Звездные войны: Глас Императора. Часть III: Война за сосуд

Сообщение пришло в тот момент, когда граф Дуку поправлял перчатку. Движение было маленьким, почти ленивым: большой палец прошел по сгибу кожи у запястья, выровнял край, убрал едва заметную складку. На командной палубе сепаратистского крейсера вокруг него гудели тактические каналы, дроиды перекладывали данные с одного слоя карты на другой, неймодианский офицер флота спорил с процессором наведения, а в дальнем углу два B1 пытались понять, кто из них должен отнести поврежденный блок связи к техникам. Война часто выглядела грязно, шумно и некрасиво. Дуку презирал это почти так же сильно, как ценил результат. Он стоял у голопроектора с прямой спиной, в темном плаще, с серебром волос и лицом человека, которому даже катастрофа должна была сначала получить разрешение войти. На карте перед ним развертывались три линии: республиканская армада, фрагменты флота Морра и передовые группы КНС. Сигналы запаздывали, искажались, рвались на старых маршрутах, но общая картина была понятна. Морр приближался к Хранилищу формы. Республика догоняла. Гривус шел быстрее, чем было разумно. Сидиус ждал. Дуку чувствовал это ожидание даже без связи. Учитель не любил вмешиваться руками, когда можно заставить поле само собрать нужную форму. В этом было величие. И яд. Тактический дроид подошел к столу. - Граф Дуку. Получен пакет от передового передатчика группы генерала Гривуса. Передача частично повреждена. - Вывести. Голограмма дернулась, покрылась помехами, затем выдала две строки. «След найден». «Морр идет к Хранилищу». В командной палубе стало тише. Не потому, что дроиды испугались. У них не было этой роскоши. Процессоры просто перестроили приоритеты, и шум на секунду упал: теперь каждое вычисление касалось одной точки. Дуку смотрел на сообщение. Слова были короткие, грубые, вероятно отправленные уцелевшим дроидным передатчиком почти вслепую. Но даже в таком виде они меняли всю доску. Морр получил след. КНС увидела обрывок. Республика увидит тоже. Сидиус наверняка уже почувствовал. Теперь игра перестала быть охотой за слухом. Началась гонка к двери. - Дистанция до передовой группы Гривуса? - спросил Дуку. Тактический дроид мгновенно ответил: - Двадцать девять минут стандартного гиперперехода с учетом нестабильной линии. До предполагаемого сектора Хранилища - один час сорок три минуты, если использовать рискованный коридор через гравитационный карман. Неймодианский офицер побледнел сильнее обычного. - Граф, этот коридор не рассчитан на крупный корабль. Дуку посмотрел на него. Офицер тут же добавил: - Но при необходимости мы, конечно, можем рассчитать... - Нет, - сказал Дуку. - Вы не поведете этот крейсер через карман, который может разорвать двигатель на три части. Подготовьте мой личный корабль и два легких эскорта. Тактический дроид повернул голову. - Вы намерены покинуть основной крейсер? - Я намерен успеть туда, где решается исход операции. - Протокол безопасности КНС рекомендует... Дуку поднял руку. Дроид замолчал. Не из вежливости. Его голосовой модуль сдавило Силой ровно настолько, чтобы процессор понял новую структуру разговора. - Протокол безопасности КНС, - произнес Дуку мягко, - составлен для существ, которые считают себя ценными потому, что умеют избегать риска. Я отношусь к другой категории. Он отпустил дроида. Тот сделал короткое механическое движение, почти похожее на поклон. - Приказ принят. Неймодианский офицер поспешно начал отдавать команды. На карте личный корабль графа выделился отдельным знаком. Эскортные фрегаты запросили допуск к ускоренному запуску. Внизу, в ангарах, завыла тревога. Дуку слушал этот шум и думал о Морре. Не о легенде. Не о древнем звании. О человеке, который нес это звание так, будто оно весило больше собственной жизни. Морр раздражал. С первой встречи через доклады, ритуальные следы и отголоски в Силе он раздражал Дуку почти физически. В нем была сила, да. Но сила сама по себе не вызывала у графа ни зависти, ни страха. Он видел сильных. Убивал сильных. Обучал сильных. Сидиус был сильнее большинства живых существ, и Дуку знал это не по слухам. Морр раздражал другим. Он не доказывал право. Он исходил из него. Дуку всю жизнь строил себя. Род, дисциплина, дуэльная школа, Орден, разочарование в Ордене, уход, графский титул, тайное имя Тиранус, война, планы Сидиуса, собственная гордость, собственная ясность. Каждая ступень требовала усилия. Каждая давала форму. Он любил форму. В ней была честность клинка. Морр же шел как должность, которую древние системы узнавали прежде человека. Флагман признавал его. Командный отклик признавал его. Фрагменты Вечного флота начинали строиться вокруг него. И все это происходило не потому, что он победил лучших, убедил сильнейших или завоевал Сенат. Он был Гласом. Функцией воли Валкориона. Линией приказа, пережившей века. Дуку находил это почти непристойным. И, что было хуже, опасно величественным. Голоканал ожил. Гривус появился в синем мерцании, наклонившись слишком близко к передатчику. За его спиной мелькали красные сигналы, бегали дроиды, дрожала карта с отметками фрегатов и носителей. Один край плаща генерала был обожжен. Похоже, он успел побывать слишком близко к передовой, что никого не удивляло. - Граф, - прорычал Гривус. - Передатчик подтвердил. Морр нашел путь. - Я видел. - Тогда дайте мне разрешение на полный штурм. - Нет. Гривус замер. Его глаза вспыхнули желтым. - Нет? - Вы услышали верно. - Он уходит к Хранилищу! - Именно поэтому вы не будете превращать внешний сектор в груду горящих обломков раньше, чем мы поймем, куда бить. Гривус ударил кулаком по консоли. Голограмма дернулась. - Каждый раз, когда мы ждем, он получает новую древнюю игрушку. Сначала флагман. Потом ремонт. Потом копья. Теперь Хранилище. Может, вы хотите дождаться, пока его Император выйдет и пригласит нас на церемонию? Дуку слегка улыбнулся. - Ваш сарказм улучшается, генерал. Почти жаль, что стратегия отстает. Гривус зашипел. - Я могу ударить по его копьям. Вывести строй из равновесия. Абордажные капсулы готовы. Поля подавления готовы. Если Морр хочет войти в Хранилище, он будет делать это через моих дроидов. - Вот это уже ближе к разумному предложению. - Значит, разрешение? - Частичное. Вы атакуете внешний строй. Вы вынуждаете Морра реагировать. Вы не наносите удар по центральному следу Хранилища без моего сигнала. Если вы разрушите след, который нужен нам для входа, я лишу вас возможности встретиться с Морром лично. Эта угроза подействовала лучше любой пытки. Гривус ненавидел Морра уже достаточно, чтобы ненависть стала частью плана. Дуку видел это по тому, как генерал замолчал: не подчинился, а начал считать. - Вы хотите выманить его, - сказал Гривус. - Да. - Из охранного строя? - Да. - Для себя. Дуку смотрел на него спокойно. - Для операции. Гривус рассмеялся скрежетом. - Вы хотите дуэль. - Я хочу понять, что именно стоит между нами и Хранилищем. - У Морра есть горло. Там все просто. - У Морра есть флагман, семь копий, стражи, Рыцари Закуула, ритуалисты, джедаи за спиной, Республика на фланге и древнее право, на которое реагирует сама дорога. Если вы видите только горло, генерал, вы снова проиграете коридор до того, как войдете в него. Гривус склонился ближе к голограмме. - Я не проигрываю коридоры. - Вы уже проигрывали двери. На секунду в командной палубе стало почти приятно тихо. Гривус не взорвался. Это было хуже. Он стал собраннее. - Прикажите, граф. Дуку почувствовал удовлетворение. Вот за это он ценил Гривуса, несмотря на всю его металлическую грубость. Генерал мог быть яростным, но в нужный момент принимал форму удара. - Передовая группа отступит на видимую дистанцию и сделает вид, что потеряла темп. Затем вы выпустите ложные капсулы к копьям, но не к флагману. Пусть древние корабли откроют протокол охраны. Когда Морр начнет удерживать строй, вторая волна пойдет к ритуальному сектору внешней дуги. Не для разрушения. Для угрозы. - Он выйдет защищать. - Возможно. Если выйдет Вейр или стражи, вы срежете их. Если выйдет Морр, вы удержите его до моего прибытия. Гривус оскалился. - Удержу? - Попробуете пережить. - Я убью его. - Потом расскажете. Голограмма Гривуса дернулась от очередной перегрузки мостика. Где-то за его спиной прозвучал взрыв. Генерал даже не повернулся. - Я подготовлю поле, граф. Но если Морр окажется передо мной раньше вас... - Вы сделаете все, чтобы не умереть красиво. Гривус отключился без поклона. Дуку посмотрел на пустое место голограммы и позволил себе короткую усмешку. - Варвар. Тактический дроид рядом осторожно спросил: - Следует ли передать дополнительные ограничения генералу Гривусу? - Нет. Он услышал достаточно. Лишние ограничения он воспримет как вызов и нарушит из принципа. - Принято. - Подготовить мой корабль. И открыть личный защищенный канал. Дроид склонил голову. - К закрытому адресату? Дуку повернул к нему голову. - Да. Больше дроид не спрашивал. Органические офицеры, допущенные сюда, давно знали, какие слова лучше пропускать через себя без задержки. * * * Сидиус ответил не сразу. Это тоже было сообщением. Дуку стоял в личной каюте корабля, уже переодетый для боя. Плащ лежал на кресле. На поясе висел изогнутый световой меч. За прозрачной бронестеной каюты двигались огни ангара: техники готовили его корабль, дроиды загружали боевые расчеты, два фрегата сопровождения выводились из доковой фиксации. На столе стояла открытая карта сектора Хранилища. Рядом - металлическая пластина с Морабанда, темная по краям после последнего ритуала. Голограмма Сидиуса возникла в центре комнаты без предупреждения. Капюшон скрывал лицо, но не скрывал внимания. - Граф. - Учитель. Дуку поклонился ровно настолько, насколько требовала форма. Сидиус заметил. Разумеется, заметил. - Вы получили след. - Обрывок. Достаточный, чтобы понять направление. Морр закрепил внешнюю дугу. КНС и Республика увидят сектор в течение ближайшего времени. Джедаи уже активны. Семь копий Вечного флота сопровождают флагман. - Временный строй, - сказал Сидиус. - Они еще не принадлежат ему. - Они и не должны принадлежать ему. Он не считает их своими. - Ах да. Верный слуга. Глас. Священная цепь. В голосе Сидиуса появилась тонкая насмешка. Дуку не позволил ей затронуть лицо. - Его верность делает его устойчивым. - Его верность делает его удобным. Он идет туда, куда должен. Он откроет путь, потому что не умеет не открыть. Дуку смотрел на скрытое лицо учителя. - Вы уверены, что он не почувствует вмешательство? - Он уже почувствовал край. Дуку помолчал. Значит, Сидиус пытался коснуться следа. Значит, Морр отогнал его. Учитель не сказал этого прямо. И именно поэтому Дуку услышал яснее. - Он силен, - произнес граф. - Не произносите это так, будто открыли истину, - прошипел Сидиус. - Морр опасен. Валкорион опаснее. Но опасность можно направить. Важна не грубая сила, а момент. - Момент крови приказа. Голограмма чуть наклонилась. - Вы поняли. - Частично. - Достаточно для вашего участия. Дуку улыбнулся почти незаметно. - Вы хотите, чтобы я ранил Морра до последнего порога. - Я хочу, чтобы вы проверили, как глубоко его должность связана с телом. Кровь Гласа будет ключом. Если кровь ослабить, загрязнить, заставить нести чужую ноту, дверь на миг даст трещину. - А если Морр умрет? Сидиус ответил сразу: - До открытия - плохо. После открытия - безразлично. Дуку провел пальцами по краю стола. Вот она. Форма отношения. Сидиус говорил о Морре как о ключе. Морр говорил о себе как о линии приказа. Валкорион, если вернется, вероятно, посмотрит на собственного Гласа с той же холодной оценкой: полезен, верен, заменим или нет. Слуги древних Императоров отличались друг от друга одеждой, школой, именами. Суть могла оказаться неприятно похожей. - Вы желаете, чтобы я вступил с ним в бой, - сказал Дуку. - Я желаю, чтобы вы заставили его платить вниманием. Гривус создаст хаос. Республика будет мешать. Джедаи будут пытаться защитить то, что сами хотят остановить. Вы приблизитесь к Морру, когда он выйдет из полного строя. - И введу яд. Сидиус засмеялся тихо. - Вы слишком буквально думаете о яде. Иногда яд - слово. Иногда сомнение. Иногда рана, которая заставляет кровь течь не там, где ее ждут. - Морр не похож на человека, которого легко поколебать словом. - Тогда используйте клинок. В этом вы, граф, пока еще полезны. Пока еще. Слова легли без нажима. Дуку принял удар внутри. Лицо осталось спокойным. - Я встречусь с ним. - Встретитесь. Но не позволяйте гордости вести вас впереди плана. - Гордость - не всегда слабость, учитель. - Ученик говорит это обычно перед тем, как доказать обратное. Дуку поднял взгляд. - А учитель обычно говорит так, когда уже решил, что ученик станет расходным материалом. Тишина стала плотной. Голограмма Сидиуса дрогнула, но связь не прервалась. В комнате стало холоднее. Не от систем кондиционирования. Сила вокруг проектора потемнела, будто через канал протянулись невидимые пальцы. - Осторожнее, граф, - сказал Сидиус мягко. Вот теперь в голосе был настоящий яд. Дуку поклонился снова. - Я осторожен именно поэтому. Сидиус молчал несколько секунд. Затем хрипло рассмеялся. - Хорошо. Очень хорошо. Пусть встреча с Морром напомнит вам, кем вы стали, покинув Орден. Докажите, что вы больше, чем старый джедай с титулом и красивой техникой. - А если Морр скажет мне то же самое? - Тогда убейте его после того, как он откроет дверь. Связь погасла. Дуку остался один. Долго стоял неподвижно. Затем ударил ладонью по голопроектору. Не разбил. Просто выключил остаточный свет. - После того, как он откроет дверь, - повторил он тихо. В словах не было вопроса. Только понимание. Сидиус использовал всех. Это не было новостью. Дуку сам слишком давно согласился быть тем, кто использует и кого используют, пока получает возможность перестроить галактику. Он презирал слабость Республики. Презирал разложение Ордена, его лицемерную слепоту, его готовность воевать армией выращенных людей и при этом продолжать говорить о мире. Он выбрал сторону, которая хотя бы не прятала власть за мягкими словами. Но Сидиус тоже прятал. Лучше всех. За канцлерской мягкостью. За войной. За Правилом двух. За обещанием будущей Империи. И теперь на доске появился Валкорион. Император, который пережил века и для которого линия Бэйна могла быть такой же временной ошибкой, как для Сидиуса сам Дуку. Между двумя Императорами ученик мог стать мостом. Или щепкой под сапогом. Дуку подошел к столу и коснулся пластины Морабанда. Металл был теплым. Он не собирался просить духов о помощи. Духи древних ситхов были плохими советчиками. Они принимали собственные поражения за мудрость, а ненависть - за ясность. Но иногда мертвые говорили правду, потому что живых уже некому было обмануть. Он провел пальцем по знаку. Свет в комнате стал красным. Воздух запах пеплом и сухим камнем. Дуку закрыл глаза и позволил Силе пройти через пластину. Морабанд откликнулся не местом, а памятью: гробницы, песок, черные входы, голоса под камнем, древние владыки, которые цеплялись за имена, давно потерявшие страх. Среди них был один след, найденный после поисков Сидиуса: не слуга Валкориона, не его союзник, а враг, переживший собственное тело настолько плохо, что от него осталась только жесткая ненависть к Вишейту. Комната изменилась. Дуку стоял уже не в каюте. Под ногами был темный песок. Над головой - мертвое красное небо. Впереди поднималась разбитая арка, на которой горели знаки старой ситхской войны. Внутри арки стояла фигура, сотканная из пепла, треснувшей брони и пустых глазниц. Голос ее прозвучал шепотом тысячи сухих листьев. - Ученик Бэйна. Дуку не сдвинулся. - Древний остаток. Фигура рассмеялась. - Гордый. Красивый. Изгнанный. Купленный. Клинок Дуку вспыхнул в руке. В этом видении меч ощущался так же реально, как в бою. Изогнутая рукоять легла в ладонь, алое лезвие провело тонкую линию света. - Осторожнее. - Ты пришел за Вишейтом. - За знанием. - Одно и то же для тех, кто еще верит, что знание можно держать чистыми пальцами. Дуку сделал шаг вперед. - Морр ведет Валкориона к телу. Что ждет у двери? Дух приблизился. Песок вокруг его ног чернел. - Голод. Воля. Центр, который не знает насыщения. Ты думаешь, твой Сидиус опасен, потому что прячет нож под законом. Вишейт был законом для тех, кого съел. Валкорион красивее. Трон выше. Голос мягче. Смысл тот же: все живое становится материалом формы. - Значит, его нужно остановить. - Ты хочешь остановить? Лжешь. Ты хочешь стоять рядом с тем, кто остановит, чтобы потом сказать себе, что выбирал. Дуку резко ударил. Клинок прошел сквозь духа, но пепельная фигура распалась не полностью. Она собралась сбоку и ударила ответной волной тьмы. Дуку поставил барьер. Песок вокруг взлетел, ударил по лицу, по плащу, по рукам. Он отступил на шаг и тут же вернул шаг, разрезая волну точным движением Макаши. - Ты слишком много говоришь. - Мертвые бедны на развлечения. Дух ударил снова. Теперь не тьмой, а образом. Дуку увидел себя на коленях перед Сидиусом. Потом - Морра на коленях перед Валкорионом. Две сцены наложились друг на друга. Один плащ сменился другим. Один Император - другим. Голоса отличались. Жест был тот же. Служение. Цепь. Дуку разорвал видение яростью. Молния сорвалась с его свободной руки и прошила пепельную фигуру. Дух завизжал, песок вокруг превратился в стекло. Дуку шагнул вперед, клинком прикалывая остаток к арке. - Я не Морр. Дух зашипел прямо ему в лицо: - Да. Он верит. Ты торгуешься. Дуку ударил сильнее. Алое лезвие вошло глубже в пепельную грудь. - Я выбираю. - Между двумя Императорами? - Дух засмеялся, хотя распадался под клинком. - Выбор ученика. Кого предать позже. Кому поклониться меньше. Чью тень назвать будущим. Дуку сжал зубы. - Скажи мне, как ударить по крови приказа. Дух перестал смеяться. Пустые глазницы стали глубже. - Кровь Гласа откроет последнюю дверь, потому что в ней будет не тело, а цепь. Ударь по цепи, не по крови. Заставь его доказать, что он слуга, когда его слуга погибает. Заставь его выбрать между приказом и людьми. Его кровь дрогнет, если должность и человек разойдутся. Дуку не изменился в лице, но мысль вошла остро. Экипаж. Морр называл себя линией приказа. Но он вел живой корабль. И защищал его не только из расчета. Это видели даже враги. Не милосердие. Собственность Императора, инструмент, цепь, военный организм. Но там была привязка. Живая. - Он не откажется от приказа, - сказал Дуку. - Не должен отказаться. Достаточно, чтобы кровь узнала боль. Фигура почти распалась. Дуку убрал клинок. - А Валкорион? Пепел поднялся в последнюю тень. - Если он войдет в тело, все ваши маленькие цепи зазвенят. Бэйн. Республика. Орден. КНС. Ученик. Граф. Канцлер. Глас. Он услышит каждую и решит, какая нужна. - А ты? - Я давно не нужен. Дух рассмеялся и рассыпался стеклянной пылью. Дуку открыл глаза в каюте. Пластина Морабанда треснула пополам. В углу сработала пожарная система, потому что край стола тлел. Дуку одним движением погасил дым Силой, затем медленно убрал световой меч на пояс. Слова духа остались. Заставь его выбрать между приказом и людьми. Это было грязнее, чем дуэль. Эффективнее, чем дуэль. И почему-то оскорбительнее. Дуку не любил грубое давление на заложников, хотя война давно стерла разницу между тактикой и мерзостью для тех, кто смотрел со стороны. Но Морр не был обычным противником. Его невозможно было просто оскорбить, заманить честью или запугать потерями. Нужно ударить по цепи. Дуку подошел к окну. Его корабль уже был готов к вылету. Внизу, в ангаре, дроиды двигались рядами. Слишком много металла. Слишком мало живого достоинства. Когда-то он хотел другой армии. Другой войны. Другой галактики. Теперь стоял на борту сепаратистского крейсера, говорил с мертвыми ситхами, получал приказы от скрытого Императора и собирался остановить слугу другого Императора, чтобы третий вариант будущего не возник без его участия. И все же выбор оставался. Не чистый. Не красивый. Но его. Он включил канал. - Командиру эскорта. Выход через четыре минуты. Передать генералу Гривусу: начать отвлекающую атаку на фланг копий. Главные капсулы держать до моего сигнала. Тактический дроид ответил: - Принято. Формулировка для генерала Гривуса? - Скажите ему, что Морр должен выйти из строя живым. - Генерал может выразить несогласие. - Тогда добавьте, что без этого он получит только обломки, а не противника. - Принято. Дуку на секунду задумался. - И подготовьте отдельный узкий канал к флагману Морра. - Прямое сообщение врагу? - Да. - Содержимое? Дуку посмотрел на серую карту Хранилища. - Передайте: «Граф Дуку предлагает встречу у внешнего обломочного кольца до того, как Гривус превратит сектор в бойню. Глас Валкориона может прийти сам или позволить машинам говорить за себя». Дроид обработал фразу. - Сообщение содержит провокационный элемент. - Я рассчитываю на это. - Принято. * * * На «Гласе Императора» сообщение Дуку приняла Нела. Она подняла голову от консоли с таким выражением, будто канал связи оскорбил ее профессионально. - Глас. Прямой узкий пакет от КНС. Источник маскируется, но почерк сигнала совпадает с линией Дуку. Варр повернулся. - Содержимое? Нела вывела текст на командный стол. Морр прочитал. Лаэн, стоявшая рядом с инженерным планшетом, фыркнула: - «Может прийти сам или позволить машинам говорить за себя». Какой вежливый яд. Аркс: - Вероятность провокации - девяносто восемь процентов. Лаэн посмотрела на потолок. - Спасибо, Аркс. Без тебя мы бы приняли это за приглашение на ужин. Варр стоял спокойно, но его взгляд стал жестче. - Дуку хочет отделить вас от флагмана. - Да. Рейд, находившийся у двери мостика, сразу сказал: - Это ловушка. - Да. - Тогда нужно отправить меня и ударную группу. Морр посмотрел на него. - Дуку вызвал не тебя. - Именно поэтому. Варр вмешался: - Если вы пойдете, флагман потеряет центральную фигуру в момент, когда Республика и КНС сближаются. Если не пойдете, Дуку может ударить по внешней дуге через Гривуса и вынудить нас реагировать хуже. Нела добавила: - Его корабль уже вышел из основной группы. Два легких эскорта. Гривус перестраивает передовые капсулы. Похоже, вызов связан с атакой. Иллар через канал сказала: - Дуку знает о крови приказа? Морр не сразу ответил. Вопрос был острым. Дуку мог знать через Сидиуса. Сидиус мог узнать через ритуальный обрывок, через мертвые ситхские источники, через собственную попытку коснуться следа. Точных доказательств не было, но поведение графа слишком точно совпадало с угрозой третьему ключу. - Он знает достаточно, чтобы пытаться ударить по цепи, - сказал Морр. Сорр буркнул из медблока: - Перевод для людей без мистической трагедии: он собирается бить туда, где больнее. Лаэн сложила руки. - Вопрос: мы позволяем аристократичному ситхскому бывшему джедаю выбирать нам поле? Морр посмотрел на карту. Дуку приближался к внешнему обломочному кольцу. Гривус перестраивал капсулы. Республика сокращала дистанцию. Семь копий держали строй. Хранилище ждало третий ключ. Если Морр проигнорирует вызов, Дуку ударит через Гривуса по ритуальным группам или по копьям. Если Морр выйдет, он заберет на себя внимание графа и, возможно, узнает, как глубоко Сидиус уже пустил яд к двери. Кроме того, был еще один слой. Дуку был не Гривус. Его нельзя было оставить на фланге как шум. Граф нес школу, гордость, темную сторону, связь с Сидиусом, старую джедайскую форму, ситхскую дисциплину. Он стоял между чужими Императорами и пытался убедить себя, что выбирает. Такой человек мог стать опаснее армии, если вовремя не сломать его уверенность. - Варр, флагман сохраняет курс к внешней дуге. Копья в охранном строю. Главный массив в готовность, но не раскрывать. Нела, держи Дуку на канале и режь все боковые хвосты. Рейд, Вейр - со мной. Иллар остается на флагмане. Иллар резко сказала: - Глас... - Третий ключ впереди. Ты нужна здесь. Сорр тут же сказал: - Удивительно разумное решение. Я почти плачу. - Доктор, ты тоже остаешься. - Я уже перестал плакать. Рейд шагнул вперед. - Сколько стражей? - Четверо. Остальные держат узлы. Дуку хочет видеть, что я вышел из строя. Пусть увидит достаточно, чтобы поверить, и мало, чтобы понять все. Варр кивнул. - Челнок? - Нет. На мостике стало тише. Морр повернулся к обзорному экрану, где серые обломки внешнего кольца висели у края Хранилища. - Ближний переход через копье-свидетель. Пусть Дуку увидит, что флот не просто сопровождает меня. Аркс сообщил: - Единица-свидетель способна открыть малый командный мост к внешнему обломочному кольцу. Риск средний. Возврат возможен только при сохранении строя копий. Лаэн медленно сказала: - Конечно. Мы теперь ходим на встречи через древние корабли, потому что обычные челноки слишком скучные. Морр посмотрел на Рейда. - Готовь группу. Рейд надел шлем. - Уже. Варр подошел ближе к командному столу. - Глас. Дуку не Гривус. Он не будет бросать силу впустую. - Знаю. - Он будет говорить. - Да. - И бить словами по тому, что считает вашей цепью. Морр посмотрел на капитана. - Тогда он узнает, что цепь Валкориона не рвется от слов ученика. Варр коротко склонил голову. - Флагман будет держать путь. Морр ответил: - Держи его так, будто Император уже смотрит. Капитан выпрямился. - Да, Глас. Через несколько минут древний корабль-свидетель сдвинулся из правого строя и открыл узкий золотой контур. В пространстве перед ним возникла тонкая линия, ведущая к внешнему обломочному кольцу. Где-то там Дуку уже шел навстречу. Не как солдат Гривуса. Не как простая рука Сидиуса. Как граф, который решил доказать, что между двумя Императорами еще есть место для его собственного клинка. Морр вошел в переход вместе с Рейдом, Вейром и стражами. За спиной у него флагман продолжал путь к Хранилищу. Впереди ждала дуэль, которая должна была начаться с разговора и закончиться кровью.