок - и тяжелая дверь со скрипом поддалась. Внутри дома пахло пылью и затхлостью. Обстановка была скудная: простая деревянная мебель, покрытая толстым слоем серого налета. Зайдя в кухонную зону, Линь Цюши осторожно заглянул в мешки с припасами: рис и крупы были превращены в труху, в которой копошились мелкие темные насекомые. Жизнь ушла отсюда давно. Жуань Наньчжу методично обследовал шкафы в жилой комнате, пока Цюши рылся в бумагах на кухонном столе. Среди пустых счетов и обрывков писем его внимание привлек пожелтевший листок, придавленный осколком пиалы. - Чжу Мэн, взгляни на это, - позвал он. Это был рецепт. Крупные, размашистые иероглифы описывали приготовление острой каши, очень похожей на ту, что они ели утром. Но под списком ингредиентов была приписка, сделанная другим почерком, более изящным и твердым: «Слишком остро для обычного человека, но только так мы сможем здесь выжить. Не жалей перца, от любящей Сяо Хуа». - «Здесь выжить», - задумчиво повторил Жуань Наньчжу, заглядывая через плечо друга. - Получается, жители считали, что эта острая каша поможет им излечиться от отравляющего влияния тумана. - Это совпадает с подсказкой. Помнишь, как там было сказано? "Обжигающей жар дарует жизнь", - кивнул Цюши. Они обыскали дом до чердака, но больше ничего стоящего не нашли. Во втором доме, куда они проникли тем же способом, картина повторилась с пугающей точностью: те же поеденные жуками крупы, та же мрачная тишина и ощущение, что хозяева вышли на минуту и не вернулись. Линь Цюши снова принялся искать заветный листок, надеясь найти новые подробности, и действительно обнаружил похожую бумагу на кухонном полу. Однако этот рецепт был безнадёжно испорчен: глубокие подтёки тёмной плесени и расплывшиеся от сырости чернила превратили иероглифы в нечитаемые пятна. Уцелела лишь пара строчек, но разобрать суть было невозможно, важная часть инструкции была скрыта. Они изучили ещё несколько зданий в этом ряду, но не нашли ничего полезного. Остался только последний дом с высокой каменной лестницей. - Давай проверим, - предложил Жуань Наньчжу, уже привычным жестом потянувшись к дверному замку. - Он выглядит более сохранным, чем остальные. Возможно, здесь жил кто-то из богатых горожан. Цюши уже собирался подняться вслед за ним, но внезапно замер на второй ступени. Он невольно затаил дыхание, стараясь отфильтровать шум ветра в пустых переулках. - Стой, - негромко произнес он, вытягивая руку, чтобы остановить Жуань Наньчжу. - Что-то услышал? - Жуань Наньчжу обернулся, его рука замерла в паре сантиметров от двери. - Да, - Цюши нахмурился, прислушиваясь к тому, что доносилось из глубины дома. - Там внутри что-то есть. Это не было похоже на шаги. Из-за дверей доносился утробный, булькающий хрип, который перемежался со странным хрустом, будто что-то ломалось. Казалось, некое существо ворочается в тесноте комнаты, задевая стены и мебель. Жуань Наньчжу прислушался, но его слух, не обостренный способностями Линь Цюши, уловил лишь тихий шум ветра. Тем не менее, он убрал отмычки. - Уходим, - Жуань Наньчжу плавно отступил на шаг назад, увлекая Цюши за собой вниз по ступеням. - В этом городе ещё полно мест, которые мы можем безопасно осмотреть. Они быстро и бесшумно двинулись дальше по улице, стараясь не оборачиваться. *** Пройдя еще несколько переулков, они остановились перед домом, который выглядел величественнее и мрачнее прочих. В отличие от всех остальных зданий в городе, двери здесь не были заколочены. Они стояли приоткрытыми, словно приглашая войти, но от этой гостеприимности веяло не теплом, а могильным холодом. Чтобы переступить порог, пришлось преодолеть необычайно высокую деревянную перегородку. - Зачем городить такое препятствие? - Линь Цюши с трудом перешагнул через него, едва не зацепившись носком ботинка. - Чтобы воры не зашли? Или чтобы скотина не забрела? - Вряд ли здесь боятся воров, - отозвался Жуань Наньчжу, переступая следом с присущим ему изяществом. Он на секунду задержался, оглядывая порог. - В восточной мифологии высокие пороги часто ставили, чтобы преградить путь чему-то... менее гибкому, чем человек. По спине Линь Цюши пробежал холодок. Он сразу вспомнил тех страшных мертвецов, которых все видели из окна таверны. Внутри их встретила густая, почти осязаемая темнота, пропитанная запахом сухого дерева, старой бумаги и тяжелым, сладковатым ароматом благовоний. По всему залу в строгом, пугающем порядке стояли гробы. Некоторые были покрыты черным лаком и сияли в тусклом свете, другие стояли без крышек, зияя пустотой, словно ожидая своих живых гостей. Вдоль стен висели белые траурные ленты, которые едва колыхались, хотя сквозняка в помещении не было. Их внимание привлек объект в самом центре зала. На невысоком постаменте стоял массивный гроб, вырезанный из темного, почти черного дерева. Он выглядел чужеродно роскошным в этом аскетичном месте. Особенно выделялась его резная крышка: по ней вились искусно вырезанные узоры. - Какая тонкая работа, - прошептал Линь Цюши, не решаясь подойти ближе. - Даже в таком месте это выглядит... торжественно. - О нем явно заботятся, - добавил Жуань Наньчжу, прищурившись. - Посмотри на крышку: резьба чистая, на ней почти нет пыли, в отличие от всего остального. Цюши подошёл немного ближе, стараясь разглядеть странный гроб. Что-то было неуловимо знакомое во всех этих узорах. - Чжу Мэн... - Он задумчиво наклонил голову, - тебе не кажется, что эта крышка чем-то напоминает дверь? Тот тоже подошёл ближе и, приглядевшись, кивнул. - Действительно, что-то общее есть. Возможно, этот гроб будет связан с выходом. В подсказке было сказано, что им потребуется освободить того, чья душа разбита. Пока что было неясно, что именно нужно сделать. Вдруг Линь Цюши случайно бросил взгляд в сторону открытых дверей, через которые они вошли, и почувствовал, как сердце пропустило удар. - Чжу Мэн, гляди! - Он указал на улицу. Туман, который утром казался неподвижным и разреженным, начал вести себя иначе. Белая мгла больше не висела клочьями между домами, она плотной, тяжелой стеной медленно опускалась вниз, заполняю улицы и поглощая очертания зданий одно за другим. Край улицы, со стороны которой они пришли, уже был еле виден. Мир снаружи постепенно исчезал. - Он возвращается, - констатировал Жуань Наньчжу, и в его голосе прозвучало редкое напряжение. - Нам нужно уходить, - Линь Цюши попятился от резного гроба, чувствуя, как могильный холод зала начинает давить на плечи. - Сюэ Ян говорил, что таверна - единственное безопасное место. Жуань Наньчжу кивнул, бросив последний, оценивающий взгляд на искусно вырезанный гроб. - Бежим. Нужно вернуться, пока мы еще видим дорогу. Они выскочили из дома и почти сразу окунулись в липкую сырость. Пока они бежали, видимость сокращалась на глазах: соседние дома превращались в размытые пятна, а потом и вовсе пропадали из виду. Под конец дороги Линь Цюши ориентировался уже только по звуку шагов Жуань Наньчжу и смутным очертаниям дороги под ногами. Внезапно сквозь липкую мглу тумана просочился звук, от которого у Цюши по коже побежали мурашки. Это был смех. Тихий, заливистый, он казался неестественно четким. Он не доносился из какого-то определенного места, а словно рождался из самой сырости, обтекая их со всех сторон. - Слышишь? - выдохнул Линь Цюши, едва не споткнувшись о камень. Жуань Наньчжу не ответил, лишь на секунду сжал его ладонь сильнее, прибавляя ход. Смех повторился - теперь чуть ближе, справа. Короткий, обрывистый смешок, перешедший в довольное хмыканье, будто кто-то невидимый с азартом наблюдал за их бегством, забавляясь тем, как беспомощно они барахтаются в этой желтой мгле. Кто бы это ни был, он чувствовал себя в тумане как дома, в то время как Линь Цюши казалось, что сам воздух Города И пытается их задушить. Знакомая вывеска таверны показалась впереди как спасательный маяк. Как только тяжелая дверь захлопнулась за их спинами, отсекая наползающий желто-белый туман, Линь Цюши привалился плечом к косяку, пытаясь отдышаться. Воздуха не хватало, а в висках застучала тупая, пульсирующая боль. - Пойдем сядем, - тихо предложил Жуань Наньчжу, поддерживая его под локоть. Они пробрались к дальнему столу в самом темном углу зала. В зале было тихо, если не считать треска догорающих поленьев в очаге. Линь Цюши опустил голову на руки. Мир вокруг него начал раскачиваться. Жуань Наньчжу тут же обеспокоенно спросил, что с ним случилось. - Голова кружится, - прошептал он, - и так холодно. Жуань Наньчжу коснулся его лба - кожа была ледяной и влажной от испарины. Его взгляд мгновенно стал сосредоточенным. Он вспомнил подсказку и тот рецепт из заброшенного дома. - Это из-за тумана, - констатировал Жуань Наньчжу, - вставай. Нам нужно на кухню. Стараясь не привлекать внимания немногих сидящих внизу игроков, они проскользнули в кухонную зону. Там по-прежнему теплился огонь под котлом с ярко-красной, пахнущей жгучим перцем кашей. Жуань Наньчжу быстро наполнил две пиалы. Они ели в одиночестве, скрытые паром и тенями кухни. Сейчас вкус чувствовался особенно острым. Первая же ложка обожгла язык Линь Цюши, его глаза заслезились, но он заставил себя проглотить кашу. Головокружение постепенно отступало, уступая место приятной тяжести в теле. - Легче? - спросил Жуань Наньчжу, внимательно изучая лицо друга. - Да, - Линь Цюши выдохнул, чувствуя, как к щекам возвращается краска. - Холод ушел. Это действительно сработало. Они закончили трапезу в тишине, понимая, что теперь у них есть неоспоримое доказательство важности выбора именно этого варианта еды. В этот момент из общего зала раздался грохот и взволнованные голоса - чья-то группа вернулась, и, судя по звукам, не все из них были в порядке. *** Внутрь буквально ввалились трое игроков, которых туман застал на полпути. Один из них, тот самый парень с больным желудком, едва держался на ногах, вися на плече у своего товарища. Его вид был ужасным: лицо приобрело мертвенно-бледный, почти сероватый оттенок, а губы посинели, словно он несколько часов провел в ледяной воде. Его била крупная дрожь, и он беспрестанно бормотал что-то невнятное, пока его тошнило прямо на пороге желчью и какой-то прозрачной слизью. - Помогите! Ему плохо! - закричал его напарник, едва удерживая обмякшее тело. Да Бао и Ван Тао, которые спустились на шум, мгновенно подскочили к ним. Совместными усилиями парня дотащили до старого дивана в углу и уложили на спину. Как только его голова коснулась подушки, он закатил глаза и потерял сознание. Его дыхание стало свистящим и редким. - Он горит? - Да Бао коснулся его лба и тут же отдернул руку. - Нет, он ледяной. Одна из новеньких девушек, дрожащими руками притащила одеяло с дивана и прикрыла пострадавшего. Линь Цюши, наблюдая за этим, невольно сжал пальцы. Он чувствовал внутри себя жар от каши и понимал: то, что сейчас происходит с этим парнем могло быть и с ним. В таверне повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь прерывистым, свистящим дыханием парня на диване. Да Бао отошел от больного, вытирая руки о штаны, и обвел присутствующих хмурым взглядом. - Хватит глазеть, - бросил он. - Садитесь. Надо обсудить, что мы сегодня нарыли, пока этот город не сожрал нас поодиночке. Игроки неохотно подтянулись к центральному столу, поглядывая на пострадавшего. Линь Цюши и Жуань Наньчжу сели, как обычно, с краю. - Мы с Ван Тао обошли весь северный квартал, - начал Да Бао. - Всё заколочено наглухо. Ни одного открытого окна. Пусто. Ни души, ни звука. Словно город вымер сотни лет назад. Линь Цюши и Жуань Наньчжу переглянулись. Они не спешили выкладывать всё, что узнали. - Мы тоже ничего особенного не заметили, - уклончиво ответил Жуань Наньчжу, вертя в руках пустую пиалу, которая пылилась на столе. - Просто пустые дома. Всё заколочено, как и везде. Цюши промолчал, вспоминая жуткий высокий порог и резную крышку гроба. Но его мысли занимало другое. - Пока мы возвращались через туман, я слышал звук, - негромко добавил он. - Стук шеста. Кто-то шел в тумане, простукивая дорогу, но я никого не видел. - Стук шеста? - переспросил Ли Цзянь, студент-историк. - Мы тоже это слышали! Но это не всё. В глубине северо-западного квартала мы нашли странное здание. Оно не было заколочено. Мы заглянули в приоткрытую дверь... там гробы. Целый зал гробов. И один в центре - просто огромный, с какой-то невероятно красивой резьбой. Услышав это, остальные игроки зашумели. В мире дверей такое место редко оставалось просто декорацией. - Гробы? - Да Бао нахмурился. - Почему мы его пропустили? Ладно, завтра утром, как только туман немного спадет, идем туда. Если там есть что-то важное, мы это найдем. Пока остальные игроки спорили о маршруте на завтра, Линь Цюши и Жуань Наньчжу решили еще раз осмотреть ту часть таверны, которая примыкала к жилым комнатам. В небольшом чулане под лестницей, заваленном старой ветошью, Линь Цюши заметил нечто странное. - Смотри, - он присел на корточки, вытягивая из-под груды пыльных тряпиц узкий сверток. Когда ткань соскользнула, в руках Цюши оказалась белоснежная лента. Она была чистой, словно её положили сюда только вчера, и лишь на одном краю виднелось небольшое пятнышко засохшей крови. Как только пальцы Линь Цюши коснулись прохладного шелка, реальность таверны внезапно смазалась. Шум голосов Да Бао и Сестры Ван стих, сменившись звуком мягкого, размеренного дыхания. Перед глазами Цюши вспыхнула яркая, невероятно четкая картина: залитая мягким светом комната, пахнущая свежими травами. Человек в белоснежных одеждах с такой же лентой на глазах сидит за столом. Его движения точны и полны грации, несмотря на слепоту. Он аккуратно чинит сломанную плетеную корзинку, а рядом на скамье сидит молодая девушка, весело болтая ногами. Воздух в этом воспоминании кажется прозрачным, а на душе - непривычно спокойно. Но внезапно картинка исказилась. Тень высокого человека в черном перекрыла свет, и Линь Цюши услышал тихий, вкрадчивый голос, от которого по коже побежали мурашки: - Даоджан, я вернулся с рынка. Линь Цюши резко отдернул руку, и видение исчезло. Он тяжело дышал, чувствуя, как сердце колотится о ребра. - Линьлинь? Что случилось? - Жуань Наньчжу мгновенно оказался рядом, его рука легла на плечо друга, возвращая его в реальность. Он потянулся забрать у Цюши опасную находку, но едва коснувшись ленты, Жуань Наньчжу вздрогнул. Его зрачки расширились, а пальцы судорожно сжались, сминая белую ткань. Перед его глазами пронеслись те же мгновения: комната, залитая светом, и девушка на скамье. Она не просто сидела - она крепко сжимала свой бамбуковый шест, и Жуань Наньчжу увидел, как её пальцы побелели от напряжения. Она была слепа, но её лицо выражало не покой, а смутную, грызущую тревогу. А затем он увидел тень. Человек в черном стоял на пороге и Жуань Наньчжу почувствовал исходящую от него ауру - смесь обожания и затаенной, глубокой тьмы. Жуань Наньчжу резко отдернул руку, его дыхание было тяжелым. - Ты видел? - прошептал Линь Цюши, вытирая холодный пот со лба. - Похоже на часть воспоминаний из прошлого, - заметил Жуань Наньчжу, - но пока не понятно, что нам это дает. Линь Цюши попытался еще раз коснуться прохладной ткани, надеясь вернуть видение и рассмотреть лицо человека в черном, но шелк остался просто шелком - безмолвным и холодным. - Не получается... - пробормотал он, разочарованно качая головой, - больше ничего нет. - Оставим её здесь. При необходимости заберём позже, - решил Жуань Наньчжу. *** Когда Линь Цюши и Жуань Наньчжу вошли в общий зал, сразу заподозрили неладное. Обсуждения смолкли, все игроки столпились в углу около дивана, на котором лежал Чжан Фэн. - Он... он меняется, - прошептала Сестра Ван, прижимая ладонь к губам. Линь Цюши протиснулся сквозь толпу и почувствовал, как по спине пробежал холодок. Парень на диване больше не выглядел просто больным. Его кожа приобрела тот самый пепельно-серый оттенок, который они видели у фигур в тумане, а ногти начали подозрительно темнеть и удлиняться. Но самым жутким было лицо: нижняя челюсть парня медленно, словно против его воли, начала отвисать, обнажая темный провал рта. - Он становится похожим на тех тварей за дверью, - Ван Тао сплюнул и потянулся к ножу. - Это не простуда. Туман отравил его. Да Бао, хмуро наблюдавший за процессом, внезапно шагнул вперед. В его взгляде не было ни капли сочувствия - только инстинкт выживания опытного игрока. - Хватит нытья, - рявкнул он, пресекая начавшуюся истерику Сестры Ван. - Если он превратится до конца прямо здесь, то перегрызет нам глотки еще до рассвета. Мы не знаем, заразно ли это, и я не собираюсь проверять на своей шкуре. - Что ты хочешь сделать? - Ли Цзянь испуганно попятился. - То, что нужно для безопасности большинства, - Да Бао кивнул Ван Тао. - Хватай его за ноги. Вышвырнем его наружу, пока он еще не может сопротивляться. Туман его забрал, туману пусть и достается. Новичок-напарник Чжан Фэна попытался было что-то возразить, но Да Бао просто оттолкнул его в сторону. Совместными усилиями они подтащили обмякшее, ставшее неестественно тяжелым тело к входной двери. Линь Цюши посмотрел на Жуань Наньчжу. Тот стоял чуть в стороне, сложив руки на груди. В его глазах не было одобрения, но и протестовать он не собирался - в правилах «дверей» жестокая логика Да Бао часто оказывалась единственно верной. Тяжелый засов лязгнул. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы вытолкнуть несчастного в белую мглу. Тот не издал ни звука, лишь глухо ударился о камни мостовой. Прежде чем дверь захлопнулась обратно, Линь Цюши успел увидеть в тумане подступающих мертвецов.