Игра

Первая прогулка стала для тебя настоящим испытанием. Утром в квартиру вошёл Кью — тот, что был чуть выше и держал руки сцепленными за спиной. Он молча протянул ей чехол с одеждой. Внутри оказалось элегантное платье из тёмно-синего шёлка, простое, но явно баснословно дорогое. — Одевайтесь, — его голос был лишён интонаций, как у робота. Ты подчинилась. Сопротивляться было бессмысленно. Когда ты вышла из спальни, Джо — второй, с более тяжёлым взглядом — окинул тебя бесстрастным взглядом и кивнул. Они повели тебя к лифту, словно конвоиры. Город встретил шумом и суетой. Яркое солнце, запахи из кафе, смех прохожих — всё это казалось нереальным, словно кадры из старого фильма. Ты шла по тротуару, чувствуя себя голой. Кью держался в трёх шагах позади, а Джо — на таком же расстоянии впереди. Они не мешали, не дёргали за рукав, но их присутствие было физически ощутимым, как невидимый поводок. В опере они заняли отдельную ложу. Кью сел в глубине, почти растворившись в тени портьер. Ты сидела в бархатном кресле, слушала музыку, смотрела на сцену, но не видела ничего. Взгляд постоянно возвращался к тёмному углу, где неподвижной статуей застыл надзиратель. В ресторане Джо сел за столик у входа, откуда просматривался весь зал. Официанты обходили его стороной. Он не ел, только пил воду и наблюдал. Ты ковыряла вилкой изысканное блюдо, не чувствуя вкуса. Каждый раз, когда поднимала глаза, встречалась с его пустым, ничего не выражающим взглядом. Это было хуже тюрьмы. В квартире-клетке ты была наедине со своими мыслями. Здесь же, в эпицентре жизни, была призраком. Живым мертвецом, которого пустили на чужой праздник. Вернувшись домой поздно вечером, измотанная не физически, а морально, ты упала на диван. Квартира больше не казалась золотой клеткой. Она была сценой для изощрённой пытки. Дадзай появился через два дня. Он вошёл без стука, как всегда, с лёгкой полуулыбкой на губах. — Как тебе опера? — спросил он, падая в своё любимое кресло и закидывая ногу на ногу. Ты молчала, глядя на него с ненавистью и бессилием. — Я вижу, ты выглядишь уставшей, — он сделал вид, что обеспокоен. — Прогулки отнимают много сил. Особенно когда знаешь, что каждый твой шаг под контролем. Он достал из кармана портсигар и закурил, выпустив струю дыма к потолку. — Но это было только начало. Видишь ли, я решил дать тебе шанс проявить... лояльность. Он встал и подошёл к тебе. Его движения были плавными и хищными. — Завтра твои новые «друзья» проводят тебя в одно место. Это будет не опера. Это будет деловая встреча. Ты будешь сидеть рядом со мной и мило улыбаться. Ты будешь идеальной спутницей. Он наклонился к твоему уху, и ты почувствовала запах дорогого табака и одеколона. — А когда встреча закончится... ты передашь одному моему... партнёру маленький подарок от меня. Письмо. Он выпрямился и посмотрел на тебя сверху вниз. — Это будет проверкой. Если ты сделаешь всё правильно... я позволю тебе немного больше свободы. Если же нет... что ж, мои ассистенты очень не любят, когда их подопечные создают проблемы. Он щёлкнул пальцами, и в дверях тут же возник Кью. — Отдыхай. Завтра будет важный день. Он ушёл, оставив тебя наедине с тяжёлым предчувствием. Ты всё поняла. Это была не просто прогулка. Тебя втягивали в самое сердце мафии, делали соучастницей. Письмо могло быть чем угодно: приказом об устранении, инструкцией по отмыванию денег или планом атаки. Участвуя в этом, ты переступала черту, откуда уже нет возврата. Тебе не перехитрить его. Выхода нет. Остается только… принять его условия?