Важнее правды

До базы они добрались довольно мирно, а получившие сигнал о «самоволке» Халаты, поджидали у самого джета, чтобы забрать умалишенного на экспертизу и обследование. Раздав указания Альфа-Страйку, Брок, стараясь унять рвущуюся наружу раздражительность, возникшую из-за тревоги, следил за сообщениями от Стива. Пока что их не было. — Мистер Пирс? — Брок редко по собственному желанию заявлялся в покои главы Гидры. Уж больно неприятно выглядело это помещение, обезличенное и пустое, ни одной фотографии в рамке, ни цветочка, который поливает секретарша. Обитатель кабинета тоже был не самым приятным человеком. — Рамлоу, ни к чему лишний официоз в данной ситуации, — фыркнул Александр, занимаясь какими-то файлами. Командир кивнул, подходя ближе. Пирс окинул его малоговорящим взглядом, цыкнул, завидев грязные ботинки и копоть на бронежилете. Невольно поморщившись от зрительного прикосновения, Брок протянул бюрократическую волокиту. — Вы что-то хотели? — не глядя на предоставленные бумаги спрашивает Александр, поднимая голову. Он уже успел получить краткий отчет о миссии от группы захвата, но не демонстрировал свою реакцию на этот счёт каким либо образом. — Хотел осведомиться, нашли ли Зимнему Солдату нового куратора, — лицо Пирса искривилось, словно он разом вкусил несколько десятков лимонов. Рамлоу уже успел пожалеть о том, что решил, будто ему все дозволено в этом мире, но Александр пресек его попытку сдать на попятную. — Нет, к сожалению, — отправив отчет Страйка в ящик стола, Пирс вздохнул, взирая на Брока более суровым взглядом, чем до этого. — Он опять вышел из-под контроля? — Ушел в самоволку, сэр, — Рамлоу сглотнул, чувствуя, как холодные капли пота стекают по спине, собираясь где-то на пояснице. Если сейчас, потакая своей прихоти, он проколется Александру хоть в чем-то, их с Роджерсом план накроет огромная и неизбежная пучина провала. — Не в первый раз, — более легкомысленно, чем того ожидал Брок, ответил Пирс. Выдохнуть у Рамлоу не вышло, но с сердца хоть немного отлегло — значит, не так критична ситуация Солдата. — Смею предположить, вы хотели предложить свою кандидатуру на эту роль? — Александр усмехнулся, но в его тоне не было насмешки. Вполне серьёзное, можно сказать, предложение. Брок по-солдатски кивнул, невольно отступая назад. — Ваше право, Рамлоу. Вряд ли я смогу сыскать более подходящего человека для этой должности в ближайшее время. Подробные инструкции и обязанности получите от экспертов в лаборатории, — последнее предложение Пирс произносил уже на ходу, довольно спешно выходя из кабинета. Командир успел заглянуть в свой кабинет и скинуть с себя мешающийся арсенал. Бета и команду второго состава отправили на медосмотры и прогоны, а Альфа-Страйк поджидал указаний Брока, раскиданный по всей базе Щита. Получив уведомление от Пирса, что недавно прибывшего Роджерса необходимо задержать, Рамлоу невольно выдохнул. Они сильно прокололись с Фьюри, но в остальном удача пока что была на их стороне. Окружив Стива в лифте, Брок только и делал, что держал себя в руках. Ему хотелось прикоснуться к Роджерсу, прижаться носом к шее, уткнуться лбом в загривок, прильнуть всем телом и никогда не выпускать из собственного кольца рук. Благо, стойкая армейская выправка позволила ему лишь съязвить, когда дело дошло до драки. Все прекрасно понимали — даже будь их сотня бойцов в этом гребанном лифте, Капитан разнес бы каждого, не обратив внимания на количество и навыки. Прежде чем ринуться в этот бесполезный бой, Рамлоу не смог удержаться от насмешливого: — Ничего личного, Кэп, — явно прослушиваемого на записи камеры наблюдения. Если Стив, конечно, ещё не успел её снести, пока раскидывал команду Страйка как бумажные стаканчики. Уткнувшись лицом в стеклянную поверхность, Брок проклинал собственное тело, подающее признаки разве что возбуждения, чем беспокойства или чего-то ещё. Под видом маневра, чтобы вырубить Рамлоу, Роджерс всего на мгновение прижался губами к его уху, чтобы прошептать: — Все в порядке, — а потом Командира постигла неприятная звенящая боль, подкосившая колени, и заставляющая рухнуть на пол, рядом со своими бойцами. Вот конкретно этот момент Брок ему потом припомнит. Тревога о беглом Капитане зазвучала на весь Щит, и Рамлоу, не теряя времени, ринулся прочь, чтобы успеть на встречу с другим суперсолдатом. У Стива было все схвачено, и у Брока было несколько часов до следующего этапа их плана. За это время он мог бы заняться Солдатом, и возможно, к тому моменту, как Роджерс поставит Гидру на колени и заставит отсосать, у Рамлоу будет припасен особый подарок для Капитана Америка. В «жилище» Солдата скверно пахло канализацией и плесенью. Как таковой отдельной комнаты ему не выделяли — настил за решеткой, огорождающей площадь два на два у стены, рядом с которым была дырка, служащая, судя по всему, туалетом. Зимний содержался в худших условиях, чем собака Брока, которую он нашел подбитым щенком, ещё когда ему было двенадцать. Мать её потом прогнала, но у дворняги хотя бы была своя картонка и миска. У Солдата такого не имелось. Получив стопку бумаг, скрепленную между собой, Рамлоу быстро бегал взглядом по напечатанному тексту и каким-то рукописным заметкам, дожидаясь, пока Зимнего приведут с «оздоровительных процедур». Из множества бесполезной информации, вроде той, что Солдат питается исключительно какими-то смесями, и «подкармливать» обычной едой его нельзя, потому что это может повысить гормональный фон, Брок умудрился вычленить и что-то более полезное ему. К примеру, для наказания Зимнему была выделена целая комната «темноты», в которой не было камер. Они запирали его там до и после криосна, предварительно накачивая психотропными, вызывающими галлюцинации. Судя по отчётам, такая последовательность выматывала Солдата в ноль, делая абсолютно безвольной куклой. Интересным оказался и пункт об обязанностях самого Рамлоу как куратора. Большую часть «обязанностей» Брок бы назвал правами. Он мог назначать ему наказания, рекомендовать к обнулению, тут без подписи Пирса не обойтись, мог «испытывать оружие». Последний пункт заставил заскрипеть зубы, донося до Командира мысль о том, что Александр давал кураторам карт-бланш на использование Зимнего в каких-либо целях, главное было «не повреждать функционал». В комнату ввалились два амбала из категории охраны лаборатории, ведя обессиленного Солдата под руки. За их спиной суетились «эксперты», которые, так-то, по указу Пирса обязаны были провести Броку инструктаж. Вместо него Рамлоу оповестили, что Зимнему вкачали лошадиную дозу транквилизатора, поскольку по возвращению он вёл себя как неуравновешенный. Решив не докучать несчастным безумным учёным, Брок просто кивнул, решив, что разберется со своей ношей самостоятельно. Солдат упал перед ним на колени, лбом стукаясь о бедро Рамлоу. Рука Командира автоматически опустилась ему на голову, словно тот был послушным псом, и Брока окатило волной ужаса от собственной реакции. Отдернув руку, он выгнал всех присутствующих, не взирая на сочувствующие взгляды. Видать, немало на своей жизни эти люди повидали Солдатских кураторов. Лишь когда за громилами-охранниками закрылась дверь, Рамлоу позволил себе взглянуть на свою новую ответственность. Зимнего потряхивало, руками он уперся в пол по обе стороны от ног Брока, на лбу выступила испарина, а слипшиеся волосы облепили все лицо, из одежды на нём были только форменные штаны. Сделав глубокий вдох, Командир опустился перед ним на корточки. — Эй, — на звук Солдат не отозвался, его покачивало из стороны в сторону, а глаза были полуприкрыты. Если бы Стив видел его такого сейчас… Отогнав мысли о главной причине своей добродетели, Рамлоу выпрямился и попытался еще раз. — Я, типо, твой новый куратор, — ответа вновь не последовало, но едва Броку стоило попытаться сделать шаг назад, как блеснула металлическая конечность, вцепляясь в его штанину. — Тише, тише, — Командир, повинуясь какими-то внутренним инстинктам, вновь, на сей раз осознанно, положил ладонь на затылок Зимнего. Хватка на штанине ослабла, но окончательно не пропала. Сальные, вьющиеся волосы ощущались на пальцах неприятно. Они были совсем не похожи на шелковые, короткие волосы Стива. — Нам с тобой нужно что-то делать, — Брок сам не знал, что имел ввиду, но поза и ситуация вызывала у него отторжение. Нельзя было вести себя так, словно Солдат это послушная псина, натасканная на бойню. Это был человек. Очень покалеченный и ничего не помнящий, но человек. — Что? — сипло отозвалось где-то из недр. Рамлоу успел было обрадоваться, что Зимний его услышал, но когда тот запрокинул голову, абсолютно неясным взглядом окидывая комнату, Командир уяснил, что для выражения восторга рано. Через секунду Солдата вывернуло, в паре сантиметров от ботинок Брока. Бионикой он все еще крепко держался за кусок ткани, облеплявший ногу Рамлоу. — Боец, ну что ж ты так, — Командир решил выбрать знакомую тактику. В конце концов, он не первый год имел в подчинении людей, и статус свой получил не через, упаси Господь, постель Пирса или кого-либо ещё. — Поднимайся, — тон не был даже приказным, скорее нёс рекомендательный характер, но видать та дрянь, которой накачали Зимнего, имела больший эффект, чем он предпологал, потому что Солдат тут же вскочил, при этом покачнувшись, и практически свалившись на Брока. Зимнего начинает трясти пуще прежнего, он пытается оттолкуть Рамлоу от себя, но Командир подхватывает его подмышки, перенося добрую часть немалого веса Солдата на свои несчастные руки. Зимний трепыхается под ним, кажется, даже что-то говорит, но его слова затихают, стоит Броку интуитивно провести ладонью между лопаток. Тело Солдата сразу обмякает, грозя падением Рамлоу на пол. Командир облокачивается на ближайшую стену, продолжая прижимать Зимнего к себе. Точка камеры видеонаблюдения мигает красным в углу, и Брок надеется лишь на то, что никто не будет сливать эту запись Пирсу. Когда дрожь в теле Солдата перестает быть столь неестественной, Рамлоу отпускает его. Зимний не падает безвольной кучей, но по глазам Брок видит — просто стоять на месте даётся ему с немалым усилием. — Стив, — слабыми губами выдыхает Солдат, и Рамлоу чуть ли не коробит от этого имени. Словно Роджерс — это константа Зимнего, единственное, имевшее значение в манямирке проэлектризованного сознания. Наверное, так и было. Брок не мог в полную меру судить об этом, но связывая недавние ситуации и определённые обстоятельства, он мог сказать, что Стив Роджерс — это последнее что осталось у Зимнего Солдата. Связь с прошлым, с тем, чьё имя было Баки Барнс, с тем, у кого было имя. — Молчи, — челюсть Солдата сомкнулась, так быстро, что тут чуть не прикусил язык. Рамлоу спешно перелистнул бумаги, валявшиеся на столе. Выбрав подходящую категорию, он подхватил Зимнего под руку. — Наказание, — едва слышно выдохнул он ему. Солдат вскинулся, но тут же обмяк, видимо, все еще не форме для мятежа. Выведя их обоих «в свет», Брок остановился у стола человека, который, вроде как, согласно инструкции, отвечал за проведение наказаний Зимнего. Рамлоу не обратил внимания на то, что Солдат прижался к нему боком, опираясь головой на плечо. А вот человека за столом это явно смутило. — Слушай, — заговорщицким тоном начал Брок, и мужчина скептично дернул бровью. — Я в должности от силы часа три, не подскажешь, можно ли как-то провести этому, — Рамлоу кивнул на Зимнего. — Скажем, закрытое от чужих глаз наказание? Мужчина оскалился, даже слишком плотоядно, и кивнул в сторону «тёмной» комнаты. По его взгляду Брок понял — именно там на деле они проводили все «нестандартные» виды наказаний Солдата и «тестирование его навыков». Детально запомнив лицо ублюдка, сидящего перед ним, Рамлоу уже дернулся в сторону необходимой комнаты, когда тот схватил его за руку. — Ты только осторожней, это кажется, что он такой безобидный, — неудержавшись от того, чтобы фыркнуть, Брок кивнул и скомкано поблагодарил мужчину, утаскивая Зимнего в сторону комнаты. Едва, очевидно, знакомая ему дверь, появилась в поле зрения Солдата, как тот задергался в его руках, начал сопротивляться, но был слишком истощен и «под кайфом», чтобы оказать Рамлоу должное сопротивление. Впихнув Зимнего в комнату, Брок остановился, чтобы отдышаться. О том, что в комнате царила «полная темнота» его явно обманули, либо же лампочку, одиноко висящую под потолком, выкручивали прежде чем наступало время криокамеры. Солдат, судя по своему местоположению, собирался забиться в угол, но почему-то сменил стратегию, и стоял посередине небольшой комнаты напротив Рамлоу. Брок уже собирался начать разговор, ради которого он его сюда и притащил, но внезапно заметил, что Зимний пытается расстегнуть собственные штаны. Вот до Командира наконец и дошло, что означала «попытка нарушения целостности оболочки». От отвращения ко всему происходящему в желудке противно затянуло. — Стоп, стоп, ты что, блять, делаешь? — видимо, затуманенный таблетками разум Солдата все-таки развеялся, но тело все еще было слабым и ватным, поскольку Зимний ухмылялся, продолжая возиться с застежкой. — Облегчаю тебе задачу, а себе — жизнь, — Брока бросило в холод от тона, которым это было сказано. Буднично, абсолютно не заинтересованно, словно происходящее сейчас было обыденностью для Солдата. Оно и было. — Я не буду тебя трахать, — охрипшим голосом пробормотал Рамлоу, и Зимний замер на мгновение, а потом вновь продолжил бороться с ширинкой. — Блять, угомонись, сказал же, — Командир боялся сделать шаг вперед, не зная, что придет столь неадекватному Солдату в голову. — Тогда нахуя ты меня сюда притащил? Будешь бить, пытать? Что тебе принести? — голос был ровный, ни намека на страх, гнев или что-то еще. Безупречная, пугающая Брока покорность. — Мне просто нужно было место без ушей и глаз, — Рамлоу сделал шаг вперед, и Зимний дернулся. — Я не собираюсь тебя трогать, — словно договариваясь с хищным зверем, полушепотом заверил его Брок. Солдат покачнулся, но остановился. — Стив, — даже при таком освещении, Командир увидел, как загорелись глаза Зимнего. Слепая вера, надежда и любовь в одном этом взгляде. — Стив Роджерс, что ты о нём помнишь? — Солдат смутился, нахмуривая брови. — Я не знаю, — от былой покорности и след простыл. Зимний выпрямился во весь рост, устремляя взгляд поверх макушки Рамлоу. — Стив, тот мужчина, — Солдат переступил с ноги на ногу. — Что погнался за мной. Устранение, уровень Альфа. Миссия, — заученные слова, отдающие речью Пирса, были Броку не нужны. Зимний уловил это по его взгляду, и сосредоточился на чем-то своём. — Я не помню, — с ноткой отчаяния в голосе выдохнул он. — Как тебя зовут? — Рамлоу старался действовать осторожно. То, что так или иначе делало из Солдата послушного щенка на побегушках у Гидры, явно ослабло и потеряло свою значимость, но он все еще мог довести его своими словами до дестабилизации, и тогда весь толк от прогресса будет утерян, потому что Зимнего придется обнулить. — Номер Ноль-Ноль-Восемь? — недоверчиво произнёс Солдат на, исходя из знакомого Броку звучания, русском языке. Рамлоу покачал головой, давая ему еще одну попытку. — Зимний Солдат? — вновь получив отрицательный результат, Зимний сникает, и Командир, выдохнув, говорит: — Джеймс Бьюкенен Барнс, — Солдат неопределённо качает головой, и Брок удивленно вскидывает бровь. — Мне это ничего не дало, — поясняет Зимний, прислоняясь к стене спиной. Металлические пластины на левой руке гуляют туда-сюда, и Рамлоу невольно задерживает взгляд именно на них, а не на расстроенном выражении лица Солдата. — Баки? — пытается Брок, вспоминая важную зацепку. На своё прозвище Зимний не отзывается, но его брови дергаются, и Командир интерпретирует это по-своему. — Баки, — более уверенно вторит он, и лицо Солдата напрягается. — Баки, — как недалекого ума человек не унимается Рамлоу, и Зимний громко говорит: — Прекрати, — Брок замолкает, но ему кажется, будто это должно было сработать. Возыметь хоть какой-то эффект. Солдат фыркает, разбавляя его надежды реальностью. — Я помню это, но это все еще ничего мне не дает. Помню, что отзывался, что это слово принадлежало мне, но не более того, — сухие, лишенные сожалений и горечи слова. Отчего-то Командира выводил этот ровный тон. — Я пытаюсь тебе помочь, — практически рыча цедит Брок, и Зимний смеется. — На кой черт? Хочешь, чтобы я кинулся тебе потом в объятия, за то, что ты меня спас? Хочешь приручить? Присвоить себе? — с каждым словом Солдат все приближался, пока не вдавил Рамлоу спиной в стену. С каждой минутой действие транквилизаторов испарялось, и Брок ходил по тонкому лезвию. — Не сможешь. — Они же смогли, — Командир бьет словами наотмашь, столько лет в качестве двойного агента научили оказывать не только физическое, но и моральное давление. Ярость вспыхивает в Зимнем как спичка, глаза наливаются бешенством, но сгорает он сиюсекундно, обмякая, признавая некое поражение. — Если тебе это не нужно, зачем ты так отчаянно пытаешься выяснить что-то про Стива? — Я соврал, — без капли раскаивания гаркает Солдат, отходя в кои-то веки от Рамлоу. Пластины перекатываются, когда Зимний сжимает кулак, глядя на собственную бионическую конечность. — Я не помню кто такой Стив. Но я знаю, что он меня ищет. — Что? — неудержав собственных эмоций, воскликнул Брок. Он-то прекрасно знал, что Роджерс считает Барнса мертвым уже лет сто. — Не в прямом смысле, — недовольно тянет Солдат, поправляя заевшую у локтя пластину. — Я ищу его, потому что он нужен мне. А он ищет меня, — Зимний не заканчивает предложение, но Рамлоу достаточно взрослый мальчик чтобы понять, о чем он говорит. Так значит, Солдат не просто хватался за Стива, как за оплот прошлого. Зимний что-то чувствовал к нему. Сравнимое с тем, что чувствовал Роджерс к Барнсу. После этого признания они наконец смогли поговорить нормально. Брок рассказал ему все, что знал о Баки Барнсе и их тандеме со Стивом Роджерсом в сороковых, не затрагивая нового времени, и хотя память Солдата все еще осталась где-то в электродах кресла, он внимал получаемую информацию с упоением, стараясь не упустить не единой буквы, произнесённой Рамлоу. Когда час времени, обычно выделяющийся на «наказания» истёк, Командир вернул Зимнего в его скромную обитель, расписываясь о проведённой «экзекуции». Оставлять его было тяжело, но Брок должен был вернуться к Страйку и получить распоряжения от Пирса, по поводу побега Романовой и Роджерса. Мотаться от Банка к Трикселиону оказалось не самым любимым занятием в жизни Рамлоу. Броку пришлось расшевелить свой отряд, чтобы выяснить информацию, которую он пропустил, пока маялся с Зимним: — Тела Фьюри не нашли, но согласно отчёту Солдата, он должен быть мёртв. Роджерс исчез, Романова спиздила джет, — обиженно прогудел Кёрлинг. Командир кивнул, окидывая взглядом расклеившийся Страйк. Им бы вставить по самое не балуй, но Рамлоу и сам был не в форме. Пока чётких указаний не было, отряд сидел в запасе. Пирс занимался массовой шумихой, скидывая Капитана с пьедестала героев и записывая в ранг предателей. Долго ждать необходимого сигнала не пришлось. Брок рванул в кабинет Роджерса как ужаленный, не обращая внимания на удивленный крик Роллинза ему в след. Все жучки и камеры Стив вырубил перед уходом, и Рамлоу мог спокойно влезть в его компьютер, перебрасывая на только что полученный номер необходимые координаты. Убедившись, что сведения отправились, Командир, не без сожаления, окинул помещение взглядом. От Стива в нём мало что осталось. Как и от Щита, который был насквозь пропитан Гидрой. Оставив Джека за главного, приказав тому сообщить какие-либо новости сразу, Брок нацепил на себя дополнительный бронежилет из запаса, и упорхнул с базы. До следующей «связи» с Роджерсом у него было около восьми часов, а вот когда Пирс решится пойти в нападении, ему было неизвестно, но в любом случае, Рамлоу решил провести свободное время с пользой. Без происшествий до Банка добраться не удалось — на половине пути Роллинз оповестил его о том, что Александр объявил на Стива и Наташу охоту. Страйк отправили на преследование, а Рамлоу должен был притащить Солдата к месту, где отряду удастся поймать беглецов. По обговоренному плану, они должны были схлестнуться на мосту через двенадцать часов. У Командира было просто уйма времени. Зимний ожидаемо сидел в своей клетке, растянув ноги вдоль пола и прислонившись спиной к стене. Брок цокнул, завидев этот оплот непосредственности и похуизма. — Вставай, Солдат, — резво произнес Рамлоу, отпирая дверь, состоящую из железных прутьев. Зимний неохотно поднялся, со всем скептицизмом взирая на Командира. — Не наглей, мыться идем, от тебя как от канализации несёт за версту, — от слова «мыться» у Солдата настроение тут же поднялось. Брок считал, что ходить и вонять — это в первую очередь наказание для тех, кто находится рядом с Активом, а не для него самого. — Банные принадлежности у тебя есть какие-нибудь? Зимний фыркнул, скидывая с себя обмундирование, в которое его успели вновь замуровать, за то время, которое Рамлоу отсутствовал. Оставшись в одних трусах, Солдат, со слишком самодовольной в такой ситуации рожей, заспешил по направлению в душ. «Душем» помещение можно было назвать с натяжкой. До душевых Страйка они не дотягивали от слова совсем, даже в армии Брок умудрялся мыться в лучших местах. Кафельная коробка, большую часть пола которой занимала ванна с облезшим покрытием, вызывающая у Рамлоу ассоциации разве что с рассказами Романовой об СССР. На краю пожелтевшего сооружения лежал кусок мыла, внутри валялся шланг. Брок примерно представлял, каковы были водные процедуры Солдата, когда дело не касалось криосна — перед ним Зимнего полировали в дезинфицирующей кабинке, Рамлоу на своём веку уже сам успел пройти через такие, и воспоминания о них были не самыми приятными. — Садись, сначала голову помоем, — Солдат отчего-то нахмурился, но грузно опустился на колени перед ванной, свешиваясь вниз. По собственному опыту, Брок знал, что волосы застревали в пластинах бионики, а чтобы хорошо отмыть это гнездо, одной руки было недостаточно. Настраивая воду, — Рамлоу был уверен, что прежде Зимнего поливали ледяной водой, не заботясь о его комфорте, — Командир заметил, насколько помрачнело за пару мгновений лицо подопечного. — Чего смурной такой? — Топить будешь, — не вопрос, констатация факта. От этой уверенности Брок даже обомлел, он ведь итак разговаривал с ним настолько прямо, насколько это в целом было возможно. — С чего бы? — опомнившись, отозвался Рамлоу. Солдат хмыкнул, поворачивая немигающие глаза к нему: — Я должен был поверить, что добрый дядя куратор решил помыть мне голову? — понимая, что доводы Зимнего непустословны, и явно получены на собственном опыте, Брок тяжело вздохнул, плеща водой себя на руки. Горячей она не была, но уже близко к «тёплой». — Перевернись, не буду я тебя топить, — буркнул Командир, дожидаясь, пока Солдат недоверчиво сменит положение, откидываясь спиной на стенку ванной. Убедившись, что Зимнего не получится утопить даже непреднамеренно, Рамлоу запустил руку в непослушные, слипшиеся от грязи, пота и пыли волосы, щедро поливая их водой. Процесс Броку казался вполне медитативным. Обычно спадавшие на лицо Солдата локоны, теперь послушно пробегали меж пальцев Командира. Брусок мыла в руках плохо пенился, но Рамлоу старался, как никогда. Выудив из куска щёлочи максимум, Брок методично стал наносить мыльный раствор на корни и длину, переплетая пряди в своих руках. Массируя виски и затылок, Рамлоу невольно фыркнул, вспомнив, когда последний раз так же кому-то мыл голову. Зимний, прикрывший глаза, разморенный тёплой водой и приятными прикосновениями, на звук дернулся, и Брок, несильно потянув за пряди, уложил его обратно. — Сестру свою вспомнил, — небрежно начал Рамлоу. Солдат успокоился, но взглядом держал Командира на прицеле. — Старшую. Она как-то раз руку сломала, так я целый месяц ей салон красоты заменял, — София была своенравной девушкой, а матушка Брока довольно настырной, если дело касалось помощи в семье. Вот и приходилось Рамлоу расплетать неведомой длины косы, помогать их мыть и сушить. — У меня тоже была сестра, — охрипшим голосом отозвался Зимний. Командир замер, останавливая свою намывательную деятельность. — Почему «была»? — как можно осторожнее осведомился Брок. В личном деле Солдата не содержалось никакой информации о родственниках, там даже имени его настоящего не значилось, только аббревиатура. — Она умерла ещё в сорок втором. От лихорадки, — Зимний повел плечом, когда хлынувшая из шланга вода, смывающая пену с волос, коснулась шрамов рядом с бионикой. — Как много ты помнишь? — шепотом, совсем тихо спросил Рамлоу. Он не был уверен в том, что их прослушивают, но рисковать было себе дороже. Солдат приподнялся, вода, стекающая с волос, побежала по спине. Взгляд его был волчий, недоверяющий совсем, но отчаянный. — Достаточно, — так же еле слышно прошелестел он в ответ. Командир кивнул, побуждая к разговору дальше, но Зимний притих. — А Роджерс? — бионика загудела, запустила процесс, пробежавший волной по всей конечности. Брок отложил шланг в сторону, выключая воду. — То, чего я помню, недостаточно, — Солдат увиливал от ответа, и Рамлоу не осуждал. У него были причины на это. — Это куда больше ощущения, чувства, чем действительно воспоминания о нём. — Как? — ровным тоном, который дался ему не без труда, спросил Брок. Зимний поерзал на своём месте — белье пропиталось водой и явно доставляло ему неудобство, но Командир терпеливо ждал ответа, прежде чем отдать новый приказ. — Каков шанс, что ты не отправишь меня на обнуление сразу же после этого? — Солдат усмехнулся, и Рамлоу цыкнул. Выпрямившись, и мысленно сетуя на свой немолодой возраст, Брок, продолжая их перешептывания, ответил: — Я не отправлю, — Зимний закатил глаза, мол, «да, конечно», но Командир не стал заострять внимание на этих вольностях. — Они же все равно не помогают, тебя сколько полоскали, ты всё равно дерзишь. Поднимайся, — загремев бионикой, Солдат встал на ноги, переступая через край ванны. Брок вновь включил шланг, заглушая шумом воды все посторонние звуки, и терпеливо ждал, пока Зимний стянет с себя белье. — Извиняй, Солдат, личное пространство не обеспечу, — в голове Рамлоу отозвалось внезапное: «Пока что», которое пришлось выкинуть, дабы не развить приятную сердцу мысль дальше. — Начиная с восемьдесят четвёртого, я теряю в основном кратковременную память, — ухватив несчастный кусок мыла, Зимний тер им ноги, из-за маленького пространства, чуть ли не упираясь затылком Командиру в пах. — Не знаю уж, намудрили они там что-то, перепутали, но после разряда стираются в основном недавние миссии да и только. Но и то, что было стерто до восемьдесят четвёртого не возвращается само по себе, — отдраив себе голени и стопы, Солдат начинает натирать колени. Мыло пытается ускользнуть из бионики, и Зимний перекладывает его в правую руку. — Что-то я вспомнил, что-то нет. В основном в голову приходит война и миссии от сорок пятого. Помню Ребекку, — мысленно вернувшись к их недавнему диалогу, Брок заключил, что это имя сестры. — Отца, мать и первого куратора. Помню падение с поезда, и что Стив пытался меня спасти, — про Альпы ему ранее рассказал Рамлоу, и Командир не был уверен в том, что именно Солдат помнил, а что уже успел сопоставить в своей голове из сказанного Броком. Мыльные конечности Зимнего перешли на груди, стирая грязь и пот. Рамлоу полил его ноги, смывая пену, и Солдат поморщился от контраста натертой кожи и воды. — Никто до этого не замечал, что твоя амнезия недолговечна? — Командиру бы хотелось тактично отвернутся, когда Зимний начал намыливать себе член, но должность и обстоятельства не позволяли. — Я довольно хороший актёр, как выяснилось, — ухмыльнулся Солдат, недовольно фыркнув на то, как стремительно Брок смыл пену с его паха. — Ты готов был вздернуть меня, когда увидел имя Роджерса на моей мобилке, — скептично заявил Рамлоу, недоверчиво поглядывая на Зимнего. Тот пожал плечами, плеща себе в лицо воду. — Это было слишком неожиданно. Меня тогда только обнулили, я нихрена не помнил, а тут вдруг имя, набатом стучащее по башке, — Солдат поморщился, когда Брок махнул рукой, чтобы тот повернулся. Рамлоу было очевидно, что стоять спиной, будучи абсолютно обнаженным, для Зимнего сродни пытки, но и помыться тоже нужно. Нехотя переступив с ноги на ногу, Солдат в пару движений потер себе спину и шею, и Командир также суетливо окатил его водой, не задерживая надолго в некомфортной позе. Выбравшись из ванной, Зимний подергался как собака, оттряхиваясь от влаги, и натянул на себя мокрые трусы. Брок обвел взглядом эту вакханалию, но удовлетворился хотя бы тем, что теперь от Солдата не пахнет ничем, кроме металла. — Побриться бы, — задумчиво произнёс Зимний, почесывая отросшую щетину. Рамлоу окинул взглядом помещение — ни бритвы, ни чего-то похожего на неё не обнаружил. — Забрали, когда я пытался прирезать того ублюдка, — недовольным тоном сообщил Солдат. — Нехер было брить меня натянутым на хуй, — уточнил он, заставив Брока в очередной раз глубоко вздохнуть. Командир, может святым и не был, но к насилию сексуального характера относился принципиально. Личная травма, так сказать. Ему было лет семнадцать, они не так давно иммигрировали с мамой и сестрой в США, и это была его первая серьезная влюбленность. Девушку звали Дженна, она была на три года старше него, а её семья задолжала местным бандитам круглую сумму. Они с Броком даже до второй фазы не успели дойти, в основном ходя на приторные свидания и держась за ручку. Спустя неделю после пропажи Дженны, Рамлоу, как и большая часть района, получила на свой адрес видео-кассету, с вполне нецензурным содержанием издевательств над Дженной. Чикаго восьмидесятых, мать его. С того момента Брока отвращали одни лишь мысли о подобном виде насилия. Драть руками глотки и пускать пулю в лоб Рамлоу был горазд, но такое не входило в его расплывчатые границы морали. Солдат шумно вдохнул, шугаясь от звука приближающихся шагов. Он все еще был в одном лишь белье, вся одежда осталась в другой комнате. Брок тоже прислушался, различая знакомые голоса. — Джек, — кивнул Командир, когда в дверях замаячил Роллинз. Окинув взглядом Рамлоу и Зимнего, он что-то крикнул остальному составу команды, втискиваясь в итак до краев заполненное помещение. — Вы что тут забыли? — удержавшись от того, чтобы хорошенько несколько раз приложиться головой об кафельную стену, Брок невольно прикрыл собой Солдата, все еще по-волчьи глядящего на Роллинза. — Пирс за вами послал, — нехотя отозвался Джек, с каким-то сложно интерпретируемым для Рамлоу намеком, глядя на Зимнего. Тот зубоскалил, как дворняга на прохожего. — Брать вас и разыскивать Роджерса с Романовой. Сказал, Солдат быстрее с этим управиться, чем мы будем гоняться за ними по всему штату, — Брок, сцепив челюсть, кивнул. Что-то, — пока Командир не мог понять, что конкретно, — определено шло не по плану. Это были не очевидные вещи, заставить Зимнего искать Стива аккурат часов шесть у него бы вышло без проблем, но Рамлоу терял какую-то важную суть, маячившую у него перед носом, и он, как слепой котенок, тыкался в неё, да все понять был не в силах, что именно мешает пройти. — Пятнадцать минут, ему одеться надо, как минимум, — Джек равнодушно кивнул, уходя куда-то вглубь коридора, к группе, дожидаться их. Положив руку Солдату на живое плечо, Брок, не взирая на отвращение, застывшее в глазах Зимнего, придвинулся к нему ближе, — Шесть часов. Ни больше, ни меньше, мы должны быть на мосту Вайтхаус-Стрит, — Солдат нахмурился, но кивнул, и Рамлоу отпустил его собираться.