Катализатор

      Красный фонарь.       Какое ироничное название. Когда-то целые улицы красных фонарей были воротами в другой мир — наслаждения, желания, тайн, веселья и спокойствия одновременно, словно глоток свежего воздуха после долгой серости обычной и ничем не примечательной жизни. Жрицы любви, яркие цвета, прекрасные запахи, сладости, легкий туман в глазах — утопание в грехе, в котором так отчаянно нуждался человеческий разум.       И теперь это место, несущее в себе отголосок тех мест и тех эпох, но с несколько иным предназначением. Здесь не получали наслаждение. Здесь его — создавали.       Сегодня был особенный день. Студия гудела, ибо шел активный кастинг на новый проект, что нес в себе необычное и несколько пугающее название — «Кровавый ритуал». Зоя Радзинская относилась к тому типу режиссеров фильмов для взрослых, для которой секс не первостепенная вещь в фильме, а только процесс, несущий по сложному сюжету и смыслу через простые и, хах, привычные движения тел, звуков шлепков и звонких стонов. Это тебе не Доктор Джамп, которому важно показать самый наигрубейшее порево под крики по децибелам как двигатель самолета и ускоренное в два раза для людей с низким порогом вовлечённости.       Кастинг проходил на роль «Верховной жрицы» в проекте. Роль требовала не только сексуальности, но и хорошей пластики, харизмы и работы с… бутафорской кровью.       Джейн Фиолу пригласили одной из первых. Она ворвалась в гримерку как ураган. Ее присутствие — это всегда всплеск эмоций у многих ее коллег, чего сама Фиола не стеснялась. Ей в целом нечего стесняться. Пышные черные волосы, укрепленные слоем лака, карие глаза, накачанные губы столь сильно, что считались чуть ли не отдельным аксессуаром; классические «песочные часы», грудь четвертого размера, осиная талия, да бедра, что ходили ходуном при каждом шаге. На левом бедре татуировка кобра, раскрывающая пасть в угрожающем оскале. Влажная фантазия любого подростка и мужчин за сорок-пятьдесят.       За ней семенила худенькая ассистентка по имени Кристи, что тащила стакан латте с кокосовым молоком в одной руке и сумку с дополнительным инструментарием в другой, попутно этой же рукой активно что-то листая на смартфоне.       Зоя, женщина пышных форм и перепрыгнувшая порог в полвека, стояла с зажатой в зубах сигаретой. На голове светлые волосы собраны в слегка небрежную гульку. Со стороны может показаться, что она в типичном деловом костюме, но стоило повернуться передом, как становилось понятно, что женщина не любит надевать что-либо под пиджак вообще.       — О, Джейн пришла, — буркнула женщина, заметив ворвавшуюся на площадку Джейн, что быстрой походкой приближалась прямо к сцене. Хотя не сказать, чтобы она опаздывала. — Майк! Готовься!       — Зоя, я готова! — сходу, без приветствия, звонко подала голос Джейн, на ходу сбрасывая с себя тяжелую меховую накидку. Та небрежно упала около выделенного для девушки стула. Кристи кое-как дотащилась до этого места, поставила латте на столик и принялась поднимать одежду. К тому моменту Джейн успела остаться в одном кружевном белье. — Без лишней возни, дорогая. У меня через два часа еще съемка у Джампа.       Режиссер, пыхтя сигаретой, кивнула операторам.       — Сценарий видела?       — Пробежалась глазами, — Джейн выхватила из рук Кристи ярко-красную помаду, ловким движением и без зеркала пройдя по губам. Получилось идеально, ведь делала это уже в десятитысячный раз. — Жрица, ритуал, жертва… а-а, минет, потом наездница. Кровь, пластика, загадочность. Верно?       — Верно, — без злобы процедила Зои.       Партнером на тестовых съемках выступил Майк. Крепкий парень, не самой идеальной внешности, но как тестовый вариант — сойдет. Он, одетый в какую-то тряпку, лежал на деревянной платформе, имитирующей ритуальный алтарь. А запястья оказали пристегнуты кожаными ремнями. Его роль — просто лежать и, в каком-то смысле, получать удовольствие.       — Расслабься, сладкий, — наигранно шепнула Джейн, пробежав пальцами по его груди. Тот нервно усмехнулся.       — Мотор! — скомандовала Зоя. Хлопушка издала громкий щелк, а свет сделали менее интенсивным.       Движения Джейн были резкими, уверенными, как у хищницы. Натренированное годами порно тело — все максимально отточено. Она взяла Майка за подбородок, уделив небольшое мгновение, дабы показать властность жрицы. Затем наклонилась, оставив след от помады на его щеке.       Столь же резко она спустилась ниже, сорвав тряпку с его таза. Неплохой, «рабочий» инструмент, уже полувозбужденный — Джейн умела заводить с полуслова. Не теряя ни секунды, она решительно взяла в рот, нарочито громко, с присвистом, закатывая глаза к потолку. И издала довольный низкий стон, что глухо разнесся по наступившей тишине на площадке. Майк закрыл глаза, возможно, чтобы не сбиться и контролировать дыхание.       Джейн работала как поршень — агрессивно, глубоко, с характерными звуками влажных всхлипов. Ускорялась, резко сбрасывая обороты и, высвободив рот, шептала с одышкой:       — Вот так, хороший мальчик~. Покажи мне, как ты любишь нашего бога~.       По условному сигналу Джейн пришлось остановиться. Ассистент полил ее грудь и живот бутафорской кровью. Теплой, вязкой, с запахом карамели. Джейн провела ладонями по себе, размазывая по себе, подносила пальцы ко рту, облизывая и обсасывая с небывалым наигранным аппетитом.       Она забралась на партнера сверху, насаживаясь грубо и властно, будто седлала дикого жеребца. Ее крики наполнили павильон — громкие, фальшивые, но продуманные, опытные в какой-то мере. Скакала по бедному мальчику как ковбой на родео, хлопая бедрами по его ногам и размахивая буферами перед носом. И все это выглядело скорее атлетично, чем эротично. И тем не менее, Джейн знала свое дело и исполняла его ровно так, как делала это раз за разом — показать дикую страсть всем своим нутром, что ей хорошо, что она вот-вот взорвется от наслаждения. Хотя внутри зияла пустота. Не более чем отработанный рефлекс, надрессированное тело.       — Стоп! — прозвучала команда Зои, когда Джейн начала немного выдыхаться. Та замерла, тяжело вздымая грудь. — По пластике — неплохо. Но орать так, будто тебя режут — не надо. Жрица — это таинственность. Это священность в каждом движении. Мрак и мистика. Понятно?       — Понятно, — Джейн ловко соскользнула с Майка, поправив пышную прическу.       — Свободна. Можешь посидеть, посмотреть, если хочешь. Принесите ей полотенце. Майку тоже. Майк! Отдыхай! У тебя двадцать минут, чтобы прийти к исходной позиции!       — Есть, мэм, — Майк тежяло поднялся, когда подоспевший ассистент принялся его отстегивать.       Джейн деловито накинула свой мягкий розовый халатик, который Кристи заблаговременно подготовила. Та же побежала подбирать оставленное на сцене белье.       Двадцать минут спустя в павильон забежала одна из ассистенток, коротко сказав: «Она пришла». Зои кивнула.       Следом зашла женщина. Длинный черный плащ с капюшоном, под которым угадывалось стройное тело в облегающем трико. Но не столь пышное по формам, как Джейн, более простое, сбалансированное, как бы некоторые выразились. В руках небольшая сумка, никаких помощников. Но не это было главным. Взгляд каждого присутствующего в павильоне был устремлен на ее лицо. Вернее, на маску.       Голову полностью, без единой выбивающейся пряди волос покрывала латексная маска с открытой треугольной областью рта и крыльев носа. На фоне черноты латекса и бледноты кожи выделялись яркие пухлые губы, украшенные алой помадой. Не накачанные, а именно естественно пухлые, сочные. Казалось, сожмешь их, и из них польется сок, как из переспевших вишен. Маска прикрывала и глаза, но Джейн заметила в их области мелкую сетку.       С момента ее появления в павильоне воздух словно бы изменился. Он стал… тяжелее. Словно постепенно застывающее желе. Джейн помахала воротом халата, ощущая легкую духоту. Кристи рядом с ней затаила дыхание. И только Зои будто оставалась неизменной.       — Ви… отлично, — режиссер будто хотела поприветствовать пришедшую, но осеклась, принявшись судорожно перелистывать свою копию сценария.       Данная особа носила максимально вульгарный псевдоним — «Госпожа Ви». Весь образ кричал, что это настоящая доминатрикс. Одна из Восставших из ада в мире порноиндустрии. Та, о ком не знает никто и ничего и одновременно все и сразу.       — Переоцененный пиар, — шепнула себе Джейн, потягивая кофе.       Движения Ви были бесшумны. Ее фигура позволяла носить высокие каблуки и оповещать о себе задолго до того, как образ попадет в поле зрения желающего. Но простые лодочки давали ей возможность не идти, а словно плыть по этому отяжелелому воздуху.       — Майк, готов?! — крикнула Зои, нарушив наступившую в павильоне тишину. Все вдруг заметно напряглись, принялись делать вид, что очень заняты своей работой.       Майк коротко кивнул. Его принялись по новой пристегивать к «алтарю».       — Ви, по сценарию, но импровизация приветствуется. В рамках. Вперед, — коротко сообщила Зои, стоило Ви оказаться от нее недалеко. Та молча кивнула, поставила сумку на свой стульчик. Из всей одежды Ви стянула только леггинсы и сбросила лодочки, все еще оставшись в плаще. Она молча двинулась к алтарю так, будто уже играла. Зои поспешила шикнуть на оператора:       — Мотор…       Легкой, но медленной походкой, просчитывая каждый шаг перед собой, Ви приближалась. На середине пути она скинула плащ, оставшись лишь в одном нижнем белье. Темном и элегантном в своей простоте. Медленно обошла алтарь, от изголовья, к ногам и к середине с другой стороны, как богатая женщина, осматривая дорогую коллекцию одежды. Неспеша, проникаясь моментом.       Ви подошла ближе и провела пальцами от ключицы партнера до середины живота, едва касаясь его кожи. Из горла вырвался тихий низкий гул, который пробирал до мурашек. Под этот бессвязный напев Ви взяла миску с бутафорской кровью со вспомогательного столика. Опустила в жидкость пальцы, окрашивая в алый, подобно своим губам.       От резкого взмаха руки на партнера полетели капли крови. Всплеск краски остался на теле множеством крохотных капелек, отчасти опавших, оставляя за собой красноватые дорожки. Ви принялась шептать что-то, схожее на молитву темным богам, пока ее пальцы чертили на теле партнера странные знаки. Майк вздрагивал от каждого прикосновения. И вскоре все заметили, как ткань набедренной повязки постепенно поднималась все выше, чуть изгибаясь и натягиваясь. Близость, томная, почти гипнотическая аура Ви влияла на всех окружающих. Джейн услышала шумное тяжелое дыхание своей ассистентки, как женщины рядом то пытались обнять себя, то со стыда натягивая сильнее одежду. Даже Зои дышала глубже, а ее груди поднималась быстрее. Джейн прикусила губу, чувствуя странное, тянущее давление в груди.       Госпожа Ви двинулась к низу Майка. Резким движением, заставив весь павильон отчего-то вздрогнуть, она обнажила достоинство партнера, подрагивающее и почти готовое. На мгновение девушка замерла, лицезрея данную картинку. И словно ведьма, не касаясь, а только подняла руку и, сделав легкий пас вверх, как по волшебству заставила подняться его выше и отвердеть полностью. Кристи шумно охнула.       Ви медленно, очень медленно, опустилась к его паху. Глубоко, почти нежно, обхватывая его губами. Язык плавно двигался, обводя головку, мягким движением задевая уздечку, спускаясь по венке и возвращаясь обратно. Она не спешила. Каждый ее заглот сопровождался тихим, влажным звуком, без громких стонов. Тишина, лишь дыхание обоих (и окружения) и этот ритмичный медитирующий звук.       Эту тишину резко нарушил Майк. Он застонал. По-настоящему, не наиграно, звук сорвался с его губ, а следом раздался треск дерева от того, что мужчина дернул рукой. Будто в желании вырваться из пут, но не понимая, чего именно ему хочется.       Ви не останавливалась, водила окровавленными руками по его животу, стирая старые знаки и вырисовывая новые, более крупные, протяжные. Майк дернул коленями и заметно затрясся, ощущая приближение к грани. В этот момент Ви остановилась, поднимаясь над партнером.       Ловкое движение, будто Ви нажала на невидимые кнопки на бюстгальтере и трусиках, внезапно обнажило ее. Белье упало где-то рядом.       Она забралась на него сверху, постепенно опускаясь. Ее бедра двигались как волны — круговые, плавные, без резких толчков. Тело извивалось подобно змее, и до сих пор публика не услышала ни единого стона из ее уст. Только слегка шумное дыхание. Измазанные в крови руки водили по ее губам, по ее шее, груди, животу. Джейн казалось, что эта женщина буквально питалась своим партнером. Не плотью, а желанием, эмоциями, ощущением, которое он испытывал от каждого толчка, оттого ее тело извивалось сильнее. Сдержанный вздох, едва слышимый стон — горловой, как у зверя, насыщающегося своей пищей. Кровь стекала по ее подбородку, капала на грудь Майка, смешивалась с потом. В какой-то момент Ви наклонилась и слизала несколько капель у его соска. Майк уже даже не стонал, а откровенно выл. Его таз двигался навстречу, хотя Ви явно контролировала ритм и сама решала, когда ускориться, а когда замереть. Джейн лишь заметила, что правая рука Ви уперлась в ее лобок. Не лаская, а словно сдерживая.       Даже когда ее партнер кончил, столь неожиданно, с хриплым, сорванным криком, она не остановилась. Продолжала двигаться, принимая его пульсации. Движения стали дергаными, быстрыми, а дыхание — чаще и глубже. На глазах у всех, демоница, суккуб, заканчивала свою трапезу человеческим естеством. Ее собственным оргазм пришел тихо — судорогой, пробежавшей по телу. Она выгнула спину с замершим вздохом, что застрял в горле. Наступил краткий миг, словно время застыло в моменте. И вновь сдвинулось с места, когда Ви медленно выдохнула, поставив точку в своем выступлении.       — Снято, — тихо сказала Зоя.       После секундной паузы павильон взорвался аплодисментами. Операторы, световики, помощники — все хлопали. Даже Кристи, ассистентка Джейн, вскочила, хлопая маленькими ручками. Сама Джейн сжала чашку кофе так, что она сдавилась до формы песочных часов.       Когда Ви спустилась, несколько людей буквально принялись ей помогать. Подносили полотенца, поднимали одежку, накрывали халатом, который выудили почти без ее спроса из сумки. Столько внимания, пока Зои с предвкушением отсматривала материал.       Поравнявшись с Джейн, Ви принялась приводить себя в порядок и тихонько одеваться.       — Хорошая работа, — сказала Фиола. Ее губы дернулись в насмешливой улыбке. — Пластика супер. Где-то училась?       Ви на несколько секунд замерла, как статуя. Будто что-то припоминала, но из-за отсутствия вида ее глаз девушке было сложно понять эмоцию собеседницы.       — Дома, — коротко ответила она, ловко надевая запасное белье.       Джейн поднялась со стула, не сводя с Ви взгляда. Ноги ощущались ватными. Воздух стал только гуще и наполнился, как девушке могло показаться, запахами роз, плавящегося воска, влажности и каменной кладки. Ее взгляд медленно перешел на режиссера. По ее лицу Джейн уже понимала, каков будет вердикт.       — Похоже, меня не утвердили, — сказала она.       Ви просто кивнула, соглашаясь с утверждением, но и без злой ухмылки торжества. Словно ей все равно на соперничество, на то, выберут ли ее. Может, она уже знала наперед…       Ей не потребовалось много времени. Получив короткий сигнал от режиссера к виде жеста «ОК», явно адресованный в адрес Ви, та незамедлительно двинулась к выходу из павильона. Быстрее, чем вошла в него. Джейн было хотела устремиться за ней, высказать ей все, что о ней думает, потому что… Кто она такая? Опасающаяся собственного лица, загадочная женщина… или не совсем…       Джейн работала дольше нее, поднималась с низов и выдавала все, что требовалось индустрии. А это выскочка… появилась какие-то пять лет назад и за пару проектов стала чуть ли не феноменом. Имя Госпожи Ви разносилось по воздуху как вирус, закрепляясь в умах извратившихся мужчин и женщин. Она не понимала, почему маска без глаз прямиком из БДСМ может нравится всем — в любых фильмах, в любых сеттингах, даже если она не подходит! И оттого все ее нутро кричало о злости, о ненависти к этому человеку, чье настоящее имя неизвестно никому. И чем дальше была Ви, тем меньше удушья и текучести времени ощущалось. Возвращалось привычное… ничего. И оттого злоба Джейн перелилась через край.       — Ох, она… шлюха, — процедила та сквозь зубы. Быстро накинув одежду, она побежала за ней. Кристи вскрикнула от неожиданности, принялась судорожно собирать все вещи, что она вытащила. Джейн не видела потуг ее ассистентки, воспринимала как нечто должное. Только Ви, алый всплеск ее губ средь серого бетона и черного латекса. Бежала, сломя голову, но так и не достигнув цели. Ви быстрее выбралась за пределы студии, а у дороги ее уже ожидал черный автомобиль. К моменту, когда Джейн вырвалась за пределы студии, автомобиль резко уехал. Лишь на мгновение девушка поймала образ алых губ и не знала, как ей реагировать: ненавистью, раздражением, а может, увлечением и желанием, чтобы она повторила этот «кровавый ритуал» и с ней…