Правда Ллойда

      Ллойд.       Я пришёл к названному месту уже заполночь. Адрес, который дал мне Уайт, привёл меня к закрытому жилому комплексу, состоящему из нескольких высотных домов и соединяющего их внутреннего двора. Войти в это тихое мирное королевство было не так просто, так как все двери были запечатаны кодовым замком, пароль от которого известен только жильцам.       Ждать случайного прохожего не было смысла, так как время было позднее. Пришлось искать другой путь для проникновения внутрь.       Обойдя комплекс пару раз, я заприметил небольшое здание. Это была подземная парковка. Взобраться на неё было проще, чем на табуретку.       В Ниндзяго-Сити такие многоэтажки были разбросаны практически повсюду. Но для густонаселённого Перекрёстка это было скорее исключением, чем правилом.       Спрыгнув вниз, я подошёл к нужному мне зданию и оглядел его сверху вниз.       Судя по надписи на салфетке, хозяйка жила на последнем этаже.       Чёртов пентхаус в самом центре города наверняка обошёлся ей не дешево. Интересно, как долго она ещё сможет платить за него?       Не желая больше быть дикарем, ползающим по крышам, я вошёл в вестибюль и столкнулся с тихо сопящей бабушкой-консьержкой. Она мирно похрапывала на своём кресле, издавая нечленораздельные звуки.       Я хмыкнул, и аккуратно захлопнув за собой дверь, прошёл внутрь холла. Это место было слишком технологичным и структурированным. В нём было что-то от старого Ниндзяго.       Наконец, доехав до последнего этажа, я выскользнул из лифта, ища глазами нужную квартиру.       Признаюсь честно, я всё ещё не доверял посланию Уайта. Точнее хозяйки, которая могла надурить и меня, и его.       Увы, теперь мне уже никто не подскажет подлинный это адрес или нет. Возможно, Уайт заведёт меня в ловушку? Или хозяйка показала ему свой ненастоящий дом?       Я не знаю.       Но риск стоил того, чтобы все жители Перекрёстка наконец вздохнули с облегчением.       Найдя нужную дверь, я подёргал за ручку. Дома никого не было. Недолго думая, я набрал немного энергии в ладони и прислонил руку к замочной скважине.       Спустя пару мгновений дверь сама отворилась, приглашая меня внутрь.       Как удобно.       Квартира была небольшой, но включала в себя все необходимые удобства без вычурных излишеств. Это было определённо не то, что я ожидал от самой грозной властительницы теневого рынка Перекрёстка.       Где же золото? Бриллианты, которые дарил Уайт? Ну или какие-нибудь потайные двери?       И тем не менее, даже со скромным интерьером всё вокруг было отделано с гармоничной красотой и… беспорядком?       Оглядывая гостиную и спальню, создалось ощущению, что по дому прошёлся ураган: женские вещи были разбросаны тут и там, на полу валялась косметика и бельё, на туалетном столике раскиданы всевозможные баночки.       — Ну надо же, — с ухмылкой подметил я, понимая, что попал в полностью женское пространство.       Невольно в памяти всплыл образ Нии. В детстве я проводил много времени в её комнате, наблюдая подобную картину практически ежедневно. Позже, когда Ния стала полноценным членом команды, её каюта на Даре Судьбы превратилась в склад с инструментами. А в монастырской комнате повсюду валялось оружие и какие-то свитки.       Наша работа убила в ней ту девичью часть, которая казалась Ние хрупкой и бесполезной. По крайней мере, позже она редко кому-то показывала её, кроме Джея разумеется.       Что ж, хозяйка же превратила свою женственность в оружие. Это прекрасно просматривалось в том, как Уайт и другие мужчины с арены сходили по ней с ума.       Побродив по комнатам ещё, я подошёл к бильярдному столу в центре гостиной. На тёмно-бордовом сукне в хаотичном порядке были разбросаны шарики. Кажется, кто-то не доиграл партию.       Подойдя ближе, я взял кий, забивая один из шаров в лунку. Будь у меня противник, он бы оказался в ловушке, из которой практически невозможно выбраться.       Но против меня сражался лишь воздух. Так было всегда с тех пор, как слияние разделило меня и мою семью.       Кроме того, вся эта тема с бильярдом напоминала мне о запутанных событиях прошлого и о той, кого я уже и не надеялся найти. Но в тот миг, на том бильярдном столе мы были счастливы, беззаботны и полны надежд.       Неожиданно входная дверь распахнулась и в гостиную подобно фурии влетела женская фигура. Её рука потянулась к выключателю и яркий свет ламп озарил комнату.       Фраза «помяни чёрта» начинает играть новыми оттенками.       — Харуми?! — удивлённо воскликнул я, роняя на пол кий, — Я… Неужели это… Это правда ты?       Слова чистой радости, благодарности судьбе и несоразмерной любви застряли у меня в горле от переполнявших меня возбуждения и шока. Я не видел её лица четыре долгих года. И вот теперь она вновь передо мной, вновь в шаге от меня.       — Я так рад тебя видеть. Я думал ты погибла в слиянии, — мои руки всё ещё тряслись, пока по тело так и просилось прилипнуть к ней и больше не отпускать.       Послушав его, я шагнул к девушке ближе, намереваясь взять её за руки или обнять. Я надеялся, что Харуми позволит мне это, не смотря на ошибки прошлого, ведь то, что мы оба живы — достаточный факт для того, чтобы простить и забыть обиды.       Но, кажется, Харуми считала иначе. Она достала кинжал из сумочки и решительно шагнула назад, с недоверием и презрением глядя на меня в ответ.       — Что я сделала не так? Как ты нашёл меня? — её брови были нахмурены, а кинжал упирался прямо в мою сторону.       Харуми не нравилось, когда рушили её планы. А я явно нарушил один из них.       Стоп.       Что?       Осознание происходящего ударило в голову похуже самого крепкого алкоголя. Я вновь оглядел Харуми с ног до головы: в её руках помимо кинжала была папка с какими-то бумагами и маска. На шее красовалось синеватое пятно, а взгляд был таким острым и непроницательным, что по моей спине пробежал холодок.       Нет, это не может быть правдой.       — Харуми, скажи мне, что я ошибаюсь, — почти умолял её я, не зная, что сказать и как реагировать.       Заготовленная мной ранее речь вмиг испарилась вместе с уверенностью и решительностью, которые и привели меня сюда.       — Ошибаешься в чём? — совершенно невинно спросила она, опуская кинжал.       — В том, что всё это время, это была ты, — на миг мне показалось, что озарение также снизошло к ней, как и ко мне.       Но вместо ярости, слёз или крика, я увидел на её лице…улыбку?       — О это не может быть правдой, — смялась она, обращаясь к самой себе — Почему судьба так меня ненавидит? Почему тот, кого я так отчаянно пыталась поймать оказался тобой? Это нелепо.       — Значит это была ты, — смиренно заключил я, пытаясь осознать происходящее.       Тот, кого я так долго искал, презирал и ненавидел оказался тем, кого я также безмерно любил и уважал. Это история вновь и вновь повторяется в моей жизни, а я всё так и не могу выучить урок.       — Ну, раз карты наконец-то вскрылись, то будь добр, расскажи зачем ты пришёл ко мне домой в столь позднее время? — тон Харуми звучал довольно буднично для подобной ситуации, — Арестовать? Убить? А может ты правда так скучал, что не мог оставить меня в покое?       Скинув с себя сумку и туфли, девушка двинулась на кухню, чтобы вскипятить чайник. Мне не оставалось ничего другого, кроме как следовать за ней.       Я смотрел как изящно она крутиться между шкафчиками в своём чёрном мини платье и не мог вымолвить и словечка.       — Ну же, Ллойд. Говори, — подтолкнула меня Харуми, протягивая кружку с чаем, — У меня был трудный день, знаешь ли.       Я отставил её в сторону с резким стуком, не желая принимать подачки.       — Правда? Опять убивала невинных? — мой голос не срывался на крик, но все ещё был полон боли и отчаяния.       — Они все не такие уж невинные.       — Я даже не посмел предположить, что это была ты. Мне казалось, что этот этап был пройден ещё много лет назад, — пытался достучаться до неё я, — Харуми, которую я знаю, не стала бы таким заниматься.       — Ты меня знаешь? Неужели? — фыркнула она с привычным раздражением, — Наверное тебе тогда стоило предугадать, что будет, если скрыть от меня правду?       Мои щёки охватил жар от того стыда, который я испытывал перед ней. Та история с пророчеством Мистаке оказалась важнее, чем мне хотелось бы.       Мой страх потерять её вынудил меня лгать и всё равно эта ложь не спасла. А сделала лишь хуже.       — Или ты правда ожидал, что я стерплю это? Ты так самодоволен. А потом винишь меня, что я вновь оказалась не той, кого ты себе выдумал.       — Прошу послушай, я виноват перед тобой за то, что скрыл пророчество. Я признаю это и прошу у тебя прощения. Но то, что ты сделала в ответ вредит не только мне, но и всему городу. Ты должна…       — Вредит тебе? Арена — это не способ мести — это способ заработка и как видишь — она окинула взглядом свою кухню, — довольно неплохой. Ты и твоё существование было мне безразлично до этого дня. Не бери на свой счёт слишком много.       — Тогда я не понимаю, зачем тебе это? Зачем ты убиваешь на потеху толпе?       — Это прибыльно. И это даёт мне то, чего ты никогда не сможешь дать. Власть.       Власть? Неужели её потребность в контроле выросла настолько, что теперь за это приходится платить жизнью?       — Харуми, есть множество других способов получить то, чего ты хочешь.       — Мне не нужны другие способы, Ллойд. Я контролирую целый город, а теперь ещё и всё его подполье. Я больше не хочу соглашаться на меньшее.       — Руми, — тихо произнёс я, — Понимаю, ты злишься. Ты живёшь так, как умеешь. Но можно выбрать другой путь. Ты же знаешь об этом.       — Какой? Вернуться к тебе в монастырь?       — Да!       Харуми звонко рассмеялась, вгоняя меня в ступор.       — После того, как ты целый месяц методично уничтожал мой бизнес, срывал бои, вгонял меня в долги, сотрудничал за моей спиной с моими же партнёрами? Ты это всерьёз? — насмехалась она, держа в руках чашку с чаем.       — Вполне, — ответил я со всей серьёзностью и честностью, — В ином случае, мне придётся заставить тебя это сделать.       — Я бы хотела на это посмотреть.       — Я больше не шучу. Закрой арену. По-хорошему.       Мои слова прозвучали слишком холодно и твёрдо даже для меня. Но сейчас не было иного выбора. Харуми должна понять это.       И она поняла. Её плечи непроизвольно дернулись от приказного тона, который она всегда так ненавидела.       — Конечно, завтра же распущу весь персонал. Прислать тебе выписку из бухгалтерии?       — Не прикрывайся сарказмом, а сделай то, о чём я тебя прошу — я обошёл кухонный остров, становясь перед девушкой в полный рост, — Это для твоего же блага, Руми.       — А ты вырос. И я не только про физические показатели, — прошептала она, глядя на меня снизу вверх, — Думаю, мне даже нравится это.       Знакомый сладкий тягучий аромат охватил меня, мысленно припечатывая к стене. От Харуми всегда пахло чем-то до безумия сладким, от чего кружилась голова и подкашивались ноги.       — Я пришёл не за комплиментами — моё терпение начало подходить к концу.       — Разумеется, нет. Но твоя просьба невыполнима, Ллойд. Арена кормит не только меня, но и сотни, если уже не тысячи других людей. Если я закрою её, то они и их семьи тоже потеряют всё. Стоит ли твоя правда этого?       — Даже не пытайся прикрываться заботой о тех, кого сама готова убивать и мучить ради личных целей, — грубо бросил я, замечая, как недовольно изогнулись губы девушки.       — Ты злишься из-за того водителя? Или из-за того, что мне пришлось выпытывать у твоих коллег по ремонту правду не самым этичным путём?       — Что ты сделала? — уже не на шутку разозлился я, подходя к девушке ближе всяких всевозможных приличий.       — Ничего такого. Они живы, но немного изувечены, — слишком довольно проурчала она, положив пальцы на воротник моего кимоно, — Беднягам не повезло работать с тобой в ту смену.       Чёрт, если бы я только мог, то…       Стоп. Мой взгляд вновь скользнул по лицу Харуми.       — Ты это специально, — выдохнул я, прижимая её с виду хрупкое тело к столешнице, — Наслаждаешься тем, что выводишь меня из себя?       — Твоё самобичевание прекрасно. То, как ты обвиняешь себя, страдаешь из-за незнакомых тебе поддонков… Это мило.       Даже в уязвимой позиции, она продолжала сохранять свою власть и гордость. Это было убийственно.       — Я…       — Что? Арестуешь меня? Так давай же. Сдашь полиции не только хозяйку, но и свою Ян.       Очередной блеф. Харуми точно знает, куда нужно бить: комплименты, чувство вины, клятва Инь Ян. Она играется со мной, как с безвольной куклой!       — Используешь наши клятвы в своих корыстных целях?       — Не я это начала, — злостно прошипела девушка, — Но ты молодец. Даже Уайт не смог привязать меня, а у тебя получилось. Великолепно, Ллойд.       — Как давно ты сотрудничаешь с ним? — неожиданно вырвалось у меня.       — Что ты подразумеваешь под словом сотрудничать? — смеялась Харуми, наклонив голову набок.       Длинные волосы будто бы невольно соскользнули с её плеч, демонстрируя нежную кожу шеи и ключиц.       Я вновь сделал вдох полной грудью, заставляя себя сосредоточится на том, зачем сюда пришёл.       — Сама знаешь. Не пытайся меня больше провести, Харуми.       — Даже не старалась.       И наплевав на всевозможные обстоятельства, она притянула меня ближе, утягивая наши рты в глубокий жаркий поцелуй. Я опешил, был сбит с толку и растерян от того, что она вытворяла. Но Харуми не собиралась останавливаться.       Воспользовавшись моментом, она прильнула ещё ближе, умело управляя процессом так, будто делала это уже сотни раз. Мои бёдра, почувствовав близость её тела, отозвались приятным возбуждением, которое кружило голову. Я поддался ещё чуть ближе, полностью прижимая девушку к столешнице. Тихий вздох соскользнул с её губ, утопая в поцелуе.       То, что мы сейчас делали было таким неправильным. Но таким приятным и естественным, что ни я, ни она не могли остановиться.       Поцелуй за поцелуем, Харуми разжигала во мне ту забытую страсть, которую не мог разжечь никто. Я сгорал заживо прямо на этом месте, наслаждаясь телом и губами той, кто управлял мной так, как вздумается.       Она определённо стала другой. Больше никакой робости, никакого смущения и девичей скромности. Харуми знала, что делает. Я чувствовал это в каждом её движении. И кто её этому научил?       Уж точно не я.       Волна необъяснимой ревности захлестнула меня сильнее, чем я ожидал. Оторвавшись от губ девушки, мой взгляд вновь упал на шею, где красовалось яркое синие-красное пятно.       Как давно оно появилось? А самое главное, с какой регулярностью они появляются?       Заметив мой прищур, Харуми лишь улыбнулась. Помада на её губах заметно смазалась, но она не спешила её поправлять.       — У меня никого нет. Можешь не переживать, — словно прочитав мои мысли ответила она, — Но это не значит, что я не могу… веселиться.       — Значит с Уайтом ты тоже «веселилась»?!       Я не сразу заметил, как потерял контроль и мой голос сорвался на крик.       — Тише, не нужно на меня кричать, — проворковала она, — Даже если и так, то тебе какое дело?       — Ты моя Ян.       — По ошибке. Эта клятва не действительна.       — Она даётся на всю жизнь, ты не можешь её просто так отменить.       — Могу. Но для этого нужно найти облачное королевство.       — Я не дам своего согласия. Даже не мечтай об этом.       — И потом ты называешь меня мстительной? — недовольно буркнула Харуми, отталкивая меня прочь, — Готов пожертвовать своим счастливым браком, ради того, чтобы я страдала всю жизнь?       — Не я сделал этот брак не счастливым.       Отчасти неправда. Моя вина в этом кошмаре, конечно же, присутствует. Но и Харуми могла повести себя иначе и не сбегать от меня. Она могла бы остаться и поговорить, как взрослые люди. Я уверен, мы бы разрешили проблему мирно, если бы кое-кто перестал бегать от своих проблем.       — Если никто из нас не хочет признавать вину, то я больше вижу смысла продолжать. Убирайся.       — Сначала закрой арену.       — Нет.       Какая упрямая.       — Мисс, вы вызвали? — послышался грубый прокуренный голос из прихожей.       Услышав его, Харуми вновь схватила свой кинжал направляя его на меня и отбежала к противоположной стене, цепляясь за штукатурку своими острыми коготками. Она взъерошила волосы, чуть приспустила лямку платья и закричала?       Что с ней вообще не так?       — Прошу сюда! — выкрикнула Харуми, и я заметил, как её глаза начали заполняться слезами.       Что происходит?       Мужчина, до этого стоявший в коридоре, метнулся на звук её голоса и вбежал на кухню, подобно торнадо. Оценив обстановку взглядом, он достал из своего ремня пистолет, направив мушку прямо мне в голову. Харуми тем временем продолжала плакать.       — Мисс, вы в порядке? — обеспокоенно спросил он.       — Да, — еле прошептала Харуми, падая на колени вместе с кинжалом, — Как я рада вас видеть, мистер Чандлер.       — Что случилось?       — Этот человек напал на меня…       — Неправда! — крикнул я, — Она лжёт вам!       — Заткнись, бесстыдник.       Что? Я теперь ещё и бесстыдник?!       — Я возвращалась домой после спектакля, когда обнаружила, что моя замочная скважина полностью сожжена. Я подумала, что это воры. Воровалась внутрь, а там меня поджидал он с кинжалом.       — Это даже не мой кинжал, — проворчал я, зная, что мне, вероятно не поверят.       Харуми умела нравиться людям, она оказывала на них особый эффект, располагая к себе доверием и обаятельностью.       Этот охранник тому подтверждение.       — Он пытался притронуться к вам?       С чего он вообще это взял? Разве я похож на насильника?       Я оглядел Харуми, себя и пространство в комнате, мгновенно получив ответ на свой же вопрос. Со стороны действительно может показаться, что я напал на неё с одной единственной целью.       Но не станет же Харуми настолько врать и унижаться…       — Да, — смиренно опустив голову, прошептала девушка, — Он пришёл только за тем, чтобы сделать это.       — Что? Ты серьёзно? — раздражённо выдохнул я — Неужели вы не видите, что она врёт?! Этот кинжал даже не мой. Она с ним ввалилась в квартиру. Вы видели, что она его направляла в мою сторону?       — Я защищалась.       — Захлопни свой рот, — грубо бросил охранник, — Приставать к одинокой девушке в её же доме. Какой позор!       — Но я не приставал.       Стоило охраннику отвернуться, как Харуми хитро улыбнулась, изогнув бровь. Она специально всё подстроила и выставила себя жертвой. И противоречить ей я не мог, так как обстоятельства полностью были на её стороне.       Весь этот бардак, её растрёпанный вид и даже поцелуй — оказались частью хитро спланированного спектакля девушки. В свою же защиту я не мог ничего сказать, кроме одного.       Эта девушка — хозяйка.       Но мне никто не поверит, без должных доказательств. И я не уверен, хорошо это или нет.       — Смеешь врать? — мистер Чандлер достал наручники, — Мисс, что с ним делать?       — Отпусти его.       — Что? — по правде говоря, я был удивлён в той же степени, что и этот напыщенный охранник, — Но мисс он мог вас изнасиловать.       Да-да. Какой я негодяй.       — Но он не сделал этого. Он просто сумасшедший фанат, отпусти его.       — Вы уверены?       Харуми мягко кивнула, закутываясь в какую-то шаль.       — Хорошо, что вы настояли на том, чтобы расположить сигнальные кнопки, мистер Чандлер, — она обращалась определённо не к мистеру Чандлеру, а ко мне.       Харуми нравится показывать, как просто и легко она может обыграть тебя.       Сигнальная кнопка была спрятана на кухне, поэтому она и повела меня туда. Но в какой момент она нажала её? Пока делала чай?       — Вы слишком милосердны, — цокнул мужчина, — Пойдём, парень.       Я не мог поверить свои ушам. Это действительно всё происходит наяву?       Нет, я, конечно, уже сидел в тюрьме, но тогда это было за дело. За спасение Нии.       А за подставное изнасилование меня ещё не садили.       — Тебя же не посадят. Она пощадила, — напомнило «Я», — Что тоже довольно странно…       Да, если бы она хотела от меня избавиться, то наверняка довела бы дело до конца. Улики были на её стороне, как и полиция. Теперь у неё есть средства для обеспечения своей безопасности.       Почему она отпустила?       Я шёл по коридору, полностью погрузившись в свои раздумья, как вдруг из-за угла вылетела та самая старушка-консьержка с первого этажа.       — Шелли, моя девочка! — воскликнула она, держась за сердце.       — Она полностью в порядке. Этот парень не успел ей навредить, — ответил охранник, подталкивая меня своим пистолетом вперед.       Что за Шелли?       Не успел, я спросить, как старушка метнула на меня свой яростный взгляд и замахнувшись, отвесила звонкую пощёчину.       Это было больно…       — Развратник. Будешь знать, как обижать Шелли.       — Шелли? — переспросил я, поглаживая место удара на щеке.       — Ты не можешь её так называть, — рявкнула старушка, — Выбрось его с глаз долой.       Мистер Чандлер кивнул и продолжил вести меня к выходу.       У центральных ворот, он подтолкнул меня ещё сильнее. Я запнулся о какой-то камешек и полетел вниз. Мужчина лишь хмыкнул и грозно оглядев меня, закрыл ворота.       — В следующий раз так просто не отделаешься, — прошипел он напоследок, оставляя меня одного.       Поднявшись с земли, я отряхнулся и поковылял туда, куда глаза глядят. В монастырь мне не хотелось. Слишком много мыслей в голове, чтобы взять и остаться одному в полной тишине.       Поэтому, не найдя ничего лучше, я поплёлся на рынок. Шум, яркие огни и всевозможные запахи лакомств могли помочь отвлечься от столь неприятного вечера.       Но это не помогло.       Не замечая ничего перед собой, я шёл, протискиваясь сквозь толпу, игнорируя чужие вздохи и ругательства. Мои мысли были поглощены Харуми и тем, что она только что сделала и продолжает делать.       Обман людей и подстава — не самые ужасные её преступления. А вот убийство бывшего союзника и любовника… Я не хочу об этом думать. Она могла выбрать любого, могла построить счастливые гармоничные отношения, но вместо этого предпочла веселиться. А позже убить, будто он ничего не значит.       Наверное, так и было.       Уайт был лишь её средством для достижения цели. Как и я.       Осознание этого было ужасным.       Внезапный стук по плечу, заставил меня обернуться. Среди всего многообразия прохожих, я увидел перед собой человека в чёрной маске с серебряными краплениями. Это был один из посланников Харуми.       Не произнося ни слова, человек в маске протянул мне письмо. На нём не было никаких штампов, ни имени, ни места. Но этого и не требовалось. Я знал, кто отправитель.       Коротко кивнув, посланник исчез, растворившись в толпе.       Я же полный негодования и предвкушения, раскрыл письмо, достав из конверта маленькую записку.       «Услуга за услугу. Я спасла тебя от полиции и тюрьмы, а ты, будь добр, навсегда исчезнуть из мой жизни. В ином случае, хозяйка не будет так милосердна.»       Я сжал записку в руках, еле сдерживаясь от того, чтобы сжечь её на месте.       Вместо этого я выбросил бумагу в ближайшую урну и поплёлся в монастырь.       Исчезнуть из твоей жизни, Харуми?       Легко. Только когда я буду уверен, что ты больше не причинишь никому вреда. Даже не сажая тебя в тюрьму, я смогу тебя победить.       Нужно лишь придумать как….