Книга 2. Наследие

После катастрофического, унизительного побега биологических образцов из подземного комплекса, Ли Чаолен оказался загнанным в угол. Разрушенная лаборатория была спешно, за астрономические суммы восстановлена и модернизирована, но страх перед непредсказуемостью живой природы навсегда поселился в душе директора Четвертого отдела. Вирус Альберта Вескера оказался слишком своенравным, слишком могущественным, чтобы подчиняться стандартным протоколам корпоративного контроля. Жизнь, даже искусственно измененная, всегда находила путь к свободе. И Чаолен, до дрожи в пальцах боявшийся очередного провала и последующего визита Вескера, принял соломоново решение. Если биология неизбежно бунтует, значит, нужно обратиться к тому, что лишено свободы воли по определению. К холодному, мертвому металлу. Эксперимент 300, сохранивший свое абсурдное числовое название из-за бюрократической ошибки Драгунова, кардинально сменил вектор развития. Биоинженерия временно уступила место тяжелой робототехнике и кибернетике. В недрах засекреченных архивов корпорации Umbrella Чаолен откопал пыльные, покрытые цифровой плесенью чертежи старого военного проекта — боевого андроида серии «Джек», который когда-то разрабатывался для локальных вооруженных конфликтов, но был свернут из-за недостатка финансирования. Используя безграничные ресурсы азиатского филиала, Ли приказал своим лучшим инженерам воскресить эту технологию, многократно усилив ее современными сплавами и передовыми процессорами. Спустя несколько месяцев изнурительной, круглосуточной работы в сборочном цехе, освещенном резким синим светом сварочных дуг, на гидравлических опорах возвышалось новое творение. Он получил кодовое обозначение «Джек-7» и был официально зарегистрирован в реестре под индексом 307. Это был колоссальный, пугающий своим размахом механизм. Внешне инженеры попытались придать ему грубые человеческие черты, обтянув титановый эндоскелет толстым слоем синтетической кожи цвета хаки. Его массивные, гипертрофированные плечи венчала квадратная голова с искусственным русым ежиком волос. На глазах покоился тяжелый оптический визор, за которым непрерывно, зловеще пульсировал тусклый красный свет сканирующих лазеров. На его огромных, поршневых руках, способных без усилий смять легковой автомобиль, красовались тяжелые бронированные накладки, а в грудную клетку был вмонтирован компактный, но невероятно мощный ядерный микрореактор, обеспечивающий машину практически бесконечной энергией. В день первого официального тестирования Ли Чаолен стоял за бронированным стеклом испытательного полигона. В этот раз его руки не дрожали, а на лбу не выступал холодный пот. Он чувствовал себя абсолютно спокойно, потому что перед ним находился не живой организм, способный на спонтанную эволюцию, а сложнейший, предсказуемый калькулятор, упакованный в броню. В центре полигона находился Мигель Кабальеро Рохо. Испанец, обнаженный по пояс, тяжело дышал, разминая шею и сжимая огромные кулаки. Ему поручили проверить боевые возможности новой игрушки директора на прочность. "Активировать индекс 307," - сухо, в микрофон скомандовал Чаолен. - "Боевой режим. Ограничение летальности: уровень три. Цель — спарринг-партнер." Внутри Джека-7 с низким, нарастающим гулом запустились турбины охлаждения реактора. Его красные оптические сенсоры вспыхнули ярче, фокусируясь на испанце. Машина сделала первый, тяжелый шаг, от которого едва заметно вздрогнул бетонный пол. Мигель не стал ждать. Движимый своей вечной, клокочущей яростью, он сорвался с места и нанес сокрушительный, амплитудный удар правой рукой точно в челюсть андроида. Удар, который гарантированно отправил бы в глубокий нокаут любого профессионального тяжеловеса. Раздался оглушительный металлический лязг. Кулак Мигеля отскочил от синтетической кожи, под которой скрывалась титановая пластина. Джек-7 даже не покачнулся. Его процессор за миллисекунды рассчитал траекторию, вес и силу противника. Робот плавно, с пугающей механической точностью поднял свою огромную руку и нанес контрудар. Мигель успел поставить блок, но кинетическая энергия отбросила его на несколько метров назад. Испанец проехал ботинками по бетону, едва удержавшись на ногах. "А ты крепкий ублюдок, консервная банка," - злобно оскалился Мигель, сплевывая кровь с прокушенной губы, и снова бросился в атаку. Спарринг продолжался двадцать минут. Это было впечатляющее зрелище: первобытная, живая ярость человека разбивалась о холодный, неумолимый алгоритм машины. Джек-7 двигался не так грациозно, как сбежавшие мутанты, его стиль был рубленым, основанным на чистой геометрии и математическом расчете углов поражения. Он методично изматывал Мигеля, идеально блокируя атаки и нанося точечные, тяжелые удары поршневыми руками. Робот обладал зачатками тактического искусственного интеллекта: он быстро адаптировался к непредсказуемому уличному стилю испанца, начал просчитывать его обманные маневры и перекрывать зоны отступления. "Достаточно. Деактивация," - приказал Чаолен, когда Мигель, тяжело оседая на одно колено, начал захлебываться от усталости. Красный свет в глазах Джека-7 мгновенно погас. Огромная машина послушно, словно кукла с перерезанными нитями, замерла на месте, опустив руки по швам. Идеальное, стопроцентное подчинение. Никакого бунта. Никаких попыток вырваться на свободу или заговорить. Только программный код и выполнение приказа. Спустившись с наблюдательной вышки, Ли Чаолен обошел застывшего робота по кругу, внимательно осматривая вмятины на его синтетической коже, оставленные кулаками Мигеля. Испанец, тяжело дыша, подошел ближе, вытирая пот полотенцем. "Он бьет как товарный поезд, босс," - хрипло признался Мигель, массируя отбитые предплечья. - "Если выпустить десяток таких штук на улицы, они сотрут в порошок любую армию. У него нет болевого порога, нет усталости. Идеальный солдат." Чаолен задумчиво коснулся холодной брони робота. Да, Джек-7 был силен. Он был невероятно прочен. И он абсолютно, беспрекословно подчинялся любой, даже самой самоубийственной команде. Но в душе директора стремительно разрасталось липкое, тягучее чувство глубокого разочарования. Он понимал, что этот проект - лишь полумера. Жалкий компромисс со своим собственным страхом. Альберт Вескер требовал от него создать новую ступень человеческой эволюции. Существо, которое объединит в себе генетическое совершенство, адаптивность живого организма и абсолютную, разрушительную силу вируса. Вескеру нужны были боги из плоти и крови, способные править новым миром, а Чаолен, испугавшись трудностей, построил для него продвинутый тостер с пулеметами. Это был не тот ошеломляющий, триумфальный успех, о котором грезил Ли, засыпая в своем кабинете. Джек-7 никогда не сможет самостоятельно принимать нестандартные решения в хаосе боя, он никогда не сможет развиваться и эволюционировать. Он так и останется просто куском запрограммированного железа. Но, с другой стороны, это не был и провал. Машина функционировала, выполняла приказы и не пыталась разрушить лабораторию. В отчетах для европейского руководства Umbrella индекс 307 выглядел вполне удовлетворительно. "Отправьте его на полигон штурмовой группы Драгунова," - устало, без капли энтузиазма скомандовал Чаолен инженерам. - "Пусть использует его как грушу для тренировок выносливости Бэйна. Для серьезных, деликатных полевых операций он слишком неповоротлив и заметен." Оставив робота в ангаре, Чаолен вернулся к своим административным обязанностям. Четвертый отдел, несмотря на научные стагнации, продолжал неумолимо расширяться как оперативная структура. Информационные сети охватывали все новые регионы, логистические цепочки требовали постоянного контроля, а возросшее количество агентов нуждалось в грамотной координации. В этот период массового набора персонала в ряды корпорации влились последние, крайне важные участники, чье появление навсегда изменило внутреннюю динамику отдела. В один из дождливых, серых дней, когда Пекин задыхался в потоках воды, на подземную парковку небоскреба с оглушительным, дерзким ревом ворвался тяжелый спортивный мотоцикл. Водитель, заложив крутой вираж, мастерски затормозил в миллиметре от бетонной колонны, оставив на полу жирный черный след от стертой резины. Сняв глухой мотоциклетный шлем, водитель встряхнул короткими, непослушными каштановыми волосами. Это была Аска Казама. Дерзкая, невероятно энергичная и острая на язык девушка, которую Ли Чаолен прекрасно помнил еще со времен своей молодости и участия в легендарном турнире Dead or Alive. Тогда она была лишь вспыльчивым подростком, пытающимся доказать всему миру силу своего традиционного семейного стиля боевых искусств. Сейчас Аска повзрослела, ее черты лица стали острее, а взгляд - увереннее, но неукротимый, бунтарский огонь в ее глазах горел всё так же ярко. Она остро нуждалась в стабильном заработке и независимости от своей строгой семьи, проживающей в Японии. Увидев объявление о наборе в элитную курьерскую службу неизвестной международной корпорации, предлагающую огромные деньги за риск, Аска не раздумывая отправила свое резюме. Ей нравилась скорость, ей нравился адреналин, а мрачные слухи, витающие вокруг работодателя, лишь подогревали ее природное любопытство. Чаолен лично спустился в холл, чтобы встретить старую знакомую. Контраст между ними был разительным. Ли, облаченный в безупречный, сшитый на заказ итальянский костюм-тройку, воплощал собой холодную, расчетливую власть мегакорпорации. Аска, стоящая посреди мраморного лобби в потертой кожаной мотокуртке, рваных на коленях джинсах и тяжелых ботинках, казалась ярким, непокорным пятном хаоса в этом царстве стерильного порядка. "Не ожидал увидеть тебя в этих краях, Аска," - Чаолен позволил себе легкую, вежливую полуулыбку, вспоминая былые времена. - "Ты далеко уехала от родного додзё. Твои навыки рукопашного боя достойны лучших арен мира, а ты пришла устраиваться простым посыльным?" "Арены больше не приносят тех денег, которые мне нужны для свободы, Чаолен," - дерзко, без капли подобострастия ответила Аска, закидывая шлем на сгиб локтя. Она ничуть не робела перед статусом директора. - "К тому же, я обожаю свой байк больше, чем запах пота в раздевалках. Мне сказали, что вашей конторе нужны люди, способные доставить ценный груз из точки А в точку Б, несмотря на пробки, засады картелей или плохую погоду. И при этом умеющие постоять за себя, если кто-то решит этот груз отобрать. Я идеально подхожу." Чаолен внимательно посмотрел на нее. В Четвертом отделе действительно катастрофически не хватало надежных, мобильных курьеров для передачи сверхсекретных физических носителей информации и биологических образцов, которые было слишком опасно отправлять по отслеживаемым цифровым каналам. Навыки рукопашного боя стиля Казама, которыми виртуозно владела Аска, гарантировали, что любой уличный грабитель или вражеский шпион, попытавшийся ее перехватить, горько об этом пожалеет. "Ты принята," - коротко кивнул директор. - "Но запомни: грузы, которые ты будешь перевозить, стоят больше, чем жизнь целых городов. Никаких вопросов. Никаких опозданий." Так Аска Казама стала самым быстрым и опасным курьером азиатского филиала. Днями и ночами ее мотоцикл черной молнией проносился по залитым неоном улицам, доставляя зашифрованные кейсы и пробирки. Она наслаждалась скоростью и иллюзией свободы, стараясь не задумываться о том, какие именно темные секреты скрываются в ее рюкзаке. Однако, если Аска работала руками и ногами, не задавая лишних вопросов, то вторая новая сотрудница Четвертого отдела была нанята именно ради ее феноменального ума и аналитических способностей. Джулия Чан. Молодая, невероятно привлекательная женщина с длинными каштановыми волосами, собранными в строгий хвост, и внимательным, проницательным взглядом. Она была гениальным программистом, специалистом по логистике и аналитике данных. Чаолен нанял ее на должность дистанционного координатора операций. Ее задачей было сидеть в высокотехнологичном центре связи, маршрутизировать потоки информации, обеспечивать безопасные каналы для штурмовой группы Драгунова и следить за перемещениями курьеров вроде Аски по глобальной карте. Джулия идеально справлялась со своими обязанностями. Она была немногословна, исполнительна и могла сутками не отходить от мерцающих мониторов, виртуозно дирижируя оперативниками по всему земному шару. Ли Чаолен был ею абсолютно доволен, считая ее идеальным, надежным винтиком в своей колоссальной корпоративной машине. Но блестящий директор, ослепленный своими амбициями, совершил критическую ошибку. Он не проверил истинные мотивы своей лучшей сотрудницы. Джулия Чан не была простым логистом, ищущим высокую корпоративную зарплату. Под строгими офисными блузками и очками в тонкой оправе скрывался блестящий, одержимый поиском истины независимый журналист под глубоким прикрытием. Несколько лет назад ее родная мать, работавшая в научной сфере, бесследно исчезла, оставив после себя лишь зашифрованные дневники с упоминанием загадочной корпорации Umbrella и бесчеловечных генетических экспериментов. Полиция бездействовала, купленная с потрохами. Джулия, поклявшись узнать правду, потратила годы на создание идеальной, непробиваемой легенды. Она намеренно внедрилась в самое сердце азиатского филиала, чтобы изнутри раскопать грязные тайны Ли Чаолена и найти подтверждения мрачным слухам о проекте 300, пропавших людях и мутировавших зверях в джунглях. Работая в центре связи, Джулия получила легальный, прямой доступ к периферийным базам данных отдела. Искусно скрывая свои следы за многослойными прокси-серверами, она по крупицам, по крошечным обрывкам удаленных файлов и зашифрованных рапортов восстанавливала ужасающую картину происходящего. Она находила логистические накладные на поставки транквилизаторов в промышленных масштабах, видела сметы на восстановление разрушенных операционных и перехватывала глухие, зашифрованные переговоры Драгунова, преследующего кого-то в афганских горах. Каждый день, проведенный в стенах этого небоскреба, давался ей с огромным трудом. Ей приходилось улыбаться в коридорах убийцам и наемникам, зная, что любой неверный шаг приведет ее в ту же подземную лабораторию, куда отвозили подопытных. Ее жизнь была постоянным хождением по лезвию бритвы. Ей отчаянно не хватало человека, которому можно было бы довериться в этом логове змей. Человека, который не был пропитан корпоративным ядом. И она нашла его в лице Аски Казамы. Их знакомство завязалось случайно, в комнате отдыха на тридцатом этаже. Аска, уставшая после изматывающего многочасового рейса под проливным дождем, рухнула на диван, пытаясь согреться горячим кофе. Джулия, сделав перерыв между дежурствами у мониторов, села рядом. Первое время их разговоры сводились к ничего не значащим мелочам: обсуждению отвратительной пекинской погоды, сложным маршрутам и невыносимому снобизму сестер Уильямс, которые смотрели на всех остальных сотрудников как на мусор. Но постепенно, день за днем, лед отчуждения таял. Они были ровесницами, обе находились вдали от дома и обе чувствовали себя абсолютно чужими в этом холодном, жестоком мире наемников и генетиков. Аска, несмотря на свою внешнюю грубость и дерзость, обладала острым умом и наблюдательностью. Она часто привозила из своих рейсов странные, тревожные наблюдения: оцепленные военными целые кварталы трущоб, странные следы огромных когтей на броневиках корпорации, панический страх в глазах мелких ученых, передающих ей кейсы. Джулия умела слушать. Она осторожно, мастерски направляла разговоры, складывая обрывочные рассказы Аски-курьера в свой собственный, тайный информационный пазл. Однажды вечером, когда за окном бушевала гроза, Аска сидела на подоконнике в пустой комнате отдыха, задумчиво глядя на капли дождя, стекающие по толстому стеклу. Джулия принесла ей вторую чашку кофе и тихо встала рядом. "Иногда мне кажется, что я вожу в своем рюкзаке не документы, а саму смерть, Джулия," - внезапно, очень тихо произнесла Аска, не оборачиваясь. Ее обычная дерзость куда-то испарилась, уступив место тяжелой, гнетущей усталости. - "Сегодня я передавала груз на секретный объект в горах. Охрана была вооружена так, словно готовилась к третьей мировой войне. И запах... от этого кейса пахло химией и кровью. Я начинаю думать, что мы работаем на настоящих чудовищ." Джулия аккуратно поставила чашку на стол. Сердце в ее груди забилось быстрее. Это был момент истины. Она могла промолчать, сохранив свое прикрытие, но она понимала, что эта дерзкая японская девчонка с чистым сердцем - ее единственный потенциальный союзник в этой войне. "Ты даже не представляешь, насколько ты права, Аска," - понизив голос до едва различимого шепота, ответила Джулия. Она подошла вплотную и посмотрела прямо в глаза курьеру. В глазах журналистки не было корпоративной фальши, только суровая, горькая решимость. - "Этот небоскреб - лишь красивый фасад. А под ним находится настоящая скотобойня. И я здесь именно для того, чтобы найти ключи от ее дверей и показать их всему миру." Аска медленно отставила кофе. Ее мышцы рефлекторно напряглись, готовясь к бою, но она не сделала попытки позвать охрану. Она долго, пронзительно смотрела на Джулию, словно видя ее впервые. В ее памяти всплыли все недомолвки, все странные совпадения и интуитивное чувство неправильности всего происходящего в Четвертом отделе. Широкая, искренняя, но теперь уже по-настоящему опасная улыбка медленно расплылась на лице японского бойца. "Знаешь, а мне всегда не нравился этот лощеный придурок Чаолен с его дорогими костюмами, - хмыкнула Аска, протягивая руку Джулии. - "Похоже, у нас с тобой появилось общее, очень интересное хобби. Рассказывай всё, что знаешь, координатор. А я расскажу тебе, куда именно ведут дороги, которых нет ни на одной официальной карте." В ту грозовую ночь, в самом защищенном здании Азии, зародился невидимый, но смертельно опасный альянс. Дерзкий, бесстрашный курьер, знающий все тайные тропы и входы, и гениальный хакер, контролирующий информационные потоки. Ли Чаолен думал, что полностью контролирует свой колоссальный Четвертый отдел. Он боялся гнева Вескера с запада и скрывающихся в джунглях мутантов. Он даже не подозревал, что самая страшная угроза, способная разрушить его империю изнутри, уже пьет кофе в его собственной комнате отдыха, методично планируя его падение.