Своя стая

«Она ушла так же внезапно, как пришла. Оставив после себя только мокрый след на крыльце и парня с разбитым сердцем.»

Кейтлин заметила, что Белла изменилась, ещё за несколько дней до того, как поняла причину. Сестра стала рассеянной, отвечала невпопад, иногда улыбалась чему-то своему — не той улыбкой, которой улыбалась Джейкобу, а другой, более светлой, почти забытой. Кейтлин не придала значения: мало ли, может, настроение улучшилось, может, в школе всё хорошо. Но потом пришло утро, когда за завтраком Белла не спросила, не звонил ли Джейкоб. Не спросила, будет ли он сегодня. Просто пила чай и смотрела в окно, и в её глазах Кейтлин увидела то, что видела когда-то — в первые дни после приезда Беллы в Форкс, когда та ещё не знала Эдварда. Живой огонь. — Ты чего такая? — спросила Кейтлин. — Нормально, — ответила Белла, но в её голосе появилась нотка, которую нельзя было описать словами. В тот же день после школы Белла не поехала к Джейкобу. Сказала, что устала, и поднялась к себе. Кейтлин слышала, как она разговаривает по телефону — тихо, но счастливо. И голос на том конце провода не был голосом Джейкоба. — Это Эдвард? — спросила Кейтлин, когда Белла вышла из комнаты. — Откуда ты знаешь? — Я не слепая. Они вернулись? Белла кивнула, и Кейтлин увидела, как её лицо осветилось изнутри так, как не светилось все эти месяцы. — Он приехал. Они все приехали. Эдвард хочет поговорить. — И ты пойдёшь? — Конечно, пойду. Кейтлин хотела сказать что-то резкое, но осеклась. Белла уже спускалась по лестнице, на ходу натягивая куртку. — А Джейкоб? — спросила Кейтлин. — Ты ему сказала? Белла замерла на секунду. — Ещё нет. Я потом. — Потом — это когда? Когда он сам догадается? — Кейтлин, не начинай. — Белла, он ждал тебя всё это время. Он вытащил тебя из депрессии, когда ты не вставала с кровати. А ты сейчас просто уйдёшь? Белла молча открыла дверь. — Я не могу сейчас об этом говорить. Прости. Дверь закрылась. Кейтлин осталась стоять в коридоре, чувствуя, как внутри нарастает глухая, тяжёлая злоба. Не на Беллу — на ситуацию. На то, что всё повторяется. В следующие два дня Белла почти не появлялась дома. Она уезжала утром, возвращалась поздно, и Кейтлин видела её лишь мельком — счастливую, сияющую, будто не было этих месяцев боли и пустоты. Кейтлин молчала, но внутри всё кипело. Она знала, что Джейкоб ещё не в курсе. Он звонил Белле, она не брала трубку. Он приезжал к дому — она не выходила. Кейтлин хотела предупредить его, но не знала, как. А потом это случилось. Был вечер пятницы. Дождь, как всегда, лил с новой силой, и Кейтлин сидела в гостиной, делая вид, что читает книгу. На самом деле она смотрела в окно на дорогу — ждала Пола, они договорились, что он заедет за ней через час. В половине восьмого у калитки остановился старый синий пикап. Кейтлин сразу узнала его. Сердце ёкнуло. Из машины вышел Джейкоб. Один. Он постоял, глядя на освещённые окна дома, потом медленно, будто нехотя, подошёл к крыльцу. Кейтлин вышла навстречу, накинув куртку прямо на плечи. Дождь сразу забил в лицо. — Привет, — сказала она. — Она дома? — спросил он. Голос был глухим, будто он уже всё знал, но надеялся ошибиться. — Нет. Уехала. — Кейтлин не стала уточнять, куда. Белла была с Эдвардом — это знал уже почти весь город. Джейкоб кивнул. Его лицо ничего не выражало и это было страшнее, чем если бы он закричал или заплакал. Он просто стоял под дождём, промокший до нитки, и смотрел на закрытую дверь, за которой никого не было. — Она говорила, что вернётся? — спросил он. — Не знаю, — честно ответила Кейтлин. — Она со мной почти не разговаривает. — Понятно. Он не уходил. Стоял, смотрел на дверь, и Кейтлин чувствовала, как у неё сжимается сердце. Она столько раз видела, как он смотрит на Беллу — с надеждой, с любовью, с терпением, как человек, который готов ждать вечно. А теперь в его глазах была только пустота. — Джейк, — сказала она. — Может, зайдёшь? Чаю выпьешь? — Нет. Спасибо. — Не стой под дождём. — Мне всё равно. Она взяла его за руку — холодную, мокрую. — Ей не всё равно. Просто она...она не умеет по-другому. Ты знаешь. Она всегда была такой — отстранённой и замкнутой. Не потому, что она плохая. Она просто боится близости и не умеет прощаться. — Знаю, — он посмотрел на неё — и в его взгляде мелькнула такая боль, что Кейтлин захотелось отвернуться. — Я всегда знал, что она не моя. Но я надеялся...что хотя бы останусь её другом. Что она не вычеркнет меня из своей жизни. — Она не вычеркнет. — Уже вычеркнула, — он горько усмехнулся. — Не позвонила, не написала. Даже не вышла сказать "прощай". Я узнал от Джареда, что Каллены вернулись. Представляешь? От Джареда. Кейтлин сжала его руку сильнее. — Мне жаль, Джейк. Правда жаль. — Глупо, да? Быть из-за кого-то несчастным? — Нет. Не глупо. Он выдернул руку, повернулся и пошёл к машине. Не бегом, не быстро — медленно, как будто каждый шаг давался с трудом, как будто ноги увязали в грязи. Кейтлин смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри закипает ярость. Злость на Беллу, на Эдварда, на Калленов, которые появились и снова всё разрушили, даже не подумав о тех, кого оставляли за спиной. Джейкоб сел в пикап и уехал, оставив за собой только следы шин на мокрой грязи и сбитое дыхание. Кейтлин осталась стоять под дождём. Она не замечала холода, не чувствовала, как вода заливается за воротник. В голове билась одна мысль: "Как она могла?" Как можно взять и вычеркнуть человека, который был рядом всё это время? Который не спал ночами когда она плакала, который приносил ей пончики когда она не ела, который смотрел на неё так, будто она была солнцем. — Кейт! — голос Пола вырвал её из оцепенения. Он стоял у калитки на мотоцикле, в шлеме, и смотрел на неё с тревогой. — Ты чего под дождём стоишь? Я звонил, ты не брала. — Не слышала, — ответила она и только сейчас заметила, что телефон в кармане давно завибрировал. — Что случилось? — Джейкоб приходил. Беллы нет. Пол заглушил мотор, снял шлем и подошёл к ней. Взял за плечи, заглянул в глаза. — Ты злая? — Очень. — На Беллу? — На неё, на них всех, на Эдварда...На то, что всё так несправедливо. Он обнял её, прижал к себе. Кейтлин уткнулась лицом в его мокрую куртку и почувствовала, как дрожит от холода, от злости и бессилия. — Поехали ко мне, — сказал он. — Не оставайся сегодня одна. Ты будешь сидеть и накручивать себя. — А Белла? Если вернётся? — Она вернётся поздно. Вы поговорите завтра, когда остынешь. Сейчас ты только накричишь, а потом пожалеешь. Кейтлин знала, что он прав. Она не могла говорить с сестрой сейчас — слова застревали в горле, превращаясь в комки ярости. Вместо ответа она взяла у него запасной шлем и надела. Мотоцикл взревел, и они уехали в темноту, оставив дом позади. В трейлере было тепло. Пол растопил печку, поставил чайник, укутал Кейтлин в плед. Она сидела на его кровати, обхватив колени и смотрела в одну точку на стене. — Ты думаешь, я должна с ней поговорить? — спросила она. — Завтра. Не сегодня. — А если завтра я тоже не смогу? Если я просто взорвусь и скажу всё, что думаю? — Тогда скажешь. Иногда правда нужнее тишины. Но сегодня ты устала. Поспи. А завтра разберёшься. Кейтлин кивнула. — Пол, — сказала она. — М? — А ты бы мог так? Бросить человека, который был рядом всё это время, просто потому, что появился кто-то другой? Он сел рядом, обнял её за плечи. — Нет. — Почему? — Потому что я не умею быть неблагодарным. Потому что если человек что-то для меня сделал, я это помню. Белла...она не помнит. Или не хочет помнить. Но это её путь, а не твой. — Ты так спокойно об этом говоришь. — Я не спокоен. Я просто знаю, что злость не поможет. Она прижалась к нему, и они долго сидели в тишине, слушая, как за окном шумит дождь. Кейтлин думала о Джейкобе, о том, как он стоял под дождём, смотрел на закрытую дверь и, наверное, понимал, что всё кончено. Думала о Белле, которая, возможно, даже не осознавала, какую боль причинила. Иногда люди делают больно не потому что они злые, а просто потому что они не думают. — Я люблю тебя, — сказал Пол в её макушку. — Я знаю. — Завтра всё будет лучше. — Обещаешь? — Обещаю. Она закрыла глаза и попыталась поверить. Утром Кейтлин вернулась домой. Чарли уже ушёл на работу, на столе осталась записка: "Завтрак в холодильнике". Белла ещё спала, или притворялась что спала. Кейтлин не стала её будить. Она сварила кофе, села на кухне и стала ждать. Ей нужно было подобрать слова. Не крик, не обвинения, хотя они рвались наружу. А что-то, что заставит Беллу хотя бы задуматься. За окном снова шёл дождь. Монотонный, бесконечный. Почти как и её мысли.