Хорошие новости / Goode News (Goode Girls #1)

Первая неделя утреннего шоу с Валентиной Гомес-Белл и Мэдисон Уорти вымотала Валентину до предела. После того, как она отменила свой обычный поход в бар в четверг вечером с группой других женщин в ее районе, она сбросила туфли и плюхнулась на маленький диванчик в своем новом кабинете, прежде чем погрузиться в проект, который вертелся у нее в голове. Держа в руках вязальный крючок и ярко-синюю пряжу, она слушала подкаст о методах работы полиции в Южной Джорджии по раскрытию тупиковых дел. Город был как раз в зоне вещания телеканала, и она надеялась, что это привлечет новых зрителей, которые думали, что шоу освещает только то, что происходит в Северной Флориде или в Биг-Бенде. Отличная работа с новым для неё названием, подумала она, закатывая глаза. Это название не только звучало нелепо, но и подпитывало распространенное заблуждение. Она уже почти допила свой напиток и куталась в шарф, когда в дверном проеме появился силуэт женщины. Даже если бы она не могла видеть её лицо боковым зрением, она не смогла бы спутать пронзительные ароматы фиалки и сандалового дерева, которые ей приходилось вдыхать каждое утро. В альтернативной вселенной ей бы понравился этот аромат, но на деле он лишь еще больше раздражал ее. Валентина продолжала работать, как будто не замечала присутствия женщины. - Уже поздно, а ты еще здесь, - сказала Мэдисон, стоя в дверях. Валентина услышала улыбку в ее голосе, прежде чем оторвалась от работы, чтобы убедиться, что та улыбается во весь рот. Она кивнула. - Могу сказать то же самое тебе. - Я хотела принести кое-какие картины, чтобы повесить у себя, когда будет не так людно, - объяснила девушка, как будто Валентина спрашивала. Без приглашения Мэдисон вошла в кабинет и прислонилась к столу, как будто не находилась сейчас в чужом пространстве. В какой-то момент она переоделась в штаны для йоги и свободную майку. Ее руки выглядели сильнее, чем Валентина могла себе представить. - Я бы ни за что не подумала, что ты вяжешь, - сказала она, не сводя глаз с рук Валентины. Валентина с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. - Это всего лишь крючок, а не спицы. Мэдисон изобразила на лице выражение "ой" и подняла руки в знак извинения. – А я и не думала, что есть какая-то разница. Валентина не предпринимала никаких попыток продолжить разговор, поэтому Мэдисон решила сама осмотреть её кабинет. - Мило. Где это? Барселона? - спросила она, разглядывая фотографию Валентины и ее родителей, висевшую в маленькой деревянной рамке на стене. - Сент-Августин, - ответила женщина, не вдаваясь в подробности. - Я там не была. Но слышала, что там довольно круто. Одно из немногих мест, которые стоит посетить в этом штате. Губы Валентины сжались в тонкую линию. - Я уверена, что мы далеки от стандартов северной части штата Нью-Йорк, но во Флориде много красивых мест, если ты соизволишь присмотреться. - Ее тон был намного холоднее, чем она хотела; по правде говоря, она не испытывала особой страсти к своему родному штату, но посторонний человек, комментирующий его, раздражал. - Я не это имела в виду. Просто для такого большого города здесь действительно ничего не происходит. Я ожидала несколько большего, - объяснила она тихим и, казалось бы, искренним голосом. - Есть много других городов, где оценили бы твои таланты. Я уверена, ты можешь даже показать их в Саут-Бич, - отрезала женщина, прекрасно понимая, что ведет себя грубо, но не в силах сдержаться. Мэдисон колебалась, на ее лице отражались разные эмоции. Сначала показалось, что она вот-вот выпалит что-нибудь грубое в ответ, но затем ее выражение лица смягчилось, а на щеках появилась яркая улыбка с ямочками. - Я не могу сказать, что мне очень нравится Майами, - небрежно ответила она, обратив внимание на таблички на стене и сосредоточившись на награде "Журналист года ЛГБТК", прежде чем снова посмотреть на нее с легким удивлением на лице. Она никогда не скрывала своей ориентации, но люди, похоже, до сих пор об этом не знали. - Что не так с Майами? - Спросила Валентина, которая имела свой собственный опыт, подтверждающий ее длинный список претензий. Мэдисон пожала плечами, продолжая без зазрения совести просматривать её вещи. - Пробки. Влажность. Туристы. Любого из этого было бы достаточно, чтобы никогда сюда не возвращаться. - Ты решила это на единственных весенних каникулах в 2010 году, да? - На самом деле это был не то чтобы вопрос. Валентина трясла ногой, чтобы израсходовать немного энергии, и теряла терпение. Ее отношения с Флоридой были похожи на соперничество между братьями и сестрами. Она могла бы пожаловаться на сестру, но, черт возьми, не хотела, чтобы это делал кто-то другой. - Ты могла бы вернуться в Буффало. Я уверена, они были бы рады, если бы ты вернулась в качестве корреспондента. Или у тебя там нет старика, через которого ты могла бы добиться повышения? Мэдисон рассмеялась, когда, наконец, полностью отвернулась от стены. На ее постоянно расслабленном теле появились признаки напряжения, пусть и на мгновение. - В Буффало действительно неплохой климат для волос, - признала она. - Не могу сказать, что я скучаю по тому, как мне приходилось иметь дело с метрами снега. Думаю, мне просто придется сделать это место своим домом. - Она улыбнулась, но Валентина заметила, как сжались ее челюсти. - Хороших выходных, - крикнула Валентина, когда Мэдисон направилась к двери. - И тебе тоже, - ответила она с неподдельным энтузиазмом. - Не потыкай себя этой штукой. Валентина сузила глаза. Это был подвох, но она не могла ответить ей, не проиграв их странную импровизированную битву. Прежде чем она смогла что-то придумать, Мэдисон упорхнула, на ходу заводя разговор с персоналом. Черт возьми. По крайней мере, теперь я понимаю. Мэдисон стиснула зубы, направляясь к своему джипу. Поздний февральский вечер был морозным, и все, что она взяла с собой, - это тонкую куртку, но её кровь кипела от злости, когда она мчалась домой, а ветер хлестал ее по лицу. Критика в адрес ее кандидатуры на должность ведущей была низким и неожиданным ударом. Перешептывания и странные взгляды, которые она получала от некоторых сотрудников, а также холодный прием Валентины на протяжении всей недели обрел смысл. Они явно думали, что она переспала с боссом, чтобы получить работу. Мэдисон крепко сжала руль, вписываясь в поворот и поднимаясь в гору к своему многоквартирному дому. Помахав парковщику, который разрешил ей поставить машину в гараж, хотя это и противоречило правилам, она вошла в квартиру всё в том же состоянии негодования, в каком уходила из офиса в тот вечер. Какой сейчас век? Люди все еще поступают так друг с другом? Выдвигают подобные обвинения? Она не в первый раз сталкивалась с подобной сексистской чушью, но тот факт, что другая женщина высказывала необоснованные предположения, был шокирующим. В прошлом сплетни всегда возникали из-за мужчин, с которыми она плотно общалась ради материала для статей. Мэдисон бросила ключи на маленький столик у входной двери. Она была так зла, что забыла поприветствовать фотографию родителей у входа. Позже вечером она поговорит со своей матерью, темнокожей, невысокой и красивой. Но со своим отцом, бледным высоким мужчиной в очках в металлической оправе, она могла разговаривать только во время ночных молитв, поэтому всегда здоровалась с его фотографией. - Теннисон, - позвала Мэдисон и услышала, как рядом звякнул колокольчик. Маленький черный кот бросился к ней. Она подхватила его на руки и поцеловала в макушку. Он сразу же замурлыкал от удовольствия. Я не должна была обращать внимание на все это дерьмо, - решила она, пробираясь через лабиринт наполовину распакованных коробок на кухню, где сразу же открыла бутылку красного вина. У нее не было причин делать такие дурацкие и ложные предположения. Если она думает, что у меня нет того, что нужно для этой  работы, то ее ждет большой сюрприз. Мэдисон улыбнулась про себя, как злодейка из комиксов, когда ароматный, жирный Мальбек коснулся ее языка. Выпив слишком много, она взяла телефон. ‘Привет’, - напечатала она сообщение. ‘Привет’, - Скайлер ответила почти мгновенно. ‘Приезжай’, - потребовала она. Последовала пауза перед ответом. Ого. Открыв консервную банку с тунцом, Мэдисон поставила ее на стол для Теннисона и направилась в душ. Не было бы даже намека на Netflix или расслабон сегодня вечером. Не было бы даже разговора, если бы она могла обойтись без этого.