I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Мо Мин с силой вырвал свою руку из руки Хань Шаочжоу. — В этом нет никакого скрытого смысла. Я просто хочу начать новую жизнь. — Я имел в виду, что мы могли бы начать всё сначала… — Хань Шаочжоу загородил дверной проем, его тон был настойчивым, но мягким. — Я знаю, что раньше не воспринимал наши отношения всерьез. Я был неплохим спонсором, но не вел себя как настоящий парень. Но обещаю тебе, отныне… — Я не хочу ничего этого слышать, — холодно перебил его Мо Мин. — Я вдруг вспомнил, что у меня есть кое-какие дела, так что, пожалуйста, дай мне уйти. Хань Шаочжоу явно не мог в это поверить. Интуиция подсказывала ему, что какие-то из его слов напугали Мо Мина. Но разве это искреннее признание не должно было тронуть человека, который любил его три года? Мо Мин мог быть шокирован или сомневаться, но он не должен был реагировать подобным образом, почти инстинктивно пытаясь сбежать. — Давай сядем и спокойно поговорим, хорошо, малыш? Должно быть, возникло какое-то недоразумение. Я могу всё объяснить… Хань Шаочжоу потянулся, чтобы взять Мо Мина за руку, но Мо Мин проворно увернулся, и его холодный взгляд встретился со взглядом Хань Шаочжоу. — Между нами нет никаких недоразумений, господин Хань. Как друг я готов вам помочь, но раз уж у вас ко мне такие чувства, мне очень жаль. Мы не можем быть даже друзьями. Хань Шаочжоу остолбенел. — Только из-за того, что ты мне нравишься, ты так сопротивляешься? Но ты всегда… Постой, малыш, разве ты не помнишь ту ночь в городе Т? Ты так осторожно просил меня сказать: «Мо Мин, ты мне нравишься», так что ты явно… Мо Мин оттолкнул Хань Шаочжоу, открыл дверь и вышел. Полуденное зимнее солнце не было палящим, но Мо Мину казалось, что оно слишком яркое, чтобы держать глаза открытыми, а по телу пробежало неприятное покалывание. Выйдя из ресторана, он быстро направился к своей припаркованной машине. Он всегда думал, что в их с Хань Шаочжоу отношениях царит баланс, что они приносят друг другу взаимную выгоду и ничего друг другу не должны. Но если за эти три года у Хань Шаочжоу появились настоящие чувства, для него это станет катастрофой. Искренне ценя этого человека, Мо Мин, конечно же, не хотел, чтобы Хань Шаочжоу страдал из-за него, даже если тот сам накликал на себя эту беду… Хань Шаочжоу отправился оплатить счет на кассе, отстав от Мо Мина на шаг. К тому времени, когда он выбежал на улицу, чтобы догнать его, Мо Мин уже сидел в своей машине. Когда Хань Шаочжоу подошел к машине и постучал в окно, двери были заперты, а стекла плотно подняты. — Мо Мин, пожалуйста, выслушай меня, прежде чем уехать… Увидев через стекло встревоженное лицо Хань Шаочжоу, Мо Мин сильно нахмурился, отвел взгляд и завел машину. Всё могло бы закончиться мирно, даже с сохранением дружеского общения, но этому человеку просто нужно было всё усложнить. Отъезжая, Мо Мин взглянул в зеркало заднего вида. Хань Шаочжоу стоял как вкопанный, выглядя потерянным на холодном ветру, словно ставя под сомнение всё свое существование. Крепче сжав руль, Мо Мин отвел взгляд, и выражение его лица стало еще более сложным. Если так пойдет и дальше, в будущем его ждут не просто мелкие неприятности. Вернувшись в свою квартиру, Мо Мин тяжело опустился на диван, прикрыл лоб рукой и закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Когда они только сошлись, правила устанавливал Хань Шаочжоу, поэтому Мо Мин предполагал, что именно он будет контролировать ситуацию. Но теперь… Подбежал Сяо Хань, изо всех сил пытаясь запрыгнуть на диван, но лишь отскочил от края и упал на пол, жалобно заскулив. Мо Мин не удержался от смеха, и раздражение в его сердце неожиданно рассеялось. Он наклонился, чтобы поднять Сяо Ханя, и ткнул пальцем в его мокрый нос, дразня: — Какой глупенький… Сяо Хань с энтузиазмом облизал пальцы Мо Мина, его хвост вилял так быстро, что слился в размытое пятно. Мо Мин усмехнулся, опустил Сяо Ханя на пол и встал, чтобы принести ему лакомство. В этот момент раздался звонок в дверь, и Мо Мин изменил направление, чтобы открыть. Увидев в глазок, кто стоит снаружи, Мо Мин почувствовал, как его сердце снова упало. Хань Шаочжоу… Должно быть, он ехал за ним всю дорогу. Мо Мин знал, каким упрямым может быть этот мужчина, но никогда не ожидал, что однажды это упрямство будет направлено на него самого. Хань Шаочжоу снова позвонил в дверь, а затем достал телефон, чтобы набрать номер Мо Мина, убедившись, что это он, когда из-за двери донесся звук звонка. Даже если Мо Мин быстро сбросит вызов, это ничего не даст. — Мо Мин, это я… — голос Хань Шаочжоу, в котором слышалось облегчение, донесся из-за двери, когда он тихо постучал. — Я просто хочу поговорить, прояснить любые недоразумения между нами, хорошо? Мо Мин потер лоб, чувствуя еще большее раздражение. Если он не даст этому человеку высказаться, тот явно никуда не уйдет. Мо Мин открыл дверь с равнодушным выражением лица. — Заходи и говори. Хань Шаочжоу, явно обрадованный, вошел и с любопытством оглядел новое жилье Мо Мина. Оно было не очень большим, но с отличным освещением и простым, элегантным дизайном. И хотя квартира была не такой роскошной, как та, которую они делили раньше, для одного человека она была просторной и уютной. Всё здесь казалось обжитым, ясно давая понять, что это место предназначено для долгосрочного проживания. Если Мо Мин планировал остаться здесь надолго, значит, он, скорее всего, не собирался возвращаться. Это осознание сильно ударило по Хань Шаочжоу, отдавшись горечью в груди. В этот момент к его ногам подбежал маленький серый щенок. Хань Шаочжоу опустил глаза на крошечное создание, царапающее его ботинок, недоумевая, откуда оно взялось, когда Мо Мин строго сказал: — Сяо Хань, на место. Сяо Хань не понимал человеческого языка, но уловил, что тон Мо Мина изменился, поэтому быстро побежал обратно на свою лежанку и послушно свернулся клубочком. Хань Шаочжоу был ошеломлен. Он не мог поверить своим ушам, глядя на собаку, а затем быстро перевел взгляд обратно на Мо Мина. Сяо Хань? Мо Мин назвал собаку Сяо Хань? Прилив тепла хлынул в грудь Хань Шаочжоу… Уйдя от него, Мо Мин завел собаку и назвал ее в его честь. Если это не любовь, тогда что? — Присаживайтесь, — сказал Мо Мин, наливая чашку чая и ставя ее на журнальный столик, его тон был вежливым, но отстраненным. — У меня есть другие дела, так что, пожалуйста, господин Хань, будьте кратки. Хань Шаочжоу не ответил сразу. Вместо этого он присел на корточки, хлопая в ладоши, чтобы привлечь внимание щенка. — Иди сюда, Сяо Хань, иди к папе. Мо Мин: … Сяо Хань, всегда готовый угодить, радостно подбежал на зов. Однако он бежал слишком быстро, поскользнулся на гладком полу и в конце концов въехал прямо в подставленные руки Хань Шаочжоу. Хань Шаочжоу взял Сяо Ханя на руки и сел на диван, непринужденно спросив: — Что заставило тебя завести собаку? Раньше ты никогда не упоминал, что любишь домашних животных. Мо Мин подошел, взял Сяо Ханя за шкирку и отнес обратно на лежанку. Он строго указал на нее. — Сидеть. Сяо Хань опустил голову, послушно улегшись на место. Вернувшись к дивану, Мо Мин посмотрел на Хань Шаочжоу. — Господин Хань, пожалуйста, продолжайте. Гармоничная атмосфера в комнате улетучилась в одно мгновение. Хань Шаочжоу ничего не оставалось, кроме как спрятать улыбку. — Я не понимаю, почему ты вдруг так со мной обращаешься. Что такого непростительного я тебе сделал? Только что ты еще называл меня братом Ханем, а теперь снова господином Ханем. Всё, что я сделал, это сказал, что ты мне нравишься… Ты мне не веришь и думаешь, что я просто пытаюсь удержать тебя как свою игрушку? — Я вам верю. — Тогда почему… — Потому что вы мне не нравитесь. — … Хань Шаочжоу долго смотрел в пол, прежде чем наконец заговорить. — Я знаю. Наши отношения никогда не были равными с того самого дня, как мы встретились. Должно быть, я причинял тебе боль, даже не осознавая этого. Я знал, что нравлюсь тебе, но никогда не воспринимал твои чувства всерьез. Я несколько раз расставался с тобой, исчерпав всё твое терпение ко мне. Но я наконец-то пришел в себя. Эти последние несколько дней были для меня просто ужасными. Даже если бы не ситуация с Вэнь Цы, заставившая меня извиняться, я бы не продержался намного дольше. Я никогда не думал о том, чтобы расстаться с тобой. Ты мне так нравишься. Я хотел привезти тебя на гору Шампань, познакомить с дедушкой. Я даже приготовил пару колец на заказ, чтобы сделать тебе предложение. Мо Мин, ты не можешь просто поставить на мне крест из-за этой единственной ошибки… Мо Мин был глубоко в него влюблен, и это говорило не эго Хань Шаочжоу. У него были бесчисленные доказательства, подтверждающие эту уверенность. Взгляд Мо Мина упал на журнальный столик, его глаза, казалось, заволокло серой пеленой. Хань Шаочжоу не мог понять, о чем думает Мо Мин, поэтому продолжил, и его голос был полон сожаления: — Мне не следовало использовать расставание, чтобы напугать тебя в тот день. Я правда очень сожалею об этом… — На самом деле, в тот день… — тихо перебил Мо Мин, его взгляд всё еще был отстраненным. — Я тоже собирался с вами расстаться. Хань Шаочжоу с недоверием посмотрел на Мо Мина. — Так что ни о чем жалеть не нужно. Расставание было неизбежно. Глаза Мо Мина были спокойны, когда он посмотрел на Хань Шаочжоу. — Это напрямую никого больше не касается. Я просто устал от такой жизни и вдруг захотел начать всё сначала, в одиночку. Брат Хань, я всё равно буду называть тебя братом Ханем. Но чувства, которые развиваются со временем, это просто привычки, которые можно повторить. Тебе нужно взять немного времени, чтобы прочистить голову и понять, чего ты хочешь на самом деле. — …Ты и правда сильно изменился. — Хань Шаочжоу вгляделся в спокойные, уверенные глаза Мо Мина и, на удивление, улыбнулся. — Но пока ты всё еще Мо Мин, я доверяю своему суждению. Как бы логично и здраво ты ни рассуждал, мы были вместе три года. Эту связь не разорвать одним словом. Я не знаю, почему ты вдруг так твердо решил уйти от меня, но я настроен еще более решительно, чем ты. Мо Мин, ты просто еще не видел моих истинных чувств. С этого момента я буду доказывать тебе их, шаг за шагом… Он был уверен, что сможет вернуть Мо Мина. Каждый день из прошедших трех лет питал эту уверенность… Мо Мин встал, подошел к двери квартиры и открыл ее. — Пожалуйста, уходи. — … Хань Шаочжоу поднялся с дивана, но вместо того, чтобы направиться к двери, повернулся к собаке и позвал: — Давай, Сяо Хань, иди ко второму папе… Мо Мин: … Сяо Хань лежал на своей лежанке, поглядывая на суровое лицо Мо Мина у двери. Сколько бы раз Хань Шаочжоу ни опускался на колени и ни звал его, Сяо Хань послушно оставался на месте. Хань Шаочжоу ничего не оставалось, кроме как встать и направиться к выходу. Однако, казалось, к нему пришло какое-то озарение, и выражение его лица было куда более расслабленным, чем когда он только пришел. Он остановился перед Мо Мином, слегка наклонившись к его лицу. Острый взгляд Хань Шаочжоу приблизился, но взгляд Мо Мина оставался равнодушным, когда он произнес: — Не приходи больше искать меня. Я не открою дверь. Глаза Хань Шаочжоу изогнулись в улыбке. — Ты нравишься мне, когда ты не такой послушный. Это напоминает мне о тебе на работе. Мо Мин, ты мне нравишься… Мо Мин отвернулся. — Я не хочу с тобой спорить. Я выразился предельно ясно. — Твоя причина для расставания слишком слабая. Если три года чувств можно отмахнуть всего парой слов, тогда я, должно быть, полный дурак. — Голос Хань Шаочжоу был легким, когда он усмехнулся. — Либо дай мне причину получше, либо… Хань Шаочжоу наклонился так близко, что Мо Мин инстинктивно отстранился назад. Обеспокоенный тем, что тот может упасть, Хань Шаочжоу осторожно поддержал Мо Мина за талию. — Либо ты можешь просто выйти за меня замуж… — с улыбкой сказал Хань Шаочжоу. — Если сомневаешься в моей искренности, мы можем пойти и получить свидетельство о браке первым делом завтра утром. Брак? Глаза Мо Мина расширились. Он понял, что этот мужчина не шутит.