Готика

Никто не ответил. Но в углу, где обычно сидел Завет, на полу блестело что-то маленькое и тёмное. Кай нагнулся, поднял. Это был зуб. Человеческий зуб. С корнем. Кай зажал его в кулаке, чувствуя, как острая боль от впившегося в ладонь корня приносит странное, извращённое облегчение. — Завет, — позвал он. Тишина. — Ты здесь? Ничего. Кай поднялся на ноги, подошёл к зеркалу. В треснутом стекле отражался только он — бледный, с тёмными кругами под глазами, с грязными волосами, падающими на лицо. Он поднёс руку к зеркалу, провёл пальцами по своему отражению. И отражение улыбнулось первым. — Всегда здесь, — прошептали его собственные губы голосом Завета. Кай отшатнулся, ударился спиной о стену. Зеркало треснуло ещё сильнее, и в каждой новой трещине он видел лицо того, кем становился. Того, кем они становились. На следующий день Кай вышел из дома. Впервые за неделю. Он надел чёрную толстовку с капюшоном, надвинул глубоко на лицо, сунул руки в карманы. В одном кармане лежал блокнот. В другом — нож. Он не помнил, когда положил нож в карман. Не помнил, зачем идёт. Но ноги несли его вперёд, к метро, к центру, к тому месту, где жил третий из списка. Завет не разговаривал с ним всю дорогу. Только иногда, в отражениях витрин и стёкол, Кай видел его — идущего рядом, в такой же чёрной толстовке, с такими же опущенными плечами. Они шли вместе. Кай остановился у подъезда старой хрущёвки. Посмотрел на кодовый замок. Набрал цифры — откуда он их знал? — и дверь щёлкнула, открываясь. — Третий этаж, квартира тридцать два, — прошептал Завет у него в голове. — Я знаю, — ответил Кай. Он вошёл в подъезд. Шаги гулко отдавались от бетонных стен. Где-то наверху плакал ребёнок. Где-то играла музыка. Обычный день. Обычный дом. Обычный человек, который скоро перестанет быть живым. Кай поднялся на третий этаж, подошёл к двери. На табличке было имя. То самое, из списка. Он поднял руку, чтобы позвонить. И замер. Рука дрожала. Сердце колотилось где-то в горле. Он мог развернуться. Мог уйти. Мог позвонить в полицию и сдать себя. Мог… — Не бойся, — сказал Завет. — Я с тобой. Кай нажал на кнопку звонка. За дверью послышались шаги. — Кто там? — спросил голос. — Сосед снизу, — ответил Кай чужим, спокойным голосом. — У вас трубу прорвало. Я пришёл посмотреть. Замок щёлкнул. Дверь открылась. На пороге стоял мужчина лет тридцати, в домашней одежде, сонный, с кругами под глазами. Тот самый. Из списка. — Что? — начал он. Кай шагнул вперёд. Дверь закрылась за ним с глухим стуком. Завет улыбнулся в отражении мутного зеркала в прихожей. — Начинаем, — прошептал он.