Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Рэй в «Арсенале» чувствовал себя как дирижер в опере. Он картинно прислонился к перегородке на стрельбище, запахивая шубку и сверкая изумрудами, которые в свете люминесцентных ламп казались почти радиоактивными. — Так, львята, — Рэй хищно оскалился, кивая на мишени. — Просто дырявить бумагу — это для охранников супермаркетов. Мы устроим парный танец. Снежинка! Включай режим «Бешеный город». Снежок через систему магазина мгновенно активировал подвижные мишени. Они начали хаотично вылетать из разных углов, имитируя засаду в тесном переулке. — Сашка, Нико, — Вэнд встал за спинами парней, сложив руки на груди. Его голос был ровным, но властным. — Вы должны работать как одно целое. Если один из вас пропустит цель, второй должен её закрыть. Начинайте. Сашка мгновенно вошел в «режим тени». Его движения стали плавными и резкими. Он выхватил свой пистолет и начал методично снимать дальние цели. Нико, решив не отставать и наконец показать, что в порту его не за красивые глаза уважают, выхватил свой новый кинжал и короткоствольный ствол. Они двигались спина к спине. Сашка прикрывал дальний периметр, а Нико, с какой-то звериной яростью, «резал» ближние мишени, уходя в перекаты и работая кинжалом так чисто, что даже Марк одобрительно хмыкнул. — О-о-о! Биг, ты глянь! — Рэй восторженно запрыгал на месте, едва не вываливаясь из шубы. — Они как будто всю жизнь вместе убивали! Нико, солнце мое, этот разворот был просто божественным! Сашка, не давай ему расслабляться, прижми его к цели! В один момент мишень вылетела прямо на Сашку, когда тот перезаряжался. Нико, не раздумывая, перемахнул через стойку, в полете всадил нож в «грудь» манекена и, приземлившись, оказался вплотную к Сашке, закрывая его своим плечом. Они замерли в этой позе: Сашка с пистолетом у плеча Нико, Нико с окровавленным (от краски) кинжалом. Оба тяжело дышали, глядя друг другу в глаза. — Неплохо для «барышни», — прохрипел Сашка, чувствуя, как адреналин сжигает остатки дистанции между ними. — Заткнись, Навэр, — выдохнул Нико, но нож убирать не спешил. — Я просто не хочу, чтобы тебя пристрелил кто-то другой, кроме меня. Рэй подлетел к ним, обхватывая обоих за шеи своими тонкими, увешанными побрякушками руками. — О-о-о, я сейчас расплачусь от этой суровой мужской любви! Вы просто идеальные убийцы! Папочка, мы обязаны купить им одинаковые кобуры из крокодиловой кожи! Рэй повернулся к Нико и, резко посерьезнев, прошептал ему прямо в ухо: — Еще раз скажешь, что ты тут лишний — и я заставлю тебя чистить эти кобуры зубной щеткой. Ты в деле, портовый. Добро пожаловать в ад. Рэй не был бы Рэем, если бы после запаха пороха и вида крови (пусть и липовой, на мишенях) не захотел праздника. Он картинно откинул волосы назад, заставив изумруды на браслете ослепительно вспыхнуть. — Так, — скомандовал Рэй, упирая руки в бока так, что шубка эффектно распахнулась. — Я слишком взбудоражен этим вашим мужским «танцем», чтобы ехать на грязные причалы. Биг, папочка, я хочу есть! И я хочу, чтобы все видели, какой у Сашки породистый мальчик теперь на поводке. Едем в центр! Вэнд, понимая, что сопротивляться Рэю в таком настроении — значит обречь себя на вторую серию истерики, просто кивнул Марку. — В «Золотой Лев». Забронируй центральный стол. Нико, всё еще сжимая в руке новый нож, недовольно буркнул: — Я в этом виде в ресторан не пойду. От меня воняет стрельбищем и гарью. Рэй мгновенно обернулся, и его стальной взгляд пригвоздил Нико к месту. — Слушай сюда, «чистюля» портовая. В этом городе запах пороха от семьи Нерц — это самый дорогой парфюм. Ты пойдешь так, как есть, и будешь сидеть с видом победителя, а не побитой собаки. И если я услышу еще хоть одно нытьё про «грязную одежду», я заставлю тебя есть твой стейк прямо с этого ножа. Понял? Нико лишь стиснул зубы и посмотрел на Сашку, ища поддержки, но тот лишь ухмыльнулся, убирая пистолет в кобуру. — Мамочку лучше не злить, когда он голоден, Нико. Идем. В ресторане их появление произвело эффект разорвавшейся бомбы. Рэй шел во главе, сверкая голыми бедрами, мехом и камнями, а за ним — два молодых хищника, Сашка и Нико, на которых одежда сидела так, будто они только что вышли из эпицентра боя. Вэнд замыкал шествие, излучая холодную уверенность императора. Когда они сели за стол, Рэй первым делом заказал самое дорогое шампанское. — За новую пару! — провозгласил он, поднимая бокал. — За Сашку и его портовую барышню, которая сегодня доказала, что умеет не только огрызаться, но и прикрывать спину. Нико, солнце мое, не делай такое лицо, будто тебя ведут на эшафот. Улыбайся, тебя снимают камеры Снежка! Нико, уже привыкший к тому, что в этой семье его мнение учитывается в последнюю очередь, залпом осушил бокал. — Если я завтра проснусь в этой шубе и с изумрудами на шее, — прошептал он Сашке на ухо, — значит, вы меня окончательно сломали. — Ты проснешься в моей постели, — ответил Сашка, перехватывая его руку под столом. — А шуба... это уже как Мамочка решит. Весь ресторан «Золотой Лев» замер, когда за центральным столиком Рэй вальяжно закинул ногу на ногу, выставляя напоказ истерзанные вчерашней ночью бедра. Вэнд лениво переплел свои пальцы с пальцами мужа, а Сашка и Нико, всё еще пахнущие порохом, сосредоточенно изучали меню. Идиллия длилась недолго. От бара отделилась «шавка» — какой-то сынок местного авторитета средней руки, который явно перебрал с элитным виски и самомнением. Он подошел к столу вразвалочку, игнорируя напрягшиеся спины Марка и Лукаса у входа. — Слышь, Нерц, — пробасил он, глядя на Рэя мутными глазами. — Весь город знает, что ты отбитый на голову, но приходить в приличный ресторан в одних трусах и бабьей шубе — это уже перебор. Ты выглядишь как обычная гейская шлюха, которую босс выгулять вывел. Тебе самому-то не в падлу так позориться, а? В столовой воцарилась такая тишина, что было слышно, как на кухне упала капля воды. Сашка медленно положил вилку на тарелку, его глаза стали цвета холодного свинца. Нико инстинктивно сжал рукоять нового ножа под столом. Рэй медленно отпил шампанское, прикрыл глаза от удовольствия, а затем посмотрел на незваного гостя. Его стальная радужка заискрилась безумием. — О-о-о, папочка, глянь! — Рэй восторженно зашептал, обращаясь к Вэнду, но не отрывая взгляда от парня. — Еще одна жертва генетического аборта подала голос! Рэй плавно поднялся. Шубка соскользнула с одного плеча, обнажая шрамы на ключицах. — Слушай сюда, кусок недоеденного выкидыша, — голос Рэя резал воздух, как гильотина. — Ты сейчас открыл свою пасть, чтобы назвать меня шлюхой? Меня? Того, кто вырезал целые кварталы таких одноклеточных дегенератов, как ты, пока ты еще сосал соску у своей мамаши-алкоголички? Ты думаешь, если на тебе костюм за три копейки, ты стал мужчиной? Да ты в моих глазах — просто кусок мяса, который воняет страхом и дешевым пойлом! Рэй сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума. Его изумрудный браслет ослепительно сверкнул в свете ламп. — Гейская шлюха? — Рэй хищно оскалился, и его лицо оказалось в сантиметре от лица парня. — Милый, я — Королева этого города. И мой муж тратит на мои «шортики» больше, чем стоит весь твой род до седьмого колена. А ты... ты сейчас извинишься перед моей семьей, оближешь мои кроссовки и свалишь отсюда в припрыжку, пока я не вспомнил, что я еще не ужинал и очень хочу посмотреть, какого цвета у тебя кишки! Понял меня, [цензура] гнилая?! Чтобы я твоего духа здесь не чувствовал, иначе я засуну твой язык тебе в задницу и завяжу его морским узлом! Парень побледнел, его ноги задрожали. Он посмотрел на Вэнда, который всё это время молча и очень страшно улыбался, поглаживая руку Рэя. — Сашка, — коротко бросил Вэнд. — Помоги гостю найти выход. И проследи, чтобы он оставил свои зубы на пороге. Мамочка сегодня слишком добр, раз позволил ему так долго дышать. Сашка встал, хрустнув шеей, и перехватил «шавку» за шиворот. Нико, не удержавшись, тоже поднялся, хищно улыбаясь: — Я помогу. В порту мы таких обычно сразу в бетон закатываем для устойчивости причалов. Сашка и Нико действовали как слаженная машина смерти. Сашка рывком вздернул «шавку» за шиворот, заставляя того встать на цыпочки, а Нико, перехватив его руку, с силой вывернул её за спину. По залу разнесся отчетливый хруст и истошный вопль, который тут же захлебнулся, когда Сашка впечатал кулак парню в солнечное сплетение. Они вышвырнули его на тротуар через парадную дверь, и Нико, не удержавшись, добавил тяжелым ботинком под ребра. — Запомни этот адрес, урод, — прошипел Нико. — В следующий раз я приду к тебе домой и вырежу твой язык лично. Когда парни вернулись за стол, поправляя манжеты, Рэй уже сидел с абсолютно несчастным и покинутым видом. Он подпер щеку ладонью, а его стальные глаза подозрительно повлажнели (на 100% фальшиво, но очень эффектно). — Биг… папочка… — Рэй жалобно шмыгнул носом, глядя на Вэнда исподлобья. — Ты слышал, как он меня назвал? Моя нежная психика растоптана. Я чувствую себя таким… незащищенным в этой шубе. Моя аура померкла. Я уверен, что изумруды на моем браслете даже стали светить тусклее от такого оскорбления! Вэнд, который уже вынимал чековую книжку, едва заметно вздохнул. Он знал этот тон. Это был тон «подготовки к крупной покупке». — Рэй, — Вэнд перехватил его руку и поцеловал ладонь. — Твоя аура сияет так, что ослепляет половину ресторана. Что ты хочешь на этот раз? — О-о-о! — Рэй мгновенно просиял, забыв про «травму». — В том ювелирном, где мы были вчера, остался колье-воротник. Там изумруды размером с глаз Ари! Если я надену его вместе с этим браслетом, никакая мразь больше не посмеет назвать меня шлюхой — они просто ослепнут от моей божественности! Вэнд кивнул, не сводя взгляда с мужа. — Завтра он будет у тебя. А теперь ешь свой стейк, пока я не решил, что тебе пора домой — лечить нервы в спальне. Рэй восторженно взвизгнул, едва не подпрыгнув на стуле, и обернулся к Сашке и Нико. — Видали?! Вот как надо работать с возражениями! Сашка, учись, пока я жив. А ты, Нико, не сиди с таким лицом, будто тебе в тарелку плюнули. Завтра поедешь со мной выбирать подвеску к своему чокеру. Раз уж ты член семьи, ты должен блестеть так же ярко, как и мы! Нико посмотрел на Сашку, ища спасения, но тот лишь ухмыльнулся, отрезая кусок мяса. — Привыкай, Нико. У Мамочки всё лечится либо кровью, либо камнями. На следующее утро особняк гудел, как потревоженный улей. Снежок, сияя своей белобрысой макушкой перед мониторами, вовсю стучал по клавишам, исполняя «волю Мамочки». — Готово! — провозгласил Снежок в общую связь. — Я провел оплату колье через министерство культуры как «грант на поддержку редких хищников». Джулиан, если увидишь в отчетах покупку весом в полкило золота, знай — это на благотворительность! Рэй, уже успевший накинуть шубку на голое тело и нацепить новый браслет, ворвался в гостиную, сияя ярче прожекторов. — Биг! Папочка! Снежинка — гений! Мы едем забирать мою прелесть! Сашка, тащи своего портового принца, мы сегодня будем делать из него икону стиля, хочет он того или нет! Нико, который только-только начал отходить от вчерашнего ужина, выглядел обреченным. Серебряный чокер на его шее тускло поблескивал, а в глазах читалась мольба о спасении. — Саш, может, я просто в машине посижу? — тихо спросил Нико. — И не надейся, — Сашка поправил кобуру под пиджаком и хищно улыбнулся. — Мамочка сказал «блестеть», значит, будем блестеть. Пошли, а то он начнет орать прямо здесь. Весь «десант» высадился у ювелирного бутика. Директор магазина лично выбежал встречать VIP-клиентов, потея от страха и восторга одновременно. Когда Рэй примерил колье-воротник с огромными изумрудами, в зале будто включили дополнительное солнце. — О-о-о… — Рэй замер перед зеркалом, любуясь тем, как зеленые камни подчеркивают его стальные глаза и шрамы на щеке. — Биг, смотри! Теперь я точно выгляжу как человек, который может приказать стереть город с лица земли... и при этом оставить чаевые. Вэнд подошел сзади, застегивая массивный замок на шее мужа. Его пальцы задержались на золоте, а взгляд в зеркале встретился с безумным взглядом Рэя. — Ты выглядишь как мой личный трофей, Рэй. И горе тому, кто попытается его забрать. В это время Рэй схватил Нико за шкирку и подтащил к витрине с подвесками. — Так, барышня, выбирай! Черный бриллиант в виде черепа или вон тот изумрудный кинжал? Тебе нужно что-то, что будет говорить: «Я принадлежу Навэрам, но если подойдешь — убью». Нико, понимая, что сопротивление бесполезно, ткнул пальцем в изумрудный кинжал. — Вот это. Под цвет глаз Сашки. Рэй восторженно взвизгнул и обнял их обоих так крепко, что у Сашки хрустнули ребра. — Боже, как это поэтично! Папочка, плати скорее, мы едем в порт! Я хочу, чтобы все грузчики ослепли, когда увидят своего нового «хозяина» в камнях от Нерцев! Порт встретил их запахом соли, мазута и колючим ледяным ветром. Как только кортеж затормозил у главного причала, из теней складских ангаров начали выходить люди Нико. Это были не те вылизанные наемники, что охраняли центр — это были матерые портовые псы, которые привыкли подчиняться только силе. Увидев своего босса в сопровождении «элитных фриков», а главное — с блестящим изумрудным кинжалом на шее, толпа зашепталась. Один из бригадиров, здоровяк с перебитым носом, вышел вперед и сплюнул под колеса машины Вэнда. — Слышь, Нико, — прохрипел он, оглядывая компанию. — Мы слышали, ты подстилкой под Нерцев лег, но чтобы настолько... Ты теперь у нас не принц порта, а комнатная собачка в побрякушках? Ребята недовольны. Мы не будем пахать на шлюх в шубах. Рэй, который как раз выходил из машины, замер, придерживая полы своей норки. Его стальные глаза мгновенно остекленели, а изумрудное колье на шее хищно блеснуло. — О-о-о, Биг, ты слышал? — Рэй обернулся к Вэнду с абсолютно безумной улыбкой. — «Ребята недовольны»! Моя тонкая душевная организация снова под угрозой! Рэй сорвался с места так быстро, что бригадир даже не успел вскинуть руку. Через секунду Рэй уже стоял вплотную к нему, а его тесак упирался здоровяку прямо в промежность. — Слушай меня сюда, кусок неликвидного груза! — взревел Рэй, и его голос перекрыл шум портовых кранов. — Ты сейчас открыл свою пасть, чтобы рассуждать о недовольстве? Ты, чья единственная заслуга — это то, что ты еще не сдох от передоза дешевым пойлом? Ты назвал нас шлюхами? Да я тебя сейчас выпотрошу так, что твои кишки будут использовать вместо швартовых тросов, а твой язык я засуну тебе в задницу и заставлю тебя лизать свои же грехи изнутри! Понял меня, [цензура] тупорылая?! Бригадир дернулся, но Рэй чуть надавил лезвием, заставляя того замереть на цыпочках. — А теперь физическая часть программы! — Рэй резко развернулся и нанес сокрушительный удар коленом в лицо здоровяка, а затем, когда тот согнулся, добавил локтем по затылку. Пока остальные портовики тянулись к оружию, Сашка и Нико уже стояли спина к спине. Нико сорвал со своей шеи новый кинжал (который оказался функциональным оружием, а не просто цацкой) и вогнал его в плечо ближайшего бунтаря. — Всем стоять! — рявкнул Вэнд, выходя из машины и вскидывая пистолет. Его аура была такой тяжелой, что портовые псы инстинктивно начали отступать. — Тот, кто дернется в сторону моего мужа или моего сына, отправится на дно в этом же заливе. Прямо сейчас. Рэй, тяжело дыша и вытирая кровь с костяшек о свою белоснежную шубу, обернулся к толпе. — Ну?! Кто еще хочет обсудить мой гардероб?! — прокричал он, сверкая изумрудами. — Нико — ваш босс. А мы — те, кто сделает так, что вы будете жрать икру, а не гнилую селедку. Но только если будете лизать ему ботинки так же усердно, как он лижет... кхм, в общем, вы поняли! Нико подошел к поверженному бригадиру, наступил ему на горло и посмотрел на своих людей. — Зачистка окончена. Крысы удалены. Кто следующий? В порту воцарилась идеальная, благоговейная тишина. Вэнд, наблюдавший за кровавым «перформансом» Рэя с ледяным одобрением, убрал пистолет во внутренний карман пиджака. Он подошел к запыхавшемуся мужу, чей взгляд всё еще метался от ярости к безумному восторгу, и властно притянул его к себе за талию. — Порядок наведен, — коротко констатировал Вэнд, обводя притихших портовиков взглядом, от которого у тех мороз шел по коже. — Александр, Нико, оставайтесь здесь с Марком. Проведите полную инвентаризацию и зачистите остатки недовольных. Нам с Рэем нужно... обсудить детали нашего союза в более приватной обстановке. Рэй, чья белоснежная шубка теперь была украшена не только изумрудами, но и свежими багровыми каплями, преданно заглянул в глаза мужу. Его дыхание было рваным, а стальные глаза затуманились предвкушением. — О-о-о, папочка... — прохрипел Рэй, цепляясь окровавленными пальцами за лацканы Вэнда. — Я так защищал твое величие, что у меня внутри всё вибрирует. Унеси меня отсюда, пока я не начал резать всех просто ради забавы. Вэнд подхватил Рэя под бедра, заставляя того обхватить свою талию, и понес его к машине, игнорируя ошарашенные взгляды грузчиков. Для этой пары порт, кровь и власть были лишь прелюдией к чему-то более жаркому. — Саш! — крикнул Рэй уже из окна отъезжающего джипа, сверкая своим колье-воротником. — Присмотри за барышней! И не забудь: если он будет плохо себя вести — бей по почкам, это очень бодрит! Как только кортеж скрылся из виду, в порту воцарилась деловая тишина. Сашка посмотрел на Нико, который поправлял свой новый изумрудный кинжал. — Ну что, «хозяин»? — ухмыльнулся Сашка. — Пойдем, покажем им, что у «подстилок Нерцев» зубы острее, чем у всех их банд вместе взятых. Пока Марк и его люди методично паковали тела «недовольных» в ангаре, Сашка затащил Нико в самый дальний, темный сектор склада. Здесь пахло старым металлом, ледяной водой и опасностью. — Ты сегодня был хорош, барышня, — Сашка резко толкнул Нико к стене контейнера. Глухой звук металла отозвался в тишине. — Мамочка был прав: изумруды на твоей шее отлично сочетаются с кровью на твоих руках. Нико тяжело дышал, его глаза, темные как портовая бездна, горели вызовом. Он перехватил руку Сашки, заламывая её, и прижал парня к холодному железу. — Ты думал, я буду покорно вилять хвостом только потому, что твой Ма умеет громко орать? — прошипел Нико. — В этом порту я — закон. И если ты хочешь владеть мной, Навэр, тебе придется доказать это не словом, а делом. Прямо здесь. Среди мазута и крыс. Сашка хищно улыбнулся, и в его взгляде промелькнула та самая безуминка Рэя. Он не стал сопротивляться захвату, а вместо этого резко подался вперед, впиваясь в губы Нико грубым, требовательным поцелуем. Это была не нежность, это была борьба за доминирование. В особняке: Вэнд и Рэй В это же время в главном крыле особняка кипели совсем другие страсти. Вэнд едва донес Рэя до спальни, не удосужившись даже включить свет. Лунный свет падал на белоснежную шубку Рэя, которая теперь валялась на полу вместе с изумрудным колье-воротником. — Ты сегодня был слишком кровожадным, Рэй, — прорычал Вэнд, вжимая мужа в кровать так, что суставы затрещали. — Ты провоцировал их, зная, что я рядом. Ты любишь ходить по краю, мой лев? Рэй выгнулся под ним, его распущенные волосы разметались по простыням, а стальные глаза сияли экстазом. — Я люблю, когда ты смотришь на меня, пока я режу этих свиней, папочка! — прохрипел Рэй, цепляясь когтями за спину мужа. — Я защищал твое имя! Бери меня... жестко, как ты умеешь. Сделай так, чтобы я забыл, как дышать! Вэнд не заставил себя ждать. Его движения были мощными и сокрушительными, превращая поощрение в настоящую пытку удовольствием. Стены особняка снова начали «петь» под аккомпанемент Рэя, чей голос срывался на отчаянный, хриплый крик, разлетающийся по пустым коридорам. Утро Когда рассвет коснулся причалов, Сашка и Нико вернулись в особняк. Оба выглядели потрепанными, в пятнах мазута и крови, но между ними больше не было той колкой вражды — только молчаливое, хищное понимание. В столовой их встретил Рэй. Он сидел на своем обычном месте, завернутый в новый, еще более пушистый халат. Он лениво потягивал кофе, а его шея и плечи были густо покрыты свежими «метками» от зубов и пальцев Вэнда. — О-о-о, посмотрите на них! — пропел Рэй, едва ворочая языком от усталости. — Наши портовые бродяги вернулись! Папочка, глянь, они выглядят так, будто всю ночь занимались... инвентаризацией в очень тесных условиях. Вэнд, сидевший рядом и выглядящий как человек, который только что поглотил целую вселенную, лишь кивнул парням. — Садитесь. Марк доложил, что порт зачищен. Сегодня у нас тихий день. Будем отмывать мазут... и зализывать раны. Нико сел за стол, поправил свой изумрудный кинжал на шее и посмотрел на Рэя. — Твои крики слышны даже на окраинах города, Мамочка. Ты когда-нибудь устаешь? Рэй хихикнул и послал ему воздушный поцелуй. — Никогда, золото мое. С такой семьей отдыхать — это преступление! Идея с сауной — это именно то, что нужно, чтобы смыть мазут, кровь и «грехи» прошлой ночи. Но в исполнении семьи Нерц обычный поход в баню превратился в демонстрацию власти, шрамов и роскоши. Огромная, отделанная черным мрамором и кедром сауна в подвальном ярусе особняка была заполнена густым, ароматным паром. Рэй, который первым делом сбросил халат, уже вальяжно раскинулся на верхней полке. На его бледной коже синяки и отметины от пальцев Вэнда горели ярким багрянцем, но он, казалось, носил их с большей гордостью, чем свои изумруды. — О-о-о, блаженство! — промурлыкал Рэй, прикрывая глаза. — Сашка, затаскивай свою барышню внутрь! Нико, не стесняйся, здесь все свои, мы твои татуировки уже на камерах Снежка во всех ракурсах изучили. Нико зашел следом за Сашкой, чувствуя себя немного неуютно под прицельным взглядом Рэя. На его теле тоже хватало следов — Сашка ночью в порту явно не церемонился. Вэнд вошел последним, принося с собой ауру холодного спокойствия. Он сел рядом с Рэем, и тот тут же по-хозяйски закинул голову мужу на колени. — Ну что, львята, — Рэй лениво приоткрыл один глаз, глядя на Сашку и Нико. — Как вам наш «семейный подряд»? Порт стоит, враги гниют, а мы паримся. Папочка, скажи, что я молодец. Вэнд медленно проводил ладонью по мокрым волосам Рэя, перебирая темно-коричневые пряди. — Ты — катастрофа, Рэй. Но очень эффективная катастрофа. — Саш, — Нико облокотился на стену, вытирая пот со лба. — Твой Ма всегда такой... громкий? Или это был спецэффект для меня? Сашка хмыкнул, подливая воды на камни. Пар с шипением заполнил пространство. — Это был демо-режим, Нико. По-настоящему громко будет, когда мы в следующий раз зачистим не склад, а целое министерство. Рэй вдруг резко сел, и его стальные глаза вспыхнули азартом. — О! Министерство! Биг, ты слышал? Наш мальчик метит высоко! Джулианчик точно облысеет от стресса. Рэй схватил дубовый веник и хищно посмотрел на Нико. — Так, портовый принц, ложись! Сейчас Мамочка будет выбивать из тебя остатки гордости и мазута. Это наш старый семейный метод — «лечение через экзекуцию». Сашка, держи его за руки, чтобы не сбежал! Нико хотел было возмутиться, но встретил взгляд Вэнда, который явно не собирался мешать веселью мужа, и обреченно вздохнул, ложась на полку. — Это будет больно, да? — прошептал Нико. — О-о-о, милый, — Рэй занес веник, — в этом доме «больно» — это синоним слова «хорошо»! Привыкай! «Банная экзекуция» была в самом разгаре: Рэй с азартом маньяка и грацией танцора охаживал Нико веником, приговаривая что-то о «портовых токсинах», пока Сашка со смехом удерживал своего «принца», когда тяжелая дубовая дверь сауны распахнулась. На пороге, окутанный клубами пара, стоял Эдриан. Его обычно безупречный костюм был слегка помят, а на переносице красовалась свежая царапина от очков. В руках он сжимал планшет. — Прошу прощения за вторжение в этот... храм плоти, — Эдриан поправил очки, стараясь не смотреть на голые бедра Рэя и синяки Нико. — Но у нас проблема. «Львиный зев» не просто выжил. Они нашли себе новую «крышу». Рэй замер с поднятым веником, его стальные глаза мгновенно утратили веселость, превращаясь в два острых лезвия. — Кто этот бессмертный камикадзе, Эдриан? — прохрипел Рэй, накидывая халат прямо на мокрое тело. Вэнд медленно поднялся с полка, и в тесном пространстве сауны стало нечем дышать от его ауры власти. — Говори, — коротко бросил Глава мафии. — Генерал Соколов, — Эдриан вывел на экран планшета фото сурового мужчины в форме. — Глава службы безопасности восточного округа. Похоже, он решил, что портовые склады — отличная база для его «черного экспорта». И он уже выслал спецназ, чтобы «зачистить» причалы от «гражданских банд». Нико резко сел, игнорируя жжение на коже от веника. — Спецназ? Мои люди в порту не выстоят против регулярных войск. Они их просто перемелют. — О-о-о, папочка, ты слышишь? — Рэй хищно оскалился, и его рука инстинктивно потянулась к шее, где обычно висел тесак, но пальцы нащупали лишь мокрую кожу. — Генерал... Целый генерал решил поиграть в солдатики на нашем поле. Сашка, Нико, кажется, банный день закончился. Пора доставать игрушки посерьезнее. Вэнд посмотрел на Эдриана. — Сколько у нас времени? — Около часа до того, как они заблокируют все въезды в порт. — Снежок! — крикнул Вэнд в пустоту, зная, что хакер слушает. — Глуши все их частоты. Эдриан, готовь юридическую «бомбу», обвини их в превышении полномочий. А мы... — Вэнд перевел взгляд на Сашку и Нико. — Мы покажем генералу, что бывает, когда армия сталкивается с настоящими хищниками. Рэй уже выбегал из сауны, на ходу крича Лукасу: — Лу-Лу! Тащи мой самый длинный нож и ту черную кожаную куртку! Сегодня мы будем охотиться на погоны! Рэй был в своей стихии. Пока Вэнд отдавал четкие распоряжения Марку по радиосвязи, а Сашка с Нико проверяли магазины своих пушек, «Мамочка» устроил в машине настоящий ритуал. Он не просто одевался — он вооружался. Черная кожаная куртка на голое тело, массивный пояс, утыканный метательными ножами, и то самое изумрудное колье, которое теперь казалось не украшением, а деталью доспеха. — Генерал Соколов... — Рэй сладко зажмурился, пробуя имя на вкус. — Надеюсь, его погоны достаточно острые, чтобы ими можно было вскрыть ему вены. Порт встретил их воем сирен и ослепляющим светом армейских прожекторов. Спецназ уже оцепил третий сектор. Генерал в полевой форме стоял на командном мостике, уверенный в своей безнаказанности. — Выкурить их оттуда! — командовал Соколов в мегафон. — При сопротивлении — огонь на поражение! В этот момент все прожекторы одновременно вспыхнули красным и… погасли. Снежок обрушил сеть. В наступившей тьме раздался пронзительный, безумный смех Рэя, усиленный портовыми динамиками. — Генера-а-ал! — голос Рэя вибрировал от предвкушения. — Вы ошиблись дверью. Здесь не казарма. Здесь морг. И я — ваш патологоанатом! Рэй сорвался с места. Он не стрелял. Он двигался между контейнерами, как призрак. Первый спецназовец даже не понял, что произошло: из темноты вылетела тонкая рука в изумрудах, и лезвие вошло точно в сочленение бронежилета на шее. — Один... — прошептал Рэй, слизывая каплю крови с щеки. Сашка и Нико работали парой чуть поодаль, отвлекая огонь на себя. Сашка снимал тех, кто пытался навести тепловизоры, а Нико, используя знание каждого закоулка порта, заманивал группы спецназа в ловушки. Но главное шоу было впереди. Рэй прорвался к командному мостику. Соколов выхватил пистолет, но Рэй выбил его метательным ножом с такой силой, что генерал взвыл от боли в кисти. — А вот и вы, мой золотой, — Рэй плавно поднялся по лестнице, и в свете луны его мокрое после сауны тело под распахнутой курткой казалось отлитым из стали. — Что, генерал, страшно, когда война приходит не на карте, а в виде маньяка в бриллиантах? Рэй схватил Соколова за грудки и прижал к перилам мостика, заставляя смотреть вниз, где Сашка и Нико методично добивали остатки его элитного отряда. — Посмотри на моих мальчиков, — прошипел Рэй, прижимая тесак к горлу генерала. — Они молоды, красивы и очень голодны. А ты... ты просто старый кусок мяса, решивший, что может забрать у нас дом. Рэй нагнулся и прошептал прямо в ухо Соколову, переходя на свой фирменный матерный рык: — Ты сейчас отзовешь своих псов, подпишешь признание в коррупции, которое тебе пришлет Эдриан, и исчезнешь из этого города так быстро, что пятки будут гореть. Иначе я сниму с тебя кожу и сделаю из неё чехлы для сидений в машине Вэнда. Понял меня, ты, [цензура] в фуражке?! Соколов, глядя в безумные, стальные глаза Рэя, понял, что трибунал — это лучшее, что может с ним случиться в этой жизни. Вэнд подошел к подножию мостика, закуривая сигарету. — Рэй, оставь его. Снежок уже отправил все данные в министерство. Соколов теперь — политический труп. Нам не нужно пачкать причалы армейской кровью больше необходимого. Рэй обиженно фыркнул, но убрал нож. Он напоследок отвесил генералу звонкую пощечину. — Иди, «герой». И помни: если я еще раз увижу камуфляж в этом порту, я заставлю тебя его сожрать. Вместе с пуговицами. После порохового дыма и адреналиновой резни в порту, особняк Нерцев казался настоящим оазисом тишины. Рэй, наконец-то смыв с себя кровь и копоть, облачился в свой самый мягкий, кремовый халат, но не забыл оставить на шее колье с изумрудами — оно грело ему душу. Ужин был по-настоящему семейным. Даже Джулиан, узнав о падении генерала Соколова, приехал с бутылкой коллекционного вина, выглядя непривычно расслабленным. — Биг, папочка, передай мне ту нарезку, — Рэй лениво потянулся через стол, задевая рукавом тарелку. На его лице сияла абсолютно довольная улыбка хищника, который плотно поел и теперь хочет только ласки. — Сашка, Нико, вы сегодня были просто конфетками. Настоящие львы. Сашка, сидевший рядом с Нико, молча кивнул, а Нико, всё еще немного бледный после встречи со спецназом, крутил в руках свой изумрудный кинжал-подвеску. — Знаешь, Рэй, — подал голос Нико, — после твоего выступления на мостике я понял, что армия — это ерунда. Вот ты в гневе — это действительно конец света. Рэй восторженно хихикнул и подмигнул Вэнду. — Слышал? Барышня начинает понимать истинные ценности! Вэнд накрыл ладонь Рэя своей, переплетая их пальцы. Его взгляд, обычно ледяной, сегодня был теплым и спокойным. — Мы защитили то, что принадлежит нам. Александр официально закрепил свою репутацию. Теперь город знает: семья Навэр-Нерц не просто мафия. Это сила, которую не сломать ни законом, ни пулями. Эдриан, поправляя очки, добавил: — Юридически вы чисты. Соколов уже дает показания против своих же, чтобы спасти шкуру. Сашка, твои документы на владение портовым терминалом вступят в силу завтра утром. Сашка посмотрел на Вэнда, затем на Рэя. — Спасибо, Ма. Спасибо, Па. Рэй картинно шмыгнул носом и прижался к плечу мужа. — Ой, всё, я сейчас расплачусь от милоты! Снежинка, ты это слышишь? Мы — идеальная семья! Маркуша, Лу-Лу, несите десерт, будем праздновать то, что мы всё еще живы, богаты и до неприличия красивы! Лукас с облегчением выставил на стол огромный торт, а Марк, наконец-то сняв бронежилет, сел в углу с чашкой чая, позволяя себе едва заметную улыбку. Вечер в особняке обещал быть долгим, тихим и наполненным тем самым странным, кровавым, но искренним теплом, которое объединяло этих людей.