Несмываемый

      Ноги будто налились свинцом, и каждый шаг по направлению к участку казался личной капитуляцией. В принципе, идти никуда не хотелось — хотелось провалиться сквозь этот проклятый асфальт и уснуть крепким, долгим сном.       «И что я ему скажу? Извините, инспектор Мюллер, мы облажались по всем фронтам? Что наш гость не имеет ничего общего с тем, о ком мы думаем?»       Предстояло войти в этот душный кабинет, поймать на себе его выжидающий взгляд и вслух признать: он ничего не нашел. Сама мысль о том, как Мюллер медленно снимет очки и начнет потирать переносицу, выжидая ответов, заставляла зубы скрипеть.       Единственный выходной, когда можно было вдоволь отоспаться, Тэхён провел на ногах, словно пес выпрашивая информацию, которой у Чонгука, в сущности, никогда и не было. Тэхёну хотелось развернуться на сто восемьдесят градусов и идти, пока город не останется за спиной. Потому что приходить с пустыми руками к такому человеку, как комиссар Мюллер, который всегда ждет невозможного — это не просто провал. Это добровольная пытка.       Комиссар на все сто процентов не поверит, что Чонгук ничего не знает. Он начнет обвинять Тэхёна в том, что тот действовал неаккуратно, спугнул его или задал вопрос так, что заставил человека лишь плотнее сжать губы и отмалчиваться.       За этими мыслями Тэхён не заметил, как уже открыл дверь. Он вошел, толком не глядя на инспектора, который сидел, подперев рукой лысую голову, и лениво листал документы.       — Ну что? Есть от тебя хоть какая-нибудь польза? — вместо приветствия бросил Мюллер, окинув вошедшего Тэхёна своим фирменным презрительным взглядом.       — Да что вы хотите от меня так быстро? — Тэхён даже не успел снять куртку, как на него обрушился этот допрос.       — Работы, Тэхён. Чистой, эффективной работы.       — Вы сами меня наняли, зачем? — Тэхён наконец задал вопрос, который мучил его днями и бессонными ночами. Он подошел ближе, глядя комиссару прямо в глаза. — Какой смысл в таком партнере, как я? Чтобы просто поиздеваться? Потому что вы знаете мое прошлое и думаете, что можете командовать мной, как захотите?       Мюллер поморщился, словно от зубной боли.       — Перестань. Ведешь себя как ребенок, хотя давно уже вырос.       — Если я ребенок, зачем вы вообще со мной возитесь? — Тэхён почти выплюнул эти слова. — Не нашел я ничего, ясно вам? Он его не помнит.       Он резко отвернулся и зашагал к кулеру. Пластмассовый стаканчик жалобно хрустнул в его пальцах, когда он слишком сильно сжал его, пытаясь унять дрожь в руках.       — Ты должен пойти в клуб, — буднично произнес Мюллер, словно говорил о походе за продуктами.       Тэхён замер с полным стаканом воды.       — Что, простите? Вы, наверное, сейчас приняли что-что тяжелое? Давайте на этот раз я у вас анализ возьму, чисто для протокола?       — Очень смешно, — сухо отозвался инспектор. — Но ты пойдешь.       — Зачем? — уже тише спросил Тэхён, оборачиваясь. Шутки кончились, в воздухе снова запахло делом.       Мюллер устало потер виски, на мгновение показавшись старше своих лет.       — Такие, как ты... знающие, так скажем, изнанку ночной жизни, смогут влиться туда легко. Давай без лишних вопросов, Ким. Мне туда вход заказан — я там как бельмо на глазу.       Тэхён окинул инспектора оценивающим взглядом, и в его глазах снова зажглась искра привычного дерзкого вызова.       — Ну не знаю... Накиньте на себя школьную рубашку, может, вас... — Тэхён ненароком скользнул взглядом по заметному животу Мюллера, — ...все-таки пропустят? Как почетного гостя.       Мюллер на секунду онемел от такой наглости. Его рука нащупала на столе черновик, он мгновенно скомкал бумагу в плотный снаряд и с неожиданной ловкостью запустил его в Тэхёна.       — Пошел вон, Ким! Готовься к вечеру, — рявкнул он, хотя в глубине его взгляда на долю секунды промелькнуло что-то похожее на одобрение.

***

      Клуб встретил его привычным ударом набата по барабанным перепонкам, липким запахом табака и чем-то острым, кисловатым, что мгновенно осело на языке.       Тэхён шагнул в полумрак, и его накрыло волной дежавю. Та же самая музыка, те же ленивые всполохи неона, те же лица, затерянные в дыму. Все казалось застывшим во времени — ровно таким, каким он запомнил этот зал в тот день, когда решил навсегда покончить со своей беззаботной подростковой жизнью.       Он почти сразу заметил до боли знакомую компанию у барной стойки.       Рыжий парень, чье лицо было густо усыпано веснушками, даже не удивился его появлению. Он просто протянул руку и вложил в длинные пальцы Тэхёна тонкую сигарету, словно они расстались всего пять минут назад.       — Ты улетал куда-то? Не видно тебя было, — спросил он вместо приветствия, щурясь от дыма.       — Дела были… — неопределенно отозвался Тэхён.       Слова давались с трудом. Он чувствовал себя здесь чужаком в собственной шкуре. Тэхён нащупал в кармане сложенную фотографию и вытащил ее, аккуратно расправляя помятые края.       — Не видел его здесь? — осторожно спросил он, стараясь, чтобы голос звучал по-деловому, а не испуганно.       Рыжий задумался, сузив свои большие глаза. Он чуть отстранился от шумной компании, забирая снимок, чтобы рассмотреть его под мигающим светом стробоскопа.       — Слушай, друг… вообще нет, — пробормотал он, но конец фразы почти утонул в агрессивном басе, качавшем танцпол. — Но я могу спросить у Найджела.       — Причем тут он? — Тэхён нахмурился. Он никогда не доверял Найджелу, еще с тех времен, когда их связывали общие сомнительные компании.       — Он татуировками занимается, — радостно пояснил рыжий, хватая Тэхёна за локоть и подтягивая ближе. — У твоего парня на фото приметы яркие. Может, Найджел или кто-то из его ребят это набивал… если этот твой Кристоф вообще делал тату в Берлине.

***

      Найджел сидел в глубине зала, где музыка била не так сильно, а тени были достаточно густыми, чтобы скрыть лишнее. Вокруг него щебетали три девушки, но он, казалось, лишь лениво позволял им занимать пространство рядом с собой.       Когда Тэхён и рыжий подошли ближе, Найджел медленно поднял голову. Его глаза мгновенно сузились, превращаясь в две острые щели. Взаимная неприязнь между ними за эти годы никуда не делась — она просто покрылась тонким слоем пыли, которую сейчас бесцеремонно сдули.       — Похорошел ты с последней нашей встречи, — усмехнулся Найджел, окинув Тэхёна долгим, оценивающим взглядом. В его голосе сквозила та самая приторная издевка, которую Тэхён всегда ненавидел.       Тэхён отвел взгляд в сторону, ничего не ответив.       А парниша, не чувствуя густого напряжения, повисшего в воздухе, вклинился между ними и протянул Найджелу помятую фотографию Коля.       — Слушай, глянь. Клиент знакомый? — спросил рыжий, кивая на снимок.       Найджел нехотя отвел взгляд от Тэхёна и посмотрел на фото. Он долго молчал, постукивая пальцами по краю стола. Девушки рядом притихли, чувствуя, как изменилась атмосфера.       Найджел взял снимок в руки, изучил лицо Коля и перевернул его, словно искал на обороте скрытый смысл.       Затем он медленно залез во внутренний карман своей куртки и достал небольшую визитную карточку из плотного черного картона.       — Приходи завтра после закрытия, — Найджел протянул карточку Тэхёну, удерживая ее двумя пальцами. — После одиннадцати. Лишних ушей не будет, тогда и поговорим о твоих пропавших друзьях.       Тэхён взял карточку, чувствуя ее острые края.       — Буду, — коротко бросил Тэхён, пряча визитку в задний карман джинсов.       — Обязательно будь, — бросил ему вдогонку Найджел, снова поворачиваясь к своим спутницам и давая понять, что совещание окончено. 

***

      Тэхён замер перед входом, невольно гипнотизируя вывеску, которая в сумерках мигала так неровно, будто сама была при смерти. Этот свет неприятно резал глаза, а внутри все сильнее скребло нехорошее предчувствие. Он понимал, что делает что-то в корне неправильное, но выбора не было.       Пальцы в кармане снова дернулись, нащупывая острый угол визитки. Как будто эта карточка могла раствориться, если ее не проверять каждые пять минут. Тэхён рвано выдохнул и навалился плечом на тяжелую дверь, стараясь не думать о том, во что он ввязывается.       Сухой, дребезжащий звон колокольчика ударил по нервам. Внутри помещение казалось еще меньше, чем снаружи: стены, буквально задавленные эскизами и чертежами, медленно сходились к центру. Здесь пахло странно. Резкий, бьющий в нос антисептик почему-то не давал ощущения чистоты, а только сильнее подчеркивал запах старой пыли и чего-то залежалого, спрятанного под слоями стерильности.       — Заходи, — голос Найджела выплыл из глубины комнаты, вязкий, пропитанный какой-то ленивой, почти издевательской уверенностью. — Ты как раз вовремя. Я только закончил.       Он стоял у массивного рабочего кресла, и эта картинка сразу вызвала у Тэхёна внутреннее отторжение. Одна рука Найджела, обтянутая черным латексом, выглядела чужеродно на фоне всего этого хлама, а в другой он небрежно крутил зажженную сигарету. Дым, тяжелый и сизый, мгновенно заполнил и без того скудное пространство, выедая глаза.       — Тут дышать нечем, — Тэхён поморщился, стараясь не вдыхать слишком глубоко, и брезгливо окинул взглядом низкие потолки и углы, заваленные каким-то мусором. — Неужели нельзя курить на улице?       Найджел лишь коротко усмехнулся. Он выпустил плотное облако дыма прямо Тэхёну в лицо, наблюдая за его реакцией с тем самым видом человека, который знает правила игры гораздо лучше своего оппонента.       — Ты ведь пришел сюда явно не для того, чтобы читать мне лекции о вреде табака, я прав? — Найджел выдержал паузу, наслаждаясь моментом, и прищурился. — Один мой хороший знакомый сказал, что знает его.       Найджел протянул Тэхёну измятый клочок бумаги. Тот перехватил его быстро, впиваясь глазами в нацарапанные строчки. По спине пробежал холодок — похоже, зацепка действительно была реальной. Настолько реальной, что в груди тут же привычно заныло от предчувствия очередного столкновения с Мюллером и его вечным недовольством. Но это будет потом. Сейчас главное — адрес.       — Спасибо, — коротко бросил Тэхён.       Он полез в карман куртки, выудил поношенное кожаное портмоне и уже начал прикидывать, какая сумма из его жалкой зарплаты устроит татуировщика.       — Сколько я тебе должен?       Найджел вдруг запрокинул голову и зашелся коротким, лающим смехом, который эхом отскочил от заваленных хламом углов. Тэхён замер.       Он перестал смеяться так же резко, как и начал. Татуировщик сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до предела, и Тэхён поймал на себе его взгляд — неприятно-пристальный, многозначительный, пробирающий до самых костей.       — Я не беру деньги, — с ленивой, тягучей ухмылкой ответил Найджел