Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Ровно через неделю история совершила порочный виток. Вэнд и Марк снова были вынуждены уехать на ночную встречу с поставщиками, оставив особняк под присмотром охраны и Снежка. Рэй, чувствуя, как тело всё еще ноет от недавнего «квартета», решил освежиться и заперся в огромной душевой, надеясь, что горячая вода утихомирит его проснувшийся «отклик». Но он недооценил аппетиты своего «ученика». Рэй стоял под струями воды, откинув голову назад, когда дверь душевой резко распахнулась. В облаке пара на пороге стоял Лукас. На нем не было ничего, кроме запотевших очков, а его кожа уже сияла тем самым нежно-розовым светом. Из-за аномальной регенерации его тело требовало разрядки с пугающей частотой. — Рэй... я не могу дождаться Марка, — прохрипел Лукас, шагая прямо под воду. — Оно опять началось. Помоги мне... ты единственный, кто знает, как это остановить. Рэй хищно усмехнулся, глядя, как розовый нектар Лукаса смешивается с водой. — Ну и ну, Лу-Лу. Ты становишься настоящим маньяком. Иди сюда, пока я сам не потек от твоего вида. Рэй прижал Лукаса к холодному кафелю, и их тела, скользкие от воды и просыпающихся «откликов», мгновенно сцепились в страстном порыве. Рэй не жалел пальцев, используя всю свою технику, чтобы унять зуд помощника, и его собственный перламутр не заставил себя ждать. Белое сияние Рэя и розовое свечение Лукаса начали кружиться в водовороте, стекая в слив вместе с горячей водой. Они успели всё закончить и привести себя в порядок за полчаса до того, как кортеж Вэнда въехал во двор. Когда Вэнд и Марк вошли в гостиную, они застали идиллическую картину: Рэй в чистом халате лениво листал журнал, а Лукас, безупречно одетый, поправлял документы на столе. — Всё тихо? — коротко спросил Вэнд, подходя к Рэю и целуя его в макушку. — Тише некуда, Биг, — промурлыкал Рэй, пряча хитрую улыбку. — Мы просто... немного пообщались о делах. Только едва уловимый аромат сладкого мускуса и миндаля, всё еще витающий в воздухе, мог бы выдать их тайну, но Вэнд был слишком уставшим, чтобы заметить этот нюанс. Утро в особняке дышало ленивой роскошью. Пока Марк отчитывался перед Вэндом в кабинете, Рэй заприметил Лукаса у панорамного окна в коридоре. Помощник выглядел непривычно собранным, но Рэй-то видел, как подрагивают его пальцы, сжимающие папку — «розовый жемчуг» внутри Лукаса всё еще требовал своего. Рэй подошел бесшумно, словно тень. Он не просто встал рядом, а вплотную прижался грудью к спине Лукаса, чувствуя его мгновенную дрожь. Маньяк медленно завел руку вперед и кончиком указательного пальца, украшенного кольцом с черными бриллиантами, начал медленно очерчивать контур уха Лукаса, спускаясь к самой шее. — Слушай, Лу-Лу… — выдохнул Рэй прямо в затылок парню, обдавая его жаром и запахом мускуса. — Наша вчерашняя «душевая» процедура была неплоха. Но я тут подумал… А не хочешь в следующий раз добавить язык вместо пальцев?~ Лукас судорожно вздохнул, выронив листок из папки. Рэй же, продолжая свой интимный жест, нежно прикусил мочку его уха и тут же провел по ней кончиком языка, чувствуя, как Лукас буквально каменеет от смеси ужаса и запредельного возбуждения. — А то Маркуша просто пользуется твоим нектаром как смазкой… — Рэй развернул Лукаса к себе, заставляя его смотреть в свои стальные, опасно сузившиеся глаза. — А мне интересно, каков же ты на вкус, мой маленький «розовый цветочек». Хочу знать, так же ли сладок твой жемчуг, как ты сам. Рэй провел большим пальцем по нижней губе Лукаса, слегка оттягивая её вниз, демонстрируя чистое доминирование. В его взгляде вспыхнуло такое неприкрытое вожделение, что у Лукаса подогнулись колени. — Как думаешь, Лу-Лу… если я предложу это Бигу как новый этап «инспекции», он позволит мне тебя попробовать? — прошептал Рэй, хищно улыбаясь. Лукас не нашел в себе сил ответить, лишь жадно глотнул воздух, чувствуя, как новая волна розовой влаги предательски толкнулась изнутри от одной только мысли о языке маньяка. В особняке было время «мертвой тишины» — Вэнд и Марк уехали на стрельбище, а Ари со Снежком заперлись в лаборатории. Рэй знал: у них есть ровно сорок минут. Он затащил Лукаса в малую библиотеку, где за тяжелыми стеллажами с редкими фолиантами скрывался уютный альков с кожаным диваном. — Рэй, если Марк узнает… — начал было Лукас, но маньяк приложил палец к его губам, заставляя замолчать. — Маркуша узнает только то, что ты стал еще более податливым, — прошептал Рэй. Он не стал медлить. Одним плавным движением Рэй опустил Лукаса на диван, раздвигая его ноги. Розовый нектар уже начал пропитывать ткань брюк помощника, создавая влажное сияющее пятно. Рэй опустился на колени, и его стальные глаза вспыхнули азартом. Он медленно провел ладонью по бедру Лукаса, собирая густую, мутную жидкость, которая под его пальцами казалась жидким шелком. — Посмотрим, насколько ты сладкий, Лу-Лу, — прохрипел Рэй. Он приник губами к самому источнику. Когда его горячий, опытный язык коснулся нежного входа Лукаса, перемешивая розовый жемчуг с собственной слюной, очкарик буквально вылетел из реальности. Это было не похоже на Марка — это была ювелирная, почти хирургическая ласка маньяка, который знал каждую нервную клетку. Рэй действовал жадно, слизывая каждую каплю, проникая языком глубоко внутрь и заставляя Лукаса выть в подушку, чтобы не сорваться на крик. Вкус оказался одурманивающим: миндаль с легким металлическим привкусом адреналина. От этого зрелища и вкуса сам Рэй начал стремительно «откликаться» — его белый перламутр густыми каплями падал на ковер, смешиваясь с розовыми следами Лукаса. — Ты божественен на вкус, цветочек… — выдохнул Рэй, отрываясь на секунду, его губы и подбородок блестели от розового нектара. — Маркуша даже не представляет, какое сокровище он просто использует. Лукас лишь судорожно сжимал обивку дивана, его очки давно слетели, а тело сотрясалось в экстазе. Рэй снова припал к нему, решив выпить эту розовую чашу до самого дна, прежде чем их Хозяева вернутся домой. Вечер в спальне Марка и Лукаса был пропитан усталостью после стрельбищ, но, как только Марк притянул мужа к себе для объятий, его ноздри хищно дрогнули. Запах Лукаса — обычно нежный, цветочный — был перебит тяжелым, властным ароматом мускуса. Этот запах Марк знал слишком хорошо: так пах только Рэй, когда его «лев» был на пике возбуждения. Марк напрягся, его руки на талии Лукаса сжались чуть сильнее. — Лу... от тебя несет Рэем так, будто он втирал свой пот тебе в кожу, — низким, подозрительным голосом произнес Марк, заглядывая в глаза мужу. Лукас, чье сердце готово было выпрыгнуть из груди, поправил очки и постарался придать голосу привычную нотку раздражения на маньяка. — О боже, Марк, ты же знаешь этого психопата... Он сегодня весь день ходил «заведенный», Биг его снова чем-то раззадорил. Он прохода мне не давал в коридоре, всё время лез со своими подколками, хватал за плечи и терся щекой, рассказывая, какой он «сияющий». Ты же знаешь, если Рэй возбужден — он пачкает своим запахом всё, к чему прикасается. Марк еще секунду вглядывался в лицо Лукаса, но, вспомнив гиперактивность Рэя, когда тот «течет», расслабился. Это было логично: маньяк любил метить территорию и донимать помощника. — Чертов маньяк, — проворчал Марк, зарываясь носом в шею Лукаса, чтобы перебить чужой запах своим. — Скоро я попрошу Вэнда посадить его на цепь, чтобы он не обтирал об тебя свой мускус. Лукас облегченно выдохнул в плечо мужа, чувствуя, как внутри всё еще сладко пульсирует воспоминание о языке Рэя. Тайная «дегустация» прошла успешно, оставив лишь этот опасный, дурманящий след. Это было роковой ошибкой — самой большой и последней в жизни банды «Шакалов». Они зажали кортеж Вэнда в узком переулке у доков, надеясь на эффект неожиданности. Когда двери машины открылись, и из салона неспешно вышел Рэй в своей синей шёлковой рубашке, их главарь — наглый юнец, перекачанный стероидами, — совершил то, за что в этом городе убивали медленно. — О, гляньте-ка, — главарь сплюнул под ноги, направив на Рэя дробовик. — Это и есть тот самый «Белый Лев»? Выглядишь как грязная шлюха в этом шёлке. Мы слышали про твои фокусы, Навэр. Даже проститутки в борделях так не текут, как ты перед своим папочкой. Думаешь, если ты убил десяток придурков, ты великий маньяк? Нихуя. Ты просто дырка с рубинами на шее. В воздухе повисла такая тишина, что было слышно, как бьётся сердце у испуганного Лукаса, стоявшего за спиной Вэнда. Вэнд медленно опустил руку, которой собирался отдать приказ, и просто кивнул своему мужу. — Сорвись, лев. Оставь мне только того, кто это вякнул. Остальные — твои. Рэй двигался среди бандитов как оживший кошмар, но его молчание сменилось жутким, ледяным смехом. После каждого смертоносного выпада он оборачивался к застывшему от ужаса главарю, продолжая «светскую беседу». — Ой, смотри, у этого кости хрустнули совсем как печенье! — Рэй с хрустом вывернул руку очередному наемнику, используя ее как рычаг, чтобы пробить череп соседа. — Ты говорил, проститутки так не текут? А как тебе это, милый? Посмотри, как твои мальчики истекают кровью! Это ведь тоже своего рода «отклик», не находишь? Когда последний боец рухнул на асфальт бесформенной кучей, Рэй медленно, по-кошачьи, направился к самому главарю. Парень попытался вскинуть дробовик, но Рэй одним ударом ноги выбил оружие вместе с пальцами стрелка. — А теперь ты, — прошептал Рэй, хватая его за воротник и швыряя на капот развороченной машины. — Ты хотел эксклюзива? Ты его получишь. Рэй начал превращать главаря в кровавый фарш. Он действовал методично: сначала короткими, точными ударами он раздробил ему обе коленные чашечки, заставляя парня захлебываться в крике. Затем Рэй начал ломать мелкие кости кистей, одну за другой, сопровождая каждый щелчок издевательским комментарием: — Это за «шлюху»... Это за «проститутку»... А это просто потому, что мне не понравился твой одеколон. Маньяк вошел в раж. Он использовал свои кулаки как молоты, превращая грудную клетку парня в крошево из ребер и мяса. Рэй не давал ему умереть слишком быстро, придерживая за горло и заставляя чувствовать, как каждая кость в его теле превращается в острые осколки. В конце он нанес серию ударов по лицу, пока оно не превратилось в неузнаваемое багровое месиво. Когда от главаря остался лишь хрипящий кусок плоти с дроблеными костями, Рэй выпрямился. Его темно-синяя рубашка потемнела от крови, руки были по локоть в багровой массе, а стальные глаза сияли первобытным триумфом. Он обернулся к Вэнду, тяжело дыша, и его шрамы на щеке зловеще белели на фоне чужой крови. — Биг… я закончил с уборкой мусора, — Рэй хищно улыбнулся, и капля крови сорвалась с его носа прямо на рубиновое колье. — Теперь я хочу домой. И мне плевать на чистоту салона — я заслужил твое внимание в любом виде. Лукас, который ещё несколько недель назад упал бы в обморок от такого количества плоти и костей, теперь лишь крепче поправил очки. Он чувствовал странное, тёплое спокойствие. После их «тайного союза» в библиотеке он понял: за этой маской безумного мясника скрывается лев, который перегрызёт глотку любому, кто посягнет на покой их странной, извращённой, но всё же семьи. Лукас сделал шаг вперёд, отделяясь от Марка, и протянул Рэю белоснежную салфетку. — Рэй, вытри лицо. У тебя на подбородке... ну, чьи-то остатки, — спокойно произнёс Лукас, глядя маньяку прямо в его дикие, залитые адреналином глаза. Рэй замер. Он посмотрел на дрожащую, но протянутую руку помощника, а затем на его невозмутимое лицо. Кровавый оскал маньяка медленно сменился мягкой, почти нежной усмешкой. Он принял салфетку, лениво вытирая багровую полосу со щеки. — Смелеешь на глазах, Лу-Лу, — промурлыкал Рэй, делая шаг к нему и оставляя кровавые следы на асфальте. — Это всё мой «нектар» так на тебя действует? Смотри, Маркуша начнёт ревновать к твоей новой храбрости. Вэнд подошёл к ним, властно кладя руку на затылок Рэя и заставляя его отвлечься от Лукаса. Глава мафии посмотрел на месиво, оставшееся от банды, а затем на своего окровавленного мужа. — Садись в машину, лев. Нам плевать на салон, — Вэнд открыл дверь лимузина. — Ты защитил честь семьи. А ты, Лукас... хорошая работа. Твоя выдержка растёт вместе с твоим «откликом». Когда они погрузились в салон, Рэй, всё ещё тяжело дыша и пачкая дорогую кожу кровью, рухнул на колени к Вэнду. Он знал: теперь, когда «Шакалы» стёрты в порошок, никто в этом городе не рискнёт раскрыть рот в сторону Империи. Когда лимузин плавно тронулся, Рэй, всё еще покрытый запекшейся кровью, прикрыл глаза, чувствуя, как адреналин медленно вымывается из вен. Вэнд властно поглаживал его по спутанным волосам, не обращая внимания на испачканный костюм. Напротив них сидели Марк и Лукас. Рэй приоткрыл один глаз и поймал взгляд Лукаса. Помощник всё еще сжимал в руках пачку салфеток, и в его глазах, за стеклами очков, читалось не только потрясение от бойни, но и то самое «тайное» понимание. Рэй едва заметно подмигнул ему, и этот жест был понятен только им двоим. «Твой секрет в безопасности, Лу-Лу... пока ты подчиняешься моим урокам», — пронеслось в мыслях маньяка. Рэй знал: если Вэнд или Марк узнают о тех минутах в библиотеке или о языке Рэя на коже Лукаса, особняк содрогнется от ярости их хозяев. Но именно этот риск заставлял «белый нектар» Рэя и «розовый жемчуг» Лукаса пульсировать в унисон. — Ты сегодня превзошел сам себя, лев, — негромко произнес Вэнд, целуя Рэя в висок, прямо над пятном крови. — Завтра у тебя будет законный отдых. Рэй хищно улыбнулся, глядя на Лукаса, который тут же опустил глаза. — О да, Биг... отдых мне пригодится. У меня накопилось много «теоретического материала», который нужно обсудить с нашим очкариком... в частном порядке. Пока ты будешь занят разбором архивов «Шакалов». Вэнд лишь кивнул, принимая это за обычное желание Рэя поиздеваться над помощником, даже не подозревая, что под его носом маньяк уже вовсю «дегустирует» податливое тело его лучшего сотрудника. Лимузин погрузился в тягучую тишину, прерываемую лишь тихим шорохом шин по асфальту. Рэй чувствовал, как под пристальным взглядом Вэнда его тело начинает предательски отзываться. Тотальное доминирование «Бига» после успешной резни всегда запускало биохимический триггер. Золотой чокер казался раскаленным, а в воздухе начал разливаться едва уловимый, но дурманящий аромат сладкого мускуса. «Отклик» просыпался. Вэнд почувствовал это первым. Его ноздри расширились, а рука, покоившаяся на затылке Рэя, сжалась чуть сильнее, заставляя маньяка тихо выдохнуть. — Кажется, твой организм признал победу раньше, чем мы доехали до дома, — низким голосом произнес Вэнд, игнорируя присутствие Марка и Лукаса. Лукас, сидевший напротив, судорожно сглотнул. Запах мускуса, смешанный с запахом крови, ударил ему в голову, отзываясь внизу живота знакомым жжением. Он почувствовал, как его собственный, розовый нектар с привкусом горького миндаля, начинает увлажнять белье. Его «отклик» всегда резонировал с состоянием учителя. Марк, сидевший рядом с Лукасом, нахмурился. Он не обладал такой чувствительностью, как «львы», но напряжение в салоне можно было резать ножом. — Босс, на въезде в поместье нас ждет Ари, — подал голос Марк, пытаясь разрядить обстановку. — Он закончил чистку беретты и требует, чтобы Рэй проверил его стойку. Рэй лениво перевел взгляд на Марка, а затем снова на Лукаса. Он видел, как у того затуманились глаза за стеклами очков. — Сначала... — Рэй облизнул губы, и на его языке остался металлический привкус крови. — Сначала я приму душ. Лу-Лу, — он выделил имя помощника, — мне понадобится твоя помощь. Нужно составить опись того, что мы изъяли у «Шакалов»... прямо в ванной комнате. Пока я смываю грязь. Вэнд усмехнулся, забавляясь тем, как Рэй третирует бедного парня. — Иди, Лукас. Помоги ему. Марк, а ты займись охраной периметра, сегодня Снежок засёк подозрительную активность на серверах. Когда лимузин остановился у величественных ворот особняка, Лукас едва нашел в себе силы встать. Он знал: как только дверь в ванную закроется, Рэй перестанет быть «послушным львом» Вэнда и превратится в его личного демона, который заберет его нектар до последней капли. Дверь ванной комнаты захлопнулась, отсекая шум особняка и тяжелые шаги Марка в коридоре. Рэй тут же прижал Лукаса спиной к холодному кафелю, нависая над ним всей своей внушительной массой. В воздухе, густом от пара и запаха горячей воды, моментально смешались ароматы: тяжелый, пьянящий мускус Рэя и резкий, пронзительный миндаль, который начал сочиться из Лукаса. — Боже, Лу-Лу... ты пахнешь так, будто сейчас взорвешься, — прорычал Рэй, вжимаясь коленом между бедер помощника. Лукас судорожно вцепился в окровавленные плечи маньяка, его очки запотели, а дыхание сбилось в рваные всхлипы. Розовый, перламутровый нектар уже пачкал его светлые брюки, оставляя влажные пятна. — Пожалуйста... Рэй... я больше не могу... — простонал он, закидывая голову назад. Рэй действовал грубо и жадно. Он не стал церемониться: рывком расстегнул ремень парня, заставляя того вскрикнуть от неожиданности. Смертоносный «лев» опустился на колени, но его движения не были смиренными — это была охота. Он видел, как дрожат колени Лукаса, и как того бьет дрожь от перевозбуждения. Рэй приник губами к нежной коже бедра, чувствуя на языке липкую, сладковато-железную сладость «отклика». Он едва сдерживался, чтобы не вонзить зубы в податливое тело, не пометить эту территорию глубокими следами укусов. Его челюсти сводило от желания оставить клеймо на бедрах или ягодицах Лукаса, но холодный рассудок маньяка напоминал: Марк не дурак. Если он увидит на своем муже следы зубов «льва», в особняке начнется кровавая баня, в которой даже Вэнд не сможет его защитить. — Если бы не твой ревнивый пес, я бы съел тебя целиком, — пробормотал Рэй, слизывая розовую каплю с кожи. Он работал пальцами и языком с пугающей эффективностью, доводя Лукаса до белого каления. Помощник закусил кулак, чтобы не закричать на весь этаж, когда Рэй, игнорируя собственную усталость после бойни, заставил его тело содрогнуться в мощной разрядке. Когда всё закончилось, Рэй поднялся, вытирая рот тыльной стороной ладони, на которой всё еще виднелись следы засохшей крови «Шакалов». Лукас, обессиленный и мокрый, сполз по стене, пытаясь привести в порядок одежду. — Живо в душ, — скомандовал Рэй, возвращая себе холодный тон. — И не дай бог Марк почует на тебе мой мускус. Я не хочу завтра объяснять Вэнду, почему у нашего лучшего охранника прострелена голова, а у меня — вырвано горло. В этот момент в дверь коротко и властно постучали. — Рэй? Ты там не утопил моего помощника в раковине? — раздался низкий голос Вэнда. — Выходи, Эдриан приехал. И он не в духе. Рэй вышел из ванной, на ходу затягивая на ходу тёмный шелковый халат. Влажные, тёмно-коричневые волосы тяжёлой массой лежали на плечах, а от его тела всё ещё исходил густой, дурманящий аромат мускуса, смешанный с едва уловимым привкусом миндаля. Эдриан стоял в коридоре, прислонившись к стене. Его безупречный костюм-тройка и холодный взгляд адвоката контрастировали с диким, первобытным видом брата. Он проводил взглядом выскользнувшего из ванной Лукаса — тот пролетел мимо, уткнув нос в пол и судорожно поправляя очки. Когда шаги помощника затихли, Эдриан кивнул Рэю в сторону пустой гостевой комнаты. Как только дверь закрылась, адвокат заговорил, и его голос был подобен удару скальпеля: — Ты совсем страх потерял, Рэй? — Эдриан поправил очки, в его тёмно-голубых глазах закипала холодная ярость. — Твой «отклик» несёт за версту. И это не запах Вэнда. Ты что, изменяешь Хозяину с этим мальчишкой-секретарем? Рэй замер на секунду, а затем его лицо исказила хищная, безумная ухмылка. Одним молниеносным движением он преодолел расстояние между ними, сокращая дистанцию до минимума. Его огромная рука, всё ещё пахнущая железом и порохом, вцепилась в лацканы дорогого пиджака Эдриана, с силой впечатывая брата в стену. — Если Вэнд или Марк узнают об этом... — голос Рэя опустился до едва слышимого, вибрирующего рыка, от которого у обычного человека подкосились бы ноги. — Я даже не вспомню, что ты мой младший брат, Эдри. Рэй наклонился к самому уху адвоката, и в его стальных глазах вспыхнуло то самое безумие, которое видели «Шакалы» перед смертью. — Я превращу тебя в фарш, — прошипел он, обдавая брата жаром. — В точно такой же, какой я сделал из главаря этой помойки час назад. Ты меня понял? Мои дела с Лукасом — это биологическая необходимость. А то, что происходит между мной и Вэндом... это святое. Не лезь в механизмы, которые ты не в силах починить. Эдриан, несмотря на риск быть раздавленным, не отвел взгляда. Он чувствовал, как от Рэя исходит волна чистой, нефильтрованной агрессии. — Святое? — процедил Эдриан. — Вэнд вырвет тебе сердце, если учует чужой нектар на твоих губах. И я не буду тебя защищать в суде, когда он решит пустить своего «льва» на воротник. Умойся ещё раз, придурок. Марк уже идёт сюда. Рэй медленно разжал пальцы, разглаживая помятую ткань на груди брата с пугающей аккуратностью. — Марк учует только преданность, — бросил Рэй, восстанавливая дыхание. — Иди, делай свою работу, адвокат. Расскажи Вэнду, как ты «зачистил» юридические хвосты, пока я зачищал глотки. Дверь с тихим щелчком закрылась за Рэем, оставив Эдриана в пустой комнате. Адвокат едва успел поправить галстук и глубоко вздохнуть, пытаясь унять дрожь в руках после столкновения с безумием брата, как в коридоре послышались тяжелые, мерные шаги. В проеме вырос Марк. Он выглядел как ожившая скала: камуфляж, бронежилет, руки в перчатках без пальцев сжаты в кулаки. Его зеленоглазый взгляд мгновенно сканировал помещение, задерживаясь на Эдриане, который всё еще выглядел слишком бледным. — Где Рэй? — голос Марка прозвучал подозрительно спокойно. — Я видел, как он выходил отсюда. И я видел своего мужа. Лукас выскочил из ванной, как будто за ним черти гнались, и заперся в архиве. Марк сделал шаг внутрь комнаты, сокращая дистанцию. Его обоняние не было таким острым, как у «львов», но он слишком хорошо знал запахи этого дома. — Отвечай, адвокат, — процедил Марк, прищурившись. — Рэй снова донимал Лукаса? Я знаю, что твой брат — садист, но если он перешел черту и причинил ему боль… Эдриан замер. В голове пронеслись слова Рэя о «фарше». Он знал, что если сейчас выдаст правду о тайной связи и «отклике», то в особняке начнется бойня, в которой погибнут все. Марк в ярости страшен, а Рэй в режиме защиты своей тайны — неуправляем. — Успокойся, Марк, — Эдриан нацепил свою самую непроницаемую маску «адвоката дьявола» и поправил очки. — Рэй просто в порыве после миссии сорвался на мне. Ты же знаешь, адреналин бьет ему в голову. Он… — Эдриан сделал паузу, подбирая слова, — он просто напомнил мне, кто здесь главный маньяк. А Лукас, вероятно, просто попал под горячую руку и испугался вида крови на Рэе. Марк подошел вплотную, глядя на Эдриана сверху вниз. — В этом доме слишком сильно воняет мускусом, Навэр. Если я узнаю, что ты от меня покрываешь… Марк напоследок бросил на Эдриана тяжелый взгляд и развернулся, выходя в коридор. Эдриан выдохнул, чувствуя, как по спине катится холодный пот — на этот раз пронесло. В большом зале особняка атмосфера была наэлектризована. Вэнд сидел в своем кресле, закинув ногу на ногу, а рядом, по правую руку, уже стоял Рэй. Он успел переодеться в чистое, но волосы остались распущенными, пушистым коричневым облаком накрывая плечи. Золотой чокер тускло блестел в свете люстр. В центр зала вошел Нико. Он выглядел безупречно: иссиня-черные волосы уложены волосок к волоску, в глазах — то самое ледяное высокомерие, которое заставляло окружающих чувствовать себя грязью под его подошвой. Он едва взглянул на Вэнда и, не дожидаясь приглашения, достал сигарету. — Ну и дыра у вас тут, Нерц, — процедил Нико, щелкая дорогой зажигалкой. — Я пришел за Сашкой. Хватит играть в «благородное спасение сироток». Парень принадлежит мне, и я... Договорить он не успел. Рэй сорвался с места так быстро, что Ари, стоявший в тени, едва успел моргнуть. В следующую секунду Рэй уже стоял вплотную к Нико, возвышаясь над ним своей почти двухметровой фигурой. Маньяк просто выхватил сигарету из пальцев парня и раздавил её прямо в своей ладони, даже не поморщившись. — Слышь, ты, кукла фарфоровая, — голос Рэя прозвучал как скрежет металла по кости. В глазах цвета стали заплясали искры чистого безумия. — Ты сейчас свой рот откроешь только для того, чтобы извиниться перед моим мужем за «дыру». Нико попытался было что-то возразить, вскинув подбородок, но Рэй перехватил его за горло, не сжимая, но давая почувствовать силу маньяка. — Еще одно слово про Сашку или мой дом, и я тебе этот твой холеный язык в задницу запихаю так глубоко, что ты им гланды щекотать будешь, — Рэй выдал такую тираду отборного мата, что даже Марк у двери уважительно крякнул. — Сашка под моей защитой. А ты здесь — никто. Обычный мусор, который я еще не вывез на свалку только потому, что Вэнд сегодня в хорошем настроении. Понял меня, щегол? Нико побледнел. Всё его высокомерие испарилось под ледяным, безумным взглядом Рэя. Вэнд довольно усмехнулся, наблюдая, как его «лев» ставит на место наглеца. — Рэй, оставь его, — лениво бросил Вэнд. — Пусть отдышится. Сашка! Выходи, твой... «друг» приехал. Сашка медленно вышел из тени колонн, и в зале мгновенно воцарилась гробовая тишина. Он перевел взгляд с побледневшего, прижатого к стене Нико на Рэя, от которого буквально исходили волны тяжелой, удушающей агрессии. Нико, увидев своего парня, попытался вернуть себе крупицу достоинства. — Саш, какого черта? Скажи этому психу, чтобы убрал руки! Мы уходим отсюда, сейчас же! — в голосе Нико прорезались истеричные нотки, а его «фарфоровое» лицо пошло пятнами. Сашка посмотрел на Рэя. Маньяк стоял неподвижно, его пальцы всё еще опасно замерли у горла Нико, а в стальных глазах читалось четкое обещание устроить кровавую баню прямо на ковре, если парень сделает неверный выбор. Сашка прекрасно знал: Рэй не просто так притащил его в особняк. В этом огромном человеке он видел отражение своей боли, но еще он видел силу, которой нельзя перечить. Сашка сделал шаг вперед, но не к Нико, а в сторону Рэя. — Нико, заткнись, — негромко, но твердо произнес Сашка. — Ты вообще понимаешь, с кем ты так разговариваешь? Нико опешил, его рот приоткрылся в немом возмущении. А Сашка подошел к Рэю и почтительно, как младший к старшему — как сын к «Ма», — коснулся его локтя. — Ма, отпусти его. Он просто идиот, не понимает, куда пришел. Я сам с ним разберусь... позже. Рэй медленно, словно нехотя, разжал пальцы. На шее Нико остались отчетливые красные следы. Маньяк склонил голову набок, и его густые волосы скользнули по плечу. — «Ма»? — Рэй хрипло усмехнулся, и в этой усмешке было больше угрозы, чем в любом крике. — Слышал, щегол? Сашка умнее тебя. Он знает, что если я сейчас не успокоюсь, твои почки будут висеть вместо украшений на камине. Рэй обернулся к Вэнду, мгновенно меняясь в лице. Агрессия никуда не ушла, но она стала контролируемой, «домашней». — Биг, я могу увести Сашку и это... недоразумение в гостевой корпус? Мне нужно объяснить нашему новому члену семьи правила этикета. Очень... доходчиво. Вэнд кивнул, его забавляла эта ситуация. Он видел, как Сашка признал авторитет Рэя, и это было именно то, чего он ожидал от парня с таким прошлым. Сашка взял Нико за локоть и буквально потащил его за собой вслед за Рэем. Нико, который привык доминировать в их отношениях в плане капризов и высокомерия, сейчас выглядел совершенно раздавленным. Он шел за Сашкой, не смея даже пикнуть, чувствуя на своей спине ледяной взгляд «Белого Льва». Марк перехватил Лукаса на повороте к архивам. Тяжелая рука охранника легла на плечо помощника, заставляя того вздрогнуть и выронить планшет. — Лукас, стой, — голос Марка был низким и вибрирующим от подавляемого подозрения. — Ты не смотришь мне в глаза с самой поездки. И этот запах... Марк притянул мужа к себе, заставляя того уткнуться носом в жесткую ткань бронежилета. Он потянул носом воздух у самого уха Лукаса и его брови сошлись на переносице. Запах миндаля был настолько сильным, что казался почти осязаемым. — Ты течешь, Лу-Лу, — Марк развернул его к себе, вглядываясь в расширенные зрачки. — Отклик не случается на пустом месте. Кто? Рэй снова доводил тебя до истерики своими угрозами? Или он... Лукас судорожно сглотнул, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха и остаточного возбуждения. — Марк, нет, он просто... он был на взводе после зачистки, ты же знаешь. Я просто испугался, когда он прижал меня в ванной... — Прижал? — Марк мгновенно подобрался, его глаза опасно блеснули. — Если этот маньяк хоть пальцем... В этот момент за их спинами раздались тихие шаги. Сашка, который как раз шел по коридору, пытаясь переварить недавнюю сцену в зале, замер, наблюдая за семейной драмой. Он еще не понимал новой специфики этого дома, но запах миндаля, исходящий от Лукаса, показался ему странно знакомым — чем-то похожим на тот густой аромат, который окутывал Рэя рядом с Вэндом. — А что это за запах? — внезапно подал голос Сашка, подходя ближе. — От Рэя пахло сладостью, а от тебя... как будто амаретто разлили. Это какой-то парфюм для мафии? Марк обернулся к Сашке, его лицо на секунду смягчилось, но подозрение никуда не делось. — Это не парфюм, парень. Это «Отклик». Биологическая метка подчинения. У Рэя — мускус, у моего мужа — миндаль. Но проблема в том, что отклик Лукаса обычно реагирует только на сильный стресс... или на меня. Сашка нахмурился, переводя взгляд на дрожащего Лукаса. В его голове начали складываться кусочки пазла: окровавленный Рэй, «опись имущества» в ванной, перепуганный помощник и липкий розовый нектар на его одежде. — Погоди, — Сашка прищурился. — То есть, если Рэй «прижал» его в ванной, и у него пошла эта реакция... значит, Лукас признал власть Рэя? Как маньяка над жертвой? Или... Лукас побледнел еще сильнее, понимая, что Сашка сейчас своими догадками подпишет ему и Рэю смертный приговор. — Марк, ты не понимаешь, — выдохнул Лукас, его голос дрожал, но он старался звучать искренне, глядя в глаза мужу. — Он... он использовал «давление». Ты же знаешь, как Рэй умеет это делать, когда адреналин после бойни зашкаливает. Он запер меня в ванной и просто стоял рядом, выпуская эту свою ауру маньяка... Моё тело просто не выдержало, оно среагировало на угрозу смерти. Это был не тот отклик, что с тобой. Это был животный ужас. Марк на секунду замер, его хватка на плече Лукаса ослабла. Он знал, что Рэй способен подавлять волю одним присутствием, превращая пространство вокруг себя в камеру пыток. — Он издевался над тобой, — прорычал Марк, и в его глазах закипела ярость. — Я убью его. Плевать на иерархию, я... — Ревнуешь, Маркуша? — раздался за спиной вкрадчивый, хриплый голос. Рэй стоял всего в паре шагов, лениво прислонившись к дверному косяку. Он уже успел заплести свои густые волосы в высокий хвост, но несколько пушистых прядей всё равно выбились, обрамляя лицо со шрамами. На его губах играла та самая хищная ухмылка, которая заставляла кровь стынуть в жилах. Маньяк подошел ближе и бесцеремонно закинул тяжелую руку на плечо Марка, слегка сжав его. — Я просто объяснил твоему мальчику, что будет, если он еще раз забудет отчет или хотя бы дернет глазом, когда я с ним разговариваю. Он слишком нежный для нашей работы, Марк. Я всего лишь «откалибровал» его послушание. Рэй перевел взгляд на Лукаса. В этом взгляде на долю секунды промелькнуло воспоминание о вкусе миндального нектара на языке, но он тут же скрыл это за маской холодного безразличия. — Видишь, он до сих пор дрожит, — Рэй усмехнулся, глядя на Марка. — Твой пес такой верный, что пугается даже тени своего учителя. Не ищи интриг там, где есть только страх, охранник. Иди лучше проверь периметр, Снежок вон уже все глаза проглядел в мониторы. Сашка стоял чуть в стороне, переводя взгляд с Рэя на Лукаса. Он видел, как дрожат руки помощника, и как уверенно врет Рэй. Ему, как человеку, выросшему на улице, ложь была видна за версту. Но он также почувствовал тот самый запах мускуса, который стал гуще, когда Рэй подошел к Лукасу. «Ни черта это не страх», — подумал Сашка, но промолчал. Если этот двухметровый «лев» решил играть в прятки с правдой, лучше ему не мешать. — Пойдем, Марк, — тихо сказал Лукас, увлекая мужа за собой. — Всё нормально. Нам нужно в зал, Вэнд ждет. Когда они скрылись за поворотом, Рэй остался наедине с Сашкой. Ухмылка исчезла с его лица, сменившись тяжелым, оценивающим взглядом. — А ты, мелкий, — Рэй подошел к Сашке вплотную, — много вопросов задаешь. В этом доме любопытство лечится быстро. Либо пулей, либо «откликом». Ты уже понял, что это такое? Сашка только открыл рот, чтобы ответить, но его перебил резкий, полный ядовитого высокомерия голос. Нико, который всё это время стоял в тени коридора, не выдержал. Вид того, как его Сашка — его «собственность» — почтительно склоняет голову перед этим огромным шрамированным чудовищем, окончательно выбил у него почву из-под ног. — Саш, ты серьезно? — Нико вышел на свет, гневно сверкая глазами. — Ты слушаешь бредни этого психопата про «биологические метки»? Это же просто дрессировка! Он запугал тебя, как побитую собаку. И этот очкарик, и ты… вы просто стадо, которое ведется на рык этого плешивого кота! В коридоре повисла такая тишина, что было слышно, как гудит вентиляция. Сашка медленно закрыл глаза, про себя отсчитывая секунды до катастрофы. Он знал: Нико совершил фатальную ошибку, перейдя на личности и задев гордость «Льва». Рэй медленно, почти лениво повернул голову в сторону Нико. Его стальные глаза сузились, превращаясь в две ледяные щели. Он не сорвался с места, нет. Он начал приближаться медленно, и каждый его шаг отдавался глухим эхом. — «Плешивый кот»? — переспросил Рэй шепотом, от которого у Нико поползли мурашки по всему телу. — Ты, кажется, забыл, что в этой «дыре» твое выживание зависит от того, насколько тихо ты умеешь дышать в моем присутствии. Рэй внезапно сократил расстояние, и прежде чем Нико успел отступить, маньяк схватил его за подбородок, заставляя смотреть прямо в свои безумные глаза. — Слушай сюда, фарфоровый, — Рэй выдал такую конструкцию из матов, что Сашка невольно присвистнул. — Ты в этом доме — декорация. И если ты еще раз откроешь свою пасть, чтобы оскорбить систему, которую не в силах осознать твой куриный мозг, я лично позабочусь о том, чтобы твой следующий «отклик» был красного цвета. И литься он будет из твоих вскрытых вен. Рэй наклонился к самому лицу Нико, обдавая его тяжелым запахом мускуса и крови. — Ты пассив, так? Вот и веди себя соответственно: молчи, красиво стой в углу и молись, чтобы Сашка успел тебя трахнуть раньше, чем я решу пустить тебя на корм собакам. Нико задрожал, его губы затряслись, а всё его кукольное высокомерие окончательно рассыпалось. Рэй брезгливо оттолкнул его, вытирая ладонь о халат, словно испачкался о что-то липкое. — Сашка, — бросил Рэй, не оборачиваясь. — Забери это недоразумение с моих глаз. Покажите ему его комнату. И если ночью я услышу хоть один звук, кроме его стонов под тобой — я приду с ножом. И это будет не прелюдия. Сашка буквально зашвырнул Нико в комнату и с грохотом захлопнул дверь. Тот упал на край широкой кровати, хватаясь за горло, где всё еще горели следы пальцев Рэя. — Ты… ты видел?! — выдохнул Нико, его голос сорвался на писк. — Он же больной! Он угрожал мне смертью! Саш, мы должны уехать, этот дом — гребаный морг! Сашка медленно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и подошел к нему вплотную. В его зеленых глазах не было сочувствия — только холодная решимость. Он схватил Нико за воротник и встряхнул так, что у того клацнули зубы. — Послушай меня, кукла, — процедил Сашка, копируя интонации «Ма». — Еще один такой финт, еще одно вяканье в сторону Рэя или Вэнда, и я сам вышвырну тебя за ворота. А там тебя найдут «Шакалы» и сделают с тобой такое, что Рэй покажется тебе феей-крестной. Твоя задача — быть тихим, послушным и принадлежать мне. Здесь другие правила. Ты либо в стае, либо ты — добыча. Сашка толкнул его на подушки, нависая сверху. — Рэй сказал, что хочет слышать твои стоны? Значит, ты будешь стонать так, чтобы он в другом крыле слышал. И молись, чтобы это его удовлетворило. Нико, глядя в потемневшие глаза Сашки, впервые по-настоящему осознал: его парень изменился. Особняк Нерц уже начал пропитывать его своей жесткостью. В спальне Хозяина Рэй вошел в спальню бесшумно, как тень. Вэнд сидел в глубоком кресле с бокалом виски, наблюдая за всполохами камина. Как только дверь закрылась, воздух в комнате мгновенно сгустился. — Мой лев сегодня слишком много рычит на окружающих, — не оборачиваясь, произнес Вэнд. — Сначала Лукас в ванной, теперь этот мальчишка в коридоре. Рэй подошел со спины и опустился на колени у кресла, кладя голову на бедро мужа. Его густые волосы рассыпались по коленям Вэнда. — Они не знают своего места, Биг, — проглухо прошептал Рэй. — Это раздражает. Вэнд запустил руку в его «гриву», с силой потянув за волосы назад, заставляя Рэя подставить горло с золотым чокером. — А ты знаешь свое? — Вэнд прищурился, глядя в стальные глаза. — От тебя пахнет не только кровью, но и чужим откликом, Рэй. Ты думал, я не замечу миндаль? Рэй замер. Его тело тут же отозвалось на властный тон Хозяина: сердце забилось чаще, а снизу начал выделяться тот самый перламутровый «нектар». Аромат сладкого мускуса мгновенно заполнил пространство, смешиваясь с запахом виски. Рэй почувствовал, как мир вокруг начал плыть. Стоило Вэнду усилить хватку на его волосах, как уникальная реакция организма — «Отклик Белого Льва» — взяла свое. Это было выше его воли: стальные мышцы убийцы обмякли, а внизу живота разлился невыносимый, тягучий жар. Густой перламутровый нектар, пахнущий сладким мускусом, начал обильно выделяться, пропитывая ткань и стекая по бедрам. Рэй судорожно выдохнул, ткнувшись лбом в колено Вэнда. Сейчас, в состоянии «отклика», он был лишен своей защиты — его чувствительность обострилась в десятки раз, превращая каждое прикосновение ткани или дуновение воздуха в подобие электрического разряда. — Ох, посмотри на это, — низким, довольным голосом произнес Вэнд, чувствуя, как аромат мускуса становится почти одурманивающим. — Мой смертоносный лев совсем «потек». Вэнд отставил бокал и рывком заставил Рэя подняться, хотя тот едва держался на ногах, дрожа от собственной беспомощности. Хозяин развернул его спиной к себе и прижал к массивному столу. Халат Рэя распахнулся, открывая вид на крепкое тело, покрытое шрамами, и на то, как перламутровый секрет уже вовсю пачкает кожу, подготавливая его к самому главному. — Ты сегодня был очень жадным, Рэй, — прошептал Вэнд, ведя ладонью по пояснице маньяка вниз, туда, где нектар выходил особенно обильно. — Пробовал чужой миндаль... наказывал чужих парней... Ты совсем забыл, для кого на самом деле предназначена эта смазка. Рэй всхлипнул, закидывая голову назад. Его глаза затуманились, а пальцы судорожно скребли по дереву стола. Кольцо из белого золота с черными бриллиантами тускло блеснуло в свете камина. — Биг... пожалуйста... — сорвалось с его губ. Это не была просьба остановиться. Это была мольба о том, чтобы Вэнд наконец заполнил ту пустоту, которую «отклик» сделал невыносимой. Вэнд прижался к нему всем телом, чувствуя, как Рэй податливо прогибается, полностью признавая его власть. — Ты так сильно хочешь, чтобы я выбил из тебя мысли о других? — Вэнд коснулся губами шрама на щеке Рэя. — Хорошо. Я сделаю так, что завтра ты не сможешь даже вспомнить имя Лукаса. Рэй почувствовал, что первая волна парализующей покорности начала отступать, оставляя после себя лишь гулкое, вибрирующее желание. Он всё еще был пропитан перламутровым нектаром, который делал каждое движение плавным и тягучим, но теперь в его стальных глазах загорелся огонь азарта. — Биг... — выдохнул Рэй, опаляя шею Вэнда горячим дыханием. — Хватит... я сам. Несмотря на дрожь в мышцах, маньяк медленно отстранился и, перекинув ногу, по-хозяйски оседлал бедра Вэнда. Он выпрямился, и в полумраке спальни его фигура выглядела монументально: широкие плечи, шрамы, подсвеченные отблесками камина, и густая грива волос, рассыпавшаяся по спине. Рэй уперся ладонями в грудь Вэнда, чувствуя под пальцами быстрый стук его сердца и шрам от выстрела. Золотой чокер на шее маньяка блеснул, когда он медленно, с вызывающим стоном, начал двигаться сам. Теперь он задавал ритм. Он контролировал глубину и скорость, выгибая спину так, что его пушистые волосы щекотали колени Вэнда. — Смотри на меня, — прохрипел Рэй, наклоняясь ниже и заставляя Вэнда смотреть прямо в свои безумные, затуманенные удовольствием глаза. — Твой лев... сегодня сам заберет то, что ему причитается. Вэнд властно перехватил Рэя за талию, его кольцо с черным бриллиантом больно, но приятно впивалось в кожу маньяка. Он позволял своему «послушному зверю» эту вольность, наслаждаясь тем, как Рэй, изнемогая от собственного «отклика», продолжает доминировать сверху, превращая свое наказание в триумф. В воздухе стоял такой густой аромат мускуса, что дышать становилось трудно. Рэй закусил губу до крови, подавляя крик, когда ритм стал неистовым. Он был воплощением смертоносной красоты — хищник, который добровольно сдался своему Хозяину, но даже в этой сдаче оставался королем.