Игра

Твоя интуиция, отточенная за месяцы жизни в логове хищников, сработала мгновенно. После ухода Чуи атмосфера в квартире изменилась, воздух стал тяжёлым, наэлектризованным. Дадзай снова надел маску безразличия, но ты видела, как он то и дело поглядывает на часы. Он чего-то ждал. Подергивания ноги выдавали едва заметную нервозность. Он молча покинул квартиру, оставив после себя лишь тишину. Но теперь она не была облегчением. Эта тишина давила, настораживала, заставляла прислушиваться. Ведь теперь, впервые за долгое время ты поняла, насколько легко могли вторгнуться в твой мир и разрушить его. Твои опасения подтвердились через несколько дней. Ты возвращалась из ванной, когда сильная рука зажала тебе рот, а другая обхватила талию, вдавливая в стену. — Тихо, куколка, — прошипел Чуя ей на ухо. От него снова разило вином, но движения были чёткими и выверенными. — Пикнешь — прирежу. Поняла? Ты кивнула, чувствуя, как к горлу подступает паника. Он оттащил тебя вглубь квартиры, к запасному выходу, о котором ты даже не подозревала. Через пять минут вы уже неслись по ночной улице к чёрному фургону без опознавательных знаков. Тебя привезли на какой-то заброшенный склад на окраине. Пахло сыростью, машинным маслом и гнилью. Чуя толкнул тебя в старое офисное кресло и быстро, профессионально связал руки за спинкой пластиковыми стяжками. — Ну что, — он присел на корточки перед тобой, его глаза горели безумным огнём. — Поговорим? Или сразу перейдём к делу? Он достал из кармана пальто нож — небольшой, с выкидным лезвием. Он начал вертеть его в пальцах, играя с остриём. — Дадзай думает, что он самый умный. Всегда так думает. «Смотрите, я играю со смертью», — передразнил он манерный тон Дадзая. — Но он не видит дальше своего носа. Он притащил тебя в наш мир. А ты... ты — слабое звено. Он поднёс лезвие к твоей щеке, не касаясь кожи, но холод стали обжигал. — Я не понимаю его игр. И не хочу понимать. Но я знаю одно: ты — угроза. Угроза для босса. Угроза для меня. Ты слишком много знаешь. Внезапно дверь склада с грохотом распахнулась. На пороге стоял Дадзай. Он был без пиджака, в одной рубашке, но его поза излучала смертельную угрозу. За его спиной маячили безмолвные тени Кью и Джо. — Отойди от неё, Чуя, — голос Дадзая был спокойным, почти скучающим. Чуя даже не обернулся. Он лишь крепче сжал нож. — А то что? Ты меня накажешь? Ты не можешь мне ничего сделать. Я — правая рука босса! А она... она никто! — Она — моя ответственность, — тон Дадзая похолодел на несколько градусов. — И ты только что совершил огромную ошибку. Чуя наконец встал и развернулся к нему лицом. — Ошибку? Я устранил угрозу! Ты ослеп, Дадзай! Ты притащил в наш дом шпиона! Дадзай сделал шаг вперёд. — Она не шпион. Она — мой партнёр. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Чуя замер с открытым ртом. — Что?! Ты... ты совсем спятил? Партнёр? Она же... — Она доказала свою ценность больше, чем кто-либо из нас за последние годы, — отрезал Дадзай, не сводя с него глаз. — А ты... ты нарушил прямой приказ и поставил под угрозу операцию с портовыми доками из-за своей паранойи. Чуя побледнел, а затем его лицо исказилось от ярости. — Это всё ложь! Ты просто хочешь её защитить! Ты всегда был таким! Слабым! Он резко развернулся к тебе и замахнулся ножом. — Заткнись! Я перережу ей глотку прямо сейчас! Но он не успел сделать и шага. Дадзай исчез из поля зрения и появился рядом с Чуей за долю секунды. Раздался глухой удар, и рыжий пошатнулся, хватаясь за живот. Второй удар — рукоятью ножа по затылку — отправил его на грязный пол без сознания. Дадзай убрал свой пистолет обратно в кобуру под мышкой и спокойно подошёл к тебе. Он одним движением разрезал стяжки на её запястьях. — Ты в порядке? — его голос был тихим и обеспокоенным. Ты смотрела на поверженного Чую, потом на Дадзая. В нём не было ни капли торжества победителя. Только усталость. — Он... он мог меня убить. Дадзай помог тебе встать. — Мог. Но не убил бы. Он импульсивен, но не глуп. Он знал, что я приду. Он обнял тебя за плечи и повёл к выходу. — Теперь всё изменится. Босс узнает о его выходке. Его влияние пошатнётся. А наше... укрепится. Уже сидя в машине, мчащейся сквозь ночной город, ты спросила: — Почему ты назвал меня партнёром? При нём? Дадзай смотрел в окно на проносящиеся мимо огни. — Потому что это правда. И потому что это был единственный способ спасти тебе жизнь прямо сейчас. Теперь ты официально часть системы. Обратной дороги нет. Ты замерла, боясь дышать. — Я так больше не могу, — не выдержала ты. Он обернулся, и в его глазах не было торжества. Лишь бесконечная усталость. — Этот ключ… Забери его. Мне страшно. Я всё время оглядываюсь. Я в каждом прохожем вижу наемного убийцу, который знает, что ключ у меня, — ты протянула руку, в которой лежал ключ. — Поразительно, — наконец произнёс он, не оборачиваясь. — Пленница, которой даровали свободу, сама просит запереть её обратно в клетку. Осаму взял ключ. — А ведь я дал тебе возможность уйти. У тебя был ключ, — он крутил ключ в руке, после чего убрал его во внутренний карман пиджака. Он замолчал, оставив тебя одну со своими мыслями. Дадзай провел тебя. Он разыграл прекрасный спектакль, заставив поверить, что твои действия, слова и решения что-то значат. Он дал почувствовать свободу, заранее зная, что ты прибежишь к нему обратно, умоляя забрать эту ношу. Дверь была открыта. Но впервые за всё время ты поняла, что тюрьма была не снаружи. Тюрьма была у тебя внутри. Он повернулся к тебе, и в его глазах ты увидела тень человека, который только что сжёг за собой все мосты ради тебя. Всё это время пауком, плетущим паутину вокруг тебя, был он – Осаму Дадзай.