Не раскрытые тайны - Том 2

Ли Юэ. Храм Лао Цзы. Кваджик не спешил заходить. Элифар зашёл сразу — Мы дома! Лао Цзы привычно сидел и пил чай — И года не прошло. Элифар. Иди к Арлекино. У неё к тебе много вопросов. Кваджик, не стой в пороге. Заходи. О, да с вами Лаума и Шеврёз? Удивляете. Элифар сразу скривился: — “Много вопросов” звучит как угроза. Лао Цзы спокойно отпил чай: — Так и есть. Элифар тяжело вздохнул: — Ну всё. Мне конец. Из соседней комнаты уже послышался голос Арлекино: — Элифар. Тот замер. Кваджик прыснул со смеху: — Ооо, брат. Ты попал. Элифар ткнул в него пальцем: — Закройся. Это из-за тебя мы по мирам шляемся! И всё же ушёл в сторону комнаты. Лаума молча оглядывала храм. Шеврёз стояла чуть напряжённо, явно не привыкшая к такой атмосфере. А Кваджик наконец вошёл внутрь. Лао Цзы посмотрел на маску Гримма на его лице. Долго. Очень внимательно. А потом спокойно сказал: — Значит, он действительно выбрал тебя. Кваджик уселся напротив. — Ага. Пауза. — И знаешь что самое страшное? Лао Цзы чуть улыбнулся: — Что? Кваджик опёрся локтем о стол. — Я начинаю понимать этого старика. Лао Цзы тихо усмехнулся. — Это и называется взрослением. Кваджик театрально схватился за сердце: — Не говори так. Мне всего ничего лет, а ты уже хоронишь мою молодость. Шеврёз впервые за долгое время едва заметно улыбнулась. Лаума же спокойно произнесла: — Но времени у нас мало. Лао Цзы кивнул. — Я почувствовал. Он поставил чашку на стол. — Холлоунест начал просыпаться. Тишина. Даже Кваджик перестал шутить. Лао Цзы продолжил: — И если Окно действительно связан с Nexus глубже, чем вы думаете… то следующая встреча уже не будет похожа на старые времена. Кваджик медленно снял маску Гримма и посмотрел на неё. — Да. Пауза. — Теперь это будет не встреча друзей. Алое отражение мелькнуло в глазах маски. И где-то очень далеко… будто открылся чей-то чужой взгляд. Элифар стоял в комнате перед Арлекино — Так.. Давай сразу. Если я проебался, дай подзатыльник. Арлекино посмотрела на него — Ты говорил что не на долго. А в итоге я три дня тебя ждала.. Элифар сел на кровать. — Ну... это не моя проблема.. спасение мира... многого стоит. Та подняла его с кровати — "Многого стоит" Меня не волнует сколько стоит. Меня волнует то как ты и где ты. А теперь перейдём к вопросам по поводу тебя. Элифар поднял руки, будто сдавался: — Всё-всё, понял. Виноват. Арлекино смотрела строго. Но в глазах вместо злости была тревога, которую она даже не пыталась полностью скрыть. — Ты ушёл в Нод-Край, потом в Снежную, потом в Натлан. Без нормального плана. Без отдыха. И вернулся с человеком в маске Гримма. Элифар кашлянул: — Если честно, звучит даже для меня странно. Арлекино скрестила руки: — Ещё бы. Он чуть улыбнулся: — Но мы живы. Она сразу ответила: — Пока что. Тишина. Элифар выдохнул и уже спокойнее сказал: — Я правда не хотел заставлять тебя переживать. Арлекино подошла ближе. — Тогда перестань исчезать так, будто собираешься умереть каждый второй день. Элифар хмыкнул: — Ну… у Кваджика стиль жизни такой. Я постепенно заражаюсь. — Не смей. Она сказала это быстро. Слишком быстро. Элифар посмотрел на неё внимательнее. Арлекино отвела взгляд на секунду, а потом тихо добавила: — Одного такого идиота миру достаточно. Он не удержался и усмехнулся. — Ты сейчас буквально назвала моего лучшего друга идиотом. — Потому что он идиот. — Справедливо. Наконец напряжение чуть спало. Арлекино села рядом с ним. — Ты ранен? Элифар пожал плечами: — Пара царапин. Ничего серьёзного. Она всё равно взяла его за подбородок и внимательно осмотрела лицо. — Врёшь плохо. Он улыбнулся: — Зато стараюсь красиво. Арлекино тихо выдохнула. — Элифар… мир не рухнет, если ты иногда будешь думать и о себе тоже. Он помолчал. А потом честно ответил: — Наверное… я только сейчас начинаю понимать, как это делать. Арлекино усадила его за стол достала какую то сумку в которой было куча всего. — Сиди и не двигайся. Элифар усмехнулся — Мне кажется медицинская помощь нужна больше Кваджику.. он же дрался, а не я. Она посмотрела на него с упрёком — Первое, Кваджика не лечу. Он сам не плохо справляется судя по тому что он всё ещё на ногах. А тебя я буду лечить даже если там будет "Малая царапина" Ты мне целым нужен а не инвалидом или трупом. Элифар посмотрел на неё — Не стоит так за меня переживать.. я живее всех живых Она посмотрела на него грубее — Знаю я таких. Сына потеряла из-за его "Живее всех живых".. Это была моя вина.. я тогда должна была умереть... Она быстро выдохнула — Прекратим эту тему. Мне она не приятна. Лучше скажи, кушать то будешь?? Элифар сразу посерьёзнел. Улыбка исчезла. — …Прости. Я не хотел задеть. Арлекино молча продолжила перебирать бинты и какие-то лекарства, будто пыталась занять руки, чтобы не возвращаться к воспоминаниям. Элифар смотрел на неё пару секунд, а потом тихо сказал: — Ты не обязана всё тащить на себе. Она усмехнулась без радости: — Поздно говорить мне это. Он хотел что-то возразить, но она уже аккуратно взяла его за руку и начала обрабатывать ссадину. — Терпи. Элифар поморщился: — Ай… щиплет же. — Значит работает. Он фыркнул: — Жестокая женщина. Арлекино подняла взгляд: — И всё равно ты меня выбрал. Элифар усмехнулся уже мягче: — Ага. И пока что ни разу не пожалел. На секунду в комнате стало тихо. Спокойно. Без битв, кошмаров и разговоров о конце мира. Просто двое людей в маленькой комнате Ли Юэ. Арлекино закончила с бинтом и наконец ответила на его вопрос: — И да. Есть будешь. Она достала еду из сумки и поставила перед ним тарелку. — Нормальную. Не пиво, сигареты и “я потом поем”. Элифар поднял бровь: — Ты слишком хорошо меня изучила. — Приходится. Он взял палочки и вдруг улыбнулся: — Знаешь… это странно приятно. Арлекино чуть наклонила голову: — Что именно? Элифар посмотрел на неё честно: — Что меня кто-то ждёт. Ругает. Заставляет есть. Лечит. Пауза. — Домашнее какое-то чувство. Арлекино молчала пару секунд. А потом спокойно ответила: — Привыкай. Теперь это твоя жизнь. Элифар усмехнулся — Обычно просто всем было плевать. А сейчас.. Жизнь налаживается. Женат на милфе, которая меня любит и ухаживает за мной как за цветком. Мило.. Арлекино посмотрела на него с интересом. Еле заметно её щёки покраснели — И при желании ещё денег даст если надо.. Элифар удивился — Вау.. Да я поднялся? Я чё, содержанкой стал? Вау.. Не ожиданно. Кваджик зашёл к ним — Милая семейная драма, но времени у нас мало.. Элифар посмотрел на него с упрёком — Выйди отсюда сам или тапком прогоню. Не ломай кайф. Кваджик прислонился к дверному косяку и театрально вздохнул: — Вот она. Настоящая любовь. Мужика лечат, кормят и ещё финансировать готовы. Элифар, ты буквально выиграл жизнь. Арлекино спокойно посмотрела на него: — А тебя я сейчас выгоню. Кваджик поднял руки: — Всё-всё. Уже ухожу. Я вообще по важному делу. Элифар прищурился: — У тебя “важное дело” обычно заканчивается дракой, пожаром или новым мировым кризисом. — В этот раз всё вместе. — Да блять… Кваджик всё же стал серьёзнее. Не полностью. Но заметно. — Лао Цзы сказал собираться. Холлоунест начал шевелиться быстрее, чем ожидалось. Арлекино нахмурилась: — Настолько плохо? Кваджик кивнул. — Если коротко — Окно что-то делает. И мне это уже не нравится. Элифар тяжело выдохнул: — А у меня только жизнь налаживаться начала… Кваджик тут же ткнул в него пальцем: — Вот именно поэтому тебе нельзя сдохнуть. Ты теперь официально “муж счастливый”. Арлекино спокойно добавила: — И если он умрёт, следующим умрёшь ты. Кваджик замер. Потом уважительно кивнул: — О. Вот это я понимаю поддержка отношений. Элифар не удержался от смеха. Кваджик посмотрел на них обоих и неожиданно усмехнулся уже тише: — Рад видеть вас такими. Пауза. — После всего дерьма… это хотя бы даёт ощущение, что мир ещё не окончательно сломался. На секунду в комнате стало спокойно. Почти по-семейному. Но затем за окнами храма прошёл странный алый отблеск. Кваджик сразу поднял взгляд. Улыбка исчезла. — …Поздно. Лао Цзы из зала произнёс громче: — Началось. Элифар встал — Ладно.. Он обернулся к Арлекино — Спасибо. Он взял еду и замотал её в обёртку — Я пойду! Не скучай сильно. Если что по возможности буду писать письма! Арлекино взяла его за воротник — Ты кое что забыл Элифар удивился — Что.. я вроде.. всё взял.. Та усмехнулась. Еле видно — А поцеловать меня на прощание? Элифар замер на секунду. Потом тихо усмехнулся: — А… точно. Кваджик демонстративно отвернулся к двери: — Я ничего не вижу. Я вообще стена. Меня тут нет. Арлекино бросила на него короткий взгляд: — Ещё слово — и ты полетишь с горы. — Молчу. Элифар подошёл ближе к Арлекино. На этот раз без шуток. Без привычного сарказма. Просто осторожно коснулся её руки и поцеловал. Недолго. Но так, будто действительно не хотел уходить. Когда они чуть отстранились, Арлекино тихо сказала: — Возвращайся. Элифар улыбнулся: — Теперь у меня есть куда. Кваджик снаружи заорал: — НУ ВСЁ ИДИТЕ УЖЕ, А ТО КОШМАРЫ БЕЗ НАС НАЧНУТ! Элифар закатил глаза: — Иду я! Он снова посмотрел на Арлекино. — Береги себя тоже, ладно? Она кивнула. — И ты. Элифар вышел из комнаты, а Кваджик сразу закинул руку ему на плечо: — Всё, брат. Пора в жучиное королевство. Элифар тяжело выдохнул: — Никогда не привыкну к тому, как ты это называешь. Они пошли в главный зал храма. Лао Цзы уже стоял у открытого алого разлома. Шеврёз проверяла оружие. Лаума молча смотрела в сторону портала. Коломбина напевала что-то едва слышное. А из разлома… тянуло холодом, пеплом и чем-то древним. Холлоунест ждал. Кваджик развернулся к Лао Цзы — Ладно, старик. Мы пошли. Если не вернёмся заранее спасибо что был с нами. Шеврёз ударила его в ногу. Слабо — Не говори ерунды. Лао Цзы с усмешкой сказал — Нет, он прав. С Холлоунеста мало кто возвращается живым.. То что вас всех там ждёт.. Может вас и убить и закопать. С тем что там шутить нельзя. Они шагнули в протал. И на той стороне им показался.. Перевал короля Кваджик усмехнулся — Вот оно.. Родной дом. Узнаю запах пыли. Элифар удивился — Вау.. Это.. довольно.. мрачно... И куда нам? Кваджик указал вперёд — В Грязьмут. Там палатка Гримма. И если Окно и та штука там, то нам туда. Пепел медленно кружил в воздухе. Серое небо Холлоунеста давило тишиной, от которой даже шаги звучали слишком громко. Элифар оглядел разрушенные мосты и каменные руины: — Это место будто умерло… но забыло лечь в могилу. Кваджик усмехнулся: — Добро пожаловать в Холлоунест. Он шёл вперёд уверенно, будто действительно вернулся домой. Только теперь его шаги звучали иначе. Тяжелее. Шеврёз тихо осматривалась по сторонам: — Тут всё пропитано кошмаром. Лаума кивнула: — И памятью. Коломбина же выглядела почти спокойно. Словно ей это место даже нравилось. Группа поднялась по старым ступеням. Вдали уже виднелся Грязьмут. Пустой. Тихий. Фонари тускло мерцали среди вечного сумрака. Элифар прищурился: — И тут реально кто-то жил? Кваджик пожал плечами: — Жили. Страдали. Умирали. Всё как везде. Они прошли дальше. И вдруг — музыка. Тихая. Знакомая Кваджику. Он резко остановился. Элифар напрягся: — Что такое? Кваджик смотрел вперёд не моргая. Посреди площади Грязьмута стояла алая палатка. Но не это заставило его замереть. Перед входом сидел человек. Закинув ногу на ногу. Лениво. Будто ждал их уже очень давно. Окно. Он даже не поднял головы сразу. Только спокойно произнёс: — Долго вы. Кваджик усмехнулся, хотя в голосе уже чувствовалось напряжение: — А ты всё такой же гостеприимный. Окно медленно поднял взгляд. И впервые Элифар увидел его по-настоящему внимательно. В глазах Окна было что-то неправильное. Не человеческое. Словно внутри него смотрел кто-то ещё. Окно перевёл взгляд на маску Гримма у Кваджика. И едва заметно улыбнулся: — Значит… он всё-таки умер окончательно. Окно лениво встал — Что же.. Давайте по быстрому как то... Мне так то лень даже руку поднимать.. Кваджик зашёл в палатку Гримма. Знакомый алый огонь. Он вышел на сцену.. И на сцене.. было что то странное.. слишком... тихо.. Кваджик огляделся — Ну.. если умирать то тут.. Перед ними предстал Окно — Вы наверное спросите.. что я от вас скрываю.. Я дам ответ... Он обернулся — Я.. не один такой.. Меня много.. То что вы сейчас видите не более чем копия меня.. Настоящий я далеко не в Тейвате и даже не тут.. Меня много.. в каждой вселенной.. Во всех мирах. В одной вселенной я создатель.. в другой я искатель правды.. Но всех нас связывает одна цель.. Питать властью того кто с выше... Кваджик напрягся — А.. Дотторе?.. Окно усмехнулся — Игрушка в моих руках.. Точнее в руках настоящего меня. Он глупее чем вы в раз двадцать. Лишь строит из себя гения. Но его мозг я давно поработил. Легко было это сделать учитывая его жажду к контролю. Я лишь дал ему ложную надежду.. А он как идиот повёлся... Он раскинул руки и энергия в зале была такой что всех их прижало к полу — Вы даже близко не знаете того что я могу. А Я МОГУ МНОГОЕ!! ПОВЕРЬТЕ! Я не тот простачок которого вы помните.. И никогда им не был.. Я лишь вожу за нос.. И всегда это делал.. Всё что было с вами... От начала и до конца, это всё рук дело настоящего меня. Элифар тут же шагнул вперёд — Получается моя любовь с Арлекино тоже план?.. Окно удивился — А? О.. Маленького парнишку задели.. Что, переживаешь за свою бестию? Не бойся.. Это не было в моих планах.. Но слушай.. хорошие перспективы сделать из этого.. что то драматичное. Люблю когда люди плачут В палатке стало холодно. Не физически. Будто само пространство перестало быть безопасным. Элифар медленно сжал кулаки. Так сильно, что побелели пальцы. — Не смей… даже говорить о ней. Окно лениво улыбнулся: — Вот это уже интересно. Эмоции. Страх потери. Привязанность. Люди во всех мирах одинаковы. Кваджик, прижатый к полу чудовищной силой, поднял голову: — Значит… всё это время ты игрался нами? Окно посмотрел на него спокойно. — Нет. Пауза. — Игрался вами настоящий я. А я лишь его отражение. Шеврёз попыталась подняться, но давление снова вдавило её в сцену. Коломбина тихо нахмурилась впервые за долгое время. Даже она чувствовала: перед ними было нечто гораздо хуже Дотторе. Окно прошёлся по сцене медленным шагом. — Вы мыслите слишком мелко. Он указал вверх. — Миры. Вселенные. Истории. Всё это — система. — А мы… её инструменты. Кваджик скривился: — Да пошёл ты со своей философией. Окно усмехнулся: — Всё такой же шумный. Он остановился прямо перед ним. — Но знаешь, что забавно? Тишина. — Ты был самым удачным проектом. Кваджик замер. Окно наклонился чуть ближе: — Настоящий я долго искал существо, способное удержать кошмар и не сломаться. — Гримм почти подошёл. — Но ты… Его улыбка стала шире. — Ты превзошёл ожидания. Алое пламя вокруг маски Гримма дрогнуло. Кваджик стиснул зубы: — Я не чей-то проект. Окно спокойно: — Все вы чьи-то проекты. Элифар резко поднялся, преодолевая давление. С трудом. Но поднялся. — Заткнись. Окно перевёл взгляд на него: — О? Элифар сделал шаг вперёд. — Мне плевать, кто ты там в других мирах. Ещё шаг. — Мне плевать, насколько ты сильный. Ещё. — Но если ты хоть пальцем тронешь тех, кого я люблю… Вокруг Элифара вспыхнула Ци. Нестабильно. Ярко. Окно впервые чуть прищурился: — Интересно. Кваджик вдруг засмеялся. Тихо. Потом громче. Окно перевёл взгляд на него: — Что смешного? Кваджик медленно поднялся на ноги, несмотря на давление. Маска Гримма треснула алым светом. — Да просто понял одну вещь. Он вытер кровь с губы. — Ты всё это время пытался выглядеть богом. Пауза. Улыбка. — А звучишь как очень одинокий человек. Окно тут же стал грубее — ТЫ ОБЕСЦЕНИВАЕШЬ ТО ЧТО Я СОЗДАЛ!! Он не договорил. Выстрел. Прямо в живот Кваджик тут же исчез и появился у него за спиной и ударил его с такой силой что пол сцены прогнулся на метра так два — ТЫ ЛИШЬ ГРЯЗЬ ПОД НОГТЯМИ! ТЕПЕРЬ Я ПОНИМАЮ ЧТО ХОТЕЛ СКАЗАТЬ МНЕ ГРИММ! Сцена раскололась оглушительным треском. Окно влетел в камень, пробивая пол и старые декорации палатки Гримма. Алое пламя вокруг Кваджика вспыхнуло, как занавес перед финальным актом. Шеврёз медленно опустила дымящееся ружьё: — Меньше разговаривай. Больше стреляй. Элифар усмехнулся: — Вот это подход. Из-под обломков послышался смех. Но уже без прежней ленивой уверенности. Окно поднялся. Из раны в живот вместо крови вытекала белая энергия. Как треснувший свет. — Значит… вы решили сопротивляться системе. Кваджик шагнул вперёд. — Не. Алое пламя потянулось за ним длинным шлейфом. — Мы решили дать тебе пизды. Окно резко поднял руку. Пространство вокруг дрогнуло. Палатка Гримма начала ломаться слоями, будто кто-то отрывал саму реальность. На мгновение все увидели… другие миры. Других “Окон”. Тысячи. Миллионы. Где-то он сидел на троне. Где-то был учёным. Где-то чудовищем. Где-то — вообще чем-то бесформенным. Голос всех версий прозвучал одновременно: — ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ, ЧЕМУ ПРОТИВОСТОИТЕ. Даже Элифар невольно замер. Давление стало чудовищным. Но Кваджик… засмеялся. Громко. Как Гримм перед началом безумного спектакля. — Оооо. Он медленно надел маску обратно на лицо. — Теперь понял. Алые глаза вспыхнули. Гримкины начали появляться прямо из теней палатки. Сотни. Тысячи. Они окружали сцену, зрительские места, потолок. И все смотрели только на Окно. Кваджик поднял посох. — Ты ошибся в одной вещи. Пауза. — Кошмар невозможно контролировать вечно. Окно нахмурился впервые по-настоящему. А Кваджик указал посохом прямо на него: — Потому что рано или поздно он начинает ненавидеть своего хозяина. На Окна полетело сотни Гримкинов. Но тот бил их руками. Те исчезали — Думаешь подсосами кошмара можешь мне навредить? Да ты глупее чем Гримм. Кваджик заржал ещё сильнее — Реакция хорошая. Но ты всё так же слеп как бог. Окно обернулся, и в него тут же влетел мешочек пыли. Прямо в глаза — СУКА! В следующую секунду Окна пронзило копьё Элифара. Удар прижал Окна к земле снова. Элифар достал копьё и прокрутив его собрался делать атаку как последний удар — ПОРА ПОЛОЖИТЬ ТЕБЕ КОНЕЦ! Удар. Не прошёл. Окно остановил движение одним лишь пальцем — Гы.. Неплохая попытка.. Но маловато. Треск. Копьё просто развалилось Удар. Элифара отбросило на несколько метров вверх а потом его прибила молния в землю. — ЭЛИФАР! Кваджик рванулся вперёд мгновенно. Но Окно уже поднялся. Пыль медленно осыпалась с его лица, а глаза теперь светились белым светом настолько ярко, что смотреть было больно. — Надоедливые насекомые… Вокруг него загудели молнии. Не как элемент. Как что-то более древнее. Более неправильное. Элифар лежал среди обломков сцены, тяжело дыша. От удара по телу шли искры. Шеврёз сразу выстрелила. Пуля попала Окну в плечо — и просто остановилась в воздухе. Окно даже не повернулся. — Бесполезно. Пуля рассыпалась белой пылью. Кваджик медленно подошёл к Элифару и помог ему подняться. — Живой? Элифар кашлянул кровью и усмехнулся: — Бывало и хуже… — Пизди меньше. Окно наблюдал за ними молча. А потом вдруг сказал: — Вот что меня всегда раздражало в людях. Тишина. — Вы продолжаете вставать. Белые разломы вокруг палатки раскрылись шире. И из них начали выходить силуэты. Другие версии Окна. Не полностью. Фрагментами. Руками. Лицами. Тенями. Они шептали одновременно: — СДАЙТЕСЬ. — ВЫ УЖЕ ПРОИГРАЛИ. — ВЫ НЕ МОЖЕТЕ УБИТЬ ИДЕЮ. Даже Гримкины начали пятиться. Кваджик медленно поднял голову. Маска Гримма трескалась от напряжения. — Идею может и нет… Он посмотрел на Окно. Очень спокойно. Слишком спокойно. — А вот ебало — вполне. Окно нахмурился: — Ты всё ещё шутишь? Кваджик усмехнулся. — Ага. Алое пламя вокруг него вдруг стало темнее. Глубже. Почти чёрным. Коломбина тихо прошептала: — …Нет. Лаума резко напряглась: — Он заходит слишком далеко. Кваджик шагнул вперёд. И за его спиной медленно раскрылось нечто огромное. Силуэт. Похожий на самого Гримма. Но гораздо более древний. Более жуткий. Окно впервые сделал шаг назад. — Что… ты делаешь? Кваджик поднял взгляд. И даже голос теперь звучал двойным. Его и кого-то ещё. — Показываю тебе… Алое пламя вспыхнуло. — …почему кошмаров боятся даже боги. Один взмах посоха. И Окна подбросило огнём. Второй. Удар в лицо. Третий в сторону. Четвёртый в живот — Я называю это, контролем огня бога! Окно упал и поднялся выхаркивая кровь — Все боги сильны.. но я.. СИЛЬНЕЕ В СОТНИ! Я ВЕДЬ АРХОНТ ИНАДЗУМЫ! ЗНАЕШЬ НАСКОЛЬКО СИЛЬНА БЫЛА РАЙДЭН! А ТЕПЕРЬ УДВОЙ ЭТУ СИЛУ И УМНОЖ НА ЕЩЁ ТРИ! Палатка начала рваться. Молнии били по всюду. Окно медленно выпрямился. Кровь и белый свет стекали с него вместе, как будто тело не могло решить, чем оно вообще является. Молнии Райдэн-уровня — усиленные, искажённые, умноженные — били по палатке, разрывая пространство. Но… он улыбнулся. — Вот оно. Тихо. Спокойно. — Настоящее давление. Кваджик стоял напротив, посох дрожал в руке. Гримм-силуэт за спиной уже не просто двигался — он словно дышал вместе с ним. Окно поднял руку. И молнии остановились. Не исчезли. А застыли в воздухе, как стекло. — Ты не понимаешь, что сделал. Он шагнул вперёд. И каждый шаг менял пространство вокруг. Палатка Гримма исчезала слоями. Грязьмут. Холлоунест. Всё начинало “переписывать себя”. Элифар напрягся: — Он не просто дерётся… Лаума тихо: — Он перекраивает сцену. Шеврёз подняла оружие, но не стреляла: — Мы не в бою… Коломбина добавила: — Мы в редакторе реальности. Окно остановился напротив Кваджика. И впервые его голос стал тише: — Ты думаешь, сила — это количество. Он слегка наклонил голову. — Но это ошибка всех существ, которые родились внутри системы. Кваджик усмехнулся, тяжело дыша: — А ты, значит, снаружи? Окно кивнул. — Я — над. Тишина. И затем он сделал щелчок пальцами. Мир “погас” на секунду. Не темнота. А отсутствие правил. Гримкины исчезли. Пламя замерло. Даже звук пропал. И в этой пустоте Окно подошёл ближе. — Архонт Инадзумы… Он посмотрел на Кваджика как на интересный эксперимент. — Ты усилил силу, которую не понимаешь. Кваджик сжал посох. И в этой тишине его голос прозвучал как треск пламени: — А ты слишком много говоришь для того, кого сейчас собираются убить. И мир снова начал двигаться. Но теперь — уже по чужим правилам. Действия перемешались. Пули направленные в одну сторону летели в другую. Огонь был не правильным.. Окно подлетел — Я могу просто списать вас и убить всю вселенную разом! МНЕ НЕ ПОМЕШАЕТ ОЧИСТИТЬ ВАС! Кваджик резко заржал.. Яростно. Психично — А ТЫ У НАС МАНИПУЛЯТОР ОТ БОГА!! МНЕ ДАЖЕ НРАВИТЬСЯ. НО ТЫ ЗАБЫЛ КОЕ ЧТО.. ГРИММ БЫЛ ИЗ СЕЛЕСТИИ.. А ЗНАЧИТ ЕСЛИ Я ЕГО НАСЛЕДНИК.. ТО СИЛЫ СЕЛЕСТИИ МНЕ ТОЖЕ ПЕРЕДАЛИСЬ!! ТЫ НЕ ОСОЗНАЕШЬ С КЕМ ИМЕЕШЬ ЕБАНОЕ ДЕЛО! ОПУСТИСЬ УЖЕ НА ЗЕМЛЮ, ЧУДИЛА! ТВОИ СИЛЫ НЕКЧЁМНЫ!! За спиной Кваджика резко появились Архонты. Все. От Венти и до царицы снежной — Я НАЗЫВАЮ ЭТО БОЖЕСТВЕННЫМ СУДОМ, УЁБОК!! Воздух треснул. Не от силы. От количества воли, столкнувшейся в одной точке. Архонты за спиной Кваджика не выглядели как союзники в привычном смысле — скорее как отражения системы, которая вдруг решила ответить. Ветер Венти дрожал, как натянутая струна. Пиро Архонт горел ровно, без хаоса. Царица Снежной смотрела так, будто уже вынесла приговор заранее. И всё это было направлено в одну точку. Окно впервые перестал улыбаться. — …Вот оно. Он медленно поднял взгляд. И вместо раздражения там появилось что-то другое. Интерес. Чистый. Холодный. — Ты собрал не силу. Пауза. — Ты собрал шум. Кваджик шагнул вперёд, и пространство под его ногами пошло алыми трещинами. — Шум? Да это твой конец, придурок. Окно медленно поднял руку. И мир снова попытался “сломаться”. Но на этот раз… не получилось. Архонты не сдвинулись. Даже воздух не послушался. Венти нахмурился: — Он давит не силой… Царица тихо: — Он переписывает причинность. Элифар с трудом поднялся: — Что это вообще значит?! Шеврёз ответила резко: — Это значит, что стрелять и бить больше не работает. Кваджик прищурился. Маска Гримма начала трескаться сильнее. Но он не отступил. — Тогда я просто буду бить сильнее, чем твоя “причинность”. Окно медленно наклонил голову: — Ты не понял главного. Он сделал шаг. И в этот момент Архонты за спиной Кваджика начали… гаснуть. Не умирать. Исключаться. Как будто их “вырезали” из реальности. Лаума резко выдохнула: — Он стирает связи! Коломбина впервые повысила голос: — Он не борется с силой… он удаляет её источник! Кваджик замер. И впервые в его глазах мелькнуло понимание. Окно подошёл почти вплотную. — Всё, что ты призвал… Он спокойно посмотрел на исчезающих Архонтов. — Я просто могу отменить. Пауза. И тише: — Потому что это не сила. — Это разрешение системы. Кваджик сжал посох так, что тот затрещал. И улыбнулся. Уже без смеха. — Тогда у меня к тебе простой вопрос. Он поднял взгляд. Алые глаза Гримма горели ровно. — А если я перестану играть по твоей системе? Тишина. И в этот момент… маска на его лице перестала трескаться. Она начала меняться.