Мёртвый зов
6 мая 2026 г., 23:53
— Фадиме… Фадиме плохо, брат! Я не знаю, что делать! — тревожно тараторил Исо, его голос дрожал, а дыхание стало рваным. — У неё кажется жар! И озноб! И она мне не отвечает, брат! Что делать?! Что мне делать?! Как помочь?!
— Так, успокойся! — Оруч резко затормозил и стал разворачивать машину. — Брат, я сейчас буду, не нервничай.
***
Спустя десять минут кто-то резко влетел дом. Дверь с грохотом распахнулась. Это был Оруч. — Ты температуру измерял? — бросил он на ходу, уже направляясь в спальню. — Брат, я же не знаю, где у тебя дома аптечка находится, не то что градусник! — Исо, при виде брата, сразу же бросился к нему. — О, Аллах! Ты как маленький ребёнок! — раздражённо выдохнул старший Фуртуна и резко свернул в гостиную. — Рассказывай, давай, что случилось? Он быстро нашёл аптечку и уже через секунду вернулся в спальню, щёлкнув крышкой на ходу. — Когда я уходил, всё было нормально, температуры не было, мы попили чай, — нервно тараторил Исо, не находя себе места, — сейчас я вернулся домой, и увидел её в таком состоянии, и сразу же позвонил тебе, брат! — Как тебе только в голову пришло оставить больную жену одну дома, супруг же ты года! — Ворчал Оруч, попутно вернувшись и измеряя температуру Фадиме. — Она сама попросила… — тише сказал Исо, направляя свои голубые глаза в пол. Он только сейчас осознал всю степень своей вины. — А если она тебя попросит с крыши спрыгнуть или под коз бросится — тоже сделаешь? — Оруч бросил на него короткий недовольный взгляд. — О, Аллах! Что за болван ты, Исо?! — Сделаю… — на автомате прошептал младший Фуртуна и тут же завёлся. — Ну, что там?! — Почти под сорок, — недовольно сказал Оруч, попутно тоже начиная нервничать, но стараясь держать себя в руках. — Может ей капельницу какую-нибудь поставить? — наивно предлагал Исо. — Нельзя, — резко отрезал Оруч, — только хуже сделаем, могут быть осложнения. Исо стоял рядом бледный, растерянный, сжимающий пальцы до побелевших костяшек. — Убирай эти одеяла и снимай с неё толстовку, — скомандовал старший Фуртуна, направляясь к окну, — будем сбивать народными средствами. — А если замёрзнет или заболеет? — растерянно спросил Исо, волнуясь за жену. — Она уже заболела, дурья ты бошка! — агрессивно отвечал Оруч, попутно открывая окно. — Если сейчас не собьём, твоя Фадиме прям здесь кони двинет! Прислушавшись к брату, Исо торопливо, но предельно аккуратно стянул с жены одеяла, затем осторожно приподнял её за спину и облокотил на себя. Он заботливо начал снимать с неё толстовку. Его руки дрожали, но движения оставались бережными и осторожными. После всех манипуляций Исо аккуратно уложил Фадиме обратно на подушку. — И дверь закрой, чтобы не было сквозняка и чтобы её не продуло, — командовал Оруч, подходя к постели. — И притащи маленькие полотенца и теплую воду. Будем обтирать. Младший Фуртуна мигом вылетел из комнаты и спустя минуту вернулся с тазиком воды и полотенцами. Оруч быстро намочил ткань, выжал и положил девушке на лоб. Затем обтёр вторым полотенцем руки, снова намочил, выжал и положил на шею с плечами. — Давай, помогай, — коротко бросил старший Фуртуна. Исо послушно взял полотенце, его пальцы всё ещё дрожали. Он осторожно влажной тканью провёл сначала по её щекам, потом по вискам, очень аккуратно, словно перед ним лежала фарфоровая кукла. После слегла обтёр засохшие губы девушки. Братья работали молча и сообща: смачивали, выжимали, снова прикладывали и обтирали. Когда полотенца нагревались, повторяли все предыдущие действия как слаженный механизм. Вода стекала по коже, дыхание Фадиме оставалось тяжёлым и неровным. Девушку всё также лихорадило. — Ну как? — волновался Исо, пока Оруч повторно измерял температуру. — Не сильно упала, — нахмурился старший Фуртуна и уже начинал думать над последующими действиями. — И что делать..? — жалобно посмотрел Исо. — Тащи её в ванную, — вдруг Оруч вспомнил ещё один народный метод. — В ванную? — младший Фуртуна был в замешательстве. — В ванную, Исо! — резко крикнул Оруч. Исо осторожно поднял Фадиме на руки. Она была горячей, почти обжигающей, и одновременно какой-то слишком лёгкой и хрупкой. Тело девушки было расслабленое и вялое, а её руки, ноги и голова бездушно свисали вниз. Он прижал Фадиме к себе, к сердцу, крепко-крепко, как самое главное в его жизни сокровище, и оперативно понёс её в ванную. Оруч быстро притащил из спальни простынь и намочил её в тёплой воде. — Давай сюда, — скомандовал старший Фуртуна, — аккуратно… Исо с Фадиме на руках присел на пол, прямо на холодную плитку. Оруч быстро обернул Кочари влажной простынёй, прижимая ткань к коже. Девушка всё ещё была без сознания. Её безжизненное сгорающее тело лежало облокотившись на крепкую грудную клетку мужа. Исо заботливо прижимал Фадиме к себе, прямо к сердцу, словно она была чем-то хрупким, что он не имеет права потерять, словно он единственный, благодаря кому она могла почувствовать сейчас безопасность. Исо боялся, что если ослабит хватку, то она ускользнёт, пропадёт, разобьётся, растворится у него на руках, и он навсегда потеряет любимую жену. Прошло десять минут. Дыхание Фадиме стало чуть ровнее. — Исо… — едва слышно выдохнула девушка. Младший Фуртуна почувствовал на руках мелкое шевеление. — Моя Фадиме, я здесь, я тут, — он сразу наклонился к ней, бережно гладя её по макушке, — не бойся, я с тобой. — Исо… — девушка неосознанно звала мужа в полубредовом состоянии, слегла сжимая руками край его свитера, словно пыталась ухватиться. — Моя Фадиме, что случилось? Что болит? — мягко, но с тревогой в голосе, спрашивал Исо, осознавая, что его жена находится в лихорадке и её разум затуманен. — Где я, Исо..? — девушка слегла приоткрыла глаза, взгляд был мутным. — В ванной, дорогая жена, всё хорошо, — несмотря на бредовой состояние, младший Фуртуна старался успокоить Фадиме, — у тебя температура, мы с Оручем её сбиваем, сейчас тебе полегчает, потерпи немного. — Мама… — прошептала Кочари. — Мама..? — младший Фуртуна растерянно замер. — Где моя мама, Исо..? — в голосе Фадиме ощущалась беспомощная растерянность. Младший Фуртуна тяжело сглотнул, на секунду прикрыл глаза и осторожно погладил холодным мокрым полотенцем лицо девушки. — Тихо, моя Фадиме… Я здесь. Я с тобой, всё хорошо, — мягко сказал он, поглаживая лоб и стараясь, чтобы голос не выдал тревогу и отчаянье. У него болело сердце. Его Фадиме, его маленькая беззащитная Фадиме, неосознанно звала маму, пока её организм боролся за жизнь. Маму, которой нет. Давно нет. Ещё сильнее заболело сердце, когда он вспомнил историю, которую ему рассказала бабушка. Как у Фадиме умерла мама. Как у маленькой девочки начался жар. Как она звала мать. Как не нашлось никого, ни одного человека из Кочари, кто бы смог посидеть рядом и положить мокрую тряпку малышке на лоб. Но теперь. Но теперь всё иначе. Теперь у Фадиме есть Исо. А Исо есть у Фадиме. Когда он задыхался, умирал от отравления, она была рядом. И он. Он тоже всегда будет рядом. И никогда. Никогда больше не оставит её одну. Не оставит, когда ей будет плохо. Даже, если она попросит. Даже, если её брат снова бросит его под коз. Никогда. — Не бери в голову, Исо, — увидев его реакцию на бредовое состояние девушки, старший Фуртуна решил успокоить брата, — у неё лихорадка, это нормально, что она зовёт умерших родителей. Младший Фуртуна глубоко вздохнул. — Мама… Она умерла, Исо… — Фадиме слабо мотнула головой. — Её больше нет… — Всё хорошо, я рядом, дорогая жена, — младший Фуртуна крепко прижал к себе девушку, — я рядом, сейчас тебе полегчает, потерпи, потерпи немного. — И папы… И папы больше нет… — слова путались, тонули в горячем дыхании Кочари. — И брата… Брата тоже… Тоже теперь нет… — Моя Фадиме… Тише… Тише… — он наклонился ближе, осторожно опустив свой лоб к её лбу, чувствуя, как девушка сгорает изнутри. — Брат… Скажи… Скажи брату… Исо… Скажи брату… Чтобы… Чтобы он… Чтобы он не умирал… — Кочари лежала в объятьях мужа, её тело тряслось, глаза закатывались, а руки старались зацепиться его свитер. — Исо… Скажи… Младший Фуртуна стиснул зубы и крепче обнял её, укутывая влажной простынёй и собой одновременно. — Пусть… Пусть брат не умирает… — неосознанно твердила Фадиме. — Папа умер… Мама умерла… Пусть брат не умирает… — Всё будет хорошо, брат жив, он не умирает, — тихо, почти шёпотом успокаивал девушку Исо. — Не хочу… Не… Не хочу… Одна… — едва слышно бормотала Кочари, с трудом формулируя мысли. — Мама… Забери меня, мама… Не оставляй меня… Мама… — Ты не одна, всё хорошо, я тебя не оставлю, — пытался упокоить и убедить её Исо, заботливо поглаживая девушку по голове мокрым полотенцем. Оруч, стоявший чуть в стороне, выглядел подавлено. Ему было также больно наблюдать за этим, как и брату. — Держи её. Ещё немного, и должно отпустить, — коротко выходнул старший Фуртуна. Исо кивнул, не отрываясь от Фадиме. Он осторожно убрал мокрые пряди с лица девушки. Она всё ещё что-то шептала, шептала обрывки слов, страх, смешанный с усталостью, просьбы, мольбы. Иногда замирала, отключалась, потом снова тихо звала кого-то из своей семьи. Просила не умирать, просила не отпускать, просила не оставлять её. Время тянулось медленно. Вода остывала, простыню меняли снова и снова. Дыхание Фадиме постепенно становилось ровнее, дрожь утихала. К рассвету жар стал спадать. — Давай ещё раз измерим, — тихо сказал Оруч, протягивая градусник. Прошло несколько минут. — Около тридцати восьми, падает, — старший Фуртуна облегченно выдохнул. — Слава Аллаху… — Исо будто только сейчас смог почувствовать спокойствие. Кожа Фадиме уже не обжигала, лишь оставалась тёплой, дыхание выровнялось. — Укладывай её в постель, — командовал Оруч, предварительно осмотрев девушку, — состояние сейчас стабильное. Исо осторожно поднял Фадиме на руки. Она была обмякшей, сонной, тёплой, не горячей, уже не обжигала, не тряслась. Он нёс её медленно, бережно, прижимая к сердцу и боясь разбудить. В спальне Исо аккуратно уложил её в постель, укрыл лёгким одеялом и невольно задержал руку у её лица. Исо погладил её по макушке, после чего сел рядом и взял за руку. Об бережно гладил её запястье своим большим пальцем. Фадиме тихо вздохнула и, не открывая глаз, чуть повернулась на бок к нему. — Я здесь, — шёпотом сказал Исо, — я рядом. Оруч остановился у двери, наблюдая пару секунд. — Звонил Адиль, я поеду, — негромко сказал он, жестами показывая на выход, — наша бабушку ждать уже не будет. — Удачи брат, давай там только осторожнее, — Исо заботливо говорил напутственные слова брату, а в конце, шутя, добавил, — без Элени не возвращайтесь. — Если снова поднимется температура, то звони сразу, Исо, — строго добавил Оруч и, ещё раз окинув взглядом комнату, вышел. Дверь тихо закрылась. Фадиме спала уже спокойно. А Исо не отпускал её ладонь ни на секунду.***
Утро в доме было тихим, почти хрупким. Свет пробирался сквозь занавески, ложился на постель мягкими полосами. Фадиме лежала, всё ещё слабая, но уже без того обжигающего жара — только тяжесть в теле, лёгкая температура и усталость. Исо сидел рядом и крепко держал её руку, будто боялся, что если отпустит, то с Фадиме что-то может случится. Дверь в спальню тихо скрипнула. — Можно..? — осторожно прозвучал знакомый голос. — Элени..? — Фадиме вздрогнула, повернула голову и на секунду замерла, не веря. Она резко приподнялась, насколько позволяли силы, и тут же потянулась к ней. — Элени… — выдохнула Фадиме и обняла её, крепко уткнувшись лицом в плечо. Мирьяно обняла её в ответ, но осторожно, так как была в курсе состояния девушки. Когда они возвращались в Фуртуна, она заметила, что Оруч был очень сонным, как будто не спал всю ночь. Не выдержав расспросов Элени, старший из братьев в подробностях рассказал, что происходило ночью. — Тише, тише… Я здесь, всё хорошо, — мягко сказала Мирьяно, поглаживая её по волосам, — со мной всё хорошо. Фадиме отстранилась, всматриваясь в её лицо, будто проверяя, настоящая ли. — Ты… ты в порядке? Тебе ничего не сделали? — голос Кочари дрожал. — Всё обошлось, — спокойно ответила Элени, чуть улыбнувшись. — Меня быстро обменяли на этого козла, Шерифа Фуртуна. А вот ты… Она перевела взгляд на Исо, потом снова на Фадиме. — Ты как себя чувствуешь? — Элени аккуратно коснулась лба Кочари, проверяя температуру. Фадиме тихо выдохнула, словно только сейчас позволила себе расслабиться. Исо молча наблюдал за ними, и в его взгляде впервые за долгое время появилась тень облегчения. — Уже лучше… Но я очень за тебя переживала… — Кочари крепко сжала её руку. — Ты не заслужила этого. На твоём месте должна была быть я. Лучше бы меня. Лучше бы меня похитили в третий раз… Внутри Исо что-то сжалось. Внутри Элени — тоже. — Что ты такое говоришь, Фадиме! Ничего не лучше! Со мной всё в порядке! Ты посмотри на меня, я отделалась лёгким испугом. И вообще, с его ты взяла, что должны были похитить тебя? Глупости! Ты говоришь глупости, Фадиме! — Элени очень задели слова девушки, из-за чего она старалась её утешить. Но Кочари всё равно смотрела на Мирьяно с чувством вины и сожаления в глазах. — Так, температура немного спала, но слабость и озноб ещё будут держаться, — Элени перевела тему, заботливо поправляя край одеяла и на секунду задерживая пальцы на её запястье, проверяя пульс. — Главное, что ты уже здесь и с тобой всё в порядке. И с Фадиме всё в порядке, — заботливо сказал Исо, осторожно положив руку на плечо Элени, стоя у изголовья и наблюдая за ними. — Большего нам и не надо! — А куда я денусь? Вы от меня так просто не избавитесь! — с лёгкой улыбкой ответила Мирьяно и снова посмотрела на Фадиме. — Тебе сейчас нужен покой, тёплое питьё и еда. — А она не ест, отказывается, — чуть глухо вставил Исо, ябедничая на жену. — Будет есть, — уверенно сказала Элени, — не сразу, по чуть-чуть, постепенно, но будет. На секунду в комнате стало тихо. — Исо, а она вообще вчера сильно ночью бредила? — девушка старалась спросить тихо, но все присутствующие всё равно услышали вопрос. — Вчера ночью… — Исо замялся, провёл рукой по затылку, словно не был уверен, стоит ли говорить. — Да, она звала… Много звала… Он осёкся, но было уже поздно. Фадиме медленно подняла на него взгляд. — Кого..? — тихо спросила она, уже будто догадываясь. — Я… Я ничего не помню с той ночи. — Маму… — Исо отвёл взгляд. — Папу… Брата… Слова повисли в воздухе. Щёки Фадиме едва заметно вспыхнули. Она резко отвела взгляд вниз и сжала пальцами край одеяла. — Я… я не помню… — тихо сказала она, почти шёпотом. — Я… Я не хотела вас беспокоить или пугать… — Это нормально, — мягко вмешалась Элени. — При такой температуре люди в бессознательном состоянии не понимают что говорят. Не переживай. Фадиме только кивнула, не поднимая глаз. — Всё в порядке, — добавила Элени тише и взяла девушку за руку, — это нормально, не нужно этого стыдиться. Исо присел рядом на кровать и ласково стал поглаживать плечо Фадиме. — Ладно, мне нужно ехать в Кочари, там, наверное, все уже с ума с ходят, ищут меня, — перевела тему Элени, попутно направляясь к выходу, — я ведь первым делом к вам поехала. — Будь острожна! — Исо в догонку окликнул девушку, пока она надевала куртку. — Тоже берегите себя! — Уже уходя крикнула Элени, закрывая входную дверь. — Выздоравливай Фадиме! Кочари слегла улыбнулась. Спустя почти сутки она наконец смогла хоть немного успокоится. Девушка умиротворенно посмотрела на Исо. Поймав её взгляд, он моментально взял её за руку и стал гладит запястье своим большим пальцем. В ответ Фадиме на секунду сжала его пальцы крепче, чем обычно, будто проверяя, настоящий ли Исо. Правда ли это происходит с ней? Правда ли её любимый рядом? Правда ли держит её за руку и не собирается отпускать?***
После дни тянулись медленно, почти незаметно перетекая один в другой. Причём абсолютно одинаково. Фадиме почти не ела. Исо терпеливо заставлял её пить сладкий чай. Иногда хватало слов, а иногда приходилось насильно подносить питьё к её губам. Фадиме была вынуждена делать несколько глотков, чтобы не расстраивать Исо. Он не давил. Только оставался рядом. Укрывал, поправлял подушки, проверял температуру, проводил ладонью по её волосам, когда она засыпала. Иногда просто сидел рядом часами, не говоря ни слова, держа её за руку и поглаживая запястье. Слова Адиля ударили по ней сильнее, чем она позволяла показать. Его слова, такие тянущие, мерзкие, застряли внутри, не давая покоя. Они словно выворачивали тело девушки наружу. Ночами Фадиме просыпалась, тихо плакала, стараясь не разбудить Исо. Днём она молчала, глядя в одну точку, будто что-то внутри постепенно гасло. Исо видел это. Видел, как она становится тише, слабее, как исчезает привычная живая искра в её глазах. И потому не отходил. Говорил с ней, даже если она не отвечала. Исо не позволял ей остаться одной — ни днём, ни ночью. Всегда был рядом, ведь он обещал.***
На дворе был поздний вечер. Комната тонула в тишине. За окном уже было темно, слабый свет прикроватного торшера ложился на стены. Фадиме сидела на кровати, подтянув колени к груди, уткнувшись в них лбом. Она не плакала — уже нет, только смотрела в одну точку. Исо стоял у двери, наблюдая за ней. Долго. Слишком долго. Потом всё-таки подошёл. — Фадиме… — тихо позвал он, присаживаясь рядом. Она не ответила. Даже не повернула головы. Он провёл рукой по волосам, тяжело выдохнул, наклонился ближе и осторожно положил ей на плечо свою голову. — Ты опять там, да..? — негромко, сдержанно спросил Исо в надежде достучаться до девушки. — В своих мыслях… Молчание. — Я рядом с тобой, Фадиме, а тебя здесь нет, — голос стал громче, в нём звучала боль и напряжение, он убрал свою голову с её плеча, — нам нужно поговорить. Девушка медленно подняла на него взгляд. — О чём ты хочешь поговорить, Исо? — прозвучало тихо, Фадиме смотрела на него устало и пусто. Он замер на секунду. — Я так больше не могу, Фадиме… — выдохнул он почти резко. — Я не могу смотреть, как ты уничтожаешь себя, Фадиме. День за днём… — Я… Я не… — голос Кочари дрогнул. — Мне больно, Фадиме, слышишь, мне больно! — перебил Исо, так как его голос резко сорвался, он судорожно поднялся с кровати и стал нервно ходить по комнате и водить руками по лбу и волосам. — У меня сердце болит, Фадиме, понимаешь? Сердце болит! Сердце болит видеть тебя такой… Тот твой запал, твоя энергия, тот блеск в твоих глазах. Их нет. Их больше нет, Фадиме… Фадиме только молчала и сильнее прижимала колени к груди, нервно обхватывая ноги руками. Она сидела на краю кровати, уткнувшись взглядом куда-то в стену напротив, будто уже давно не замечала ни комнаты, ни света лампы, ни самого Исо. Младший Фуртуна тяжело выдохнул и провёл ладонями по лицу. Последние несколько минут он просто ходил по комнате из угла в угол, не находя себе места. Смотреть на неё в таком состоянии было невыносимо. — Не молчи, Фадиме… Я прошу, только не молчи… — почти шёпотом хрипло простонал Фуртуна. Он сделал осторожный шаг к ней и медленно присел на корточки напротив кровати, пытаясь поймать её взгляд. — Исо… — девушка сделала паузу, нервно сглотнув. — Давай разведёмся.
