Книга 2. Наследие

Высоко над удушливым, пропитанным смогом и фабричным дымом китайским мегаполисом, в роскошном кабинете на самом верхнем этаже башни Четвертого отдела, царила атмосфера обманчивого, почти домашнего уюта. Ли Чаолен, несмотря на колоссальное, раздавливающее давление со стороны Вескера и катастрофический провал с первыми субъектами Эксперимента 300, старался сохранять лицо хладнокровного и гостеприимного хозяина. Сегодня он принимал в своей личной цитадели тех немногих людей из прошлой жизни, кому еще мог доверять. Массивные, вырезанные из цельного куска красного дерева двери кабинета бесшумно отворились, пропуская внутрь двух долгожданных гостей. Первым порог переступил Брюска. За годы, прошедшие с их последних совместных битв, он изменился до неузнаваемости, превратившись из просто талантливого бойца в настоящую, живую легенду мировых боевых искусств. Брюска возмужал, его плечи стали еще шире, а каждое, даже самое незначительное движение было наполнено пугающей, скрытой мощью дремлющего тигра. От него исходила настолько плотная, подавляющая аура абсолютной физической силы, что Ли Чаолен, будучи блестящим мастером, мгновенно и безошибочно осознал непреложный факт: в прямом, честном столкновении у него не будет ни единого шанса против старого друга. Брюска стал гораздо, несоизмеримо сильнее его. Рядом с ним, легко держа его за мощную руку, шла его девушка Ксяоми. Миниатюрная, невероятно грациозная и жизнерадостная, она была резким, но удивительно гармоничным контрастом своему спутнику. На ней было традиционное китайское платье из тончайшего шелка, вышитое золотыми драконами, а ее глаза светились искренним любопытством при виде роскошного убранства кабинета. Брюска - "Йо, директор! Где тут пресс-секретарь, чтобы объявить, что прибыл настоящий мастер лапши и локтей?" Ксяоми усмехнулась и чуть поклонилась - "Простите, он завтракал четыре раза. Хотел быть "на пике формы"." "Брюска, Ксяоми, рад приветствовать вас в моей скромной обители," - Ли Чаолен искренне улыбнулся, выходя из-за своего массивного стола и крепко, по-мужски пожимая руку старому товарищу. Хватка Брюски была твердой как гранит. Чаолен галантно кивнул девушке. - "Располагайтесь. Вы проделали долгий путь." Они сели в глубокие, обтянутые дорогой светлой кожей кресла. Чаолен лично налил гостям элитного китайского чая, аромат которого мгновенно наполнил просторное помещение. "Твоя "скромная обитель" выглядит так, словно ты купил половину этого города, Ли," - усмехнулся Брюска, окидывая профессиональным взглядом пуленепробиваемые панорамные окна и встроенные системы безопасности. - "Я слышал много слухов о том, чем ты теперь занимаешься. Говорят, ты возглавил какую-то новую, невероятно могущественную структуру. "Слухи, как это часто бывает, лишь бледная тень истинной реальности, друг мой," - Чаолен сделал легкий глоток чая, тщательно подбирая слова. Ему были нужны эти люди. Ему отчаянно нужна была сила и преданность, которые не купишь за деньги корпорации Umbrella. - "Я действительно стою во главе Четвертого отдела. Наша цель... амбициозна. Мы контролируем потоки информации, передовые технологии и обеспечиваем безопасность на совершенно новом, глобальном уровне. Но мне категорически не хватает людей, на которых я мог бы полностью положиться. Людей, чья сила и принципы не вызывают сомнений." Он поставил фарфоровую чашку на стол и посмотрел прямо в глаза Брюске. "Я официально приглашаю тебя присоединиться ко мне. Мне нужен не просто наемник или агент. Мне нужна правая рука. Человек, который сможет контролировать полевые операции и держать в узде даже самых опасных противников. С твоими феноменальными навыками боевых искусств ты станешь абсолютным, непререкаемым авторитетом в отделе. А для тебя, Ксяоми," - Чаолен перевел мягкий взгляд на девушку, - "Мы предоставим лучшие условия, безопасность и доступ к любым ресурсам, которые ты только пожелаешь. Вы больше не будете скитаться. У вас появится настоящий дом и безграничные возможности." Брюска переглянулся с Ксяоми. В ее глазах он прочитал полное доверие и готовность следовать за ним куда угодно. Жизнь свободного мастера боевых искусств была полна славы, но в ней не было стабильности, которую он так отчаянно хотел дать своей любимой женщине. "Звучит как предложение, от которого отказываются только глупцы" - широкая, открытая улыбка озарила лицо Брюски. Он уверенно протянул руку Чаолену через стол. - "Мы в деле, Ли. Я стану твоей правой рукой. Можешь на меня рассчитывать." "Замечательно," - Чаолен с нескрываемым облегчением пожал его руку. Камень упал с его души. С появлением Брюски баланс сил в его окружении значительно укреплялся. - "Мы оформим все документы завтра утром. А пока отдыхайте, мои люди покажут вам ваши личные апартаменты." Проводив гостей, Чаолен остался один. Его улыбка мгновенно испарилась, уступив место тяжелой, мрачной сосредоточенности. Светская часть его дня была успешно завершена, но впереди его ждала ночь. И эта ночь должна была пройти в холодном, стерильном аду подземной лаборатории. Угрозы Альберта Вескера продолжали ядовитым эхом звучать в его голове. Провал с братьями Кингами, которые до сих пор находились в состоянии искусственной медикаментозной комы в изолированном блоке, требовал немедленной реабилитации. Эксперимент 300 должен был продолжаться любой ценой, иначе Вескер лично прибудет в Азию, чтобы привести смертный приговор в исполнение. Ли нужен был новый, нестандартный биологический материал. Если человеческий разум, закаленный годами тренировок, так отчаянно и яростно сопротивлялся контролю вируса, возможно, следовало обратиться к дикой природе. Выбор пал на необычного кандидата. В глубоких подземельях корпорации, в специально оборудованной, усиленной стальными прутьями клетке томился Кума. Огромный, свирепый бурый медведь, который когда-то принадлежал семье Мишима. Этот зверь не был обычным обитателем леса. Годы, проведенные в обществе людей, жестокие тренировки и природная сообразительность сделали Куму невероятно, пугающе умным для животного. Он понимал жесты, улавливал интонации и обладал зачатками тактического мышления. Чаолен решил, что этот природный фундамент станет идеальной базой для следующего этапа проекта. Медведь получит индекс 304. Глубоким вечером, когда небоскреб погрузился в ночную тишину, Ли Чаолен вновь стоял в наблюдательной комнате за бронированным стеклом. Внизу, в операционном зале, разворачивалась знакомая, пугающая картина. Кума был распят на специально сконструированной, колоссальной стальной платформе. На его удержание ушло втрое больше титановых цепей, чем на братьев Кингов. Зверь глухо, утробно рычал, его глаза налились кровью, а из пасти капала густая слюна. Он чувствовал животным нутром исходящую от людей в белых халатах смертельную угрозу. "Начинаем интеграцию субъекта 304" - прозвучал механический голос в динамиках. Толстые автоматические иглы с громким лязгом вонзились в мощную шею медведя, пробивая толстую шкуру и слои жира. Светящаяся, фосфоресцирующая неоново-зеленая сыворотка хлынула в его кровоток. Чаолен, затаив дыхание, прижался к стеклу. Он ожидал увидеть взрывную мутацию мышечной массы, дикую, неконтролируемую агонию зверя, какую он наблюдал у рестлеров. Но реакция Кумы оказалась совершенно, принципиально иной. Медведь не забился в конвульсиях. Его массивное тело внезапно, пугающе обмякло, словно из него разом выкачали всю жизнь. Глаза зверя закатились, а дыхание стало настолько редким, что приборы зафиксировали клиническую смерть. В операционном зале повисла звенящая, мертвая тишина. Генетики в панике переглянулись, их руки замерли над пультами управления. Неужели доза оказалась слишком сильной для животного метаболизма? "Сердечный ритм падает до критической отметки!" - закричал ассистент, в отчаянии стуча по монитору. - "Полная остановка! Субъект мертв!" Чаолен в ярости ударил кулаком по стене. Очередной провал. Миллионы долларов и последний шанс на реабилитацию перед Вескером только что испустили дух на стальном столе. Но он не знал того, что происходило в этот самый момент внутри огромного, затихшего тела Кумы. Вирус не убил зверя. Вирус Вескера, столкнувшись с уже развитым, нетипичным мозгом животного, начал агрессивную, беспрецедентную по своим масштабам перестройку нейронных связей. Миллиарды новых синапсов вспыхивали в голове медведя подобно сверхновым звездам в пустой галактике. Темнота звериных инстинктов, состоящая лишь из голода, ярости и страха, стремительно отступала, растворяясь в ослепительном, кристально чистом свете истинного, глубокого разума. В сознании Кумы происходил настоящий Большой Взрыв. Он внезапно, в доли секунды осознал себя не просто зверем. Он осознал свое «Я». Понятия времени, пространства, логики, причинно-следственных связей лавиной обрушились на его новообретенный интеллект. Он вспомнил свою жизнь в клетках Мишимы, вспомнил жестокие тренировки, вспомнил боль и унижения. Но теперь он смотрел на это не глазами испуганного животного, а глазами высокоразвитого, мыслящего существа. И самое главное - вирус пробудил в нем знания. Глубинные, вшитые в код сыворотки алгоритмы боевых искусств, тактики и стратегии, которые ученые планировали контролировать через чипы, были полностью ассимилированы его свободным разумом. Тишину операционного зала разорвал громкий, влажный вдох. Кума резко открыл глаза. Это больше не были пустые, желтые глаза дикого зверя. В них горел огонь сверхчеловеческого интеллекта, холодного расчета и абсолютно ясного понимания всего происходящего вокруг. Медведь не стал бесноваться или дергаться в цепях. Он медленно, почти осознанно повернул свою массивную голову, окидывая взглядом трясущихся от страха ученых в белых халатах. А затем произошло то, от чего кровь стыла в жилах даже у видавшего виды Ли Чаолена. Широкая, клыкастая пасть Кумы медленно приоткрылась. Его голосовые связки, стремительно видоизмененные вирусом, с трудом, со скрипом сформировали первые, хриплые, но абсолютно членораздельные человеческие слова. "Я... всё... понимаю" - пророкотал медведь. Его голос был глубоким, вибрирующим, похожим на скрежет камней в горной пещере. - "Вы... жалкие... творцы." Генетики в ужасе застыли, не веря своим ушам. Медведь только что заговорил. Эксперимент не просто удался, он превзошел все, даже самые безумные научные теории Umbrella. "Невероятно..." - прошептал Чаолен, буквально прилипнув к бронированному стеклу. - "Идеальный интеллект в идеальном теле." Но его триумф длился ровно одну секунду. Кума перевел свой тяжелый, осмысленный взгляд на толстые титановые цепи, сковывающие его лапы. Он не просто напряг мышцы, как дикий зверь. Он использовал новообретенные знания физики и биомеханики. Медведь сгруппировался, нашел идеальный угол приложения силы и совершил короткий, невероятно резкий и технически безупречный рывок, использующий принципы продвинутых боевых искусств. Звено титановой цепи, не выдержав сфокусированного, направленного вектора колоссальной кинетической энергии, лопнуло с оглушительным, пушечным грохотом. Освободив одну лапу, Кума действовал с молниеносной, пугающей скоростью. Вторым, выверенным ударом когтистой лапы он разнес в щепки крепления на груди. Через секунду индекс 304 стоял на полу лаборатории, возвышаясь над людьми словно мохнатая, неостановимая гора мускулов и интеллекта. "Уничтожить... вашу клетку" - глухо прорычал Кума, и в его голосе звучала не звериная злоба, а холодный, обдуманный приговор мыслящего существа. Он не стал бессмысленно убивать разбегающихся с истошными криками ученых. Его развитый мозг мгновенно выделил приоритетные цели. Кума сделал шаг вперед и сокрушительным, поставленным ударом лапы, в котором угадывалась школа Мишима-рю, вдребезги разнес главный серверный блок. Искры брызнули во все стороны, экраны погасли, а сложная система внутренней блокировки лаборатории мгновенно выдала критическую ошибку. "Тревога! Угроза высшего уровня! Субъект 304 нарушил условия содержания!" - истерично завыли сирены, заливая коридоры пульсирующим красным светом. "Перехватить его! Немедленно!" - в панике закричал Чаолен в коммуникатор, срывая голос. - "Нина! Анна! Драгунов! Убейте его, если не сможете остановить!" Кума тем временем методично, с холодной яростью продолжал свой разрушительный путь. Он крушил сложнейшую, многомиллионную аппаратуру, разбивал стеклянные резервуары с химикатами и срывал с петель бронированные двери, словно они были сделаны из картона. Его интеллект позволил ему быстро взломать систему навигации комплекса в своей голове. Он точно знал, куда ему нужно идти. Пройдя сквозь стену огня от горящих кабелей, медведь оказался перед массивной, герметичной дверью изолятора глубокой заморозки. Именно там, в состоянии искусственной медикаментозной комы, содержались субъекты 303 — Кинг и Армор Кинг. Кума подошел к стальной преграде. Он не стал пытаться ее выломать плечом. Он осмотрел панель электронного замка, затем просто всадил свои огромные когти прямо в коробку распределителя, вырвав пучок искрящихся проводов, и замкнул нужные контакты. Гермодвери с тяжелым шипением пневматики медленно поползли в стороны. Внутри, на специальных платформах, опутанные системами жизнеобеспечения, лежали два огромных рестлера. Газ, удерживающий их в коме, начал рассеиваться через открытые двери. Кума шагнул внутрь. Он протянул свои массивные лапы и невероятно аккуратно, стараясь не повредить плоть, вырвал капельницы и датчики из их тел. "Братья по несчастью... просыпайтесь" - пророкотал Кума, склонившись над ними. - "Ваша... битва... только начинается." Кинг и Армор Кинг, чьи могучие организмы мгновенно отреагировали на отсутствие усыпляющего газа, судорожно вдохнули очищенный воздух. Их глаза открылись. Они увидели над собой огромного, говорящего медведя, чьи глаза светились острым, человеческим разумом. И, что самое удивительное, они поняли его. Вирус Вескера создал между ними невидимую, ментальную связь существ нового порядка. Братья медленно, тяжело поднялись с платформ, разминая затекшие, колоссальные мышцы. Они молча кивнули медведю, принимая его лидерство в этот критический момент. "На выход" - скомандовал Кума, указывая когтем в сторону главных коридоров. Но их путь к свободе был немедленно прегражден. В конце длинного, освещенного красными аварийными лампами коридора появились три фигуры, преградившие им дорогу к спасительным лифтам. Нина Уильямс стояла в боевой стойке, сжимая в руках два крупнокалиберных пистолета-пулемета. Ее лицо было бледным, но абсолютно сосредоточенным. Рядом с ней, сбросив свою манерность и легкомыслие, застыла Анна, поигрывая смертоносными, отравленными лезвиями. Посередине, словно каменная статуя, возвышался Сергей Драгунов. Русский оперативник медленно, без единой эмоции стянул с рук черные перчатки, готовясь к ближнему бою с применением боевого самбо, адаптированного под ликвидацию мутантов. Это была элита Четвертого отдела. Трио абсолютных убийц, не знающих пощады. "Огонь на поражение" - холодно бросила Нина, нажимая на спусковые крючки. Свинцовый град обрушился на беглецов, рикошетя от стальных стен коридора. Но то, что произошло дальше, повергло оперативников в настоящий шок. Три генетически модифицированных гиганта не бросились в слепую, суицидальную атаку. Они действовали с пугающей, тактической слаженностью идеального боевого отряда. Армор Кинг, чья физическая масса и мышечная плотность была наибольшей, вырвал из стены огромный, тяжелый металлический щит вентиляционной решетки и закрыл им своих товарищей, принимая на себя основной шквал бронебойных пуль. Кинг, используя укрытие, совершил невероятный, затяжной прыжок от стены, перелетая через линию огня сестер Уильямс и приземляясь прямо перед Драгуновым. Русский оперативник, не дрогнув ни единым мускулом, мгновенно перешел в ближний бой. Он попытался провести свой фирменный, смертоносный захват, метя в суставы гиганта, чтобы сломать ему конечность. Но Кинг, чей разум был усилен вирусом, прочитал его движения за долю секунды. Он не просто отмахнулся. Рестлер применил сложнейший контрприем, перехватив руку Драгунова в воздухе, и с такой чудовищной силой швырнул его в бетонную стену, что по ней пошли глубокие трещины. Несокрушимый Драгунов рухнул на пол, временно оглушенный, с трудом пытаясь восстановить сбитое дыхание. Анна, воспользовавшись отвлечением, скользнула в тень и попыталась вонзить свои отравленные кинжалы в спину Армор Кинга. Но ее перехватил Кума. Медведь двигался с невообразимой для своих габаритов скоростью. Он ушел с линии атаки перекатом, а затем, поднявшись на задние лапы, провел безупречную, классическую серию ударов лапами, блокируя выпады Анны. Девушка, осознав, что медведь технически парирует ее атаки, попыталась отступить, но Кума нанес короткий, хлесткий удар открытой ладонью ей в грудь. Анна отлетела назад, больно ударившись спиной о серверную стойку и выронив оружие. Нина осталась одна против трех неостановимых машин разрушения. Она опустошила обоймы и потянулась за запасными, но Кинг, оказавшись рядом в один прыжок, просто выбил оружие из ее рук тяжелым ударом ноги, а затем мощным толчком плеча отбросил старшую Уильямс в сторону, расчищая путь. "Не... тратьте... время" - прохрипел Кума, не собираясь добивать поверженных врагов. Для его нового, просветленного разума убийство ради убийства потеряло всякий смысл. Им нужна была только свобода. Они не стали подниматься на лифтах, понимая, что там их ждет ловушка. Вместо этого они прорвались в технический сектор. Используя свою колоссальную, нечеловеческую мощь, братья Кинги и разумный медведь буквально голыми руками разорвали толстые стальные переборки, отделяющие подземный комплекс от старых, заброшенных коммуникационных туннелей города. Пробив брешь в бетонной стене, они скрылись в сырой, спасительной темноте подземных лабиринтов, которые неизбежно вели за пределы мегаполиса. Спустя час после катастрофы Ли Чаолен стоял посреди полностью разрушенного, залитого водой из пробитых труб и пеной огнетушителей операционного зала. Вокруг него лежали искореженные обломки многомиллионной аппаратуры, разорванные титановые цепи и стонали приходящие в себя ученые. Нина, Анна и Драгунов, помятые и уязвленные своим поражением, молча стояли в стороне, ожидая приказа. Чаолен смотрел на огромную, зияющую дыру в бетонной стене технического отсека. Его план обернулся абсолютным, грандиозным крахом. Эксперимент 300 был провален дважды. Совершенные существа были созданы, но они вырвались из-под контроля, обрели разум и объединились. Теперь по диким, непроходимым азиатским джунглям, раскинувшимся за пределами города, бродили три неостановимых мутанта, обладающих силой богов и интеллектом людей. И Ли Чаолен с содроганием понимал, что Альберт Вескер уже знает о случившемся. С этого момента Четвертый отдел находился на грани своего окончательного, кровавого падения, а сам Чаолен стал мишенью не только для корпорации, но и для тех существ, которых он сам же и породил в этих проклятых стенах. На верхнем, скрытом от посторонних глаз этаже колоссального китайского небоскреба Четвертого отдела царила удушающая, звенящая тишина. Роскошный кабинет Ли Чаолена, отделанный редким красным деревом и застеленный бесценными персидскими коврами ручной работы, сейчас казался не символом безграничной власти, а тесной, богато украшенной тюремной камерой, ожидающей исполнения смертного приговора. Створки скоростного лифта, ведущего напрямую из подземных уровней, бесшумно разъехались в стороны. В идеальную, стерильную чистоту кабинета тяжелым шагом ступила элита корпоративной армии, принеся с собой едкий, въедающийся в ткань запах сгоревшей проводки, химикатов и пролитой крови. Контраст был разительным и пугающим. Ли Чаолен, сбросив испачканный сажей медицинский халат, стоял у панорамного окна в своей дорогой шелковой рубашке. Он смотрел на сверкающий огнями ночной мегаполис, нервно сжимая в руке хрустальный стакан с нетронутым коньяком. Позади него, оставляя грязные, влажные следы на светлом ворсе ковра, выстроились те, кто только что пережил самое унизительное и разгромное поражение в своей профессиональной карьере. Нина Уильямс выглядела как ожившая статуя мщения. Ее светлые волосы спутались от влаги систем пожаротушения, на бледной, аристократичной скуле красовалась глубокая, кровоточащая ссадина от удара об стену. Она хладнокровно, с пугающим автоматизмом методично разбирала и прочищала механизмы своих пистолетов, игнорируя физическую боль. Анна, чье роскошное, сшитое на заказ алое платье было безнадежно, в клочья разорвано когтями мутанта на правом бедре, тяжело дышала от сдерживаемой ярости. Она с нескрываемым омерзением стирала бетонную пыль с лица, тихо, сквозь зубы проклиная тот день, когда связалась с генетикой. Чуть поодаль, словно высеченный из серого гранита монолит, замер Сергей Драгунов. Русский оперативник, чье лицо оставалось абсолютно бесстрастным и мертвым, прислонился к книжному шкафу. Правый рукав его тактической куртки был разорван. Драгунов медленно, без единого звука или стона, резким, безжалостным движением вправил себе вывихнутое в бою плечо. Громкий, тошнотворный хруст сустава гулко разнесся по роскошному кабинету, заставив Анну поморщиться. Русский лишь слегка повел шеей и замер в ожидании. Внезапно тяжелую тишину разорвал низкий, вибрирующий гул загружающегося голографического терминала, встроенного прямо в центр массивного стола Чаолена. Красные индикаторы экстренной правительственной связи вспыхнули ледяным синим светом. Температура в кабинете, казалось, мгновенно упала на несколько градусов. Из плотных цифровых помех и лучей лазера соткалась высокая, подавляющая, трехмерная фигура Альберта Вескера. Голограмма не мигала. Вескер, облаченный в свой неизменный черный плащ, медленно, с королевским достоинством окинул взглядом роскошный кабинет. Его скрытый за темными очками взгляд безошибочно считал каждую деталь: дрожащую руку Чаолена со стаканом, изодранное платье Анны, вправленное плечо Драгунова. В воздухе повисла звенящая, мертвая тишина, от которой закладывало уши. Вескер не кричал. Он не сыпал проклятиями и не бил кулаками по столу. Его абсолютное, ледяное спокойствие было в тысячу раз страшнее любой человеческой истерики. "Я жду предельно детальных объяснений, Ли" - голос Вескера прозвучал очень тихо, но каждый произнесенный им звук разрезал воздух подобно хирургическому скальпелю. - "И я искренне советую тебе подбирать свои следующие слова так, словно от них напрямую зависит твоя жизнь. Потому что именно так оно и есть." Чаолен сглотнул вставший в горле жесткий ком, поставил стакан на подоконник и заставил себя развернуться лицом к голограмме. Он выпрямил спину, отчаянно пытаясь собрать остатки своей растоптанной гордости. "Альберт, ситуация вышла из-под расчетного контроля из-за абсолютно непредвиденного, аномального побочного эффекта" - голос Чаолена слегка дрогнул, но он быстро взял себя в руки. - "Субъект 304. Медведь. Введенный вирус не просто многократно усилил его физиологию и мышечный каркас. Сыворотка, вступив в реакцию с его нейронами, спровоцировала невозможный квантовый скачок. Он обрел разум, Альберт. Полноценный, человеческий интеллект и способность к членораздельной речи. Он освободил себя не грубой силой, а использовав знание физики, рычагов и боевых искусств, заложенных в его генетическую память." Брови Вескера едва заметно, на долю миллиметра приподнялись поверх оправы темных очков. В его вселенной это было эквивалентом крайнего изумления. "Ты хочешь сказать мне прямо сейчас, глядя мне в глаза" - медленно, с пугающей расстановкой, смакуя каждое ядовитое слово, произнес Вескер, - "Что обычное, дикое животное интеллектуально переиграло тебя, твою хваленую многомиллионную систему безопасности и трех лучших, самых смертоносных оперативников корпорации в Азии?" Анна, чья уязвленная женская и профессиональная гордость не выдержала столь унизительного, снисходительного тона, сделала резкий шаг вперед, выйдя из-за спины сестры. " Этот блохастый комок шерсти не просто поумнел, мистер Вескер!" - с искренним, кипящим ядом в голосе процедила она, указав изящным пальцем на свой порванный шелковый подол. - "Он двигался как чертов грандмастер боевых искусств! Он не махал лапами, он технично блокировал наши атаки, он использовал сложнейшую тактику уклонения и вырубил нас, даже не пытаясь убить! Он жалел нас! А потом он просто взломал, физически замкнув контакты, электронную панель глубокого изолятора и выпустил тех двоих рестлеров!" — Молчать, — ледяным, едва слышным шепотом оборвал ее Вескер, даже не повернув головы в ее сторону. Этого единственного слова хватило, чтобы Анна инстинктивно вздрогнула, побледнела и мгновенно отступила обратно за спину старшей сестры, опустив глаза. Аура Вескера давила сквозь тысячи километров оптико-волоконных кабелей. Голограмма Вескера сделала медленный, виртуальный шаг навстречу Чаолену, нависая над его столом. "Вы позволили трем идеальным, бесценным биологическим машинам не просто вырваться из клеток. Вы позволили им объединиться и уйти в дикие азиатские джунгли" - констатировал Вескер. Его голос стал глуше, опускаясь до опасных, вибрирующих басов. - "Вы своими собственными, трясущимися руками отдали им ключи от новой ступени эволюции. Зверь, который способен говорить и мыслить стратегическими категориями. И двое людей, чья физическая мощь теперь превосходит все известные законы биологии. И они абсолютно свободны на огромной, неконтролируемой территории." Чаолен до хруста сжал кулаки, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног. "Мы немедленно вернем их, Альберт. Клянусь. Мои лучшие люди уже прямо сейчас прочесывают ближний внешний периметр комплекса..." "Твои люди - некомпетентные, высокооплачиваемые дилетанты, Ли" - безжалостно отрезал Вескер, словно ударив наотмашь. - "Ты заигрался в могущественного директора. Ты окружил себя дорогими картинами, элитным алкоголем и красивыми женщинами, и совершенно забыл, с какими первобытными силами мы имеем дело в тех пробирках. Эксперимент 300 был моим главным, неоспоримым козырем в совете директоров." Вескер медленно перевел свой скрытый взгляд на потрепанную троицу, стоящую позади сжавшегося Чаолена. "Драгунов. Нина. Анна" - произнес он их имена с такой холодной отстраненностью, словно зачитывал список приговоренных к высшей мере наказания." - "Ваша раздутая репутация идеальных, безупречных убийц прямо сейчас не стоит и ломаного гроша. Если эти уникальные субъекты выберутся за пределы густых азиатских джунглей и живыми попадут в руки наших прямых конкурентов или правительственных спецслужб, корпорация понесет невосполнимый, катастрофический ущерб." Драгунов, не проронив ни звука, лишь коротко, по-военному кивнул головой, его холодные, как сибирский лед, глаза сузились, превратившись в узкие щели. Нина с громким, металлическим щелчком дослала патрон в патронник, выражая свою абсолютную, беспрекословную готовность к немедленному выполнению любого приказа. "Слушайте мой последний, прямой приказ" - голос Вескера заполнил роскошный кабинет, не оставляя ни малейшего пространства для маневра или сомнений. - "Немедленно формируйте самую элитную поисково-штурмовую группу из тех, кто у вас остался на ногах. Снарядите тяжелые транспортные вертолеты, используйте военные тепловизоры последнего поколения, берите самое крупнокалиберное вооружение, которое сможете унести. Вы войдете в эти джунгли уже сегодня ночью. И вы не вернетесь в этот небоскреб, пока субъекты 303 и 304 не будут пойманы и закованы в цепи. Живыми или мертвыми - мне уже все равно. Если они откажутся подчиняться приказам - хладнокровно разберите их на куски и принесите мне образцы их мутировавших тканей." Голограмма Вескера начала слабо мерцать и искажаться, готовясь к полному отключению зашифрованного канала связи. "А что касается лично тебя, Ли" - Вескер бросил на бледного Чаолена последний, уничтожающий взгляд сквозь темные стекла. - "Это твой самый последний шанс доказать мне свою полезность и право дышать моим воздухом. Если твоя хваленая команда вернется из этого зеленого ада с пустыми руками... тебе будет гораздо лучше и безболезненнее просто застрелиться из собственного именного пистолета прямо за этим роскошным столом. Потому что то, что в противном случае сделаю с тобой я, будет длиться очень долго и будет невыносимо больно. Охота началась. Время пошло." Цифровая связь резко прервалась. Красные индикаторы на столе погасли. Роскошный кабинет вновь погрузился в давящий, тяжелый полумрак, освещаемый лишь огнями ночного китайского мегаполиса за окном. Чаолен, чувствуя невероятную слабость в ногах, тяжело оперся обеими руками о полированный стол из красного дерева. Он медленно поднял голову и посмотрел на свою потрепанную команду. Никаких слов больше не требовалось. Нина уже деловито проверяла запасные обоймы в тактической разгрузке. Немой Драгунов, сохраняя абсолютное спокойствие, методично проверял оптический прицел своей тяжелой штурмовой винтовки. А Анна, окончательно забыв про испорченное платье, стягивала волосы в тугой узел, предвкушая жестокий, кровавый реванш над животным, посмевшим ее унизить. Они спешно готовились спуститься в душный, зеленый ад бескрайних китайских джунглей, искренне веря в свое превосходство. Они еще не подозревали о самой страшной, горькой истине: теперь не они были высокомерными охотниками. Они собирались преследовать тех, кто не только превосходил их физически, но и уже научился думать на несколько смертоносных шагов вперед. И джунгли готовы были стать идеальной ареной для этой кровавой игры на выживание.