Моменты жизни

У Пети получались самые мягкие и комфортные гнезда даже из подручных вещей. Если раньше Илья отнекивался и считал их постройку пустой тратой времени, то теперь каждый раз, когда соревнования сводили их вместе, он буквально требовал от Пети большое уютное гнездо и, конечно, незамедлительно его получал. Как оказалось, Пете и самому очень нравилось их строить: «Это успокаивает мой вечно куда-то спешащий мозг», — говорит он однажды Илье, на что тот только кивает, завороженно наблюдая, как ловко Петя раскладывает вещи в одному ему понятной последовательности. У Ильи в квартире таких гнезд несколько, Петя сварганил их из общей старой одежды, из испачканных после секса и постиранных в простой воде покрывал и простыней, пропахших ими обоими. Илья и не заметил, как эти маленькие мягкие островки прочно вписались в его жизнь: он забирался в большое гнездо в комнате, когда думал над программами, устраивался в маленьких, когда хотел просто посидеть с книжкой или заняться каким-нибудь DIY — в гнездах, в окружении родных запахов, думалось намного лучше. Миу-Миу и Мисти гнезда тоже оценили и готовы были драться за облюбованное местечко, а любая попытка Ильи их переселить и отвоевать свое законное место заканчивалась шипением и предупредительным кусем. На удивление Петя понастроил гнезда даже у себя — и в квартире, и даже на семейной даче, — и никому не позволял их разбирать. У Влада чуть не начался нервный тик, когда, приехав на шашлыки, он обнаружил целых три гнезда — в гостиной, в комнате, которую они с Петей делили на ночевке, и в саду под яблоней. — Ты кукухой отъехал совсем со своим Малининым, да? — шутливо бросает Влад, похлопывая Петю по спине. — Ну ничего, ты — мой брат, я приму тебя даже психом. — Это не для него, — пытаясь не улыбаться, как дурак, отвечает Петя. — Для меня. Влад только глаза закатывает, но больше эту тему не поднимает — его лучший друг всегда был со странностями. То, что этих странностей стало в два раза больше после получения метки, этого можно было ожидать — на их дружбу это не повлияло, и это было самое главное.