Something's been feeling weird lately

— Чёрт, он умер? — Он не умер, Лукас, он же явно дышит! — А если у него, типа... отключился мозг? — С чего бы у него мозг-то отключился? — У него кровь из ушей, Макс! Тут всё возможно! — Ну… чёрт, да, это... — Так, вы оба, хватит, — вмешалась Нэнси, взъерошенно проводя рукой по волосам. — Это не помогает. Нам… нам нужен план. — План? — недоверчиво протянула Макс, обводя рукой комнату. — У Билли нога всмятку и, скорее всего, дикое сотрясение, где-то там монстр готовится за нами прийти, а парень, на котором мы строили все решения, вырубился! Какой план мы вообще можем придумать? Хуже всего было то, что она не ошибалась. Ситуация уже была полной задницей, но без Будущего Уилла они совсем потерялись. Если он не очнётся… Живот Майка скрутило, страх бурей разошёлся внутри. А что, если он не очнётся? Эл, Джонатан и другой Уилл столпились вокруг его тела, пытаясь уловить хоть какой-нибудь признак сознания. Они аккуратно оттащили его от стены, чтобы он мог лежать на спине; Эл держала его голову, а Джонатан и Уилл нависали рядом. Уилл так сильно кусал губу, что Майк был уверен: вот-вот пойдёт кровь. Его рука дрожала над грудью будущей версии себя. И снова Майк даже не мог представить, каково ему сейчас. В ушах Майка будто шумела вода, заглушая все чувства. Он не мог заставить себя сесть рядом с Будущим Уиллом. Наверное, он боялся почувствовать слишком много. Даже с расстояния в несколько шагов он словно отступил куда-то глубже в собственную голову, чтобы эмоции не добрались до тела. Он сосредоточился на ботинках Будущего Уилла, стараясь не думать о крови на его лице, просто не пуская её в поле зрения. Нэнси покачала головой, пытаясь собраться. — Мы сразу предполагаем худшее, — твёрдо сказала она, заставляя голос звучать ровнее, чем чувствовала себя сама. — В смысле, он только что… ну, я не знаю точно, но он сделал кучу безумных вещей. Наверное, просто вырубился от истощения. Джонатан недовольно выдохнул, почти не соглашаясь, и потряс Будущего Уилла за плечо, словно демонстрируя полное отсутствие реакции. Он слишком никак не реагировал, чтобы кто-то из них мог чувствовать себя спокойно. Эл подняла руку, чтобы стереть кровь из-под носа, но пальцы у неё уже были красными. Она лишь размазала кровь по щеке и, кажется, даже не заметила этого; глаза её метались по телу Будущего Уилла, дикие и растерянные. И Майк увидел этот момент — тот хрупкий подъём, на котором она держалась с момента встречи с Будущим Уиллом, окончательно рухнул, оставив её испуганной и беззащитной. Будто она смотрела, как что-то ускользает у неё прямо из рук, и не знала, как за это ухватиться. Она опустила руку обратно и положила её на волосы мужчины, там, где они завивались у лба. Тогда Майк заставил себя по-настоящему посмотреть на его лицо, потому что избегать уже было слишком трудно. Он выглядел умиротворённым, и, возможно, именно это было хуже всего. В этой ситуации не было ничего умиротворённого. Но черты его лица были гладкими, без той постоянной усталости, которая обычно чуть заостряла выражение. Сейчас он выглядел моложе, чем когда-либо. Он был похож на младшего Уилла сильнее, чем когда-либо. Да, заляпанный кровью, без сознания на полу, но без той вечно присутствующей смутной суровости. Майк поднял взгляд на Уилла — его лицо было искажено тревогой, но всё равно сохраняло ту же мягкость. Майк хотел что-нибудь сделать. Хотел разгладить эти тревожные складки, укутать его в любое утешение, какое только сможет наскрести, столько, сколько Уиллу понадобится. Он хотел, чтобы они оба освободились от всего, что тянет их вниз. Живот снова перевернулся. Он отвёл взгляд от них обоих. — Даже если так, он всё равно вырубился. И что нам теперь делать? — возразила Макс, осторожно положив руку на руку Билли. Она боялась подойти ближе, но так же боялась, что с ним не всё в порядке. Второй рукой она обхватила собственную лодыжку — кожа там покраснела и вздулась от жестокой хватки Билли. — Мы не можем просто сидеть и надеяться, что он проснётся. — Не будем. Слушайте, Билли нужен госпиталь. Для этого нам старший Уилл не нужен. А дальше… найдём способ его разбудить. — Я могу попробовать, — вмешалась Эл. В её встревоженных глазах крепла решимость, пока она смотрела на пустое лицо Будущего Уилла. — Вы поедете в госпиталь, а я найду Уилла. Так мы сэкономим время. Повисла пауза для возражений. Все обменялись взглядами и молча согласились; по комнате прошла волна неохотных кивков. — А если не сработает, какой у нас план Б? — спросила Макс. Брови Нэнси сошлись от сосредоточенности, в глазах вспыхнул тот самый журналистский блеск. — Источник, — тихо сказала она, будто только для себя. Потом заговорила громче, уже для остальных: — Он сказал, что частицы вернулись к источнику. Где источник? — «Бримборнский металлургический завод», — вдруг сказал Уилл, привлекая всеобщее внимание. Его голос запнулся — то ли от напряжения ситуации, то ли от дискомфорта из-за того, что все смотрели на него. Скорее всего, и от того и от другого. — Он, эм… сказал мне это утром. Сказал, что туда одержимые пойдут, чтобы слиться с монстром. И тут Майка ударило: точно, первый настоящий разговор Уилла со своей будущей версией был только этим утром. У него было совсем немного времени на то успокоение, которое дал ему этот разговор, прежде чем всё полетело к чёрту. — Тогда поедем на этот завод, — подтвердила Нэнси, дрожащe вздохнув. — Увидим всё это дерьмо своими глазами. Опасение в комнате стало почти осязаемым, душным. — Звучит как рискованный план, — тихо пробормотал Лукас. Нэнси кивнула, закусив внутреннюю сторону щеки. — Поэтому это план Б. Будем надеяться, что он не понадобится. Майк давно знал, что лучше ни на что не надеяться. Он усвоил это уже давно. Но, глядя на неподвижное тело Будущего Уилла, он ничего не мог поделать с желанием молиться, чтобы всё оказалось хорошо. Так что они ухватились за план А. Грубый, простой, слишком оптимистичный план А. Нэнси, Макс и Лукас согласились отвезти Билли в больницу. Было немного странно, что Лукас поедет, учитывая, насколько Билли его ненавидит, но Билли всё равно был без сознания. Все понимали: в первую очередь это ради Макс. Уилл и Джонатан, естественно, решили остаться в хижине с Эл, чтобы следить за Будущим Уиллом. Майк совершил ошибку, встретившись с встревоженными глазами Уилла, и быстро выпалил, что тоже останется. Конечно, он останется. Он должен убедиться, что с Уиллом всё в порядке. И с Эл. Потому что кто знает, какими могут быть последствия проникновения в разум путешественника во времени. Он здесь ради Уилла и Эл. Ради Уиллов и Эл. Было бы куда проще так думать, если бы казалось, что Эл действительно в нём нуждается. Он уже не был уверен, хочет ли она этого. Она разговаривала с Макс, пока они осторожно готовили Билли к перевозке — нога у него всё-таки была сломана, — но даже не пыталась поделиться своими мыслями с Майком. Майк не мог понять, облегчение это или нет. В животе от этой мысли была яма, но он боялся, что причина у неё неправильная. То, что Эл больше не нуждается в нём, ощущалось как потеря страховочной сетки. А без неё… он срывается в свободное падение. Он уже несколько дней балансировал у самого края. Он не хотел удариться о дно и увидеть, что там на самом деле. Страховочная сетка ведь не зря называется страховочной. Майк вышел проводить остальных, оставив Эл, Уилла и Джонатана переживать за Будущего Уилла. Они соорудили Билли что-то вроде временной шины, чтобы зафиксировать ногу, но не пытались вправить кость — это было далеко за пределами их умений. Он пока не просыпался, но иногда стонал и дёргался, так что, по крайней мере, они знали: его сон, вероятно, от сотрясения, а не от того, что с ним происходило раньше. Им оставалось только надеяться, что он не очнётся, пока не окажется на больничной койке, и что, когда очнётся, он действительно будет Билли. — Рация у вас есть? — спросил он, когда они забирались в машину после того, как уложили туда Билли. Майк сунул руки в карманы. Лукас в ответ поднял тот самый предмет и утвердительно кивнул. — И что за история? — продолжил Майк с притворной небрежностью, шаркая носком по земле. — Скажем, он упал, — коротко ответила сестра с водительского сиденья, возясь с ключами. — Как-то расплывчато. — Ладно, скажем, он чинил крышу, зацепился ногой за жёлоб и свалился, — со вздохом исправилась Нэнси. — Теперь доволен? — А что будет, когда он проснётся? Вы будете рядом? А если он взбесится? Он знал, что нечестно забрасывать её всеми этими вопросами. Ни у кого из них не было ответов, как вести себя в такой ситуации. И всё же он не мог не давить. Лицо Нэнси исказилось от раздражения, глаза на миг зажмурились. — Я не знаю, Майк. Посмотрим. Она завела машину, и Майк помахал им вслед, дав себе мгновение вдохнуть, прежде чем повернуться обратно к хижине. Когда он вошёл, Будущий Уилл исчез из поля зрения. Честно говоря, сердце у него на секунду подскочило, но потом он сделал несколько шагов и увидел несколько фигур, суетящихся в комнате Эл. Он постучал костяшками по дверному косяку, предупреждая о своём присутствии, и заметил, как Джонатан и Уилл одновременно вздрогнули у кровати. Эл никак не отреагировала. Она сидела на краю кровати с тряпкой в руке и осторожно смывала кровь с лица Будущего Уилла, который лежал на кровати неподвижный, как камень. Уилл кусал заусенец и переминался с ноги на ногу. Майк понял, что тот сейчас сбежит, ещё до того, как Уилл это сказал. Поэтому он уже сделал шаг вперёд, когда Уилл произнёс: — Я, эм… простите, мне нужна минутка... — и тут же быстрым шагом вышел из комнаты. Но Джонатан оказался быстрее Майка. Он быстро положил руку Майку на плечо, без слов сообщая: останься, — и сам пошёл за Уиллом. Майк решил, что не должен обижаться. В конце концов, Уилл — брат Джонатана. И, вероятно, Джонатан хотел, чтобы он поговорил с Эл или вроде того, учитывая, какой молчаливой она была. Точно. Эл. Он повернулся к девочке, но она так и не посмотрела на него. Всё ещё сидела сосредоточенно и ухаживала за Будущим Уиллом. Он может с ней поговорить. Может. Нужно только понять, что правильнее сказать. Потому что он начинал осознавать: на самом деле он вообще не знает, как разговаривать с Эл. По-настоящему — нет. Не так легко и спокойно, как она, кажется, разговаривает с Будущим Уиллом. Ревность резко скрутила живот, будто напоминая, что всё ещё здесь, среди всех остальных эмоций, бурлящих внутри. Глупо, за что мозг решает цепляться. При всём, что сейчас происходит, он всё равно не даёт Майку забыть: он ревнует к своей бывшей девушке. К своей бывшей девушке, которая уже в третий раз протирает одно и то же место, как он заметил. На самом деле лицо Будущего Уилла уже было чистым, но она продолжала водить тряпкой по его челюсти, под носом, по щеке. Чистить больше было нечего, но она будто не могла заставить себя остановиться. Майку понадобилось несколько секунд, чтобы понять: она тянет время. Она не методично очищала его лицо — она отвлекала себя от нарастающего ужаса. Майк видел, как он собирается у неё в глазах. Многое не давалось Майку естественно, когда он был с Эл, это он мог признать. Он привык иногда притворяться. Часто притворяться. Но когда он осторожно сел рядом и забрал тряпку из её пальцев, впервые ему не казалось, что он притворяется. Не казалось, что он играет во взрослого. Он поднёс тряпку к лицу самой Эл и стёр кровь, оставшуюся на её щеке. Он делал это не для того, чтобы что-то доказать, не как романтический жест, чтобы вернуть её. Он делал это потому, что они друзья, и он заботится о ней, каким бы запутанным ни был его мозг. Они друзья. Эта мысль удобно улеглась в груди. Совсем не казалась фальшивой. И снова это ощущалось одновременно как облегчённый вдох и как ковёр, который выдёргивают из-под ног. Эл слегка улыбнулась ему, забрала тряпку обратно, когда он закончил, и положила её себе на колени. — Ты в порядке? — тихо спросил он. — В смысле, я знаю, сегодня было… много всего. Тебе не обязательно это делать, если ты слишком вымоталась. Она поджала губы и покачала головой. — Мне нужно найти его. Мне нужно знать, что он в порядке. — Это может быть опасно. А если ты увидишь что-то, что не должна? А если столкнёшься с этим Генри? — Мне нужно найти его, — повторила она твёрдо. Она чуть сдвинулась на месте и рассеянно коснулась банданы, повязанной на другом запястье, теребя ткань. Посмотрела на неё, потом на Будущего Уилла, словно одно из двух должно было дать ей ответы. Майк проглотил собственные чувства, хотя они царапнули горло, словно лезвия. — Он дал тебе её? — мягко спросил он, кивнув на бандану. Уголки её губ едва заметно дрогнули, когда она вспомнила это. Она наклонила голову, всё ещё глядя на свои руки. — Он говорит, она моя, — тихо ответила она. — Он просто… по-за-им-ство-вал её. Она старательно выговорила слово и гордо улыбнулась, когда получилось. — Он говорит, мы можем вернуть её ей вместе, когда найдём её. — Ей? Ты имеешь в виду… Эл из его времени? Она кивнула, наконец как следует встретившись с ним глазами. — Мы пытались связаться с ней. Со мной в будущем. Он думает, что, когда найдёт её, сможет вернуться домой. В голове Майка вспыхнул образ: они вдвоём на полу хижины, Эл с повязкой на глазах, а пальцы Будущего Уилла заботливо сомкнуты на её запястье. Так вот что это было. Он искал Эл. Всё это время, за кулисами, он пытался вернуться к ней. Пока Майк смотрел, как они сидят вместе на полу хижины, они пытались найти её. Всё было из-за Эл. И было ужасно, как больно ужалила эта мысль. Но знание, что чувствовать так неправильно, не меняло того, что он это чувствовал. — Значит, ты искала её в пустоте? И как это вообще должно работать? Эл чуть пожала плечами, лицо стало немного печальнее. — Я не знаю. Он говорит, что сначала должно случиться больше вещей, прежде чем он сможет вернуться. Поэтому я её не нахожу. Но, думаю, я приближаюсь. В прошлый раз я почувствовала… что-то, но оно ускользнуло. — Ну, путешествия во времени наверняка штука сложная, — вздохнул Майк, стараясь изобразить ободряющий взгляд. — Но ты разберёшься. Я знаю. Ты… ты вернёшь его к ней. Эта мысль зудела под кожей. Он не хотел думать о Будущем Уилле и Будущей Эл, трагически разлучённых в лесу; не хотел думать о том, что Будущий Уилл целиком сосредоточен на возвращении к ней; и уж точно не хотел думать о словах у меня свидание, на которое я очень хочу успеть, и о том, как они могут быть связаны. — Вы, наверное, в будущем очень близки, да? — Это должно было прозвучать как лёгкий смешок, но голос бесполезно сорвался на слове. — Что, эм… ты говорила, он рассказывал что-то про вас на пляже в Калифорнии, верно? Это… это круто. Что ещё он тебе рассказал? Майк прекрасно понимал, что мучает сам себя. Но он также знал, что это поможет Эл почувствовать себя лучше, и ещё сильнее знал, что какая-то часть его жаждет разобрать по кусочкам каждую деталь этого запутанного, перевёрнутого будущего, какую только сможет достать. Даже если ему не нравится, как это звучит. Улыбка Эл засияла ярче, почти гордо. Майк ненавидел, насколько оказался прав. Он ожидал, что она начнёт повторять всё, что сказал ей Будущий Уилл, как вчера, но вместо этого она залезла в карман штанов и достала что-то плоское. То самое, что Майк видел: Будущий Уилл передал ей это перед тем, как они вчера разделились. То, что она показывала Макс. Фотография. Она осторожно протянула её ему, голос был наполнен теплом. — Он дал мне это, чтобы мне было легче её найти. Это с Хэллоуина. Майк сразу понял, что снимок не недавний. По крайней мере, не для времени Будущего Уилла. Уилл на фотографии не был таким резким в чертах лица, а причёска была ближе к той неловкой прямой стрижке, которую Майк знал, чем к тому, как Будущий Уилл выглядел сейчас. Снимку не могло быть больше года, может, полутора. Рядом с Уиллом девочка, очевидно Эл, прислонилась к его плечу; узнаваемая улыбка поднимала её щёки, карие глаза блестели. Они сидели на диване в хижине, на коленях у них обоих лежало одно одеяло. Её волосы были чуть короче, чем сейчас у Эл, почти такой же длины, как у Уилла. Если прищуриться, они почти выглядели одним человеком. Даже шоколад в уголках рта был одинаковым. Единственное, что указывало на Хэллоуин, — куча конфет, рассыпанных у них на коленях, и кошачьи усы, нарисованные на лице Эл. Майк мог только предположить, что это сделал Уилл. Края снимка были немного размытыми, будто его сделали в спешке, в момент веселья. Это было мило. То, как они прижимались друг к другу, выглядело легко, естественно. Очень милая фотография. Майк не мог этого отрицать. Просто слишком домашняя. — Это… потрясающе, — честно сказал он, потому что всё ещё понимал: держит в руках артефакт из будущего. В его руках был буквальный снимок того, что ещё не произошло, мгновение, которому только предстоит случиться. Это само по себе было безумием, независимо от содержания. Он машинально перевернул фотографию, в основном просто с благоговением рассматривая предмет со всех сторон, когда взгляд зацепился за надпись на обороте. Он прищурился и начал бормотать сообщение себе под нос. — Бли... Рот у него тут же захлопнулся, когда он действительно прочитал. Он перечитал слова несколько раз, проверяя, правильно ли видит, но сообщение было коротким и оставалось тем же. Близнецы на Хэллоуин, 1986. Жаль, не успел снять, как Уилл позволил Эл разрисовать ему лицо. Это была крошечная, будто незначительная вещь — обычное описание фотографии. Почерк, кажется, Джонатана, и это имело смысл: наверное, он и сделал снимок. Просто… Просто это одно слово. Одно совершенно сбивающее с толку слово, вставленное так буднично, будто оно там и должно быть. Потому что что, чёрт возьми, могло значить— — Близнецы? — тихо спросил он, надеясь, что шок не слишком заметен на его лице. Когда он поднял голову, Эл выглядела так, будто изо всех сил старается не улыбнуться слишком широко. — Уилл говорит, мы семья, — прошептала она, забирая фотографию из его рук так, будто боялась, что он её повредит. Она осторожно сунула снимок обратно в карман, улыбаясь себе в плечо. — Брат и сестра, но особенные. — Близнецы, — повторил он, заканчивая её мысль. На этот раз это был не вопрос, но он всё равно чувствовал себя совершенно потерянным. — Подожди… что это вообще значит? Вы же не… Майк замолчал, прежде чем успел сказать глупость вроде: вы же не родственники по крови. Потому что он знал: семья — это не про кровь. Особенно для Эл. Он знал, как много это значит. Просто никогда не думал, что это может выглядеть вот так. — Мы семья во всём, что важно, — твёрдо сказала она, и Майк был уверен: она повторяет что-то, что сказал ей Будущий Уилл. — Он говорит, мы какое-то время живём вместе в Калифорнии. Мы каждый день там вместе, и мы становимся семьёй. Она повернулась к парню на кровати и осторожно положила руку ему на плечо. Смотрела на него мягко, и это правда казалось для неё целым миром. — Я, он, Джонатан, Хоп, Джойс, — тщательно перечислила она, не сводя глаз с его спящего лица. — Он говорит, это семья. Её взгляд вернулся к Майку, полный искренности. — Ему нужно вернуться к своей семье. Сейчас Майк чувствовал много всего, но поверх этого всего — наверное, потому что это была самая простая эмоция для расшифровки, — он чувствовал себя глупо. Глупо, потому что понял всё неправильно. Разозлился из-за того, чего вообще не существовало. Уилл и Эл — самопровозглашённые брат и сестра, что само по себе было безумной информацией, которую Эл вывалила на него в крайне неподходящий момент, и он ещё не был уверен, что до конца в это верит. А Майк злился, потому что решил, будто между ними что-то другое. Он так переживал, и теперь… Ну, не то чтобы теперь он не переживает, потому что тут появилось совершенно новое, что нужно было осмыслить, но та зазубренная, жёсткая верёвка вокруг груди спала, позволяя вдохнуть. Это было облегчение. Уилл и Эл в будущем — брат и сестра. Это всё ещё не укладывалось в голове. Он не мог обернуть мысль вокруг этого. Но это было облегчение. Почему его это вообще так волновало? Почему ревность была такой всепоглощающей в один миг и исчезла в следующий? Почему он ненавидел только то будущее, где Уилл был влюблён в неё? Эл всхлипнула носом, убрала руку с Будущего Уилла и мягко положила её Майку на колено. Его нога дёрнулась от этого прикосновения, потому что разум всё ещё кишел мыслями, а она правда не могла ждать от него внимания после того, как только что разбила все его предположения о будущем словами: мы семья. — Майк… я... Дверь открылась, и вошли Уилл с Джонатаном. Уилл обнимал себя руками за живот, но в целом выглядел лучше. Его взгляд на мгновение зацепился за руку Эл на колене Майка, и у Майка возникло странное желание убрать её. Джонатан поднял рацию. — Мы поговорили с остальными. Они почти у больницы. По-видимому, Билли начал что-то бормотать в машине, но он всё ещё слишком не в себе, чтобы понимать, что происходит, так что не взбесился и всё такое. Уилл почесал щёку, глядя на Эл. — Ты, эм… готова начинать? Эл улыбнулась ему, и Майк заметил, что в этой улыбке была странная надежда — чуть слишком нетерпеливая, но она очень старалась это скрыть. Она кивнула, и Уилл улыбнулся в ответ, хотя немного робко, неуверенно из-за плохо спрятанного нетерпения Эл. Майк посмотрел с одного на другую. Он никогда не замечал, как они похожи. Брат и сестра. Близнецы. Он всё ещё не мог это постичь. Не был уверен, что до него по-настоящему дойдёт, пока Будущий Уилл сам этого не скажет — подтверждение от самого путешественника во времени. Уилл сел с другой стороны кровати, снова кусая губу. Он коротко взглянул на Майка, слишком быстро, чтобы этим что-то передать. Майк хотел поговорить с Уиллом до того, как они начнут. Было миллион вещей, которые он хотел ему сказать: ты в порядке?, ты знаешь, я всегда рядом, я думал, что ты и моя бывшая девушка в будущем влюблены, и ненавидел это по неправильным причинам, но вы на самом деле вроде как брат с сестрой, что само по себе безумие, и я не понимаю, почему вообще так ревновал. Слишком много всего, чтобы сказать. А время сейчас казалось ужасно драгоценным, поэтому он держал рот закрытым и смотрел, как Эл завязывает бандану на глазах.