Золотом овитые

Филовириэль хихикнул, оставшись в одном белье да тунике, игриво ткнул Мартиэля в грудь носочком. Сам он опирался на руки, как всегда соблазнительно покусывая нижнюю губу. Мартиэль улыбнулся, осторожно взял Филовириэля за лодыжку и отвел ногу в сторону, чтобы устроиться удобней и поцеловать разгоряченного Бога Любви. Филовириэль обнял лесного духа за шею, лишился опоры и рухнул на спину, утянув за собой Мартиэля. Марти в отместку слабо прикусил нижнюю губу, несдержанно усмехнувшись, когда Филь ойкнул. Руки лесного духа нетерпеливо заскользили по бедрам, прямо под тунику, пальцы уже подцепили нижнее белье. — Ай какой нетерпеливый… — шутливо укоризненно, несколько театрально прошептал Филовириэль, но бедра безропотно поднял, позволяя себя раздеть. Мартиэль чувствовал его дрожь и в этом сгорал. — Это я-то нетерпеливый? — хмыкнул в самые губы Мартиэль, медленно обхватив пальцами стоящий член и обведя влажную головку. Филь ахнул и прижался ближе, пальцами зарылся лесному духу в волосы и поцеловал, не давая на себя смотреть. Марти стал медленно двигать ладонью, особое внимание уделяя головке. Все внутри трепетало от беспрерывных тихих постанываний Филовириэля, от пылкого поцелуя вновь растерялись все мысли. Лишь бы быть ближе, лишь бы чувствовать, как Филь жмется, как целует, слышать очаровательное хныканье… — Прекрасный, невероятный… Верховный Бог Любви вдруг рвано вздохнул, подтянул его обратно, заткнул и укусил за губу. Робко, однако выражая свое возмущение. Мартиэль почувствовал прошедшую дрожь в теле супруга при сказанных словах, ко всему прочему предэякулята выделилось больше прежнего. Филовириэль пытался не дать себя видеть, пытался не дать больше болтать, но безуспешно. Мартиэль был куда сильней и настойчиво, аккуратно перехватил руки Бога Любви в свою, прижал их над головой и вернулся к прежнему занятию. Так он мог рассматривать Филовириэля сколько угодно, мог видеть красные щеки, сколько бы тот не пытался отвернуться, в безуспешной попытке сдержать стоны покусыванием губы… Мартиэль склонился к заостренному уху, невесомо покрыл поцелуями все от кончика к мочке, несдержанно горячо выдохнул. Терзаемый мурашками Филовириэль вздрогнул и попытался спрятать ухо, но Марти ему не дал, ласковым поцелуем остановив. — Не стыдись, твоя реакция выше всех блаженств… — проворковал Мартиэль, еле дышащий от восторга. Филь зажмурился и в ответ лишь хныкнул, крепко обхватив ногами Марти и попытавшись прижать его, перевернуть под себя и заняться этим лесным бесстыдством как следует… Но Мартиэль и с места не сдвинулся, зато ускорил до того методичные движения рукой, да еще и стал чуть усиливать хватку, когда доходил до головки. Филовириэль выгнулся и подставился, решив поддаться хотя бы сейчас. До головокружения приятны эти ласки, вот уж тело начинает бить знакомая дрожь, все существо окатывает горячей волной в предвкушении сладостной эйфории. Филовириэль повернулся к любовно рассматривающему его Мартиэлю, который осторожно отпустил руки и поцеловал, догадавшись, что Филь на грани. Лесной дух сразу углубил поцелуй, взял инициативу на себя, что совершенно добило Бога Любви. Он прижался как мог цепко, протяжно застонав в губы. Мартиэль, отстранился и проказливо шепнул «какой умница», пока не прекращая слабых движений. Филовириэль задохнулся собственным стоном, зажмурился и быстро зажал себе рот, выгнувшись под второй накатившей волной, пусть и чуть слабее первой. Марти замер, пораженный зрелищем. У Верховного Бога Любви даже на ресницах слезы показались, сам он так и не восстановил дыхание, по-прежнему зажимая себе рот. Все внутри лесного духа сгорало от наслаждения, первый раз на его памяти он восхищался кем-то в постели настолько сильно. Да он просто оторвать глаз не мог… — Я тебя ненавижу… — прошептал наконец Филовириэль дрожаще, медленно подтянув к себе Марти за рубашку и обняв за шею. — Два раза меньше чем за десять минут… Что же ты творишь, я чуть повторно не вознесся! Мартиэль захихикал, безмерно довольный собой, мягко чмокнул Филовириэля в губы. — Ты со мной творишь точно то же самое, поверь… — выдохнул Марти. Собственное возбуждение сводило с ума, а все Филь виноват… Бог Любви, уже пришедший в себя и обретший былую игривость, ладонью прошелся от груди до самого низа живота лесного духа, настойчиво огладил выпирающий член. Марти выдохнул стон и с улыбкой опустил голову, на секунду решив отдаться сладко расплескавшемуся удовольствию от ласкового касания. Филовириэль собрался его перевернуть на спину, но Мартиэль вновь уложил его мягким движением. — Не возражаешь, если сегодня внимание будет сосредоточено только на тебе, м? — Марти склонил голову и ласково провел ладонью по щеке супруга. Тот удивленно хлопнул глазами, приластился и кивнул. — Отдохнул, готов? Филовириэль, вдумчиво прикусывая губу, поерзал, делая сосредоточенное выражение лица. — Мм, да! Еще раз назовешь меня умницей — я завтрашней же ночью зацелую тебя досмерти. — заявил Филь, проводя Марти по груди и расстегивая ему рубашку, затем и пуговицы на штанах. — Это призыв к действию? — Марти не сдержал смешка и стянул с себя рубашку полностью, стащив после и тунику с Филовириэля. Нетерпеливо скинув остатки одежки, лесной дух приподнялся и стянул баночку со смазкой с тумбочки. Филовириэль не ответил и картинно закатил глаза. Мартиэля всегда забавляло, когда Филь выделывал подобные, несвойственные себе жесты. Распределив субстанцию по пальцам, Марти вновь развел Филовириэлю ноги и вновь навис сверху, стал целовать шею супруга, чтобы тот расслабился. Пальцем осторожно коснулся входа, плавным движением массируя и постепенно вводя палец. Филь рвано вздохнул и зажмурился, но постарался расслабиться. Чтобы было легче, он подтянул к себе Мартиэля и поцеловал в попытке отвлечься. Марти собрал все свое терпение, чтобы не торопиться. Он старался не причинять лишнего дискомфорта, растягивал медленно. Скоро он протолкнул оба пальца, чем заставил Филовириэля беспокойно хныкнуть, неожиданно крепко обнять и зажмуриться. — Марти… — лишь смог выдохнуть он, тут же прерываясь рваным постаныванием от неожиданно точного толчка. Лесной дух подавил рваный вздох, толкнувшись в том же направлении. Филь ахнул, не показывая лица и тяжко дыша. Мартиэль безуспешно попытался ласково приподнять лицо дрожащего мужчины, что несмотря на свою очевидную по сравнению с остальными хрупкость прижимался цепко и отказывался показывать раскрасневшееся личико. — Кто-то отвык? — не сдержался от шепота Марти, продолжая растягивать Верховного Бога Любви. Тот не ответил, губами тычась Марти в шею, оттого опаляя ее горячим дыханием. Ноги его задрожали и Марти подумалось, что он сейчас от восторга просто взорвется. — Я хочу тебя поцеловать, Филь… Верховный Бог Любви заскулил, немного подаваясь бедрами навстречу, сам резко взял Марти за щеки и мягко поцеловал. Он явно старался избежать того, чтобы лесной дух заглянул в его раскрасневшееся лицо. Да и неудивительно, обычно Филовириэль несмотря на всю свою нежность и мягкость — спокоен и занимает ведущую позицию, а сейчас… Мартиэль не сдержался и углубил поцелуй, усилил напор, синхронно с этим немного ускоряя толчки. Верховный Бог Любви застонал в губы, даже не ответил на поцелуй, ошарашенный забытыми ощущениями. Марти же, пользуясь замешательством Божества, отстранился и с наслаждением окинул его взглядом. Щеки и правда раскраснелись, золотистые волосы его разметались и растрепались… Глаза были прижмурены, Филовириэль тяжело дышал, приоткрыв губы. Марти осторожно развел пальцы внутри, свел, провернул их, чтобы удостовериться, что те входят спокойно. Филь шумно вздохнул, быстро облизывая губы. — Не больно? — немного встревоженно спросил лесной дух, оглядывая приоткрывшего мокрые глаза супруга. — Нет… Прошу тебя, я больше не могу… — прошептал сбивчиво Филовириэль, притягивая к себе Мартиэля ближе. Марти и сам больше не мог. Он вынул пальцы, распределил смазку по собственному члену и медленно вошел, несдержанно поцеловав застонавшего Бога Любви. Филовириэль непроизвольно выгнулся, крепче обняв Марти за шею, откинув голову после поцелуя и в немом стоне приоткрыв губы. Лесной дух замер ненадолго. В голове помутилось от того как горячо, как хорошо то ощущалось, как сладостно было слышать сбивчивое дыхание Филовириэля, ощущать дрожь в его теле… Мартиэль склонил голову и провел языком по соску, чем заставил Бога Любви вздрогнуть и приоткрыть глаза. Марти обожал то, как очаровательно щурится Филь без очков. Поднявшись обратно, лесной дух стал мерно двигаться, подстраиваясь под нужный угол и внимательно наблюдая за реакцией. Когда Филовириэль стал при каждом толчке напрягаться и прижиматься ближе — Мартиэль невольно расплылся в улыбочке и склонился к ушку. — Такой умница… — сипло промурчал Мартиэль, прихватывая губами мочку и горячо выдыхая на ухо. Филовириэль вцепился в него, впившись пальцами в спину, сжался так, что лесной дух сам застонал, млея от реакции супруга. Кажется, Бог Любви хотел что-то сказать, но Мартиэль продолжил первым. — Прекрасней тебя ничего нет: такой нежный, очаровательный… Филь, ты сводишь меня с ума… Филовириэль громко застонал, первый раз на памяти Марти сильно укусив его за шею. Мартиэль сам не сдержал стона, перехватил губы Бога Любви и поцеловал, ускоряя толчки. Он уже и сам говорить не мог, в унисон с супругом постанывая. Филь отпустил Марти только чтобы одной рукой взяться за его, переплести пальцы. Он дышал судорожно, жмурился, щеки от слез были мокрыми, но выражение лица его искажало невообразимое наслаждение. Мартиэль не сдержался и склонился к уху, не прекращая толчков, сипло зашептал Филовириэлю всякие нежности. Филь стал задыхаться, повернул голову и заткнул его отчаянным поцелуем, подавляя вскрик, крупно задрожал. Мартиэля унесло в небытие вместе с ним, он кончил, постепенно замедлившись, уткнулся в плечо супруга, стараясь отдышаться. — Убью, люблю, ненавижу, люблю… — меж всхлипами шептал Филовириэль, прикрыв глаза ладонью. Марти улыбнулся и вышел, осторожно устроился сверху, стер следы от слез с щек Бога Любви. Стал успокаивать поглаживаниями, ничего не говоря, пока Филь сам не открыл глаза, обретшие осознанность, уставился на Марти. — Хорошо? — улыбчиво поинтересовался лесной эльф, приподнявшись. — Слишком, пожалуй… Ох, давненько подобного не было… — пробормотал Филовириэль, потянувшись. — Чувствовать себя любимым в постели — нечто невероятное… — Любить тебя — сплошное удовольствие. — выдохнул Мартиэль абсолютно искренне, устроился рядом, обняв Филовириэля. Филь привычно хихикнул, развернулся к нему лицом и благодарно чмокнул в губы.