Между троих огней

Библиотека Вольтерры утром была наполнена запахом старой кожи, пергамента и едва уловимым ароматом духов Исы. Она стояла на высокой стремянке, перебирая корешки книг в поисках какого-то старинного справочника по тканям (или магии, она сама еще не определилась), когда тишину нарушил шорох мантии и вкрадчивый, слишком любезный голос. — Исабелита, дорогая... — Аро возник в дверях, как элегантная тень. — Я не хотел прерывать твои изыскания, но ночные звуки из ваших покоев... Это было весьма... экспрессивно. Даже для Маркуса. Что за шум там был? Неужели вы снова переставляли мебель? Иса замерла, её рука зависла над томом в красном переплете. Она медленно повернулась, всё еще стоя на ступеньке, и посмотрела на Аро сверху вниз. — Аро, — ровным голосом произнесла она. — То, что происходит в нашей спальне за закрытыми дверями, — это сугубо личное дело. Семейный этикет, понимаешь? Аро сделал несколько мягких шагов в её сторону, его глаза блестели любопытством, в котором сквозило что-то еще, более острое. — Личное? — он склонил голову набок, и на его губах заиграла тонкая, почти прозрачная улыбка. — Разве может быть что-то «личное» тайным от меня в этом замке? Я привык знать всё. Каждое движение души, каждую искру страсти... Иса хмыкнула, скрестив руки на груди. Она не отвела взгляд, в её глазах промелькнула искра вызова. — И в каком же контексте ты интересуешься, Аро? Как заботливый брат, переживающий за покой Маркуса, или как коллекционер редких ощущений? Аро начал медленно обходить стремянку, словно хищник, изучающий диковинный цветок. Его движения были текучими, а взгляд — пугающе внимательным. — В таком, — прошептал он, остановившись так близко, что Иса почувствовала холод, исходящий от его идеальной кожи, — что мне здесь одни друзья нашептали... вернее, само пространство замка вибрирует от этой мысли. Даже без всякого вампиризма в тебе есть дар, Иса. Дар очарования. Он как магнит — неумолимый, древний... И он тянет к тебе всех. Но меня... — он сделал паузу, его голос стал едва слышным, — меня он тянет особенно сильно. Он протянул руку, словно хотел коснуться края её платья или руки, но замер в сантиметре, его пальцы слегка подрагивали. — Это почти раздражает, — добавил он с мягким смешком, за которым скрывалось напряжение. — Видеть, как Маркус буквально светится рядом с тобой, и осознавать, что эта магия... она действует на всех нас. Ты — хаос в моем идеальном порядке, Исабелита. И я не уверен, хочу ли я этот хаос усмирить... или стать его частью.Иса оставила Аро стоять среди книжных стеллажей в состоянии легкого когнитивного диссонанса. Её слова — смесь дерзости и тонкой провокации — повисли в воздухе, заставив главу клана замереть с полуулыбкой на лице. Она знала, что Аро одержим коллекционированием, но играть на его чувствах было всё равно что танцевать на краю вулкана. Весь день Иса провела в делах: заплела Астрозе тридцать три косички, выбрала новые шторы для северного крыла и пару раз поймала на себе задумчивый взгляд Джейн. Однако к вечеру странное предчувствие заставило её сердце биться чуть быстрее. Когда она толкнула тяжелые дубовые двери их с Маркусом покоев, то ожидала увидеть мужа за чтением или подготовкой к охоте. Но реальность заставила её застыть на пороге. В уютных креслах у камина, в котором весело (и совершенно не по-вампирски) трещал огонь, сидели двое. Маркус и Аро. Они выглядели пугающе спокойными. Между ними на низком столике стояли два изящных хрустальных кубка, наполненных густой, багровой жидкостью. Маркус лениво помешивал кровь в бокале, а Аро, закинув ногу на ногу, что-то негромко рассказывал. — О, Исабелита! — Аро первым заметил её появление и просиял своей фирменной, слегка безумной улыбкой. — Мы как раз обсуждали твоё утреннее... предложение. Иса сглотнула, медленно проходя вглубь комнаты. Она перевела взгляд на Маркуса. Тот поднял глаза — в них не было ярости, которую она ожидала увидеть после того, как фактически «предложила» его жену брату. В его взгляде читалось странное, вековое спокойствие и... тень интриги. — Ты сказала Аро, что если его тянет, он должен спросить моего разрешения, — ровным, глубоким голосом произнес Маркус. — Он спросил. Иса остановилась между ними, чувствуя себя так, словно попала в эпицентр грозы, где пока еще подозрительно тихо. — И? — она вздернула подбородок, пытаясь вернуть себе привычную уверенность. — И что же ты ответил, мой хрустальный король? Неужели решил, что «поделиться» — это хорошая идея для укрепления семейных уз? Маркус медленно встал, поставив бокал на стол. Он подошел к Исе, положив руки ей на талию и притягивая к себе, но при этом не сводя взгляда с Аро, который продолжал сидеть, наблюдая за ними с жадным любопытством. — Я ответил, что в этом замке нет ничего, что принадлежало бы мне и не было бы предметом вожделения Аро, — прошептал Маркус ей в губы, так чтобы брат слышал каждое слово. — Но я также напомнил ему, что ты — не вещь и не дар. Ты — стихия. А стихию нельзя разделить. Её можно только... прожить вместе. Аро поднялся со своего места, его мантия бесшумно скользнула по ковру. Он подошел к ним с другой стороны, остановившись в опасной близости от Исы. — Видишь ли, Иса, — мягко произнес Аро, — Маркус очень убедителен. Он предложил мне не просто смотреть, а почувствовать ту связь, которую ты принесла в наш застойный мир. И раз уж ты сама направила меня к нему... мы пришли к соглашению. Иса почувствовала, как между двумя самыми могущественными вампирами в мире начинает сгущаться электричество. Это уже не было шуткой или капризом. — К какому еще соглашению? — подозрительно прищурилась она, переводя взгляд с одного на другого. — К такому, — Маркус чуть сильнее сжал её бедра, — что сегодня ночью в этой комнате не будет тайн. Аро хочет понять, что именно делает тебя такой... незаменимой. И я позволил ему присутствовать. Но только на моих условиях. Аро протянул руку и кончиками пальцев коснулся пряди волос Исы, его глаза горели нескрываемым восторгом. — Ты ведь сама сказала: «авось согласится». Он согласился, дорогая. Теперь вопрос в другом... готова ли ты к тому, что за твоим «очарованием» будут наблюдать сразу две пары глаз?Иса не выглядела испуганной. Напротив, в ней проснулась та самая дерзкая «ведьма», которая привыкла диктовать свои правила даже в самых патовых ситуациях. Она медленно отошла от Маркуса и, сохраняя кошачью грацию, опустилась на край массивного дубового стола. Платье слегка задралось, обнажая колени, а в её взгляде появилось нечто вызывающее. — Значит, договорились за моей спиной? — она хмыкнула, переводя взгляд с одного брата на другого. — Решили устроить дегустацию моей энергии? Она облокотилась на руки, слегка прогибая спину, и посмотрела на Аро, который застыл в паре шагов, не сводя с неё жадного, почти научного взгляда. — Хорошо. Но вопрос не в том, готова ли я, — прошептала она, и её голос стал низким, с хрипотцой. — Вопрос в том, сможете ли вы... оба. Хватит ли у вас духу не поубивать друг друга, когда воздух здесь станет слишком горячим? Маркус подошел к ней первым. Его присутствие за спиной Исы ощущалось как надвигающаяся гроза. Он положил ладони ей на плечи, медленно спускаясь вниз, к ключицам. Аро же остался стоять напротив, его пальцы впились в спинку кресла. — Мы прожили три тысячи лет, Иса, — глухо отозвался Маркус, наклоняясь и целуя её в шею, прямо под ухом. — Поверь, мы умеем сдерживать порывы. Но сегодня... я хочу, чтобы ты показала ему, почему я принадлежу тебе. Маркус потянул за тонкие бретельки её платья, и ткань соскользнула вниз, открывая её грудь. Он нежно обхватил её соски губами, а его рука скользнула между её бёдер, начиная влажное и уверенное ласкание. Иса запрокинула голову, её дыхание участилось, и она встретилась взглядом с Аро. — Ну же, Аро... — выдохнула она, выгибаясь навстречу руке Маркуса. — Не стой там как зритель в первом ряду. Раз уж ты пришел за «магией», иди и возьми её. Если, конечно, не боишься обжечься. Аро медленно, словно во сне, подошел к столу. Его бледное лицо было сосредоточенным, а глаза горели темным огнем. Он протянул руку и коснулся её колена, медленно ведя ладонью вверх, к самому источнику её жара, где уже трудились пальцы его брата. Когда холодные пальцы Аро коснулись её кожи рядом с горячими ладонями Маркуса, Иса издала долгий, вибрирующий стон. Это был шокирующий контраст. Маркус приподнял Ису, усаживая её глубже на стол, и вошел в неё резким, уверенным толчком. Иса вскрикнула, впиваясь ногтями в плечи мужа, а Аро в этот момент накрыл её губы своими, забирая её крик себе. Это был танец на троих, где каждое движение Маркуса отдавалось в руках Аро.Ритм, который задал Маркус, был глубоким и властным, но присутствие Аро превратило это в нечто запредельное. Иса чувствовала, как её тело становится полем битвы между двумя энергиями: одна — привычная, надежная и сокрушительная, другая — жадная, любопытная и острая, как лезвие бритвы. Аро не просто наблюдал; он впитывал каждое её мимолётное сокращение, каждое вздрагивание. Его руки, тонкие и сильные, скользнули под спину Исы, приподнимая её над столом, чтобы Маркус мог входить в неё ещё глубже. В то же время Аро прильнул к её уху, нашептывая на латыни древние слова, от которых по коже бежали мурашки — то ли от магии, то ли от чистой чувственности. Иса открыла глаза, затуманенные наслаждением, и столкнулась с взглядом Аро. В его глазах больше не было холодного расчёта — только первобытный голод. Он подался вперёд и захватил её сосок губами, дразня его языком в такт толчкам брата. Иса вскрикнула, выгибаясь дугой, её пальцы судорожно впились в плечи обоих вампиров. Маркус наращивал темп, его движения стали резкими, почти грубыми, наполненными собственническим инстинктом. Каждый его удар заставлял Ису содрогаться, а Аро в это время перехватил её свободную руку и начал медленно, по одному, прикусывать её пальцы, заставляя её стонать от этой смеси боли и экстаза. В какой-то момент Маркус остановился, тяжело дыша, и, не выходя из неё, перехватил Ису так, чтобы она оказалась лицом к Аро, всё ещё сидя на столе. Аро тут же воспользовался моментом: он прижался к её губам в сокрушительном, влажном поцелуе, в то время как Маркус сзади обхватил её за талию и возобновил свои толчки, вжимая её в грудь брата. Иса оказалась в ловушке между двумя мраморными телами. Она чувствовала холод Маркуса сзади и лихорадочное нетерпение Аро спереди. Её «ведьминский потенциал», о котором говорили в пещере, вспыхнул внутри неё, как сверхновая. Она чувствовала, как её собственная энергия искрит, передаваясь им обоим, связывая их троих в один неразрывный узел. Аро, не в силах больше сдерживаться, скользнул рукой вниз, туда, где Маркус соединялся с ней, и начал помогать пальцами, лаская её в унисон с движениями брата. Этот тройной контакт стал финальной точкой. Когда Аро заменил Маркуса, Иса почувствовала резкий, электрический разряд. Его проникновение было иным — более острым, жадным, словно он пытался считать её мысли через это касание. Маркус же не оставил её; он накрыл её рот своим в глубоком поцелуе, пока его руки продолжали ласкать её тело, не давая ей ни секунды передышки. Они двигались в унисон, превращая её удовольствие в бесконечный цикл. Иса чувствовала, как её «ведьминское» начало отзывается на этот двойной призыв, вибрируя в каждой клетке. Когда финал накрыл их во второй раз, это было подобно взрыву — яркое, ослепляющее чувство, которое стерло все границы между ними.Иса лежала на столе, тяжело дыша, ее кожа сияла в полумраке библиотеки, а растрепанные волосы разметались по полированному дереву. Она издала слабый, севший смешок, пытаясь прийти в себя и поправить растерзанное платье. — Ох... ну, вы смогли, — пробормотала она, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Это было... мощно. Хорошо, что здесь еще Кая не было, а то это было бы уже на грани полного безумия. Я бы точно не выжила. Тишина, последовавшая за её словами, была мгновенной и звенящей. Иса замерла. Она медленно подняла глаза и увидела, как Аро, который уже собирался элегантно поправить свою мантию, застыл. На его лице медленно расплылась та самая улыбка — хищная, предвкушающая, сверкающая опасным азартом. Он переглянулся с Маркусом, и в его взгляде Иса прочитала нечто такое, от чего у неё по спине пробежал настоящий мороз. — Кая, говоришь?.. — вкрадчиво переспросил Аро, и его голос прозвучал как шелест сухих листьев. — Какая любопытная мысль, Исабелита. Наш дорогой брат всегда жаловался на скуку и излишнюю строгость в этом замке. — Ой... — Иса охнула, прикрыв рот ладонью. — Нет. Нет-нет-нет. Я этого не говорила. Это была метафора! Шутка! Юмор у меня такой после стресса! Она поняла, что совершила тактическую ошибку. В этом замке нельзя было подавать идеи Аро, особенно те, что касались расширения «коллекции» впечатлений. Маркус, всё еще тяжело дыша, положил руку ей на бедро. Его взгляд был темным и задумчивым. Он не выглядел рассерженным — скорее, он обдумывал концепцию. — Ты права, — тихо произнес Маркус, глядя на брата. — Кай всегда был самым неукротимым из нас. Его участие превратило бы это... в нечто действительно разрушительное. — И именно поэтому мы должны это обсудить, не так ли? — Аро наклонился к Исе, его лицо оказалось в сантиметре от её. — Ты сама открыла эту дверь, дорогая. А раз ты ведьма с «невероятным потенциалом»... то, возможно, ты единственная, кто сможет выдержать натиск сразу трех королей? Иса почувствовала, как ловушка захлопнулась. Она посмотрела на Аро, потом на Маркуса, и поняла, что её «шутка» только что стала их планом на ближайшее будущее.Иса ожидала чего угодно: сарказма, долгих раздумий или того, что Аро просто оставит эту мысль «на десерт». Но когда боковая дверь библиотеки, скрытая за тяжелыми гобеленами, бесшумно отворилась, и в зал вошел Кай, она поняла — в Вольтерре желания исполняются пугающе быстро. Кай выглядел как воплощение холодной ярости и изящества. Его светлые волосы отливали платиной, а в глазах горело вечное недовольство, которое мгновенно сменилось острым, хищным интересом, когда он оценил диспозицию: полуобнаженная Иса на столе, затуманенный взгляд Маркуса и торжествующая полуулыбка Аро. — Брат, ты сказал, здесь назревает нечто, способное развеять мою скуку, — голос Кая был резким, как удар кнута. Он остановился у края стола, его взгляд медленно, бесстыдно прошелся по телу Исы. Иса замерла на мгновение, глядя на это триединство власти. А потом она сделала то, чего никто не ожидал: она запрокинула голову на плечо Маркуса и звонко, искренне рассмеялась. — Поверить не могу... — выдохнула она сквозь смех, чувствуя, как адреналин смешивается с остатками недавнего оргазма. — Походу, мои самые безумные сны сбываются. Маркус, скажи мне, что я не сплю, иначе я расстроюсь, когда проснусь. Маркус обнял её крепче, его пальцы собственнически впились в её кожу. — Ты не спишь, любовь моя. Ты просто наконец-то дома, — прошептал он, целуя её в висок. Кай не стал ждать приглашения. Он подошел вплотную, его холодные пальцы обхватили подбородок Исы, заставляя её посмотреть на него. — Ты хоть понимаешь, что ты натворила? — Прошептал Кай— Ты собрала нас всех в одной комнате не для совета, а для... этого. Он рванул подол её платья, окончательно избавляя её от остатков одежды. Теперь она была полностью открыта их взглядам. Аро встал справа, Маркус удерживал её сзади, а Кай оказался прямо между её разведенных ног. Это было безумие в чистом виде. Кай вошел в нее без прелюдий — резко, жестко, как подобает самому беспощадному из братьев. Иса вскрикнула, но это был крик не боли, а дикого, первобытного восторга. Маркус тут же накрыл её грудь ладонями, сминая соски, а Аро прильнул к её шее, вонзая зубы — неглубоко, лишь для того, чтобы пустить каплю крови и почувствовать её вкус. Ритм Кая был неистовым. Он двигался так, словно хотел выжечь всё живое внутри неё, но Иса, подпитываемая силой Маркуса и вниманием Аро, принимала каждый удар, отвечая на него яростными толчками бедер. Аро, видя её экстаз, начал ласкать её бедра, одновременно переплетая свои пальцы с пальцами Маркуса на её животе. Это был замкнутый круг из мрамора, крови и неукротимой страсти. Иса чувствовала, как её магия буквально искрит на кончиках пальцев, передаваясь им всем. В этот момент она не была просто женщиной — она была центром этого темного алтаря, единственной, кто мог удержать вместе трех королей, жаждущих её плоти и души. Когда финал накрыл её — теперь уже тройной мощью — Иса выгнулась так сильно, что едва не соскользнула со стола. Кай зарычал, вжимаясь в неё до предела, Маркус сжал её в объятиях, а Аро слизнул кровь с её шеи, завершая этот ритуал обладания. Иса, даже находясь в эпицентре этого чувственного шторма, не смогла удержать свой острый язык. Она мельком взглянула на поджарое, скульптурное тело Кая и, хихикнув, выдохнула: — А Кай-то у нас... совсем худенький. Самый младшенький, самый прозрачный. Кай замер, и его глаза вспыхнули опасным багрянцем. Он обиженно вскинул подбородок, а на его губах заиграла та самая коварная усмешка, которая обычно предшествовала смертным приговорам. — Не худой, дорогая Иса, а жилистый, — отрезал он, и его голос прозвучал как шелест остро заточенной стали. — И у меня гораздо больше терпения для... детальной работы, чем у моих братьев. Он переглянулся с Аро и Маркусом, и в этом обмене взглядами Иса прочитала молчаливый заговор. Она начала осознавать, что её попытка подколоть самого вспыльчивого из королей обернется для неё чем-то запредельным. Кай подошел к ней, и его движения стали пугающе расчетливыми. Он не стал возвращаться к привычному ритму. Вместо этого он приподнял её бедра, заставляя Ису уткнуться лицом в грудь Маркуса, который крепко держал её за плечи. Иса почувствовала, как пальцы Кая, смазанные её же влагой, медленно и настойчиво начали исследовать ту самую тесную, запретную зону, которую недавно «открыл» для неё Маркус. — Ты думала, я буду играть по правилам? — прошептал Кай ей в самое ухо, и его холодное дыхание заставило её соски мгновенно затвердеть. Он вошел в неё — не резко, как в первый раз, а мучительно медленно, миллиметр за миллиметром, давая ей прочувствовать всю свою жесткость. Иса охнула, её тело напряглось, встречая это новое, еще более острое вторжение. — О... Кай... — её голос превратился в сдавленный всхлип. Он начал двигаться в совершенно ином темпе — рваном, непредсказуемом, заставляя её мышцы судорожно сжиматься. Маркус сзади накрыл её рот поцелуем, заглушая стоны, а Аро, стоящий сбоку, нежно поглаживал её живот, наблюдая за тем, как тело Исы подстраивается под напор Кая. — Видишь, — прохрипел Кай, вжимаясь в неё так глубоко, что Иса почувствовала это каждой клеткой своего существа. — Жилистость имеет свои преимущества. Я могу заполнить тебя так, как никто другой. Это было мучительно прекрасно. Кай не давал ей привыкнуть к ритму, он постоянно менял угол, глубину и скорость, доводя её до грани безумия. Иса чувствовала, как её магия, смешанная с похотью, начинает буквально вибрировать в воздухе. Она была растянута между тремя королями, и Кай сейчас был тем самым «жилистым» острием, которое пронзало её реальность, заставляя забыть обо всем, кроме этого невозможного, темного удовольствия. Иса чувствовала, как её сознание окончательно рассыпается на тысячи искр. Кай, казалось, задался целью доказать, что его «жилистость» — это не просто слово, а бесконечный запас выносливости и жесткой, направленной силы. Его движения внутри неё были настолько точными и глубокими, что каждое попадание вызывало в животе Исы тугую, болезненно-сладкую судорогу. — Ну что, всё еще... худенький? — прорычал Кай, вжимая её бедра в край стола так сильно, что дерево жалобно скрипнуло. Он не давал ей передышки. В то время как он властно осваивал её новую глубину, Маркус, находившийся у её изголовья, перехватил её руки, заводя их ей за голову и прижимая к столу своими ладонями. Он наклонился, впиваясь в её губы жадным, глубоким поцелуем, забирая её сбивчивое дыхание, пока его тело прижималось к её груди, создавая невыносимое, жаркое давление. Аро же, словно дирижер этого порочного оркестра, скользнул пальцами к её клитору. Его ласка была контрастной — быстрой, дразнящей, почти невесомой на фоне сокрушительных толчков Кая. Иса оказалась в тисках абсолютного наслаждения: Кай растягивал её изнутри, Маркус подавлял своей массой сверху, а Аро доводил её нервные окончания до критической точки. В этот момент Иса почувствовала, как внутри неё сорвалась последняя преграда. Её тело выгнулось так сильно, что только руки Маркуса удержали её на столе. Кай сделал несколько резких, окончательных рывков, пронзая её до самого предела, и в этот момент оргазм накрыл её — мощный, темный, лишающий воли. Она закричала в губы Маркуса, её внутренняя магия на мгновение выплеснулась наружу коротким электрическим разрядом, который почувствовали все трое. Кай замер внутри неё, тяжело дыша и уткнувшись лбом в её плечо, его пальцы до белизны впились в её бедра. Аро медленно склонился и слизнул капельку пота с её виска, а Маркус ослабил хватку на её руках, переплетая свои пальцы с её ладонями.