I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Благотворительный вечер Shengda был одним из самых престижных благотворительных мероприятий в стране, проводимым раз в два года. Он собирал не только влиятельных деятелей индустрии развлечений, но и привлекал бизнес-элиту и политиков. Прибыв на место, Хань Шаочжоу направился прямиком на верхнюю галерею, где присоединился к Цинь Ю и еще нескольким знакомым. Знаменитые гости общались в главном зале внизу. Со своего возвышения Хань Шаочжоу легко заметил Мо Мина, стоявшего у фуршетного стола и серьезно поедающего десерт с маленькой тарелки в руке. — На кого ты смотришь? — Цинь Ю с бокалом шампанского подошел к Хань Шаочжоу и проследил за его взглядом вниз, в зал. Хань Шаочжоу отвел взгляд и прислонился спиной к перилам: — Ни на кого. Спустя некоторое время в зал через главный вход внезапно вошел мужчина средних лет. Он был уродлив и плохо одет, и никто не понимал, как ему удалось проникнуть внутрь. Некоторые сотрудники подошли к нему с вопросами, но он громко заявил, что пришел найти Мо Мина. Мужчине на вид было лет пятьдесят-шестьдесят, с глубокими морщинами на лице и шрамом на одной стороне. Одетый в старое черное пальто, он излучал грубость, которая разительно контрастировала с роскошной обстановкой зала. Заметив Мо Мина неподалеку, он немедленно прошел сквозь толпу и направился прямо к нему. Люди инстинктивно расступались, но провожали его взглядами. Губы Шэнь Пэйлин изогнулись в улыбке. Она наклонилась к Вэнь Цы и прошептала: — Просто смотри, как он сейчас опозорится. Сяо Хань наблюдает сверху. Вэнь Цы промолчал, наблюдая за тем, как Мо Мина окружают любопытные зрители. Он знал о плане матери: найти отдалившегося отца Мо Мина, дать ему денег и проинструктировать его публично обвинить Мо Мина в том, что тот бросил его, а также вывалить кучу преувеличенных обвинений. Видя отца Мо Мина сейчас, Вэнь Цы почувствовал некое равновесие. Выросший в такой ужасной семье, с таким неотесанным и отвратительным отцом, Мо Мин привлек внимание Хань Шаочжоу лишь из-за своего сходства с ним. В Мо Мине не было ничего, чему стоило бы завидовать. Инстинктивно Вэнь Цы поднял глаза… Хань Шаочжоу и Цинь Ю стояли за перилами на верхней галерее в черных костюмах, с нечитаемыми выражениями лиц глядя вниз на зал. Вэнь Цы смутно чувствовал, что взгляд Хань Шаочжоу прикован к Мо Мину, но в нем не было ни намека на замешательство или беспокойство за него в этой ситуации. Его глубокие глаза были спокойны, словно он уже знал, чем всё это закончится. Вэнь Цы нахмурился… Мужчина средних лет быстро подошел к Мо Мину и схватил его за запястье, хмуро выругавшись: — Неблагодарный щенок! Сколько лет прошло с тех пор, как ты был дома? Теперь, когда ты стал большой звездой, ты просто бросил своего отца? Мо Мин выглядел растерянным: — Я вас не знаю. Мой отец умер много лет назад… — Ты смеешь отрекаться от собственного отца и хоронить меня заживо? — мужчина крепче сжал запястье Мо Мина и повернулся к толпе: — Я биологический отец Мо Мина! Этот паршивец сбежал с богачом, когда был еще подростком, бросив свою семью на долгие годы. Его мать рано умерла, и я был тем, кто его вырастил. Теперь, когда он добился успеха, он даже не дает мне денег на лечение. И этот парень смеет говорить о благотворительности? Какая нелепость… По залу прокатился гул шепотков, и все взгляды обратились на Мо Мина. Кто-то велел персоналу вызвать охрану. — Мо Мин приглашенный гость на этом мероприятии, так что его отец, естественно, тоже почетный гость, — внезапно сказала Шэнь Пэйлин. — Сердце разрывается, когда видишь, как сын бросает своего отца, и будет неправильно, если охрана выведет его. В конце концов, сегодняшний вечер посвящен благотворительности. Мужчина вдруг подошел к Шэнь Пэйлин и схватил её за руку, его лицо светилось благодарностью: — Я должен поблагодарить госпожу Шэнь за её помощь. Если бы не вы, нашедшая меня, привезшая в Чуаньхай и устроившая так, чтобы я смог прийти сюда сегодня, я бы не смог увидеть этого неблагодарного сына… Вы поистине добрый человек. Шэнь Пэйлин покрылась мурашками от его грубого прикосновения. Хотя она организовала всё через нанятого агента, она не предполагала, что её причастность будет столь очевидной. Но этот отвратительный старик только что разоблачил её перед всеми… Деревенщина из маленького городка без малейшего чувства такта. Под пристальными взглядами толпы Шэнь Пэйлин выдавила из себя улыбку: — Не за что. Я просто не выношу лицемерия. Не волнуйтесь, у всех собравшихся здесь сегодня доброе сердце. Если у вас есть претензии, мы все вас поддержим. Шепот прокатился по толпе… — Не может быть, чтобы он был настолько беден, что не может даже оплатить счета отца за лечение. Как бесчувственно. — Значит, он сбежал с богачом еще подростком? Его личная жизнь, должно быть, просто помойка. — Если Мо Мин действительно бросил отца, ему не место на таком мероприятии. — А это правда отец Мо Мина? Не очень-то похож. — Может, Мо Мин пошел в мать… Но этот человек не кажется хорошим. Пришел сюда только для того, чтобы разрушить репутацию собственного сына. — Если это всплывет, Мо Мин может потерять главную роль в «Температуре». Лю Хэкунь скорее заплатит неустойку, чем оставит его… Организаторы мероприятия попытались вмешаться, вежливо прося мужчину пройти за кулисы и отдохнуть, но тот упрямо требовал от Мо Мина объяснений. Мо Мин, казалось, был напуган, его дрожащие глаза напоминали глаза беспомощного олененка: — Я… я вас не знаю. Зачем вы клевещете на меня? Шэнь Пэйлин не могла не восхититься актерским мастерством Мо Мина. Она видела, как сомнения распространяются среди толпы из-за невинного вида Мо Мина. Она снова обратилась к мужчине: — Раз уж вы утверждаете, что являетесь отцом Мо Мина, у вас должны быть какие-то доказательства. Мужчина хлопнул себя по бедру: — Есть, есть! У меня есть фотография. Он достал телефон и нашел снимок в галерее. Шэнь Пэйлин, желая, чтобы все отчетливо его увидели, попросила персонал вывести фото на большую белую стену в начале зала. На фотографии Мо Мин выглядел юным, не старше четырнадцати или пятнадцати лет. У стоящего рядом с ним мужчины был шрам на лице, в нем легко узнавался тот самый человек, что стоял сейчас здесь, его рука лежала на плече Мо Мина, они выглядели близкими. Зал взорвался ропотом… Это было неоспоримое доказательство. По крайней мере, это доказывало, что Мо Мин знаком с этим человеком. — Мо Мин, почему ты не хочешь признать своего отца? — вздохнула Шэнь Пэйлин. — Обрекать его на страдания в старости, отказываясь платить за его содержание… Даже если ты добьешься огромного успеха в индустрии развлечений, какое это имеет значение, если ты моральный банкрот? Окружающие в знак согласия закивали… — Наверное, ему стыдно. — Ему следует просто признать это. Всё заходит слишком далеко. — На его месте я бы хотел провалиться сквозь землю. В этот момент, стоя за перилами галереи, Цинь Ю улыбнулся Хань Шаочжоу и сказал: — Не собираешься помочь? Мо Мин выглядит так, будто вот-вот расплачется. Хань Шаочжоу наблюдал за фигурой в толпе. — Если я появлюсь, это только испортит его выступление… Цинь Ю был озадачен: — В каком смысле? Хань Шаочжоу слегка прикрыл глаза. — Эта женщина сама роет себе могилу… В зале Вэнь Цы снова взглянул наверх, на Хань Шаочжоу. Когда обвинения в адрес Мо Мина стали громче, Вэнь Цы наконец не выдержал и заговорил. — Мо Мин, почему бы тебе сначала не отвести отца за кулисы отдохнуть? — мягко предложил Вэнь Цы. — Воссоединение отца и сына должно быть радостным событием. Мо Мин посмотрел на Вэнь Цы, который наконец подал голос, и его плотно сжатые губы слегка расслабились… Вэнь Цы подошел к мужчине и вежливо сказал: — Дядя, мне кажется, между вами и Мо Мином могло возникнуть какое-то недопонимание. Вам стоит попытаться понять друг друга. Я знаю, что вы много страдали из-за того, что Мо Мин вас бросил, но я его знаю. Он хороший человек. Уверен, у него были на то свои причины… Мужчина схватил Вэнь Цы за руку и взволнованно закивал. — Спасибо, сынок. Вы с твоей матерью такие хорошие люди. Твоя мать сказала мне, что если бы не твоя идея, она бы не наняла человека, чтобы найти меня. Вэнь Цы замер, инстинктивно повернувшись к матери. Шэнь Пэйлин была ошеломлена не меньше… Она никогда не говорила ничего подобного. — Господин Вэнь… — Мо Мин наконец заговорил, слегка нахмурив брови. — Если у вас есть ко мне претензии, можете высказать их напрямую. Незачем вступать в сговор с вашей матерью, чтобы очернить меня такими мерзкими методами. Учитывая ситуацию, Вэнь Цы оставалось лишь продолжать гнуть свою линию. — Я же заступался за тебя… Мо Мин, тебе стоит отбросить свои предубеждения против меня. Окружающие закивали в знак согласия. — Да, Вэнь Цы только что защищал Мо Мина. — Мо Мин ведет себя неблагодарно… — Доказательства налицо. Почему Мо Мин всё еще спорит? — Ну хорошо… — тихо вздохнул Мо Мин, словно нехотя. Он достал свой телефон. — У меня тоже есть фотография, которую я хотел бы всем показать. Персонал, готовый помочь, быстро вывел фотографию Мо Мина на стену. К всеобщему потрясению, фотография Мо Мина была почти идентична предыдущей, за исключением того, что у человека, стоящего рядом с Мо Мином, было то же тело и одежда, но другие голова и лицо. — Это отфотошопленная фотография! — воскликнул кто-то в зале. — Фотография Мо Мина оригинал. Предыдущая была отредактирована. На первый взгляд это было трудно заметить, но с оригиналом для сравнения несостыковки на предыдущем фото стали очевидны. Голова была заменена. Шэнь Пэйлин была ошеломлена, как и все остальные. — Этот человек, мой бывший учитель из средней школы, — сказал Мо Мин, не глядя на мужчину, а уставившись на Вэнь Цы. — Я не ожидал, что вы найдете такую фотографию. Зал взорвался еще более бурными обсуждениями… — Это смехотворно. Использовать фальшивую фотографию, чтобы выдавать себя за чьего-то отца. — Так этот человек на самом деле отец Мо Мина или нет? — Если он подделал фотографию, о чем еще он лжет? Шэнь Пэйлин очнулась от оцепенения и немедленно заявила: — Этот человек твой отец. Я тщательно всё проверила. Ошибки быть не может. Что касается фотографии, то фотография… Она не знала, как продолжить, и повернулась к мужчине. — Скажите что-нибудь. Она не ожидала, что мужчина предоставит отфотошопленную фотографию. Она наняла частного детектива, чтобы привезти этого человека из родного города Мо Мина в Чуаньхай, баловала его хорошей едой и напитками несколько дней, и всё ради этого момента… Она наняла частного детектива, и вся информация сходилась. Ошибки быть не могло. Мужчина явно запаниковал. — Я… я… Мо Мин медленно произнес: — Если вы сейчас скажете правду, я обещаю закрыть на это глаза. Но если вы продолжите выдавать себя за моего отца и клеветать на меня, я прямо сейчас вызову полицию. После этого, даже если вы признаетесь и извинитесь, я доведу дело до конца… — Нет, нет. — Мужчина быстро замахал руками в панике. — Я скажу правду. Я скажу всем правду. Он вытер пот с лица и, к всеобщему потрясению, отклеил шрам со своего лица, показав, что он был фальшивым. Он объяснил со скорбным видом: — Я не отец господина Мо. Я просто статист, который трется на кинобазе. Она… — Мужчина внезапно указал на Шэнь Пэйлин. — Она нашла меня, дала много денег и попросила притвориться отцом господина Мо и устроить здесь шоу. Обычно я слишком труслив для таких вещей, но денег, которые она предложила, было слишком много. Я не смог устоять перед искушением, поэтому… Мужчина повернулся к Мо Мину, беспрестанно кланяясь: — Мне жаль, господин Мо. Мне правда очень жаль. Пожалуйста, не вызывайте полицию. Я искренне сожалею… Палец Шэнь Пэйлин дрожал, когда она указала на мужчину: — Ты… Ты лжешь! — Простите, госпожа Шэнь. Несмотря на то, что вы предложили много денег, я не могу пойти против своей совести, — сказал мужчина. — Я не могу помочь ни вам, ни вашему сыну. Лицо Шэнь Пэйлин побледнело. — Ты… Ты… Мужчина продолжал кланяться и извиняться перед Мо Мином, быстро пятясь назад, и в конце концов сбежал из зала так, словно от этого зависела его жизнь. Вэнь Цы наблюдал за поспешным отступлением мужчины, внезапно осознав, что человек, которого его мать привезла из родного города Мо Мина, действительно был биологическим отцом Мо Мина, но человек, который появился сегодня вечером, им не был. Настоящего мужчину подменили… С отфотошопленной фотографией и нанятым актером… Тщательно продуманная ловушка. От этого осознания по спине Вэнь Цы пробежал холодок. Он внезапно повернулся и посмотрел на Мо Мина. Мо Мин коротко улыбнулся ему, его глаза слегка сощурились. У Вэнь Цы упало сердце. Он понял, что всё кончено… — Как подло! Выдумать фальшивого отца. Если бы Мо Мин не сохранил ту фотографию, его бы оболгали без возможности оправдаться. — Какая мерзость. К счастью, всё раскрылось на месте. Если бы это разлетелось, Мо Мин был бы уничтожен, и никакие последующие разъяснения не очистили бы его имя. — Как мать Вэнь Цы вообще додумалась до такой гадости? — Разве вы не слышали, как этот мошенник сказал, что это Вэнь Цы подал матери такую идею? Всё ясно, зависть. Думал, что сможет погубить другого человека и забрать главную роль в «Температуре». — После сегодняшнего вечера чья-то репутация действительно будет разрушена… Из-за яркого света в зале у Вэнь Цы закружилась голова. Он не мог вынести шквала критики и обвинений. Понимая, что ему придется столкнуться с последствиями общественного мнения, он едва не упал в обморок. Сквозь пелену он видел, как Мо Мин смотрит на него. Спокойствие в глазах Мо Мина, после того как улыбка угасла, было лишено как удовлетворения, так и гнева, словно он смотрел на что-то совершенно незначительное. Вэнь Цы прикусил губу и быстро покинул зал… Он осознал, что этот человек, вероятно, никогда не воспринимал его как реального соперника. Шэнь Пэйлин держала свой бокал с вином, её спина была прямой, но давящие, полные отвращения взгляды толпы заставляли её чувствовать себя так, словно её кожу обжигают. Она изо всех сил старалась сохранять самообладание. Шэнь Пэйлин едва держалась, но Вэнь Чжунчун не выдержал. Когда-то уважаемый художник, он никогда в жизни не подвергался такому унижению. Он оттолкнул руку жены и вылетел вон. Шэнь Пэйлин в конце концов тоже не выдержала. Она опустила голову и поспешно покинула зал.