Своя стая

«Иногда гнев говорит громче, чем любовь. И тогда наступает тишина — такая, что слышно, как бьётся твоё собственное сердце.»

Повод для вечеринки придумал Джейкоб. Вернее, не придумал, а просто решил что всем не помешает немного света в конце серой форкской осени. Дожди шли уже вторую неделю подряд, небо висело низко и тяжело, и даже самые жизнерадостные члены стаи начинали хандрить. Билли разрешил развести большой костёр во дворе и даже пообещал достать из кладовки старый плед для крыльца. Джейкоб разослал приглашения по электронной почте — на те адреса, которые у него были. Он отправил короткое сообщение всем: "В субботу, к шести вечера. Костёр, еда, музыка. Берите хорошее настроение, плохое оставляйте дома". Кейтлин прочитала письмо, когда сидела на кухне и пила утренний кофе. Чарли уже уехал на работу тогда уже. — Мы идём, — сказала Кейтлин Белле, которая спустилась на кухню минутой позже. — И Пол обещал быть. — Конечно, идём, — Белла налила себе чай и села напротив. — Мне кажется, нам всем не помешает развеяться. Она выглядела лучше, чем неделю назад. Всё ещё бледная, всё ещё с тенями под глазами, но взгляд стал более живым, а движения — более осмысленными. Джейкоб делал своё дело, медленно и терпеливо возвращая её к жизни, и Кейтлин чувствовала к нему благодарность, такую глубокую, что не могла выразить её словами. Суббота наступила быстрее, чем ожидалось. Кейтлин провела почти час, выбирая, что надеть. Не потому, что хотела кого-то впечатлить, а просто ей хотелось выглядеть хорошо. Для себя и для Пола, хотя она никогда бы в этом не призналась вслух. Она перебрала несколько вариантов. Серый свитер казался слишком простым. Зелёная кофта вызывала школьные ассоциации. В итоге она остановилась на тёмно-синей фланелевой рубашке в клетку — той самой, которую Пол однажды, мельком взглянув, назвал "неожиданно красивой". Она запомнила его слова, потому что Пол вообще редко делал комплименты и каждое его замечание откладывалось в памяти как нечто ценное. Под рубашку она надела чёрную водолазку — на случай, если вечером похолодает. Джинсы — любимые, потёртые на коленях, но сидящие идеально. Волосы распустила — они легли на плечи мягкими волнами, подсвеченными рыжиной от осеннего солнца, которого в Форксе почти не бывало. Чарли, проходя мимо открытой двери её комнаты, задержался на пороге. — Ты куда собралась? — спросил он, разглядывая её наряд. — На вечеринку, пап. К Блэкам. — А, ну да, ты вроде говорила вчера. — Он усмехнулся. — Тогда передай Джейкобу, чтобы не шумели слишком громко. И Полу тоже. — Передам. Она сунула в рюкзак запасную кофту и кнопочный телефон — старенькую "Нокию", которую Чарли подарил ей на прошлый день рождения. Экранчик был маленьким, с зелёной подсветкой, кнопки нажимались с характерным мягким щелчком, и в нём не было ни интернета, ни игр — только звонки и сообщения. Но Кейтлин любила этот телефон за его надёжность и за то, что он всегда был под рукой. Она посмотрела на себя в зеркало ещё раз. Вроде бы ничего. Всё хорошо. За Кейтлин и Беллой заехали Пол и Джейкоб. Пол подкатил на своём мотоцикле — чёрном, с блестящими спицами и низкой посадкой, который он сам перебирал в гараже несколько месяцев. Рядом, за рулём старого пикапа, сидел Джейкоб: он предложил подвезти Беллу, чтобы ей не пришлось трястись на заднем сиденье мотоцикла. Кейтлин заметила, как Белла села в пикап, даже не взглянув на Джейкоба — но тот, кажется, не обиделся. Он привык к её отстранённости и не ждал многого. — Садись, — Пол протянул Кейтлин чёрный шлем с потёртостями на боках. — Ты сегодня чистый, — заметила она, натягивая шлем и застёгивая ремешок под подбородком. — Иногда я это делаю, — ответил он, и в его голосе мелькнуло что-то похожее на улыбку. Мотоцикл взревел, и они поехали. Ветер трепал выбившиеся из-под шлема волосы, и Кейтлин чувствовала себя почти счастливой. Почти — потому что впереди была вечеринка, а Пол, как она знала, не любил слишком шумные компании. — Долго не будем, — крикнула она ему в спину. — Сколько захочешь, — ответил он. Дом Блэков встретил их запахом дыма и жареного мяса. Во дворе уже горел большой костёр, отбрасывая золотистые тени на лица собравшихся. Кейтлин сразу заметила, что собрались почти все: Сэм и Эмили стояли ближе к огню — Сэм, как всегда, серьёзный и спокойный, говорил что-то негромко Билли, сидевшему в своей коляске, укутанному в старый шерстяной плед. Изредка он бросал одобрительные взгляды на молодёжь. Джейкоб взялся сразу жарить хот-доги на мангале, который сам же и смастерил из старой бочки — она была ржавой по краям, но внутри угли горели ровно и жарко. Рядом суетился Сэт, подкладывая дрова в костёр и иногда получая замечания от Леи, что "нельзя так близко к огню, спалишь брови". Джаред с Ким сидели на толстом бревне у костра. Ким что-то рассказывала, смеялась, запрокидывая голову, а Джаред смотрел на неё с той глуповатой влюблённой улыбкой, которая появлялась на его лице только рядом с ней. Эмбри пристроился у самого края поляны — молчаливый, как всегда, с банкой содовой в руке, но Кейтлин знала, что он один из самых надёжных в стае. Квилл возился со старым магнитофоном и парой колонок, пытаясь поймать радиостанцию, которая играла бы что-то кроме тягучей кантри. Лея сидела чуть поодаль, скрестив руки на груди и вытянув ноги к огню. Она не участвовала в общем веселье, но и не уходила, и Кейтлин понимала, что это её способ быть рядом: не мешая, но и не отстраняясь полностью. Кейтлин поймала взгляд Сэма — тот кивнул ей, коротко и без улыбки, но в этом молчаливом приветствии было больше, чем в чужих долгих речах. Она кивнула в ответ, чувствуя себя своей. Ей нравилось, что она здесь, среди людей, которые приняли её без вопросов. Что Белла тоже здесь — не такая отстранённая, как дома. Что Пол рядом, даже если он почти не говорит и держится чуть поодаль, прислонившись к дереву. — Кейт! — крикнул Джейкоб, заметив её. — Иди сюда, я тебе самый лучший кусок оставлю! — Да они все одинаковые, — лениво бросил Джаред. — Не слушай его, — Джейкоб протянул Кейтлин хот-дог, подрумяненный до золотистой корочки. Кейтлин откусила, обожглась, но промолчала, только улыбнулась. Пол издали смотрел на неё, но не подходил, и она не звала его — знала, что он сам решит, когда ему захочется оказаться рядом. Она поймала его взгляд и улыбнулась — он кивнул, но не улыбнулся в ответ, только чуть расслабил плечи, и она поняла, что он тоже рад видеть её здесь. Белла сидела у костра, поджав колени к груди и глядя на огонь. Джейкоб опустился рядом, протянул ей хот-дог. Она взяла, откусила маленький кусочек. Не сказала "спасибо", но Джейкоб, кажется, и не ждал — просто сел рядом и стал смотреть в огонь вместе с ней. Всё шло хорошо. Сэт рассказывал смешную историю про то, как они с Леей чуть не заблудились в лесу во время недавнего патруля. Лея делала вид, что злится, но уголки её губ подрагивали — сама не удержалась от улыбки. Джаред подкалывал Ким, она шлёпала его по плечу и называла "невыносимым", но в её голосе сквозило тепло, а не настоящее раздражение. Квилл наконец-то настроил магнитофон, и из динамика полилась песня — не кантри, что было чудом, а рок-н-ролл с гитарным соло, под которую можно было не танцевать, но кивать в такт — запросто. Но напряжение нарастало незаметно. Сначала Кейтлин не придала этому значения. Пол всегда был напряжён в компаниях — это было частью его натуры, его волчьей сущности, которая не любила скопления чужих запахов, чужих голосов и чужих глаз. Но сегодня он казался особенно наэлектризованным. Он следил за каждым, кто подходил к Кейтлин. Джаред обнял её за плечи, когда она передавала ему соль для хот-догов? Пол сжал челюсть, в его глазах мелькнуло что-то жёсткое. Сэт пошутил и коснулся её локтя, показывая, какой кусок мяса прожарился лучше? Пол выпрямился и едва заметно подался вперёд. Кейтлин видела всё это краем глаза, но списывала на его обычную ревность и старалась не обращать внимания. Она подошла к нему, встала рядом, взяла за руку. — Ты чего такой? — спросила она тихо, почти шёпотом, чтобы никто не слышал. — Нормальный, — ответил он, но его голос был напряжённым, как натянутая струна. — Ты смотришь на всех, как будто они враги. — Они не враги. — Он положил руку ей на поясницу, притянул ближе к себе. — Но они слишком близко. — Пол, это друзья. — Я знаю. — Он чуть ослабил хватку, но руку не убрал. — Иди, ешь. Я постою. Кейтлин вернулась к костру, но теперь она тоже чувствовала неловкость. Взгляд Пола жёг спину, тяжёлый и напряжённый, как будто он ждал чего-то — какого-то вызова, угрозы или повода. Через час к вечеринке присоединились ещё двое — парни, которых Кейтлин не знала. Они учились с Джейкобом несколько лет назад и случайно заехали в гости, узнав, что здесь собирается компания. Один из них, высокий блондин с нахальной улыбкой, быстро влился в общую беседу. Его звали Кайл. Он был шумным, говорил громко и много жестикулировал, и Кейтлин он показался слишком самоуверенным, но безобидным. По крайней мере, сначала. — А это кто? — спросил Кайл, заметив Кейтлин. — Моя младшая сестра, — ответила Белла из вежливости, не вдаваясь в подробности. — Ааа — протянул Кайл. — А я думал, ты одна такая, одинокая красавица в этой глуши. Извини за ошибку. Кейтлин кивнула, не зная, что ответить. Кайл сел рядом с ней на бревно — не слишком близко, но и не далеко, так, чтобы слышать её голос. — Ты местная? — спросил он, поворачиваясь к ней. — Почти. Переехала из Аризоны пару лет назад. — Из Аризоны? — он присвистнул, откидываясь назад и опираясь на руки. — И как тебе Форкс? Не скучно? От пустыни к лесу — это, наверное, как на другую планету попасть. — Нормально. — Она пожала плечами. — Тихо, спокойно. Лес — это красиво. — Лес — это круто, — согласился он. — Я сам иногда хожу на охоту с отцом, знаю здесь каждую тропинку. Они разговорились. Кайл рассказывал о рыбалке, о том, как однажды поймал форель размером с предплечье и как она вырвалась из рук в последний момент, уйдя обратно в реку. Кейтлин слушала вполуха, но кивала и улыбалась — не хотелось быть невежливой. Она краем глаза следила за Полом. Он всё так же стоял у дерева, сжав руки в кулаки, и его лицо становилось всё более мрачным. В какой-то момент Кайл положил руку ей на плечо — небрежно, по-дружески, чтобы подчеркнуть особенно смешной момент в своей истории. — …и я тогда говорю ему: "Братан, это не рыба, это монстр какой-то!" — он рассмеялся собственной шутке и крепче сжал пальцы на её плече, привлекая к себе. Кейтлин улыбнулась из вежливости и хотела мягко сбросить его руку, но не успела. В следующую секунду рядом выросла массивная тень, и чья-то грубая рука перехватила запястье Кайла. — Убери от неё руки, — голос Пола был низким, почти рыком, вибрирующим от сдерживаемой ярости. Кейтлин редко слышала его таким, разве что на границе леса, когда он смотрел в сторону леса, чуя запах чужого вампира. — Пол, всё нормально, — начала Кейтлин, вставая. — Мы просто разговариваем. Ничего страшного не происходит. — Я не тебе говорю. — Он не сводил глаз с Кайла, и в его взгляде не осталось ничего человеческого — только звериная готовность рвать. — Убери руку. Сейчас же. Кайл отдёрнул ладонь, подняв потом обе руки вверх — жест примирения, полной капитуляции. На его лице застыла смесь испуга и недоумения. — Ладно, чувак, без проблем. Я ничего такого не имел в виду, честно, — затараторил он, пятясь. — Просто разговор, шутка, я не думал, что… — Ты ничего такого не имел в виду? — Пол шагнул вперёд, подхватив парня за шиворот сильно. — Ты трогал её. Ты не имеешь права её трогать. Никто не имеет права её трогать, кроме меня. — Пол! — Кейтлин повысила голос, встав между ними и пристально глядя на парня. — Прекрати немедленно! Он просто положил руку на плечо, шутил, я не давала ему никакого повода, ничего не случилось. Ты сам это видишь. Он не слушал. Он смотрел на Кайла, и его руки дрожали от напряжения, от попытки удержать себя в рамках и от той борьбы, которая шла внутри него каждую секунду. Джейкоб подскочил с другой стороны, положил руку на плечо Полу, чуть надавив, заставляя опустить налитые силой мышцы. — Отпусти, — сказал он тихо, но твёрдо. — Пол, посмотри на меня. Ты не хочешь, чтобы она это видела. Успокойся, возьми себя в руки, сделай глубокий вдох. Пол замер. Его глаза — тёмные, почти чёрные в свете костра — встретились с глазами Кейтлин. В них была злость, боль и что-то ещё — то, что она не могла прочитать, но что резануло по сердцу больнее любого слова. — Пол, пожалуйста, отпусти. Не при всех, — повторила она, не отводя взгляда. — Ты мне нужен, а не эта сцена и не этот парень. Он отпустил. Кайл упал на землю, кто-то помог ему подняться. Вечеринка замерла. Все смотрели на Пола и Кейтлин — кто с испугом, кто с осуждением, кто с любопытством. — Ты псих! — крикнула Кейтлин, поворачиваясь к Полу. — Настоящий псих! Он просто положил руку на плечо, по-дружески, он ничего не сделал плохого, а ты готов был разорвать его на части при всех моих друзьях! — Он трогал тебя, — процедил Пол сквозь зубы, но в его голосе уже не было той звериной силы, а только глухая обида. — Я видел, как он к тебе прикасался. — И что с того? — она уже не сдерживалась. — Я не давала ему никакого повода, ничего ему не обещала. Я большая, Пол, я могу сама за себя постоять. Ты не имеешь права так себя вести — при всех, из-за какой-то ерунды, без всякой реальной угрозы! — Ерунды? — его голос дрогнул, и она увидела, как он изменился. Гнев отступил и на его месте осталась только неприкрытая боль. — Для тебя это ерунда? Мои чувства, моя ревность, моя забота о тебе? — Пол, я не это имела в виду… — Значит, я для тебя тоже ерунда. — Он развернулся и зашагал прочь от костра, к лесу, не оглядываясь. — Пол! — крикнула Кейтлин, но он уже скрылся между деревьями. Тишина повисла над поляной. Кейтлин стояла, сжав кулаки, чувствуя, как дрожат руки. Ей было стыдно и обидно. И ещё что-то — пустота, которая появилась, когда он ушёл, такая же холодная и бездонная, как та, что была в Белле после ухода Эдварда. Джейкоб подошёл к ней, встал рядом. — Он остынет, — сказал он. — Пол всегда так — сначала взрывается, потом отходит, потом жалеет. — Он не должен был так делать, — ответила Кейтлин, не глядя на него. — Не должен был позорить меня перед всеми вами. — Не должен, — согласился Джейкоб. — Но ты же знаешь, он не умеет по-другому. Он видит, что кто-то к тебе прикасается, и у него срабатывает инстинкт. Не на пустом месте, Кейт. Это не просто ревность. Это его волчья сущность, его инстинкт защищать свою пару. — Я не его собственность, — она вскинула голову. — Я не вещь, которую можно охранять от всех и вся. — Он не считает тебя собственностью. — Джейкоб вздохнул. — Он просто боится, что кто-то может тебя отнять. Боится, что ты поймёшь, что можно найти кого-то лучше, чем он. Боится, что ты однажды не придёшь к нему, потому что поймёшь что ты заслуживаешь большего, чем парень который не умеет держать себя в руках. Кейтлин промолчала. Она села на бревно, уставилась на костёр. Вечеринка понемногу возвращалась к жизни, но Кейтлин не участвовала. Она смотрела на лес, в котором исчез Пол, и ждала — но он не возвращался, и лес молчал, как будто его поглотила тьма, не оставив даже шороха на прощание. Через некоторое время к ней подсела Белла. — Ты в порядке? — спросила она, кладя руку на плечо сестры. — Не знаю, — ответила Кейтлин, не отрывая взгляда от темноты за костром. — Наверное, нет. — Ты зря на него так кричала при всех, — тихо сказала Белла. — Он испугался за тебя. Да, перегнул, да, переборщил. Но ты при всех назвала его психом — это больно, Кейт. Ему сейчас наверняка очень больно. Кейтлин замолчала. Она не думала об этом. Она думала только о том, как ей стыдно за его поведение, как все эти люди смотрели на них, как наверное им было неловко. Но Белла была права. Она не должна была кричать на него при всех, выставлять его идиотом перед друзьями. — Я не знаю, что делать, — призналась Кейтлин, и её голос дрогнул. — У меня внутри всё перевернулось, как будто земля ушла из-под ног. Я хочу его найти, но у меня нет сил. И я не знаю, что я ему скажу, даже если найду. — Дай ему остыть, — посоветовала Белла. — Пол сам придёт, когда будет готов. Он не из тех, кто уходит навсегда — особенно от тебя. — А если не придёт? — Придёт. — Белла сжала её руку. — Он тебя любит. Ты же знаешь это, ты чувствуешь, когда он рядом — даже когда он зол, даже когда он рычит на весь мир, ты чувствуешь его тепло. И он чувствует тебя. Он не сможет долго без тебя, как рыба без воды. Кейтлин кивнула, но в душе не была уверена. В лесу было тихо, и Пол не возвращался. Вечеринка закончилась ближе к полуночи. Джейкоб залил костёр водой из старого ведра, пар повалил к небу, и Джаред с Ким ушли первыми, тихо переговариваясь и смеясь. Потом Сэт с Леей, которая бросила на Кейтлин долгий, нечитаемый взгляд — вроде сочувствия, вроде "я же предупреждала". Квилл и Эмбри уехали вместе, договорившись завтра заняться проводкой в гараже у Билли. Кайл, всё ещё потирая шею и отводя глаза, удалился со своим приятелем, бросив на Кейтлин короткий взгляд, в котором читалось: "С твоим парнем что-то не так". Кейтлин опустила глаза и промолчала. — Я отвезу тебя домой, — сказал Джейкоб, подходя к ней. — Не надо. — Кейтлин покачала головой. — Я хочу пройтись пешком. — Поздно уже, стемнело, идёт дождь, ты замёрзнешь и промокнешь, — возразил он. — Мне нужно подумать, — твёрдо ответила она. — Я найду дорогу. Джейкоб не стал спорить. Он взял её за плечи, заглянул в глаза. — Не переживай. Пол — это Пол. Завтра он будет жалеть об этом больше, чем ты, вот увидишь. Это просто его вспыльчивость, он не хотел тебя обидеть. Он просто не умеет иначе. — Я тоже буду жалеть, — ответила Кейтлин. — Уже жалею. Домой она шла по пустой дороге. Дождь только что кончился, асфальт блестел в свете редких фонарей, отражая лужи, в которых дрожали звёзды. Было холодно. Кейтлин куталась в куртку, мечтая о тепле, которое только что потеряла, и думала о Поле. О том, как он смотрел на неё в последний момент, с болью и злостью. О том, что она наговорила и что он, наверное, сейчас бродит по лесу один, в темноте, и тоже думает — злой, мокрый, уставший. Она вспомнила, как он прижимал её к себе прошлой ночью, как гладил по волосам, как шептал: "Ты моё тепло". А она назвала его психом. При всех. И ни разу не подумала, что это может значить для него — парня, который привык слышать от других только страх или осуждение. Чарли и Белла уже спали, когда она вернулась. Дом был тихим, тёмным, только тусклый свет из кухни пробивался сквозь щель неплотно прикрытой двери. Кейтлин поднялась к себе, разделась в кромешной тьме и легла в кровать, всё ещё дрожа от холода. Она ждала, что Пол постучит в окно — как делал всегда, когда они ссорились, когда она просто нуждалась в нём, когда мир переставал иметь значение, потому что рядом был он. Но окно молчало. Кейтлин лежала, смотрела в потолок и считала минуты. Через час она села, подошла к окну, выглянула. Двор был пуст. Только мокрые кусты и старые качели, которые Чарли обещал починить уже год. Она вернулась в кровать, натянула одеяло до подбородка. Ей было холодно. Не так, как тогда, когда Чарли выключал отопление на зиму, экономя каждую копейку. Другой холод — глубокий, проникающий под кожу, в самую глубину, туда, где кончается тело и начинается душа. Она привыкла к теплу Пола — к его руке на своей талии, к его дыханию на своих волосах, к тому, как он прижимает её к себе во сне, к его бессвязным словам, к его запаху хвои и дождя. Без него кровать казалась огромной и пустой, как стадион без зрителей и нечем заполнить эту пустоту. Она закрыла глаза, попыталась уснуть. Вспомнила, как он впервые рассказал ей про свою татуировку, про стаю, про то, что боится потерять себя в обличье волка, боится, что однажды не вернётся обратно. Как она сказала ему что он не зверь и как он посмотрел на неё так, что у неё замерло сердце, и она поняла, что для него нет никого ближе, чем она. Кейтлин перевернулась на другой бок, потом на живот, потом снова на спину — сон не шёл. Она включила кнопочный телефон — маленький зелёный экранчик засветился в темноте. На часах было уже три часа ночи. Сообщений от Пола не было. Она сама хотела написать, но пальцы замерли над кнопками, не находя нужных слов. Что сказать? "Прости"? Она не была уверена, что именно она должна просить прощения. Он же устроил сцену при всех, опозорил её перед друзьями — она была вправе сорваться. "Ты идиот"? Это бы только разозлило его ещё больше, если он вообще читал сообщения сейчас, в лесу, мокрый и злой. Она бросила телефон на тумбочку, уткнулась лицом в подушку. Подушка пахла Полом — хвоей и дождём, его запахом, который она так любила. Кейтлин вдохнула этот запах, и ей стало ещё хуже потому что его не было рядом, и никто не мог утешить её, кроме него самого. Она лежала без сна и смотрела, как за окном медленно светлеет, первые бледные лучи пробиваются сквозь тучи, разгоняя тьму. Дождь кончился, но небо оставалось серым, и мир за окном выглядел так же пусто, как у неё на душе. В какой-то момент её веки отяжелели, и она провалилась в тяжёлый сон без сновидений. А когда проснулась, за окном было уже утро, дождь начинался снова, и Пола не было.