Железное Сердце

Пробка вылетела из шампанского с громким хлопком под вскрик Пеппер, половина содержимого бутылки тут же пролилась на пол, пока Тони разливал содержимое по бокалам. Улыбаясь своей самой широкой улыбкой, он протянул девушке бокал и сказал: — За Пеппер Поттс, которая сделала мой проект возможным. Ура! Они чокнулись со звонким звуком, и отпили по глотку. Им было что отпраздновать: здание MetLife отныне принадлежало Старк Индастриз. Месяц ушел на то, чтобы согласовать покупку (Тони оказался прав, пришлось накинуть сверху лишний миллиард), и еще полтора, чтобы утвердить все планы с мэрией Нью-Йорка. Такая масштабная стройка в самом центре Манхэттена требовала огромного количества согласований. Несмотря на гениальность и влияние Тони, он не мог просто прилететь и начать перестраивать небоскреб. Проект Старка значительно менял облик исторического района, поэтому требовалось получить отдельное разрешение на структурную перестройку. Именно Пеппер была тем человеком, который «продал» эту идею мэрии. Она провела серию пресс-конференций, позиционируя башню как подарок городу — первый небоскреб на чистой энергии, который станет моделью для будущего развития Манхэттена. В это же время Старк Индастриз взяла на себя огромные расходы по восстановлению города после инцидента на Старк Экспо в Квинсе (что тоже было идеей Пеппер). Это создало отличную репутационную базу, благодаря которой власти Нью-Йорка охотнее пошли на уступки в вопросах зонирования и строительных разрешений. Одним из самых сложных моментов было согласование отключения здания от общей электросети. Тони собирался проложить подводные кабели к своему дуговому реактору, что требовало разрешений не только от мэрии, но и от разных экологических ведомств. Он считал все эти бумажки «необходимым злом», а Пеппер использовала их как инструмент, чтобы превратить тщеславный проект Старка в символ возрождения Нью-Йорка. И именно это они праздновали сегодня, стоя на верхнем этаже небоскреба, с которого город был как на ладони. Постепенно здесь все обтянут строительными лесами, и он наконец сможет начать работу. — Что ты собираешься делать теперь? — спросила Пеппер, делая второй глоток. — Установка реактора на дне Гудзона… Городские власти думают, что это безумие, — Тони взмахнул рукой. — Экологи боятся, что рыбы начнут светиться в темноте. Но когда они увидят счета за электричество, которые упадут до нуля, они придут ко мне целовать кольцо. Или реактор. Что им больше понравится. Пеппер засмеялась. — Первым делом мне надо будет подключить сюда Джарвиса. Без него тут будет совсем одиноко, когда ты уедешь. Ей надо было вернуться в Малибу, чтобы поддерживать дела компании. Тони собирался остаться здесь, начав масштабный ремонт. По его собственным подсчетам, на полную перестройку Башни Старка должно было уйти от 5 до 10 месяцев. Это при учете того, что все пойдет, как надо, и реактор действительно заработает. Он чувствовал себя как ребенок, которому подарили новую игрушку. Что-то типа подарка на Рождество. — Да, пожалуй, — поддержала Пеппер. — Я буду часто прилетать. — Мой самолет всегда к твоим услугам, — галантно взмахнул бокалом Тони. Он оглянулся и прибавил: — Ты видела эти обои в конференц-зале? У меня от них зуд начинается. Кажется, их выбирал кто-то, кто застрял в эпохе диско. Первым делом я велю Джарвису стереть здесь все до бетона. Мы создаем будущее, Пеппер, а будущее не пахнет пылью и старыми контрактами, нет. Старк свободной рукой сделал широкий жест, и на мгновение Пеппер показалось, что она видит сквозь его глаза: как в пустоте зала проступают контуры будущей взлетной площадки и как по стенам бегут голубые всполохи интерфейсов. — Представь, — прошептал он, — прямо здесь будет посадочный узел. Я залетаю на скорости, манипуляторы снимают броню, а ты уже ждешь меня тут, в светлой гостиной с камином. Никаких лифтов и ожиданий. Чистая эффективность. — С камином? — Пеппер изогнула бровь. — Согласен, над дизайном еще поработаем, — улыбнулся Тони. — Джарвис уже начал составлять список покупок для Башни. Первым пунктом там идут… э-э… «беруши для всех соседей в радиусе трех кварталов». Кажется, он намекает, что мои ночные тесты двигателей будут слишком громкими даже для Нью-Йорка. Девушка засмеялась. — Не смей тут все разрушить, я так сильно старалась убедить власти города, что ты будешь паинькой. Он улыбнулся. — Я? Паинькой? Тони сделал глоток и облокотился на парапет, глядя на закат над Гудзоном. В его глазах отражались огни ночного города. — Пеппер, «паинька» — это про парней, которые разводят золотых рыбок и вовремя платят за парковку. А я собираюсь засунуть ускоритель частиц в подвал памятника архитектуры. Давай будем честны: мэрия Нью-Йорка просто еще не поняла, что они выдали разрешение на строительство самой большой в мире игровой площадки. Он на мгновение посерьезнел, но в уголке губ все еще таилась ухмылка: — Обещаю, я не буду ничего разрушать. По крайней мере, до тех пор, пока не решу проверить, выдержит ли панорамное остекление прямой удар Роуди, если он снова решит заглянуть без приглашения. Поттс наблюдала за ним с легкой улыбкой, попивая шампанское. Она подошла к нему и провела рукой по лицу. — Я уверена, что ты справишься. Если не ты, то никто другой. Тони абсолютно влюбленными щенячьими глазами посмотрел на нее, пытаясь мысленно передать ей, насколько он благодарен за такую поддержку и веру в него. — О, чуть не забыл, — вдруг вспомнил он и запустил руку в карман брюк. Достав оттуда небольшую коробочку, Старк протянул ей. — Что это? — в голосе Пеппер смешалось удивление и любопытство. — Открой, и узнаешь, — улыбнулся он. Девушка послушалась, бросив на него еще один взгляд, и откинула крышку коробки. Внутри оказался изящный браслет из палладия. — Тони, какой красивый браслет… — начала было Пеппер, проводя по нему пальцами. Старк взял его из коробки и, мягко взяв ее запястье, начал надевать и застегивать. — Это не просто стильная побрякушка, — пояснил он. — На самом деле это маячок, синхронизированный с моей мастерской. Где бы ты ни была, если этот браслет на тебе — я всегда найду твои координаты. И, — добавил Тони после небольшой паузы, задержав руку Пеппер в своей. — Ты всегда сможешь связаться со мной. На секунду ему показалось, что Поттс прослезилась. Она крепко сжала его руку и потянулась, чтобы поцеловать. Старк ответил на поцелуй, про себя отмечая, что, наверное, не стоит говорить Пеппер, что, при желании, этот браслет мог призвать Марк VII и обеспечить ей безопасность. Он закончил новый костюм, пока продолжались бюрократические разборки по Башне Старка. Все, что Тони задумал, он воплотил в жизнь. Не без помощи Джарвиса, конечно. Это был самый прогрессивный костюм за все время, и он действительно теперь мог призывать его на расстоянии. Пока что на стадии прототипа, все-таки проверенному Марку VI он доверял больше. То самое ощущение нависающей тревоги, которое не покидало его перед встречей с Россом, усиливалось изо дня в день. Он не понимал, почему, но ничего хорошего это точно не значило. Как мог, он отгонял эти ощущения, уверяя себя, что пока беспокоиться не о чем. Отчасти в этом было виновато растущее недоверие к Щ.И.Т.у. Из тех бумаг, что он нашел в ящике, принадлежавшему отцу, было несколько весьма интересных. Пару недель назад Тони сидел в своей лаборатории в Малибу, пока Пеппер согласовывала вопросы с комитетом по зонированию. В полумраке мастерской, окруженный голографическими экранами с разбросанными на них чертежами, документами, моделями. Перед ним в воздухе плавали оцифрованные страницы из старого кожаного блокнота Говарда Старка — пожелтевшие листы, исписанные стремительным, уверенным почерком. — Джарвис, убери шум с нижнего слоя. Там что-то есть под расчетами по энергетическому кубу. — Секунду, сэр. Восстанавливаю скрытые чертежи. Слой формул исчез, и перед глазами Тони развернулась детальная схема огромного судна. Сначала он подумал, что это очередной авианосец, но, когда изображение повернулось, Тони замер. Вместо гребных винтов на корпусе были отмечены четыре массивные турбины. — Подъемная сила на базе инверсии гравитации… — прошептал Тони, увеличивая масштаб. — Год разработки: 1954-й. Он узнал руку отца в каждой линии. Это был проект передвижной базы, способной висеть в небе неделями. Но рядом с чертежом стоял гриф, который Тони видел впервые: «Проект: Ковчег. Только для внутреннего пользования Щ.И.Т.». — Джарвис, сравни это с текущими спутниковыми снимками базы Щ.И.Т. в океане. Ищи аномалии водоизмещения. — Сэр, за последние полгода количество стали, закупаемой Щ.И.Т.ом через подставные фирмы, достаточно для постройки небольшого города. Или… одного очень большого авианосца. Тони откинулся в кресле, глядя на то, как его собственная технология репульсоров, которую он считал венцом своего гения, перекликается с тем, что его отец рисовал еще до его рождения. — Значит, Фьюри не просто собирает «бойз-бэнд», — Тони задумчиво потер подбородок. — Он строит для него огромную летающую сцену. И, судя по расчету мощности турбин, они перегреются через пять минут активного полета. Старик Говард всегда был оптимистом в плане охлаждения. Он провел рукой, сворачивая голограмму, и в его глазах снова вспыхнула та самая тревога. — Запиши, Джарвис: если Фил придет за «консультацией», первым делом спроси его, не боится ли он высоты. Потому что их «Ковчег» — это четырехсотметровый кирпич, который рано или поздно решит познакомиться с гравитацией. Тони увеличил масштаб левой передней турбины. Синие линии чертежа Говарда Старка дрожали, накладываясь на современные расчеты Джарвиса. — Видишь это, Джарвис? — Тони указал на узел крепления лопастей. — Отец использовал здесь стандартную гидравлику. В пятидесятых это было верхом мечтаний, но сейчас это всё равно что пытаться поднять в воздух «Кадиллак» с помощью садового шланга. — Полагаю, мистер Старк-старший рассчитывал на иные материалы, сэр, — вежливо отозвался ИИ. — Он рассчитывал на чудо, а я рассчитываю на физику. Тони встал и начал азартно «разрывать» голограмму руками, выкидывая устаревшие детали в виртуальную корзину. Его пальцы порхали в воздухе, заменяя тяжелые поршни на облегченные композиты и магнитные подшипники. — Давай внесем правки. Добавь сюда систему распределения нагрузки на базе моих репульсоров. Сделаем этот кирпич немного более… аэродинамичным. В течение следующих двух часов Тони полностью переписал энергетическую схему Хеликэрриера. Азарт Тони мгновенно испарился, когда он решил заглянуть глубже в программный код системы управления вооружением. Среди сотен страниц технических спецификаций Джарвис выделил фрагмент, который не имел отношения к аэродинамике. — Сэр, я обнаружил вложенный протокол в системе наведения. Он помечен как «Фаза 2», — голос Джарвиса звучал необычно ровно. — Джарвис, что это за «Фаза 2»? — Сэр, доступ заблокирован протоколом уровня 10. Похоже на проект по модернизации вооружения, но данных о типе энергии нет. Тони прищурился: «Десятый уровень? Фьюри прячет от меня конфеты. Ну ладно. Поиграем в прятки». Голограммы, которые он только что прокручивал в уме, растворились, уступая место мягкому свету закатного солнца, заливающему пустой этаж Башни. Он все еще держал Пеппер за руку. На ее запястье тускло поблескивал платиновый браслет — тот самый маячок, который он надел ей минуту назад. — Тони? — Пеппер внимательно всматривалась в его лицо. — Ты снова это делаешь. Ушел в себя на полуслове. О чем ты задумался? Старк моргнул и моментально нацепил свою самую беззаботную ухмылку, мягко отпуская ее руку. Тревога от воспоминаний никуда не делась, но он не собирался портить ей вечер рассказами о паранойе. — Задумался о том, что Джарвису придется очень постараться, чтобы составить график твоих визитов, — он сделал глоток шампанского, переводя взгляд на панораму города. Старк обернулся к ней, и в его взгляде на мгновение проскользнула непривычная серьезность. — Пеппер, обещай мне одну вещь. Если этот браслет начнет мигать красным… просто нажми на него. Не спрашивай «зачем». Ладно? Она несколько раз моргнула, словно пытаясь что-то прочитать в его глазах. — Обещаю, — серьезно сказала Поттс и протянула ему руку. Такой ответ его устроил. Он взялся за ее руку, и Пеппер увлекла его на середину комнаты. — Потанцуем? — предложила она, оказываясь в его объятиях. — Но… музыка ведь не играет, — вскинул брови Старк. — И? — Пеппер мягко положила руку ему на плечо, выжидающе глядя в глаза. Он усмехнулся и притянул ее чуть ближе. — Справедливо. Тони повел ее в неспешном танце прямо посреди бетонной пыли и разбросанных кабелей. — Знаешь, — прошептал он ей на ухо, когда они медленно закружились, — если об этом узнает пресса, мой рейтинг «плохого парня» упадет до нуля. Миллиардер танцует в пустом здании без камер и свидетелей… — Считай, что это мой секрет, — улыбнулась Пеппер, прижимаясь щекой к его плечу. — Один из многих.