между строк.

Июнь. Конхо наблюдает, как Мартин и Сонхён вышли на балкон его комнаты в общежитии на «перекур». Они тоже звали с собой Конхо, но тот отказался, говоря, что не хочет. Это правда так. А ещё у него есть дело к Джухуну, который тоже никогда не ходит на балкон, потому что откровенно не любит запах и ощущения дыма, и поэтому выгоняет всех. Он сидел в углу кровати и что-то листал в телефоне, иногда подтягивая пиво из железной банки. Ничего необычного в его поведении, что говорило о том, что он сейчас не в настроении. Конхо считает, что это отличный шанс. Для кое-какого вопроса. — Джухун-а. Друг вопросительно мычит, даже не подняв взгляд с телефона. — У меня вопрос. — Ну. — Ты же знаешь, что мне нравится Сонхён? — Мне кажется, об этом знают все, кроме самого Сонхёна. — Джухун наконец поднимает взгляд на Конхо и снова отхлёбывает пиво. Его лицо принимает чуть заинтересованный вид. Потому что знает, что сейчас будут сплетни. Не то чтобы Конхо в принципе когда-то планировал, что кто-то из его друзей узнает о влюблённости, но это получилось совершенно случайно. По крайней мере Конхо это называет именно так. На самом деле всё произошло на одном из вечеров, когда так получилось, что Конхо и Джухун пили вместе в общежитии только вдвоём, а потом он расплылся лужицей на журнальном столике, начиная ныть о том, что уже с ума второй год сходит от того, какой Сонхён весь из себя такой хороший, красивый, голос у него такой глубокий, из-за которого хочется вести себя, словно верный пёс... в общем, Джухун его выслушал, поддерживающим жестом хлопая по спине. И больше они это не обсуждали. Всё осталось строго между ними. Как и то, как Джухун, пытаясь поддержать, тоже вывалил на Конхо что-то типа: «понимаю... у меня то же самое в голове происходит, стоит Мартину появиться в поле зрения. Но ничего, держусь же как-то». И сейчас, когда до уезда в Пусан осталось чуть меньше месяца, Конхо решил, что стоит снова поднять эту тему, раз есть человек, который в курсе событий и выслушает. Конхо на это надеется. Потому что он считает, что его чувства достигли предела и нужно срочно что-то делать. Ведь всё чаще появляются мысли о том, что надо быть напористее, надо сильнее намекнуть. Но Сонхён, кажется, в упор этого не видит. Или не хочет показывать этого. А Конхо всё больше с ума сходит. Даже сегодня! Они сидели на кровати Конхо, а Сонхён ещё так ноги через него перекинул, так голову склонил, чуть ли не касаясь своей щекой чужой макушки, и в телефон уткнулся. Конечно, для них это было нормальное положение, потому что оба друг к другу неосознанно тянулись, но признавать не хотели. Джеймс ещё постоянно что-то фыркал про слипшихся пельменей. Но не суть. Суть в том, что неужели Сонхён правда ничего не замечает? Неужели он не замечает, как Конхо каждый раз напрягается, стоит другу совершенно случайно поёрзать на его бёдрах, якобы устраиваясь поудобнее? Неужели он не видит, как Конхо еле заметно вздрагивает, когда Сонхён наклоняется ближе и шепчет на ухо какую-то шутку, опаляя дыханием раковину, или показывает что-то в своём телефоне, так же склоняясь катастрофически близко? И это только сегодня! Конхо вообще стоит перечислять все моменты, когда он позорно сбегал в туалет со стояком в штанах после того, как Сонхён снова что-то случайно сделает или поёрзает, словно это совершенно нормально? Если бы он отмечал даты в календаре красным каждый раз, когда его сердце замирало от вида растрёпанного после сна Сонхёна, от вида Сонхёна, когда он оденет тот самый блядский чёрный ободок, который слишком хорошо ему идёт, от вида Сонхёна, когда он оденет ту белую майку, если они выходят гулять, то каждый день был бы как судный. Конхо хотелось выть от осознания собственной безысходности. И вот сейчас, когда он остался наедине с Джухуном, пока Мартин с Сонхёном на балконе, а Джеймс срочно побежал в своё общежитие, потому что ему внезапно понадобилось притащить карты, то Конхо наконец может вывалить всё. Или просто поныть, как потом скажет Джухун. — Ну так... — Конхо чуть двигается к другу. — Мне нужно пожаловаться. — Сначала начал с вопроса про Сонхёна, а теперь сразу собрался жаловаться? А моё мнение не будет учитываться? — усмехается Джухун. — Я не сказал, о чём буду жаловаться. — Ну так это сразу понятно, о ком. Ты такой предсказуемый. — Джухун. — Конхо. — Ты будешь меня слушать? — Конхо приподнимает брови. — Не забывай, что мы в одной лодке. Я тоже могу послушать жалобы. Это нормально... — Конхо, — прерывает Джухун, потому что хоть косвенное упоминание Мартина всегда выводило его на эмоции. Конхо на самом деле считает, что друг просто становится слишком стеснительным, когда дело доходит до объекта его воздыхания. Он выдерживает паузу и откладывает банку на стол, на который опирался спиной. — Буду. — Короче, это просто ужас... И Конхо разом вываливает всё, что произошло за последние дни вплоть до сегодняшнего. Потому что он уже не знает, как на это всё реагировать. Да, у них всегда была такая дружба, никто этому не придавал значения, а потом Конхо угораздило в один момент осознать, что все странные мысли и ощущения не из великой привязанности, а из-за кое-чего поглубже. Конхо рассказывает про касания, рассказывает про взгляды, которые на самом деле ничего не значат, но мозг отчаянно тындычит об обратном. Рассказывает, как Сонхён постоянно любит свои ноги перекидывать через Конхо, как пальцы в волосы запускает, слегка царапая кожу, что мурашки по телу бегут (Джухун сказал, что не стоило настолько вдаваться в подробности, Конхо закатил глаза). А потом ведёт себя так, словно ничего не произошло. Словно это нормально. Конечно, да, для них это нормально... но не для Конхо! Не для Конхо, который готов лишь от одного взгляда на Сонхёна, тут же кинуться ему в ноги (Джухун снова сказал, что пояснять это было лишним, Конхо ответил: «как будто ты не так же себя ведёшь, когда Мартин...» Джухун грозно посмотрел и многозначительно промолчал). А потом уже говорит, что он уже сам начал давать знаки, чтобы проверить реакцию Сонхёна. То голову лишний раз положит на бедро, то на плечо, якобы случайно носом задевая его шею или челюсть, то зацепится куда-нибудь за руку или приобнимет. Сонхёну хоть бы хны. Ни один мускул не дёрнулся, ни одна эмоция на лице не поменялась. Всё так же, как и было всегда. Конхо готов орать от безысходности. — Я к нему и так и так... — А он? — А он мудак! — Конхо случайно повышает голос, сразу косясь на закрытую дверь балкона — вдруг услышали. А ему ещё надо договорить с Джухуном, они ведь не подошли к самому главному. — Я клянусь, он в упор ничего не замечает! — А должен? — Ну, не обязательно, но... — Конхо на секунду замолкает, но чтобы через секунду с усталым стоном плюхнуться лбом на плед кровати, завывая или хныча. — Джухун, он мне настолько ебануто нравится, что я уже не знаю что дела-а-а-ать... я хочу, чтобы он знал обо всём, что я о нём думаю. Чтобы он знал, насколько у него ахеренный голос, волосы, глаза, как он очаровательно закусывает губу, когда сдерживает смех и ещё глаза так щурит.... У-у-у... Джухун, на удивление, ничего не отвечает. Пи-пи по покоям, друзья мои, Конхо неизлечимо болен. И болезнь это называется «Сонхён». — Так подкати к нему. И Джухун произносит это насколько невозмутимо, словно рассказывает о том, как котёнка покормил у общежития. Конхо мигом поднимается и с блестящими глазами смотрит на друга. — Что? — но недоумение всё же появляется на его лице. — То. — Джухун закатывает глаза. Он поправляет чёлку, зачёсывая её назад, и вздыхает. — Подкати. В открытую. Начни ухаживать. — Он девушка что ли, чтобы я так себя вёл... он не купится на такое... — отводит взгляд, а потом бурчит: — и вообще, мы друзья... — Тогда я бессилен, — Джухун поднимает руки в знак капитуляции. — Дрочи и плачь, придурок. Конхо откидывается спиной на кровать и снова начинает ныть. Джухун обратно утыкается в телефон, что-то с улыбкой печатая в нём. Как будто этого разговора и не было. Через буквально минуту дверь балкона открывается, впуская духоту и смех Мартина. Конхо поднимается с кровати, чтобы рядом сел Сонхён, тут же ноги закидывая, но уже не так, как в прошлый раз. А плечи их всё равно касаются, передавая тепло. Тема разговора сразу переключает внимание Конхо, и он снова концентрируется только на ней и телодвижениях друга. Так подкати к нему. Это предложение засело в голове и довольно крепко зацепилось за извилины его мозга. Конхо ещё к этому вернётся.

🌊🌊🌊

В первый же день они решили опробовать бассейн, о котором больше всего грезили. Все чувствовали себя как в лягушатнике, когда друг друга скинули в воду. Но Конхо, если честно, так больше нравилось. Уж слишком смешной была реакция кого-то из друзей, когда он хотел наброситься с брызгами на Сонхёна или Мартина, а в итоге обрызгивал всех подряд и весь двор в придачу. Смешнее всего был Джухун, который всем видом показывал, как ему не нравится, а потом брал шланг с водой и поливал из него тех, кто его «случайно» брызгал. Конхо с Мартином досталось больше всех. Джеймс сразу убежал, а Сонхён тактически отступил. Видимо, Джухун просто ждал своего часа. Через полчаса, когда губы уже посинели, энергия начала всех покидать. Джухун после того, как совершил свою месть, спокойно вылез из воды и уселся за небольшой столик у дома, где стояли банки с колой, Сонхён просто сидел на краю бассейна и тихо разговаривал с Джеймсом. Судя по некоторым энергичным всплескам воды, друг с энтузиазмом пересказывал все сплетни из компании, которые только мог рассказать. Мартин, который тоже больше всех выдохся, сидел рядом с ними и что-то иногда добавлял от себя. Конхо вылез из воды и уселся на жезлонг под зонтик, чтобы чуть погреться перед следующим «заплывом». И вспомнил их разговор с Джухуном месяц назад. Он ещё ни разу не думал о тех подкатах снова, а сейчас, когда все заняты своими делами, возможно, самое время начать мучить нейросеть ради совета. Потому что он не думает, что за Джухуном есть целый багаж знаний по подкатам, когда сам не может свою кашу расхлебать. Конхо открыл приложение и сразу начал печатать, отвернувшись от всех, чтобы не дай бог кто-то увидел и поднял всех на уши. Определённо, он выбрал не самое удачное место, но если он сейчас не посмотрит, когда мысль так сильно пульсирует в голове, то не факт, что вспомнит снова. На строчке ввода печатался промт: «Как подкатить к другу, чтобы он сразу понял мои намерения? напиши мне максимально эффективные способы, чтобы он уже был моим, а не прекратил общение навсегда без возможности восстановить былую дружбу»... Но тут за спиной послышалось чужое фырканье. Конхо в испуге обернулся, потому что совсем не ожидаешь, кто там будет, и что этот человек собирается сделать в первые пару секунд. Ладно Джухун, Мартин там... Джеймс... Но если это был Сонхён, если он всё увидел... Сегодня бог был не на стороне Конхо. Телефон тут же выпадает из рук на плитку. Он внутренне кривится, но сразу забывает об этом, потому что перед ним Сонхён, который, очевидно, посмотрел на экран и увидел всё. Через пару минут случится взрыв, и на месте авторитета Конхо — как будто он когда-то был — останутся лишь... Надо хотя бы попробовать предотвратить катастрофу, понять, много ли Сонхён увидел. — Сонхён! — вскрикивает, резко вставая с шезлонга. — Только не… Но, как и ожидалось, было слишком поздно. — Слышьте! Конхо собрался к кому-то подкатывать! Он даже у «дипсика» спрашивал советы! — громко заявляет Сонхён, сразу начиная очень сильно и истерично смеяться. — Бля-а-а… Я сейчас умру-у-у… Все остальные подхватили смех. Мартин с Джеймсом одновременно протянули: «о-о-о...», Сонхён чуть ли не валялся по полу от смеха, ведь это так смешно, когда перед тобой друг, который всегда строил из себя самого крутого альфу на районе, кто приезжает в университет на мотоцикле, не общается ни с кем кроме своей компании, строит из себя недоступного, оказывается тем, кто банально не может спокойно завести диалог с новым человеком. Конхо закатил глаза, сдерживаясь от того, чтобы не прописать Сонхёну поджопник, потому что он не строит из себя крутого, не общается ни с кем, потому что он не ищет новых знакомств, а мотоцикл... Сонхён хочет отрицать то, как у самого глаза блестят, когда выходит из университета и видит ожидающего его Конхо, чтобы поехать вместе? Но больше всех отличился Джухун, который растёкся по столу и просто выл от смеха. Конхо нахмурился сильнее, пока наблюдал за ним. Потому что, очевидно, он понял, какие подкаты имел в виду Конхо. — Ты серьёзно? Ты… настолько… отчаялся? — сквозь смешки пытался сказать Джухун, задыхаясь. Конхо сильнее сдерживался, чтобы не подойти к нему и не отвесить подзатыльник, потому что зачем он палит всю контору? Неужели это не только между ними? — Почему... именно ту-у-ут… мог бы хотя бы… хотя бы домой зайти, твою ж мать… Ещё по столу стучит, чтобы показать, насколько Конхо проебался. Показушник хренов. Видимо, надо снова брать ситуацию в свои руки. Все быстро забыли про «инцидент с дипсиком», потому что им привезли доставку еды. Конхо жевал свою картошку фри и изредка поглядывал то на Сонхёна, который сидит напротив и пытается доказать Мартину, что эффективнее и быстрее есть бургер, если его сплюснуть. Джеймс рядом кривился от такого извращения над едой и ел холодный удон. То на Джухуна, который сидел сбоку и максимально аккуратно пытался есть токппокки, чтобы острый и едкий соус не капнул ни на один предмет из ткани. Конхо пытался рассмотреть в их лице хотя бы намёк на то, что они в любой момент могут припомнить тот позор. Не то чтобы он так сильно волновался о том, что над ним смеялись. Он сам виноват, что был таким непредусмотрительным. Просто в его голове созревал план. После еды они все разбрелись по разным углам виллы. Конхо решил снова искупаться, а потом вернуться в комнату, чтобы осуществить задуманное. Он решил, что раз Сонхён стал свидетелем такого неловкого момента, то пусть он будет в этом участвовать. Конхо решил, что придумает какую-нибудь сказку, что ему нужны тренировки в подкатах, якобы чтобы не позориться перед новыми людьми, а сразу их очаровывать. Звучит надёжно и правдиво. Сонхён определённо согласится. Ну, должен по крайней мере. Конхо, наверное, ещё скажет, что будет платить за него обеды. Тогда точно даст добро. Потому что раз не получилось обходными путями начать напрямую завоёвывать сердце Сонхёна, то Конхо это будет делать, конечно, другим обходным путём, придумав какую-то глупость, но зато этот способ будет выглядеть более конкретным. Конхо остаётся только наблюдать за реакцией друга и помечать, какие комплименты или подкаты работают, чтобы с ними быть напористее, а какие — сразу отметать. План надёжный, как швейцарские часы. Осталось добиться согласия Сонхёна. И даже это произошло чрезмерно быстро и легко. Сонхён купился на бесплатные обеды и возможность издеваться над Конхо. Кто-то вообще сомневался, что у него ничего не получится? Только главное Джухуну не надо рассказывать об этом плане, иначе Конхо потеряет плечо, в которое можно будет поплакаться, если чувства к Сонхёну достигнут очередного пика. Пускай он просто будет думать, что Конхо решил и дальше ориентироваться на то предложение, которое прозвучало месяц назад. Ну теперь-то Конхо может начать расчехлять свои избранные в тик-токе и инстаграм, чтобы выбрать самые лучшие подкаты. Даже те, которые звучат убого. Нужно попробовать всё, чтобы задался вектор, куда ему двигаться. На следующий день Конхо решил начать сразу с козырей, потому что было ранее утро, никто точно не заметит, как Конхо будет использовать всю свою харизму и обаяние, чтобы точно показать, что он вообще-то вчера не шутил, к «тренировкам» относится вполне себе серьёзно. Он зажимает Сонхёна между собой и холодильником, болтая что-то про гаечный ключ и прядь чёлки на палец наматывая. И Конхо клянётся богу, что видел, как глаза Сонхёна забегали, как он пытался вымолвить хоть слово, как он закусил нижнюю губу. Господи, Конхо был готов на месте расплыться от такого вида Сонхёна: заспанного, с недоумением в глазах и с прикушенной губой. И Конхо даже благодарен Джухуну, который их прервал, потому что ещё чуть-чуть и он бы за себя не ручался, и «тренировка» бы провалилась буквально в первый же день. Но самое главное, что Сонхён не оттолкнул и не засмеялся. Прогресс уже на лицо?

🌊🌊🌊

Конхо начал понимать, что его подкаты работают. Потому что он никак не может выбросить из головы то, как Сонхён реагировал на фразы в последнее время. Определённо, были и провальные моменты, но их всё равно было значительно меньше тех, которые по-настоящему заставляли Сонхёна реагировать. Не усмехнуться, не скорчить лицо и сказать «не, ну это было слабо», а правда отреагировать так, словно он на секунду подумал, что подкатывают к нему. И с каждым разом уверенность Конхо растёт всё больше. Взять тот случай в магазине, когда Конхо даже не планировал что-то говорить, но в голове внезапно всплыла та фраза про Siri. Он чувствовал, как Сонхён замер, стоило Конхо прислониться к его виску и повернуть голову. Честное слово, он всеми силами сдерживался, чтобы не склониться ещё ниже и коснуться носом его щеки, потираясь. Конхо почти прошептал Сонхёну на ухо, словно намеренно создал такую почти интимную обстановку, ожидая, что сейчас ему просто посмеются в лицо, он улыбнётся в ответ, потому что даже если друг смеялся над ним, то он готов вечно это слушать. Но Сонхён отреагировал слишком резко. Словно его ошпарили кипятком или ударили током. Он резко скинул руку Конхо и отошёл на пару шагов назад. Из Сонхёна выходили только фырканье и какие-то недовольные бурчания, что это было слишком плохо, что он даже посмеяться не может с этого. Но Конхо знал, что это не так. Он видел, как Сонхён намеренно отводил взгляд, как он нервно сжимал пальцы в кулаки. И Конхо сразу наполнился весельем, словно ему дали сладость, а не то, что Сонхён купился на какую-то фразу. Хотя в принципе реакцию друга можно считать той ещё сладостью, потому что не объяснишь то, как он был доволен собой, потому что у Сонхёна покраснели щёки. — А ты купился? — произносит медленнее его обычного тона, хитро расплываясь в улыбке, откровенно наслаждаясь моментом. — Щёки-то покраснели. — Что?! Нет! — неожиданно повышает голос Сонхён, отчаянно оправдываясь. — Лето на дворе — я вообще-то загорел. — Ты кремом от загара мажешься сильнее всех, — у Конхо уже начинал болеть рот от улыбки. — Не умничай! Сонхён ещё что-то фыркал под нос, как лис, которого обвели вокруг пальца. Но Конхо подходит ближе. — Купи-и-ился, — протягивает, пытаясь заглянуть в лицо, — значит, мои подкаты не так уж и плохи, раз ты всё взгляд отводишь. — Та я просто в ахуе от того, насколько это убого звучит! — снова повышает голос Сонхён. — У меня уже в голове личный сборник самых ужасных пикапов. И Конхо ему не верил. Сквозь зубы не поверит, что Сонхён на самом деле возмущается из-за того, что всё было настолько плохо. Если бы это было правда так, то он бы сейчас не бурчал как старый дед, пытаясь придумать всё новые и новые оправдания. Но момент, когда Конхо действительно подумал, что это что-то значит, случился через некоторое время. После очередного проигрыша Конхо начал доставать Сонхёна. Ничего необычного, потому что абсолютно нечего было делать. Конхо мог поспать, мог посмотреть видео вместе с Сонхёном, ведь они так хорошо устроились, что он бы прямо на друге бы и расплылся лужицей, вдыхая аромат кондиционера для белья. Но он выбрал другой путь. Он решил снова проверить кое-что. У него уже был небольшой план понаблюдать за реакцией Сонхёна на то, что Конхо будет елозить так же, как и Сонхён, когда он перекинет свои ноги через него. Конечно, он и раньше пытался это «проверить», но сейчас, когда друг уже ведётся на подкаты, всё может обернуться по-другому. Так и случилось. Конхо почувствовал, как Сонхён лишний раз напрягался, стоило ему попытаться поменять положение, а потом расслаблялся. Это не было похоже на раздражение, нет. Если бы это было так, то Конхо бы уже валялся на полу, скинутый самим другом. Он словно сосредотачивался на его движениях, как постоянно делал и сам Конхо. И это ощущалось необычно, потому что Конхо словно знал эту реакцию, ведь сам делает это постоянно. А потом он коснулся носом челюсти Сонхёна, и тот вздрогнул. Конхо, наверное, соврёт, если скажет, что это не было намеренно. Но он больше зацепился за реакцию. Это что-то значит. И Конхо произнёс фразу, которая лично ему нравилась больше всего. Ведь в глаза Сонхёна он готов смотреть вечно. Рассматривать, как его карий становится темнее или светлее, как зрачки могут расшириться, как он щурится, когда пытается сдержать смех. И в Конхо снова появилось веселье. Больше не из-за забавной реакции друга, а из-за того, как его тело отреагировало. И, боже, он богом клянётся, что снова ещё чуть-чуть и их бы тренировкам пришёл конец. Потому что Конхо буквально был на волоске от того, чтобы наконец склониться и попробовать эти губы, о которых он так долго грезит, почувствовать каждую ранку. Сонхён сразу отвернулся, отказываясь смотреть в глаза Конхо, а он сразу тянется за ним, заглядывая за плечо, руку перекидывая через тело друга, чтобы опереться об матрас и лицо получше разглядеть. — Ты снова повё-о-олся! — и снова растягивает это блядское слово, зная, как это бесит Сонхёна. — Тебе понравилось! Ты сидишь весь красный — он тебя даже жар исходит! — Отъебись, Конхо, сука, — бурчит куда-то в руку, к которой прижался, в попытке спрятать лицо. — Тебе правда понравилось! Мои тренировки не зря! Но теперь Конхо был весело. Потому что Сонхён снова повёлся. И это было самое сладкое. Ведь Конхо добивался именно этого. Он хотел видеть, как Сонхён смущается, как не может посмотреть в глаза, как его лицо пылает, а рот не может и двух слов связать. Ему хотелось видеть, как привычная оболочка Сонхёна, которую видят все, раскалывается. И только для Конхо. Конхо начал больше ухаживать за Сонхёном. Конечно, он и раньше не обделял его заботой, стараясь не навязываться, но максимально быть рядом. Но Сонхён этого особо не замечал, и Конхо уверен в этом. Так что Конхо начал чуть ли не пытаться помочь даже в самых простых бытовых задачах. То бельё вместе развесят, то продукты разложит. Конхо старался постоянно помогать с готовкой, даже если они в основном питаются доставкой или в ресторанчиках. Но завтрак Сонхён чаще всего готовит сам. И теперь Конхо ринулся ему помогать, ведь друг определённо не сможет самостоятельно поставить кофемашинку или смешать молоко с яйцом для его любимого омлета с рисом. Но Сонхён ничего не говорил, не раздражался, хотя раньше всегда бурчал, что он не инвалид, что он и сам сможет справиться. Сейчас, наверное, он просто смирился с настырностью друга. И Конхо не может не испытывать откровенное наслаждение самим собой, когда замечает, что на его помощь Сонхён улыбается. Сегодня в ресторане он тоже пытался «помочь» Сонхёну везде. То тарелочку с блюдом передаст, то наоборот заберёт обратно грязную. Он не хочет делать вид, что носится с Сонхёном, как с маленьким ребёнком, который ничего не способен сделать, нет. Конхо просто делает то, что считает нужным, ведь это один из его способов выражать чувства. Он больше ни к кому другому так не обращается. И самое главная награда от Сонхёна — это тихая благодарность и очаровательная улыбка, которая сама лезет на губы, Конхо это видит по тому, как потом Сонхён сразу пытается скрыть лицо. Но большего Конхо не надо. И момент, когда он заправил Сонхёну прядь за ухо, а тот ему в ответ снова подарил ту самую благодарную улыбку и положил на тарелку еды, хотя Конхо неоднократно всем говорил, настолько он объелся. Но если это от Сонхёна, то всё нормально — он готов съесть ещё десять таких тарелок. И после на пляже он почувствовал, как что-то успокаивается между ними. Словно образовалась новая атмосфера, но она намного приятнее той, что была до этого. И Конхо надеется, что это после его стараний. Хоть и в шутку, хоть и под предлогом идиотского уговора, но он явно чувствует, что в Сонхёне что-то поменялось. Они сидят вместе на песке перед рисунком лисы и собаки, которых они нарисовали. Конхо сразу вспоминает мультик из детства про дружбу лиса и пса, и внутри что-то теплеет от такого сравнения. Они ни о чём не разговаривали, а просто наблюдали за тем, как остальные друзья сходят с ума. Но Конхо не может не заметить, как между Джухуном и Мартином тоже что-то поменялось. И это не может не радовать, ведь Конхо знает, сколько всего Джухун держит в себе, и ему нужен был такой человек, который может его дополнить. Конхо очень хочет пододвинуться ближе, положить голову на плечо, как бы он сделал раньше, но кажется, что даже сидеть так, плечом к плечу, более чем достаточно, чтобы знать о присутствии друг друга. Солнце почти скрылось за горизонтом, ветер сильнее начал завывать, но в голове только мысль о том, что это всё что-то значит.

🌊🌊🌊

— Ну давай-давай, Джухун-а, соберись! Отрыв небольшой! Айщ, хватит мне под ухо хрустеть, Джеймс! — Мартин тряс за плечи Джухуна, чтобы передать ему свой настрой на аэрохоккей, в который он играл вместе с Конхо, параллельно оря на Джеймса, который стоял посередине и очень заинтересованно хрустел чипсами. Конхо повернулся к Сонхёну, который стоял рядом с ним, но ни разу не предпринял попытки подбодрить друга, а просто иногда ржал под ухо, когда Конхо забивали. — Ты не собираешься мне сказать что-то ободряющее? — бурчит Конхо. — Ты же всё равно выигрываешь. — Он отстаёт на одно очко! — Ну ты же выигрываешь всё равно. Конхо фыркнул с наигранным презрением, возвращаясь к полю. Да даже если бы он проигрывал, то Сонхён максимум ржал над ним вместе с остальными. — Но если проиграешь... — неожиданно снова начал говорить Сонхён, понизив голос, чтобы это было только для них. — То завяжешь со своими тупыми попытками в пикап. Конхо удивлённо вскидывает брови. Значит, два дня назад он полыхал как сваренный рак, а сегодня просит завязать? Или это такой способ поднять мотивацию? Не то чтобы она падала, но так даже азарта больше прибавилось. Неужели Сонхён серьёзно это говорит? Или блефует? — А что? — Конхо поворачивается к Сонхёну, наклоняясь чуть ближе. — Не нравится? Сонхён отклоняет голову назад, фыркая. Опять эта же реакция, как и в магазине. — Ну так... — чуть качает головой, кривя лицо. Показушник. Так Конхо ему и поверил. Игра продолжается. Теперь она стала намного напряжённее, чем за пару минут до этого. Как будто у самого Джухуна появился лишний стимул напрячься и настроиться на победу, хотя всегда особо не проявлял энтузиазма в подобных автоматах — ему дайте поиграть во «Фрут Ниндзя» и все довольны. Но сейчас он настроился намного серьёзнее, словно Мартин ему наобещал что-то, пока Конхо переговаривался с Сонхёном. Но это только раззадорило Конхо. Джухуна обыграть сложно, но возможно. Особенно если использовать трюк с шайбой, когда ты резко толкаешь её на боковую сторону поля, а она отскакивает под углом прямо в ворота. Отрыв не превышал одного очка — они шли рука об руку, нос к носу. С каждым голом крики Мартина становились громче, а Джеймс хрустел всё чаще. Только Сонхён оставался спокойным, стоя рядом и не издавая ни звука. Даже никакого фырка, как будто сам сосредоточился на игре так же, как и Конхо. Счёт 6:6. Остался решающий гол, от которого зависит не только статус лучшего игрока в аэрохоккей, но и слова Сонхёна про подкаты. Электричество словно играло прямо на кончиках пальцев, для Конхо больше не имели значения ни гул вокруг, ни хитрые ухмылки Джухуна. Только шайба и ворота напротив. Конхо снова применяет тот трюк с шайбой. И забивает. Автомат сразу отключается, оповещая о победе стороны Конхо, Мартин разочарованно стонет, а Джухун поднимает руки, сдаваясь. Джеймс удовлетворённо кивает, словно ставка сыграла, и встряхивает руки от крошек. Но всё это было не важно для Конхо. Он сразу взрывается в радостном возгласе, прыгая на месте, как будто выиграл миллиард вон, а не просто обыграл друга в автомате. Конхо приобнимает Сонхёна за плечи и крепко чмокает в висок в порыве радости, словно эта победа принадлежит и ему тоже, продолжая прыгать на месте, даже не замечая своего действия. — Видели! Я тебя разъебал в щепки! — и пальцем показывает на Джухуна, который закатывает глаза, но всё равно усмехается. — Видел же, как я его, да? — уже обращается к Сонхёну. — Мм... да... — и смотрит куда-то в пол, бурча под нос. Конхо совсем не обращал внимание на то, как Сонхён, в отличие от друга, заметил, во что вылился его переизбыток радости. Дальше они двинулись к автоматам с игрушками, несмотря на попытки Джеймса их отговорить, потому что Мартин с Джухуном уже достаточно притащили в виллу. Едва ли кто-то вообще на него обратил внимание, когда он начал возмущаться. Всё равно потом будет себе часть класть в свою сумку, потому что у других уже не будет места. Тем не менее сам Джеймс через некоторое время вызвался достать плюшевый банан, который никак не мог достать Мартин. И вот там он уже превратился в босса, который руководит процессом. То говорил Мартину смотреть с одного бока, то Конхо — с другого. И на удивление самого Мартина, который спустил уже в автомат пару тысяч, Джеймс смог достать игрушку со второго раза. Друг был слишком доволен уловом, что перестал возмущаться на то, что они просто тратят деньги в молоко и вытягивают какие-то хрени. А теперь просто наблюдал за процессом. Следующий у штурвала был Сонхён, который тоже хорошо играл в такие автоматы, потому что сестра в детстве постоянно просила что-то вытащить, вот и набилась рука на это. Они подошли к автомату с игрушечными животными, которые в лапах что-то держали. Конхо встал за Сонхёном, цепляясь за его плечи, как будто от вытащенной игрушки зависит судьба. Он решил не обращать внимание на то, как друг напрягся, но всё равно подметил. С двух сторон командовали Джухун с Мартином, чтобы клешни упали ровно на игрушечную собаку. Конхо усмехнулся про себя и наклонился к другу, потому что в голову ему пришла гениальная идея: — Когда ты так сосредоточен, ты такой... — Конхо прошептал на ухо Сонхёну, чтобы слышал только он. Чужие плечи тут же дёрнулись, и Конхо инстинктивно на секунду их сжал. — Чего ты там бормочешь? — Сонхён чуть отклоняется назад и поворачивает голову, обращаясь к Конхо. На его губах играла усмешка. — Не скажу. Сонхён цокнул, и Конхо продолжил. — Но если вытащишь мне того пса, то договорю. И Сонхён смог вытащить игрушку с первого раза. Он повертел щенка в руках, словно убеждался в том, что это именно та игрушка, которую просил Конхо, и протянул её ему. Конхо, если честно, не ожидал этого. Думал, что пошутит, придумает какой-нибудь абсурд, если у Сонхёна не получится. А он протягивает игрушку. Щенок в кепке, одетый в какую-то синюю футболку с коричневыми шортами, а в руках у него косточка. Сонхён ещё и слабо улыбается так, как будто планировал это. Конхо принимает презент, аккуратно забирая игрушку с чужих рук, словно собака фарфоровая. И как только Конхо начал рассматривать игрушку, словно видит её впервые, Сонхён его добивает. — На тебя похож. Конхо замирает на месте. С каких это пор сам Сонхён с ним флиртует, а не наоборот? Правила игры поменялись? Почему Конхо никто об этом не сказал? От удивления рот приоткрывается сам по себе, а взгляд метается то на Сонхёна, то на Джухуна, пытаясь послать ему невербальный знак о том, что он вот-вот сойдёт с ума по вине Сонхёна. Джухун только слегка улыбается и пожимает плечами. Рядом Мартин хихикает с Джеймсом на такую реакцию Конхо, словно ему подарили сто одну розу, а не игрушечного щенка. Конхо заворожён и уничтожен. Болезнь «Сонхён» уверенно прогрессирует. Лечение уже не предоставляется возможным. Сонхён подходит чуть ближе, буквально на шаг, и глядит прямо в глаза Конхо. — Мне кажется, ты повёлся, — и глаза щурит так хитро, чуть усмехаясь. Почему всё оборачивается против самого Конхо?! — смотри и учись, как надо. А не только свои фразочки. И разворачивается как ни в чём не бывало. У Конхо подкашиваются ноги, а мозг отчаянно не хочет переваривать произошедшее за пару минут. К нему подходит Джухун с той же ухмылкой на лице, Конхо поворачивается к нему с паникой в глазах: — Джухун-а, что мне делать? Почему всё так развернулось? — ноет и щенка в руке сильнее сжимает, как будто его кто-то пытался отобрать. — Он просто принял твои же правила игры, — легко произносит, как будто совсем не удивлён. — Может, он тоже «тренируется». Джухун отходит к остальной компании, оставляя Конхо в одиночестве со своими мыслями. Он планировал вести себя так же как и всегда: постоянно быть рядом с Сонхёном, наблюдать за ним и его реакцией, а в итоге теперь Конхо остался последним? У него всегда был контроль над этим! Это он всё начал! А ведь он даже не договорил ту фразу, из-за которой Сонхён достал игрушку! Конхо еле сдержался, чтобы не взвыть прямо посреди аркад, хватаясь за волосы.

🌊🌊🌊

Конхо идёт сквозь ряды с самыми разными товарами. Они забрели сюда совершенно случайно и, кажется, совсем не собирались уходить. Рассматривать самые разные товары и не покупать их — всегда казалось для Конхо интересным занятием. У него так только в одном магазине электроники активность чуть ли не несколько часов в неделю. Не потому, что он завистливо смотрит и грезит о новенькой приставке или клавиатуре, а потому, что интересно смотреть, какие товары в принципе существуют и закинуть самые интересные в корзину. У него на одном только амазоне товаров на пять миллионов вон. На самом деле Мартин уже который день ныл, что у них нет нормальных водных пистолетов, потому что он по несчастной случайности всё забыл в Сеуле. Но Конхо думает, что это Джухун их выложил, потому что знает, на кого в первую очередь будут целиться. Даже сейчас, когда Мартин старательно выбирал самую лучшую пушку, то Джухун просто смотрел на это говорящим взглядом: «Да, давай ты сейчас потратишь эти девять тысяч вон, а потом я первым делом отберу у тебя пистолеты и вплоть до конца отпуска буду тебя обливать водой». Конхо не думает, что Мартин будет против. С другой стороны Конхо с Джеймсом и Сонхёном рассматривали другие представленные товары на прилавках. На одной только точке можно было найти всё, что угодно. Начиная с товаров первой необходимости, которые ты действительно можешь оставить в номере или на вилле, до... английско-китайского словаря?! Кому вообще понадобится в Пусане? В общем, выбор разнообразный. Можно хоть до ночи ходить и рассматривать. И они все приняли это как за челлендж найти самую бредовую вещь для кого-то. И пока лидировал Джеймс, когда нашёл тот словарь. Но другие тоже не хотели терять позиций. В основном были странные сладости, нелепые игрушки... но это пока они не дошли до отдела с одеждой. Вот там-то можно разгуляться. Мартин, как самый главный модник среди них, сразу начал искать что-то нормальное, как он сказал, но потом через пару минут выходит в гавайской рубашке и с панамкой рыбака на голове. Рядом стоял Джухун в огромных круглых солнцезащитных очках и чёрном халате, Джеймс откопал футболку с огромным орлом с кружками пива в лапах, Конхо одел на спину детский рюкзак с молнией Маккуин и красную балаклаву. И один Сонхён стоял что-то выбирал. Но даже для него Конхо быстро нашёл решение. И нацепил на друга большую белую панаму с улыбающимися баклажанами. Картина маслом. Осталось начать отсчёт, через сколько минут их оттуда выгонят с пинками. Потому что Мартин начал неприлично громко смеяться и фотографировать всех подряд. Но через пару минут Джухун заметил несколько недовольных взглядов в их сторону, поэтому оперативно среагировал и отобрал у Мартина телефон, пока тот во всей красе снимал рюкзак на спине Конхо. Всем стало понятно, что достаточно. Не хватало им ещё прославиться на весь Пусанский рынок. Они всё быстро сняли и извинились перед кем только можно. И обстановка снова успокоилась. Они продолжили свой поход между рядами, но в какой-то момент Конхо с Сонхёном отделились, но Конхо только рад провести лишнюю минуту наедине. Он мигом догоняет друга, ровняясь с ним шагом. — Надо было брать ту панамку, Сонхён-а! — дразнит Конхо, слегка толкая друга в плечо. — Да ну. Сонхён, видимо, был не очень в настроении на яркие эмоции, поэтому Конхо тоже сразу успокоился. Они просто шли вперёд, останавливаясь около каких-то безделушек, но Сонхён быстро терял к ним интерес. До тех пор пока они не дошли до небольшой лавки с украшениями. Конхо знал, что друг всегда любил их рассматривать, подбирая для себя самое подходящее. Перед ними были то самые обычные браслеты из бусин, то серебряные кольца и подвески с цветными камушками. Сонхён сразу завис в углу с кольцами. Конхо отошёл на сторону с браслетами, ведь там были не только они, но и красные ниточки с подвесками на них. Конхо медленно рассматривал каждый браслет из разных бусин, читая приложенные к ним таблички, ведь, оказывается, определённый минерал подходит определённым знакам зодиака или животным по китайскому календарю. Но когда он дошёл до года быка, то услышал сбоку голос Сонхёна: — Конхо, — названный поворачивается, и сразу взгляд падает на ладонь Сонхёна, которую он протянул. На ней лежало несколько серебристых колец самой разной формы. — Тебе... нравится? Глаза встречаются со взглядом Сонхёна, в котором читается волнение. Конхо ещё раз смотрит на ладонь, а потом на друга и кивает несколько раз для убеждения. Сонхён кивает в ответ и сжимает ладонь, чтобы передать кольца продавщице. В голове Конхо что-то щёлкает, и он снова возвращается к браслетам, высматривая конкретный, который точно подойдёт. И замечает красную ниточку с подвеской в виде лисы. И незамедлительно её берёт, попутно доставая деньги. Сонхён снова обращается к нему, протягивая те же кольца. — Держи. Конхо не успевает среагировать, как в его руке оказываются три кольца. Одно в виде цепи, второе с небольшим крестом, а третье — со звездой. Конхо приоткрывает рот в удивлении, рассматривая подарок. — Это мне? — для убедительности спрашивает, как будто не верится, что друг может сделать что-то подобное. — Мгм. — Сонхён отводит взгляд и пожимает плечами, — тебе же нравятся такие. — Нравятся, — кивает головой. Конхо кладёт их в карман шорт, а в другом нащупывает браслет, который он сам купил. Думал, что отдаст его на вилле, но сейчас момент более подходящий. — Сонхён-а, протяни руку. Сонхён недоумённо смотрит, но просьбу выполняет. Конхо протягивает руки и застёгивает на запястье Сонхёна свой подарок для него, слегка поворачивая руку в разные сторону, чтобы убедиться, что сидит хорошо. Сонхён завороженно наблюдал за действиями друга, а потом усмехнулся, когда заметил подвеску с мордочкой лисы. — Опять лиса. — Руку к лицу ближе подносит, чтобы рассмотреть получше. — Ты на неё похож, — произносит легко, пожимая плечами, как будто это самая очевидная и простая вещь на земле. Конхо не мог объяснить, чем именно на лису похож Сонхён. Просто чувство. Похож и всё. Ассоциация такая. — В китайской культуре она значит мудрость и долголетие, — неожиданно над ними звучит чужой голос. Тётя-продавщица неожиданно вступила в разговор. Сонхён с Конхо с интересом повернулись к женщине. — А в японской — искусство обольщения. Конхо прыскает со смеха. Вот это попадание. Теперь он понимает, почему с лисой такая ассоциация. В шутку, конечно, но доля правды присутствует. Сонхён тоже усмехается и благодарит продавщицу. Они направились к выходу с рынка. — Конхо-я... — снова обращается Сонхён, когда они уже вышли на улицу. Они останавливаются неподалёку от выхода. Совсем рядом был пляж, с которого доносился шум моря. Конхо смотрел на Сонхёна, наблюдая, как золотистые лучи обрамляют его лицо. Кажется, его даже не смутило, что Сонхён обратился к нему ласково, что случается слишком редко. — Спасибо за то, что заботишься обо мне. И за браслет спасибо. Конхо снова заворожен и уничтожен. Потому что Сонхён наконец заметил. Заметил жесты и заботу. И сейчас благодарит за это. А ещё улыбается так аккуратно и нежно-нежно, как улыбается только для Конхо. Ещё чуть-чуть и он расплачется от такой нежности. Прямо навзрыд, прямо с соплями и жалким воем. — Тебе тоже спасибо, — Конхо тихо отвечает, хватая за запястье Сонхёна, за то, на котором висит браслет, и тихонько потирает его большим пальцем. — За то, что заметил и за кольца. Сонхён улыбается чуть шире, перехватывая руку Конхо на секунду, чуть сжимая, а потом отпуская. Этого было достаточно, чтобы бабочки в животе Конхо чуть не проломили рёбра. Улыбка на лице не думала спадать, а внутри всё так сильно скручивалось и сжималось, что чуть не доходило до спазмов. Конхо скоро не выдержит. И он почувствовал, что скоро что-то произойдёт. И поэтому надо брать ситуацию в свои руки по максимуму, чтобы Сонхён стал его как можно скорее. Чтобы он поскорее понял, что никакой «тренировки» и в помине не было.