Something's been feeling weird lately

— Ну и что мы о нём думаем? Майк вскинул бровь, глядя на Макс через помещение для хранения инвентаря у бассейна, и постарался не обращать внимания на то, как сердце у него на миг сбилось с ритма от этого вопроса. — Серьёзно? — Что? — возмутилась она, стаскивая коробку с полки. — Не каждый день мы встречаем человека из будущего. Можешь засудить меня за то, что я считаю это достойной сплетней. — По-моему, он крутой, — вставил Лукас. — Только немного… напряжённый. И ещё он как будто постоянно на всех злится. — Он повернулся к Уиллу, который выглядел так, будто предпочёл бы говорить о чём угодно, только не о своей будущей версии. — Кто бы мог подумать, что ты станешь таким мрачным? В ушах Майка всё ещё звучал голос Будущего Уилла — приглушённый, усталый и тоскливый, когда тот говорил по рации. — Он просто грустный, — тихо пробормотал Майк. — Он хочет поскорее со всем этим разобраться и вернуться домой. Остальные трое странно на него посмотрели, и Майк тут же нахмурился, будто защищаясь. — Что? Я просто говорю, что у него и так полно проблем в голове. Не думаю, что нам стоит обсуждать его за спиной. Но на самом деле он имел в виду совсем другое. То, в чём никогда не смог бы признаться: я не могу говорить о нём, потому что у меня сразу потеют ладони. Разумеется, он не мог сказать это вслух, потому что они могли неправильно понять. Что именно — он и сам не знал. Но точно знал: поняли бы неправильно. — Скукотища, — вздохнула Макс, роясь в коробке, а потом бросила на Уилла поддразнивающий взгляд. — Ну, лично я рада узнать, что Уилл в конце концов всё-таки вымахает. Спорим, этот парень всем девчонкам нравится? Плечи Уилла поднялись почти до ушей, а на лице проступила нервозность. — Я не… эм… я не знаю насчёт этого. Мы обязаны об этом говорить? Лукас проигнорировал его мольбу, будто вдруг что-то вспомнил, и резко повернул голову к Майку. — А что тот Уилл сказал тебе сегодня утром насчёт свидания? — Свидания? — оживлённо переспросила Макс. — Мне нужны подробности! От напоминания это мерзкое чувство снова вспыхнуло в Майке, и из его горла послышалось рычание. — Он ничего не сказал, — огрызнулся он, крепко скрещивая руки на груди. — Просто сказал, что у него там какое-то свидание, к которому он хочет вернуться, или вроде того. Да какая разница. Для Майка это была не «какая разница». Но им знать об этом было не нужно. — Это мило, — пропела Макс. — Он сражается, чтобы вернуться к своей любви. Романтично. Майк заметил, как взгляд Уилла заметался по сторонам, почти испуганный из-за темы разговора. Может, Уилл просто не мог представить себя влюблённым. В конце концов, он всё лето злился на Майка из-за романтики. Эта мысль больно кольнула Майка прямо в грудь. Наверное, ему было просто грустно оттого, что Уилл не верит в любовь. Уилл громко вытащил из коробки цепи, обрывая разговор. — Может, сосредоточимся на том, что он попросил нас сделать, и разберёмся с монстром, который вселился в твоего сводного брата? Это быстро заставило Макс замолчать. При упоминании Билли в складке между её бровями появилась сложная, тревожная озабоченность. — Скучно, — пробормотала она, но снова занялась делом. Им удалось обойтись без лишних сплетен, пока они собирали всё нужное для плана. Но когда все детали были спрятаны в укромном месте, им оставалось только ждать, пока бассейн закроется и приедут остальные. Они вернулись туда, где бросили велосипеды за кустами, чтобы следить за Билли. Но время тянулось, солнце опускалось всё ниже, и им становилось всё скучнее. — Когда уже Уилл и Эл приедут? — простонала Макс, сидя на земле по-турецки и привалившись спиной к дереву. — И что они вообще делают? Как думаете, зачем ему понадобилась Эл? — Всё, что я вижу: он выбирает любимчиков, и это не мы, — пожаловался Лукас. — Ну, тебя он, разумеется, выбирать не стал бы, — язвительно ответила Макс. — Но я думала, если он уж будет выбирать любимчиков, то выберет, ну знаешь… самого себя. Упомянутый мальчик в разговоре не участвовал. Он не сводил глаз с Билли, который развалился в кресле спасателя. Уилл так сильно кусал губу, что Майк начал переживать, как бы он не прокусил её до крови. — Прошли уже часы, — тихо сказал Уилл, продолжая смотреть вперёд. — Бассейн скоро закроется. Почему они так долго? Майк знал, что должен поговорить с Уиллом. Или хотя бы сказать, что ему жаль. По какой-то причине какая-то часть его самого смертельно боялась извиниться. Та же самая часть, которая не могла долго смотреть в глаза Будущему Уиллу и огрызалась, когда Уилл спрашивал, всё ли с ним в порядке. Та же самая часть, которая вообще выплюнула Уиллу в лицо жестокие слова. Всё это было заперто в маленькой коробочке у него в голове. Стенки у неё были хрупкие и уже расходились по швам, пока список его вины продолжал расти. Он боялся сломать коробку. Может, он и не понимал почему, но она была там не просто так. Он должен был её сохранить. Поэтому он позволил Уиллу вариться в обиде, а сам спрятался в своём стыде. К счастью, вид машины Нэнси, с визгом вылетевшей на дорогу, спас его от необходимости что-либо объяснять. — Они здесь! — крикнул он, поднимаясь на ноги. Остальные последовали за ним, и все вместе они бросились к обочине, туда, где Майк видел, как промчалась машина. Чуть дальше машина Нэнси резко свернула к краю дороги и заехала на траву у линии леса. Майк смотрел, как Нэнси и Джонатан выбрались с передних сидений, всё ещё посреди какого-то громкого разговора. Глаза у Нэнси были вытаращены, руки у обоих размахивали в воздухе, а слова сыпались бессвязным потоком. Потом вышли Будущий Уилл и Эл. Эл вприпрыжку обежала машину, чтобы встать рядом с ним, — её странная весёлость резко контрастировала с явным ужасом Нэнси и Джонатана. На лице Будущего Уилла снова была та знакомая усталость, но теперь она больше походила на настоящую измотанность, а не раздражение. Он тяжело опёрся о машину, стиснув челюсти и сведя брови. Майк поморщился, когда увидел, как растерянность Нэнси сменилась злостью, едва она встретилась с ним взглядом. Она громко хлопнула дверцей машины. Джонатан вздрогнул от звука и выглядел так, будто был в секунде от приступа паники или обморока. Нэнси вскинула руки и направилась к ним. — Ты прятал настоящего человека из будущего у нас в подвале и просто позволил мне пойти на работу? — недоверчиво потребовала она. — Какого чёрта, Майк! — А вы где вообще были? — огрызнулся Майк. — Мы целую вечность ждём. Джонатан сразу подошёл к Уиллу и тревожно положил руку ему на плечо. — Ты как? — спросил он, хотя его голос был слишком неуверенным, чтобы это прозвучало успокаивающе. — Нормально, — пробормотал Уилл, но в его глазах мелькнула благодарность. В глазах Нэнси что-то вспыхнуло. Она нервной рукой провела по волосам. — Мы заехали в больницу, проведовать миссис Дрисколл. Другой Уилл рассказал вам про одержимых? Или как он там их назвал? По какой-то причине сама мысль Майку не понравилась. Они отправились на какое-то побочное задание, пока он просто сидел и ждал? Ему не нравилось, что его оставили не у дел. — Да, — резко ответил он, потому что не мог позволить Нэнси думать, будто она знает об этом больше. О нём больше. — Так вот чем вы занимались? Я думал, носитель — наш главный приоритет. Сестра явно не уловила этого одностороннего соревнования. Она всё ещё отчаянно пыталась осмыслить происходящее. — Уилл, он… он хотел проверить, можно ли… Господи, я даже не знаю, что именно он сделал, но… он сказал, что её уже не спасти. Не так, как Билли. Брови Майка сошлись от непонимания. — О чём ты говоришь? Нэнси открыла рот, чтобы ответить, но вместо этого лишь беспомощно сдулась. В её глазах роилось потрясение, пока она прошла мимо Майка и снова отошла совещаться с Джонатаном. Будущий Уилл и Эл всё ещё стояли у машины, явно глубоко погружённые в разговор. Они, похоже, точно заезжали к Байерсам, потому что Будущий Уилл переоделся в одежду, явно принадлежавшую Джонатану: джинсы и рубашку, в которой Майк уже видел Джонатана раньше. Будучи на год старше Джонатана, вещи старшего из братьев Байерсов были ему в оптяг — ткань натягивалась на груди и обхватывала руки. Майк не смотрел. Не смотрел. Эл смотрела на Будущего Уилла так, будто он был какой-то кинозвездой: глаза сияли, она послушно кивала на всё, что он говорил. Будущий Уилл всё ещё казался задумчивым, будто часть его витала где-то далеко, за пределами их понимания. Напряжение в нём спало только тогда, когда Эл вцепилась руками в сгиб его локтя и широко улыбнулась. Он растаял в самой мягкой улыбке, и его тревоги на миг отступили. Он что-то сказал, она тихонько хихикнула, и он улыбнулся ещё шире. Это было… странно. — Шевелитесь, тормоза! — крикнула им Макс, скрестив руки на груди. — Мы ждём! Наконец эти двое обратили внимание на остальных. — Вы достали всё для ловушки? — спросил Будущий Уилл, когда они догнали группу. Майк проглотил свои странные чувства и кивнул. В глазах Будущего Уилла появилась мягкая забота, но Майк не мог понять, предназначалась ли она ему или была просто остатком того, о чём он говорил с Эл. Он ненавидел то, что не мог понять. — Отлично. Тогда покончим с этим, — вздохнул он, и прежняя суровость на миг едва заметно просочилась обратно. Но затем Эл отцепилась от него и вприпрыжку побежала к Макс, когда они направились к бассейну, и нежность снова взяла верх. И снова это было странно. Потому что Уилл и Эл не были особенно близки. Они были двумя разными сторонами жизни Майка. Не то чтобы они не были друзьями, но это скорее были Уилл-и-Компания и Эл-и-Компания. Никогда просто Уилл-и-Эл. Честно говоря, Майк даже не был уверен, разговаривали ли они когда-нибудь один на один. Так что да, это было странно. Майк имел право считать это странным. Это колючее ощущение в горле было совершенно оправданным. Он знал, что Уилл, идущий рядом с ним, тоже считает это странным. Тот всё время переводил взгляд с Будущего Уилла на Эл, будто пытался расшифровать, что такого могло случиться за несколько часов, что они вдруг стали такими дружками. Майк отвёл взгляд, прежде чем Уилл успел заметить, что он смотрит. Будущий Уилл шёл впереди с Нэнси и Джонатаном. И ладно, вполне логично, что парень предпочёл бы держаться людей ближе к его возрасту. Но Нэнси и Джонатан без конца шептались, явно подавленные. Понятно, что они чувствовали себя не в своей тарелке, но Майк не мог отделаться от ощущения, что чего-то не знает. В глазах Джонатана плескалось сострадание, и он осторожно положил руку на руку Будущего Уилла, пока они говорили вполголоса. Будущий Уилл, казалось, отмахнулся от их беспокойства, но когда они прокрались обратно в здание, пока люди выходили, Майк заметил, как его взгляд намертво впился в Билли. Тот собирал разбросанные надувные палки для бассейна и выглядел совершенно нормально, но Будущий Уилл смотрел на него так, словно перед ним был зверь. Почти страшно было видеть его таким злым, пусть даже всего на секунду. Это просто было не похоже на Уилла. Или раньше не было. Но в последнее время Уилл всегда будто злился на Майка. И сейчас злился. А Майк просто позволял ему злиться, потому что так было проще, чем быть с Уиллом настоящим. Он уже даже не знал, как это — «настоящим». И вот так его мысли снова вернулись к Эл. К его решению, его лекарству от безумия в голове. Ему куда больше нравилось чувствовать себя немного притуплённым и фальшивым, чем ловить скачки пульса и потные ладони. Поэтому, когда они начали всё расставлять, он увидел, как Эл одна зашла в комнату за манекеном, который они там спрятали, и воспользовался случаем. Он поймал дверь и проскользнул внутрь, тихо закрыв её за собой. Быстро подошёл и поднял манекен вместо неё, надеясь, что это сойдёт за галантность. Но когда он слабо улыбнулся ей, в ответ получил лишь разочарованно-ровный взгляд. Пока он искал новую тактику, Эл подняла руки и туже затянула хвост. И тогда Майк заметил бандану Будущего Уилла, теперь повязанную у неё на запястье. Он всё ещё мог представить, как дым обвивался вокруг тёмно-синей ткани, пока Будущий Уилл лениво ухмылялся ему. Только теперь она была на Эл. И он не мог объяснить почему, но ненавидел это. — Так, эм… ты и Уилл… тот, из будущего, ну, очевидно… кажется, поладили, — выдавил он, сильнее сжимая манекен пальцами. Эл наконец улыбнулась, и он понял, что эта улыбка не для него. — Он очень крутой, — мягко сказала она, подпрыгивая на носках, как взволнованный щенок. — Он рассказывает мне вещи. — Вещи? Какие вещи? Она наклонила голову, на губах появилась лёгкая улыбка. — Он говорит, что однажды мы вместе поедем на пляж. В Ка-ли-фор-ни-и, — старательно произнесла она по слогам. — А потом мы пойдём в закусочную и возьмём молочные коктейли. Он говорит, это один из его самых любимых дней. Майк резко замер. — Подожди, он рассказывает тебе спойлеры из будущего? — Он говорит, что мне больше всего нравятся клубничные коктейли, — радостно продолжила Эл, не замечая колючести Майка. — Он сказал, что мы можем взять их, когда всё закончится. — Ты теперь просто будешь повторять всё, что он говорит? — язвительно ответил Майк. Эл нахмурилась и чуть выпрямилась. — Ты ревнуешь, — сказала она как факт. Майк побледнел, сердце ухнуло куда-то в живот. — Что? — пискнул он, поправляя хватку на манекене. Она собирается обвинить его в том, что он ревнует к Будущему Уиллу? Это был бы лёгкий выход, подумал он. Может, Майк мог бы воспользоваться этим, чтобы показать, как сильно он заботится о ней, как ему нужно вернуть её. Даже если от самой идеи кожа у него начинала чесаться, будто под ней что-то ползало. Майк уже хотел продолжить, но Макс окликнула Эл по имени, разрушая момент. Эл протянула руку и забрала у него манекен, закинув его на плечо. — Не расстраивайся, Майк, — вздохнула она. — Просто мы с Уиллом… больше похожи. Она снова застенчиво улыбнулась себе под нос и легко проскользнула мимо него, оставив ошеломлённого Майка одного в комнате. Что, чёрт возьми, это значит? — мысленно фыркнул Майк, пока знакомая тошнота оставляла привкус на языке. Он записал это чувство в доказательства того, насколько Эл ошибается. Что вообще общего у Уилла и Эл? Они почти не разговаривают. А вот Майк и Уилл любят одни и те же комиксы, игры, фильмы, книги и вообще буквально всё одно и то же. А Майк и Эл… Ну, в любом случае, его мысль оставалась верной. Он не знал, какие тяжёлые откровения свалились на них за последние несколько часов, к которым его не допустили, но Майк отказывался принимать слова Эл, потому что… Просто Будущий Уилл с самого появления здесь был не самым жизнерадостным парнем, если не считать тех редких моментов, когда он улыбался Майку. Был тот маленький момент в гараже, когда Майку показалось, будто между ними было… что-то. Небольшая передышка в этом хаосе. Глупо, но Майку это вроде как понравилось. Может, какая-то часть его подумала, что даже если сейчас у них с Уиллом трудный период, в будущем Майк всё равно останется тем человеком, рядом с которым Уиллу спокойнее всего. Но вдруг, после нескольких часов разлуки, этот парень возвращается весь улыбчивый и добрый. По крайней мере, с ней. И зачем-то отдал ей эту дурацкую бандану. Он вернулся к остальным и снова принялся помогать с ловушкой, пока мозг всё ещё гудел от бесконечных цепочек мыслей, сталкивающихся и спутывающихся между собой. Всё это время всё ощущалось неправильным. Эл крутилась рядом с Макс и даже не смотрела в его сторону. В какой-то момент она достала из кармана что-то плоское и квадратное, чтобы тайком показать Макс, и на лице у неё была ослепительная улыбка. Бандана всё время словно насмехалась над Майком, символ смены союзников. Будущий Уилл был втянут в приглушённый разговор с очень перепуганными Нэнси и Джонатаном, и его раздражение, казалось, росло каждый раз, когда Джонатан выдавал: — Ладно, но ты уверен? Майк ненавидел, что даже не знает, о чём говорит Джонатан. Ненавидел, что всё больше людей, кажется, знают о Будущем Уилле больше, чем он. Итак, Эл отшвырнула его в сторону, как вчерашний бутерброд. Будущий Уилл с тех пор, как они встретились, даже не посмотрел в его сторону. А Уилл… Он просто бесцельно ходил рядом, почти ни с кем не разговаривая. Если бы Майк не следил за ним, казалось бы, Уилл мог просто раствориться на заднем плане — таким тихим и маленьким он выглядел. Было чувство, будто с появлением Будущего Уилла сам Уилл стал в миллион раз печальнее. Майк не понимал. Если бы он встретил будущую версию себя и оказался бы крутым, мускулистым и горячим… Ну. Майк был бы в восторге. А Уилл, наоборот, ещё никогда не выглядел таким подавленным. Хороший друг спросил бы. Майк сейчас не был хорошим другом. К счастью, у него не было времени зацикливаться на этом, потому что пришла пора начинать испытание сауной. Пальцы Майка неловко возились с рацией, когда он начал звать Билли. Все остальные стояли наготове. Резкий голос Билли отражался от стен, звук его нетерпеливых шагов становился всё громче, пока он всё отчаяннее искал источник голоса. Наконец Будущий Уилл что-то прошептал Эл на ухо, она кивнула и начала осторожно выбираться в коридор. Остальные нерешительно двинулись следом, вздрагивая от всё более неустойчивого тона Билли, пока Майк продолжал дразнить его через рацию. Майк услышал момент, когда Билли вошёл в сауну. Его собственное: — Иди сюда, ублюдок! — сопровождалось треском, когда Билли схватил манекен. Эл выскочила и швырнула его в стену, выигрывая им несколько мгновений. Остальные из компании бросились вперёд и поспешно задвинули дверь сауны, заперли его внутри и быстро отскочили назад. Джонатан и Нэнси встали перед ними — слабое подобие защиты, — но их глаза были дикими и смотрели не на Билли, а на Будущего Уилла. А Будущий Уилл, едва дверь загородили, сразу подошёл к Эл, обхватил рукой её предплечье и чуть потянул её за себя. Его пальцы всё ещё держали её за запястье, большой палец нервно постукивал по бандане. Билли грубо ударил в дверь. Дребезг петель разнёсся по пустому зданию, пока он требовал выпустить его. Постепенно шум стих, когда он заметил Макс и тихо выдохнул её имя. Макс на мгновение замешкалась, а потом твёрдо сказала: — Давай. Уилл подбежал и повернул ручку, выкручивая жар. Майк заметил, как плечи Будущего Уилла едва заметно напряглись при щелчке регулятора. Когда жар начал нарастать, Билли стал агрессивнее, пар заклубился вокруг его тела. — Маленькие ублюдки думают, что это смешно? — прорычал он. — Что это такое? Он переместился с ноги на ногу, расправив плечи. — Давайте. Открывайте дверь. Когда никто не двинулся, он снова ударил ладонями по металлу. — Откройте дверь! На каком-то уровне Майк думал, что они все ждут от Будущего Уилла какого-нибудь сигнала, как действовать дальше, ведь он был здесь вроде как экспертом. Но вместо этого тот стоял неподвижно и смотрел на Билли широко раскрытыми, тревожными глазами. Даже когда Билли рухнул на пол и начал рыдать, даже когда Макс стала подкрадываться к окну, чтобы услышать его мольбы, он застыл. Майк проследил взглядом за его горлом, когда тот сглотнул, и вдруг понял: он боится. Он будто оцепенел, совершенно забыв, зачем пришёл. — Пожалуйста, поверь мне, Макс, — всхлипывал Билли, пот стекал по его коже. — Это не моя вина! Макс успокоила Билли, положив руку на запотевшее стекло. И тогда Майк услышал рядом голос Уилла. — Я чувствую его, — дрожащим шёпотом сказал он, прижимая руку к затылку. Он встретился глазами с Майком, и в них был страх. — Он активировался. Майк попытался что-то сказать, но вместо этого услышал резкий вдох Будущего Уилла и повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот свободной рукой схватил Макс за руку и резко дёрнул её прочь от двери — ровно в тот миг, когда Билли разбил окно и зарычал угрозы. Лукас выстрелил камнем из рогатки прямо ему в лоб, выиграв им короткую секунду. Майк воспользовался этим мигом, чтобы сосредоточиться на Будущем Уилле. Тот тяжело, резко дышал, опустив голову и часто моргая, будто пытался к чему-то приспособиться. Он поморщился, словно от боли, позволив Эл выскользнуть из его хватки. Но у них не было времени ждать, пока Уилл придёт в себя после чего бы то ни было, потому что Майк обернулся — и Билли снова был на ногах. Чёрные вены ползли по его коже. У Майка провалился желудок, он отступил назад, когда Билли яростно бросился на дверь. Зловещий скрежет сказал им, как мало времени осталось. Он ударял снова и снова, верхние лампы без конца мигали, а Нэнси и Джонатан выкрикивали что-то бессвязное, чего Майк не мог разобрать в шуме. Всё, что он понял: кричали они Будущему Уиллу, который стоял с крепко зажмуренными глазами. Последний удар — и дверь рухнула на пол. Опасная фигура Билли оказалась прямо перед ними. Майк подавил испуганный вздох, сердце билось быстро и легко, как крылья колибри. Билли уставился на Эл — намеренно, хищно. Он сделал угрожающий шаг, и… Вдруг его швырнуло назад, как раньше от Эл, только гораздо сильнее. Его спина с жестоким глухим ударом врезалась в кирпичную стену, глина затрещала под его позвоночником. Он рухнул на пол кучей, головой ударившись о бетон. Он застонал — жалко и слабо, но каким-то образом всё ещё был в сознании. Он вяло поднял голову, и струйка крови, сбегавшая по его лбу, блеснула в свете люминесцентных ламп. Пока Майк пытался ухватиться хоть за какое-то понимание того, что только что произошло, перед ним возникла спина Будущего Уилла. Тот уверенно направился к мужчине на полу. Резко присел, обхватил руками шею Билли и грубо рывком поднял его на колени. Майк не видел лица Будущего Уилла, но видел лицо Билли над его плечом: дезориентированная ярость сменилась растерянным любопытством, когда он сосредоточился на парне, державшем его за горло. Наступила секунда тишины. Единственным звуком было гудение мигающих ламп, освещающих вечерние тени. Потом глаза Билли закатились, и его тело выскользнуло из рук Будущего Уилла, завалившись на бок с пугающим глухим стуком. Все несколько мгновений смотрели на него в ошеломлённом молчании. Его глаза закрылись, а чёрнильные вены всё ещё покрывали тело. Майк слышал рядом короткое, частое дыхание Уилла и знал, что сам, наверное, звучит так же. Нэнси и Джонатан первыми пришли в себя и бросились проверять Билли. Потом подошла Эл, прижавшись к боку Будущего Уилла. Наконец зашевелились остальные из Компании, перебираясь к другой стороне тела Билли. — Что, чёрт возьми, сейчас произошло? — с паникой в голосе спросил Майк, обходя вокруг и снова оказываясь лицом к Будущему Уиллу. Голова того была опущена, два пальца спокойно лежали на пульсе Билли у запястья. — Может, кто-нибудь скажет мне, что произошло? — снова взмолился Майк. И наконец Будущий Уилл поднял голову. У Майка в одно мгновение перехватило дыхание. Его глаза были напряжёнными, тяжёлыми, в них кружилась смесь усталости и силы. Грудь глубоко поднималась и опускалась, будто он только что пробежал марафон. И — самое убийственное, самое невероятное, то, что вырвало воздух прямо из лёгких Майка, — из его носа стекала знакомая струйка крови.